Перевыполненный план

Бесшумной поступью девушка кралась по подземному ходу. Она была почти уверена в том, что не ошиблась. Пусть этот зануда идет себе по намеченному плану, у него абсолютно не развито чутье шиноби. Вдруг почувствовав что-то, Ино замерла посреди коридора. Внезапно кто-то сильно толкнул ее вправо, и она оказалась тесно прижатой к стене. В следующую секунду по коридору что-то пронеслось с пронзительным свистом. Вскинув голову, куноичи натолкнулась на хмурый взгляд карих глаз. – Чем ты думала, когда убегала? Не заметь я вовремя твоего отсутствия, ты сейчас уже была бы насквозь проткнута ядовитыми иглами. Я не смог бы еще раз тебе помочь. Яманака презрительно сощурилась. – Судя по твоей недовольной напомаженной роже, ты не слишком-то и рад, что спас меня. Канкуро приподнял одну бровь и ехидно добавил: – Дважды. – Ты меня достал! – оттолкнув парня, куноичи отскочила от стены. Но не успела сделать и нескольких шагов, как снова была отброшена к ней. – Да что ты за человек такой! – крикнул кукольник. Девушка, открыв глаза, зажмуренные при ощутимом ударе об каменную стену, увидела его обеспокоенное лицо и поняла, что он только что опять избавил ее если не от гибели, то от больших проблем точно: воздух звенел от еще одного потока летящих игл. В глазах парня читалась тревога вместе с облегчением. Поток игл не прекращался. Ино почувствовала легкий укол совести. Теперь она и сама не могла четко себе объяснить, почему поступила так необдуманно. Подвергла себя опасности, а Канкуро заставила волноваться и спасать ее. В чем было дело – в еще не вполне ясном после отравления рассудке? Или в ее гордости, дающей о себе знать в самый неподходящий момент? Опустив голову, девушка беззвучно вздохнула и тут же уловила едва слышный смешок. Куноичи с удивлением подняла глаза. Канкуро смотрел на нее с чуть насмешливой, но мягкой улыбкой. – Как ты? – спросил он, и в голосе промелькнуло беспокойство. – Нормально себя чувствуешь? Ино уткнулась носом ему в грудь, пряча довольную улыбку, а еще слезы, вдруг почему-то выступившие на глазах. – Эй, – с тревогой окликнул ее кукловод. – Ты чего? – Все отлично, - шепнула она, счастливо улыбаясь. Парень удивленно поднял брови, но вопросительное выражение на его лице быстро сменилось понимающим. Немного подождав, он извиняющимся тоном сказал: – Признаю, твоя интуиция – отличная штука. – Не поздновато ли сообразил? – отозвалась куноичи, к интонации которой возвращались прежние язвительные нотки. Она высвободилась и осторожно выглянула. Иглы продолжали обстрел, и к ним теперь прибавились еще и кунаи. Очевидно, тот, кто устроил это, не хотел, чтобы к нему приближались. – У него там что, нескончаемые призывные свитки? Сколько нам еще прятаться? – хмуро сказал Канкуро. – Нужно придумать способ противостоять этому и найти нашу цель. Вдруг Ино насторожилась и посмотрела в сторону, с которой пришла. – Кто-то приближается. Парень оглянулся, догадавшись о том, кто это мог быть. В начале коридора мелькнул силуэт. Хината, прижимаясь спиной к противоположной стене, быстро и бесшумно приблизилась. Впрочем, благодаря уже ставшему для некоторых привычным звону ее бы не услышали, даже если бы она бежала. Оценив ситуацию, Хьюга вышла в середину коридора и молниеносными движениями рук и возникающими от этого узкими и плотными потоками чакры принялась отбивать летящее в нее оружие. Понемногу куноичи начала продвигаться вперед. – Идите позади меня, - сказала она, поравнявшись с Канкуро и Ино. Они последовали ее словам. Шаг за шагом они стали продвигаться дальше по коридору. Невидимый враг, очевидно, понял, что дальнейшие атаки холодным оружием бессмысленны, и прекратил их. Молодой человек и две девушки остановились. Канкуро вышел вперед, готовый в любой момент обороняться и защищать идущих позади него куноичи. Хината внезапно уловила перемещение чакры и вовремя обернулась, чтобы блокировать удар. Поняв, что попытка неожиданного нападения провалилась, противник, наконец, показался. * * * Было видно только два взметающих песок вихря. Ли успешно отражал все атаки, но и его удары не попадали в цель. Спустя пару минут, когда Хидои в очередной раз замахнулся катаной, Ли приготовился ее отразить. Но противник, так и не ударив, неожиданно подпрыгнул высоко вверх. Рок увидел его уже в воздухе над собой, складывающего печати. Ли приготовился к прыжку, но Никко внезапно оказался прямо перед ним, и в левой руке у него была еще одна катана. Шиноби Листа не успел вовремя среагировать, он лишь успел отскочить немного влево, и его отбросило назад. Резкая боль в правом боку заставила парня бросить туда взгляд. Распоротая ткань костюма постепенно меняла цвет с зеленого на ярко-алый. Выиграв время, Хидои сосредоточился и выполнил несколько взмахов обеими клинками. Лезвия слабо засветились чакрой, и вдоль них завихрился воздух. Оружие было готово к нападению. Никко совершил поворот вокруг своей оси и, оказавшись лицом к противнику, сделал резкий выпад в его сторону обеими руками. Потоки воздуха, обволокшие лезвия во время разворота, устремились на Рока, и того оттолкнуло сильным порывом ветра. Хидои снова горизонтально рассек воздух перед собой, и на Ли обрушился новый шквал, который он с трудом выдержал, закрыв лицо перекрещенными руками и подавшись всем телом вперед. Шиноби Листа понимал, что в бою на расстоянии все преимущество будет на стороне противника. Нужно было переходить в ближний бой. Приближаться самому с таким ранением было рискованно, значит, нужно было заставить врага приблизиться самому. Время, когда молодой Зеленый Зверь Конохи мог необдуманно пойти на таран, прошло. Парень научился выжидать и планировать, когда нанести удар, чтобы получить максимальный эффект. И поэтому сейчас он поменял стратегию. Нужно было показать противнику, что его дальние атаки не принесут результата. Хидои стал применять ниндзютсу, от Ли теперь требовалось вовремя уклоняться от воздушных волн, при этом демонстрируя врагу легкость, с которой он будет уворачиваться. Это оказалось несложно для такого мастера тайдзютсу, как Рок. Уже после трех безрезультатных атак Стихии Ветра Никко понял, что таким дальнодействующим приемам не хватает точности и скорости, чтобы настигнуть этого парня со своеобразным вкусом в одежде. По-видимому, Хидои и сам был недостаточно опытен, чтобы распознать провокацию. Зеленый Зверь, уловив изменение в поведении противника, приготовился. Никко бросился к нему. Когда противник приблизился на расстояние метра, Ли резко присел, развернулся на носке правой ноги, помогая руками, и сильным ударом второй ноги выбил одну из катан Хидои. Воспользовавшись его секундным замешательством, Рок подпрыгнул, превозмогая резко усилившуюся при этом боль в боку, и с разворота ударил оппонента в грудь ногой. Тот отлетел на десяток шагов, прокатившись на спине по песку. Приземлившись, Ли согнулся от боли, пронзающей все его тело, но, сжав зубы, заставил себя выпрямиться. Пятно на костюме расплылось еще больше. Парень оторвал небольшую полосу от бинтов на левой руке и быстро обвязал рану. Никко поднялся, сжимая катану. Вторая лежала в нескольких десятках метров, и блондин продолжил атаковать уже с одним клинком. Его техники из-за потери второго, конечно, ослабли, и Ли стало легче сражаться, однако потеря крови давала о себе знать. Даже с его нечеловеческой выносливостью Року постепенно становилось все труднее сохранять свою обычную скорость, он то и дело непроизвольно морщился от боли. Нужно было заканчивать поединок. И побыстрее. * * * В последнюю секунду Киба увернулся, и сильные челюсти лязгнули, поймав лишь воздух. Зверь приготовился к следующему прыжку, но тут что-то его отвлекло. Он замер, потом оглянулся на барьер и помчался к нему. – Ты куда? – опешил парень. – Стой! Пес не отреагировал. Он подбежал к барьеру и кинулся на него, словно забыв о том, что тот не пропустил его пару минут назад. Киба метнулся было к Акамару, но Мисаиру преградила ему путь. Пес оглушительно лаял, очевидно, на сидящую внутри барьера женщину, и продолжал бросаться на невидимую стену. Фую ничем не выказывала своего недовольства и даже удивления такому агрессивному проявлению интереса, а лишь наблюдала за бесплодными попытками Акамару добраться до нее. Мисаиру не подпускала Инудзуку к барьеру. Парень думал, что обойти ее после атаки Гатсугой будет несложно: ее плечо кровоточило; однако сама она будто не чувствовала боли, и скорость ее движений и атак ничуть не изменилась. Акамару во время очередного прыжка немного сдвинулся в сторону, и там, где он только что был, от барьера один за другим отскочило три куная. Фую неспешно перевела взгляд туда, откуда они прилетели, и увидела сидевшего на корточках Шикамару. Женщина скривилась. До этого мальчишки, очевидно, очень медленно доходит. Пока она за барьером, ни одна физическая атака… Внезапно она застыла. Ее тело словно парализовало. Шикамару поднялся с земли, рассоединяя печать. Фую была вынуждена тоже встать, но Нара пока не спешил радоваться. Он сделал небольшой шаг вперед. Повиновавшаяся женщина оказалась рядом с прозрачной стеной барьера. Затаив дыхание, Шикамару шагнул еще раз. Фую повторила его движение и ... прошла сквозь барьер. Гений Листа облегченно выдохнул. Получилось. Неосязаемая преграда пропустила хозяйку. Это был самый скользкий момент плана Шикамару, но он прошел удачно. Барьер снова распался на столбы света, и они вобрались в свитки. – Что ты сделал? Как это вышло?! – в голосе жертвы клокотала ярость. – Этот барьер неуязвим! Парень довольно хмыкнул. – Неуязвим, я не спорю. Но шиноби, укрываясь внутри него, должен находиться в нормальных условиях, иными словами, барьер должен пропускать воздух и свет. То, что пропускается воздух, мне ничего не дает, а вот свет – другое дело. – Первая атака твоего сообщника и псины... Это был твой план, – выдохнула Фую. – Вот объяснение тому, что они напали со стороны солнца. И ты заметил, что барьер пропустил их тени. Нара улыбнулся уголками губ. – Что стоишь, бестолочь?! – крикнула женщина, обращаясь, очевидно, к своей помощнице. – Убери его! Но не приближайся к нему близко! Мисаиру, все также не говоря ни слова, прекратила нападать на Кибу и моментально переключилась на Шикамару. Тот беззвучно вздохнул и поднял решительный взгляд на противника. – Я тут пока сам, а ты разберись, что с Акамару. Инудзука, не говоря ни слова, бросился к псу. Шикамару был вынужден снова уклоняться от атак молчаливой противницы. Краем глаза он заметил, как Фую с перекосившимся от бессилия и унижения лицом повторяет за ним все его пируэты, и не сдержал усмешки. Парень раздумывал над пришедшей в его голову мыслью. Наблюдая за Акамару, в которого попал сенбон, Нара сделал вывод, каким образом вещество, которым был смазан этот сенбон, подействовало на собаку. Пес перестал реагировать на команды хозяина и даже узнавать его. Стал бестолково скакать вокруг барьера, при этом беспрестанно лая. Таких действий никак нельзя было ожидать от Акамару, умной боевой собаки. Такое можно ожидать лишь от обычных уличных собак. Вот какое действие, значит, попавший сенбон оказывает на жертву: она забывает весь свой опыт жизни в социуме и начинает вести себя в соответствии с первобытными, дикими инстинктами. А человек, видимо, станет беспомощным, растеряв весь свой опыт... Шикамару взвешивал все «за» и «против» того, чтобы заставить Мисаиру попасть отравленным сенбоном в хозяйку. Здесь был и другой плюс: перестав получать приказы от Фую, Мисаиру станет легкой мишенью, ее станет гораздо легче поймать. Однако был риск. Большой риск. Шикамару не мог с абсолютной уверенностью утверждать, что отравленный сенбон подействует на Фую в точности так, без каких-либо неожиданных неприятных сюрпризов. К тому же Наре не давала покоя одна деталь. Один странный эпизод навязчиво крутился в мозгу, и парень никак не мог подобрать ему объяснение. В итоге аргументов «против» парень насчитал больше. – Миса! – вдруг рявкнула Фую, да так, что Шикамару, поглощенный своими размышлениями, подскочил от неожиданности. – Высвобождение! Мисаиру остановилась и резко выбросила вперед обе руки. Шикамару еле успел отклониться, и сенбоны пролетели мимо на уровне его плеча. Как ни странно, на этом атака закончилась, и противница теперь просто стояла на месте, склонив голову в капюшоне и опустив руки вдоль тела. Нара ничего не понимал. От Фую поступил приказ. Почему Мисаиру не выполняет его? Или... или она уже?.. Парень оглянулся на свою жертву. В руке женщины торчали четыре иглы. Она замерла на месте, несмотря на движения Шикамару. Тот остановился в замешательстве. Тень, соединявшая его с пленницей, никуда не делась, но было очевидно, что ее действие в разы ослабело. Киба подбежал к Акамару и с разбегу запрыгнул ему на спину. Пес пытался сбросить его, но никакие его прыжки и кувырки не помогали: парень вцепился в него мертвой хваткой. Подождав, когда Акамару начнет выдыхаться, Инудзука быстрым движением вытащил из кармана пиджака небольшую круглую таблетку. После активных скачков с шестьюдесятью килограммами на спине пес тяжело дышал, высунув язык, и Киба, резко наклонившись и обхватив пса одной рукой за шею, другой закинул пилюлю Акамару в раскрытую пасть. И сразу обеими руками сомкнул ему челюсти, заставляя проглотить. Акамару сопротивлялся, однако гладкий шарик проскользнул ему в глотку. Инудзука заметил, что пес сглотнул, и спрыгнул с его спины. Акамару усиленно облизывался и мотал головой: видимо, пилюля не была приятной на вкус. Киба ждал. Таблетка подействовала меньше чем через минуту после попадания в организм. Звериная ярость в глазах Акамару превратилась в сонливость, веки начали слипаться. Пес сделал пару шагов и опустился на землю. Свернулся калачиком, широко зевнул и уснул. Резкий выкрик Фую заставил Кибу оглянуться. В воздухе блеснула сталь, и брошенные Мисаиру сенбоны вонзились в руку женщины. Инудзука ошеломленно моргнул. Он прекрасно видел, что дело не в тени Шикамару. Так что, слуга подняла руку на хозяйку? Бунт?! У Нары было плохое предчувствие. Только он отмел вариант с попаданием отравленных игл в Фую, как Мисаиру сама воплотила в жизнь его первоначальную идею. Однако сама ли? Ведь она, по-видимому, не способна действовать без команды... Размышления Шикамару пронзила догадка. Разрозненные мысли сложились в собранную мозаику. Фую ставила опыты! И не только над мелкими животными, но и над своим организмом, и каким-то образом присвоила себе некоторые черты подопытных животных. Все встало на свои места: и красноватый отблеск в глазах Фую, и ее странный оскал, и тот эпизод, не дававший Наре покоя, а именно – скачущий вокруг барьера полоумный Акамару, и команда «высвобождение»... Парень сквозь зубы выругался. Ему теперь ничего не оставалось, кроме как наблюдать за Фую, ожидая изменений в ее поведении, и попробовать обратить их в свою пользу. По крайней мере, попытаться это сделать. А изменения не заставили себя долго ждать. Женщина резко начала увеличиваться в размерах, за секунду став выше и шире раза в два. Шиноби Листа оцепенели, Мисаиру, повинуясь последнему приказу госпожи, остановила нападение и теперь просто стояла, не обращая на происходящее абсолютно никакого внимания. Скорость роста увеличилась, Фую уже была ростом четырех метров, кожа на ней покрывалась шерстью, голова вытягивалась. Она больше не могла удерживаться на ногах и опустилась на четвереньки. Конечности трансформировались в лапы. – Черт возьми! – Киба на время даже забыл про своего пса. – Великие саннины, что это?! Трансформация, видимо, не была безболезненной, потому что существо – кем бы оно ни было – явно не испытывало удовольствия, а, скорее, наоборот. Оно глухо рычало, топталось на месте, поднимая в воздух клубы песка, потом стало прыгать из стороны в сторону, мотая огромной головой. Через несколько секунд рык перешел в оглушительный рев, чудовище бесновалось, сотрясая под огромными лапами поверхность пустыни и молотя песок длинным мощным хвостом. Шикамару снова чертыхнулся. Такими темпами и с такой силой этому зверю ничего не стоит разрушить потолки в подземелье. Это было бы отлично, если бы можно было обвалить землю под чудовищем, но Нара подозревал, что активность сейчас прослеживается на всех точках, и не было никакой гарантии, что никто из его команды сейчас не находился под землей. Акамару по-прежнему спал, находясь в опасной близости от неистовствовавшей Фую. Киба, пригнувшись к земле, дабы избежать удара хвостом, подбежал к спящему псу. Схватив его за задние лапы, он поволок его в сторону. – Как хорошо я тебя кормлю, – прохрипел Инудзука, оттащив Акамару метров на сорок. * * * На этот раз все было по-другому. Норико, ставшая одержимой, сражалась с ужасающим напором и какой-то звериной яростью. В движениях ее сквозила кошачья быстрота и гибкость. Итазуре приходилось вдвойне тяжелее еще и оттого, что она знала – эту одержимость искусственно вызвала она сама. Матсури осторожно вышла из-за камня. – Нет, не вздумай! – крикнула Итазура, разгадав ее намерения. – Она сейчас сосредоточена только на мне, я – ее цель! Рыжеволосая куноичи не могла позволить кому-то ввязываться, несмотря на то, что ей приходилось труднее с каждой минутой, пусть сёстры и не использовали ниндзютсу. Будучи не в состоянии уследить за всеми молниеносными движениями сестры, Итазура пропустила один удар. Левое плечо словно обдало холодом, рукав моментально пропитался кровью. Шируба в предвкушении победы усилила натиск. Младшая Касуми отступала, но в один момент совершила рискованный обманный маневр, подпустив к себе противницу максимально близко, и вонзила в нее катану чуть ниже правой ключицы. Молодая женщина коротко вскрикнула и рухнула на колени. Итазура, уняв дрожь в руках, одним резким движением вытащила катану из раны. От невыносимой боли Шируба опустилась на потрескавшиеся плиты, сгибаясь и прижимая руки к груди. Внезапно потолок задрожал. Посыпался щебень. Через пару секунд снова наступила тишина. – Что это? – вполголоса спросила Темари. Глухой грохот, донесшийся откуда-то сверху низкими звуками и вибрациями помещения, пресек дальнейшие вопросы. С потолка отвалилось несколько небольших фрагментов плит, которые, падая, усилили общее громыхание и подняли пыль. – Нужно уходить! – Темари выхватила из-за спины веер. – Мы еще должны привести в действие наш план, помните? Куноичи Песка ринулись к выходу из помещения. – Нет! – Шируба со звериным рыком из последних сил рванулась вперед. Итазура потеряла равновесие и лишь после того, как упала, вскрикнула, потревожив раненую руку и почувствовав чудовищную боль в ноге. Оглянувшись, она увидела перекошенное злобой и болью лицо сестры. Та лежала на полу, вонзив длинные когти левой руки в ногу Итазуры так, что они прошли насквозь. Их концы, прошедшие через плоть и окрашенные кровью, царапали каменные плиты. – Никуда вы не уйдете, - прошипела Шируба. – Твои подружки ничего не сделают, пока ты находишься здесь! Темари, уже державшая веер наготове, остановилась. Матсури кинулась к Итазуре, но сверху откололся громадный кусок плиты. Девушка едва успела отскочить в сторону. Грохот от падения валуна ударил по перепонкам, вибрация пола мгновенно перешла к стенам, и от них – к потолку. Свод зала опасно загремел, посыпались многочисленные обломки. – Темари! – крикнула Итазура, стараясь перекрыть непрекращающийся гул. – Приводи в действие свою технику и уходите! – С ума сошла! – Темари бросилась к ней вслед за Матсури. – Вас здесь заживо похоронит! – Мы не можем тебя бросить, сама подумай! Преодолевая боль в ноге, неповрежденной рукой Итазура дотянулась до подсумка на бедре и достала кунай. – Не приближайтесь! – снова крикнула она. – Раз вы не можете привести в исполнение наш план, то это сделаю я! – Что ты задумала? – послышался позади хрип. – Увидишь. – Ита!.. – донеслось спереди. – Уходите, сколько можно повторять? Самой мне уже не спастись, но вы... Вам есть ради кого жить! Темари и Матсури уже не было видно из-за валунов и клубов пыли, и девушке оставалось надеяться, что они услышали ее. – Я не допущу, чтобы мои подруги погибли из-за моей слабости, - проговорила младшая Касуми севшим голосом, доставая еще один кунай. – Из-за того, что мы с тобой связаны кровными узами, я допустила смерть Юме! Но сейчас такого не будет. Вертикальные зрачки Ширубы сузились в тонкие линии. Итазура обратила к лежащей позади обессиленной молодой женщине бледное, но полное решимости лицо. – Мы погибнем с тобой вместе... сестра. Та в бессильной ярости рванула когтями. Крик Итазуры заглушил грохот от очередного громадного осколка потолка, упавшего в метре от двух лежавших на полу человек. Собрав последние силы, куноичи метнула один кунай в стену и тут же следом за ним, чуть приподнявшись, другой, но с большей скоростью и чакровым потоком. Второй нагнал в полете первый и, ударив по нему, слегка изменил его траекторию. Спустя секунду в общем грохоте послышался звук взрыва.