Thief (Воровка)

Воровка бы отдала сейчас половину казны Гильдии за зеркало. Разумеется, в маленькое карманное зеркальце мало, что можно было рассмотреть, но Эрия, тщательно изворачиваясь, кое-как оглядела себя и пришла к нескольким не очень утешительным для нее выводам. Во-первых, у нее на голове были не волосы, а форменная мочалка. Молодые гномы, конечно, удружили тем, что принесли столько теплой воды, но без мыла полоскать шевелюру в ней смысла не было. Посему, в сердцах обозвав себя чучелом, Эрия собрала волосы на затылке, заколов их гребнем. Во-вторых, платье оказалось мало. Еще чуть-чуть и оно было бы тесно в груди, и тогда - пиши пропало. Но зато в талии оно уже было широковато, хотя эту проблему решил пояс. А вот с длиной делать было решительно нечего. Рукава доходили до локтя, а подол нагло открывал коленки. Эрия не страдала приступами самокритики и всегда считала, что ноги у нее очень даже ничего, но всё-таки, были моменты, когда эти ноги открывать не стоило бы. И к тому же картину портило то, что коленки были разбиты после прошлого воровского приключения. Горестно вздохнув, Эрия обула свои сапоги и потуже затянула пояс. И вот тут-то ее настиг третий вывод, от которого ей захотелось провалиться сквозь землю (хотя куда уж глубже). Собственно говоря, для кого она так прихорашивается? Разве куче гномов не все ли равно, во что она будет одета? Они и так будут смотреть на нее во все глаза, ведь она - человек. Понятно, что выглядеть, как бродяжка - тоже не есть хорошо, все-таки за одним столом с королем сидеть. Стало быть..... - Ну, ты и дура, если собираешься выделываться перед этим красавчиком, да еще и в платье его мамы, - сказала Эрия части своего отражения в зеркальце. После чего воровка решила, что с разговаривать с неодушевленными предметами тоже как-то ненормально, и, прибрав в келье, робко выглянула в коридор. Кили стоял у дальней стены, меланхолично набивая трубку табаком. Он приподнял голову на звук открывающейся двери, и едва не подскочил при виде Эрии. Воровка, отчаянно стесняясь, выбралась из-за прикрытия двери. - В общем, вот.... Все же, я побольше твоей мамы.... - Ты... нннет...то есть да, то есть я..... Кили густо покраснел, потом резко побледнел и, продолжая машинально набивать трубку, смотрел и смотрел на воровку. - Зеркало у вас есть? В полный рост. Хотя бы в ваш полный рост....- Эрия почувствовала себя неловко. Наверное, она, всё же, выглядит, как дура-переросток в этом платьице. - Ты очень красивая, - наконец-то нашел в себе силы брякнуть гном. Теперь пришла очередь Эрии краснеть. - Вот уж ладно, - пробормотала она, разглаживая подол платья. - Не надо мне тут. Ничего особенного. - Нет, нет, я честно! - Кили, в конце концов, оставил в покое трубку, и, убрав ее в карман, стал отчаянно жестикулировать. - Тебе очень идет, и оно совсем не мало. Серьезно! И даже то, что оно чуть-чуть короче.... - Ну, тут уж конеееечно, - развела руками Эрия. - Как тебе не стыдно?? - Я..... просто.... - гном опять залился румянцем. - В общем, ты сама поймешь, что я не вру, когда посмотришь на наших женщин. - В таком случае, я не завидую вашим мужчинам, - поджала губы Эрия, злясь на себя за то, что ей как-то очень хочется, в самом деле, быть красоткой в глазах Кили. Кстати, только сейчас девушка заметила, что Кили тоже переоделся, облачившись в расшитую серебром черную рубашку, кожаные штаны и плащ с мехом. Теперь он был очень похож на Торина в юности. Гном и девушка стояли посреди коридора, переминаясь с ноги на ногу и избегая встречи взглядами. Наконец, Эрия прервала паузу. - Может, пора? Опоздаем - получим нагоняй от дяди. Кили лишь кивнул в ответ. И пока они медленно шли в сторону тронного зала, откуда уже доносился шум множества голосов, гнома снедала одна мысль - неужели сегодня он снова потеряет нечто дорогое? Неужели опять ему придется испытать эту боль? Он украдкой взглянул на струящуюся ткань платья его матери, мягко обволакивающую стройную фигуру воровки.... Когда до тронного зала оставалось всего несколько метров извилистых коридоров, Кили остановился и указал Эрии на одну из стен прохода. Девушка замерла в изумлении. Со всей этой беготней и суетой, она сразу и не заметила, что подходы к залу были снабжены зеркалами, подобия которых Эрия в жизни своей не видела. И вряд ли бы смогла увидеть. Прямиком в теле серого камня находились огромные пластины отполированных до блеска подземных самоцветов. И они ничуть не хуже привычных для девушки зеркал выполняли свою функцию. - Это амальгамный камень. Думаю, тебе он подойдет! - гном слегка улыбнулся, заметив, как Эрия оценивающе уставилась на свое отражение. Воровка крутилась у камня, стараясь до мелочей рассмотреть себя. Она едва подавила облегченный вздох - платье, хоть и было с чужого плеча, с плеча женщины из другой расы, село весьма прилично. Самое главное, что оно не казалось маленьким для нее. Пояс подчеркнул талию, а вырез - точеные плечи, и в целом получился весьма милый образ. Ах, если бы не эти разбитые коленки... - Надеюсь, я не буду выглядеть глупо на фоне ваших женщин, - пробормотала Эрия, в который раз проводя руками по волосам, собранным в пучок. Кили тихонько фыркнул. - Не хочу сказать ничего нелестного в адрес дварфиек, но.... Ты сама все увидишь. - Звучит многообещающе, - Эрия нервно одернула подол платья. - Идем? - Идем, - Кили взял воровку под руку, от чего у девушки предательски дрогнули коленки, и повел в тронный зал. Эрию, непривычную к перепадам света и тьмы в мире подземелий, в который раз ослепил свет факелов, которых было зажжено в разы больше, нежели днем, во время подготовки в празднеству. При этом ярком освещении, девушка смогла, наконец, заметить, как красив и величественен зал в его праздничном убранстве. Не менее нарядными и представительными выглядели и гномы, заполнившие зал. У Эрии в глазах зарябило от такого количества необычных подгорных жителей. Только сейчас она поняла, какие же они все разные и интересные! Здесь были совсем приземистые карлики с носами картошкой и ушами, напоминающими лопухи. Вальяжно прогуливались гномы-ювелиры, сухощавые, невысокие, напоминающие коренастых цапель. Были и довольно высокие представители гномьего рода, почти одного роста с Кили и его дядей и братом. У большинства были весьма миловидные лица, и в разноцветных бородах сияли искренние улыбки. Отовсюду слышался гул голосов, хохот, рев особо импульсивных гостей и стук лбов - так у некоторых гномов было принято здороваться после долгой разлуки. Как Эрия и ожидала, при ее виде общество пришло в незначительное волнение. Взоры обратились на нее, прозвучали удивленные возгласы, после чего беседы вернулись в свое русло, лишь только самые любопытные и те, что помоложе продолжали украдкой оглядывать человеческую девушку, к тому же введенную в тронный зал одним из наследников престола. Но это было внимание со стороны мужской половины. А что же касалось дварфиек, или гномок, как их презрительно называли в Гильдии, то их реакция на появление Эрии была истинно женской. Эрия впервые видела женщин-гномов, и первое время никак не могла держать себя в руках и не рассматривать их со столь откровенным любопытством. Впрочем, дварфийки щедро отплатили ей тем же. Если при виде появившегося в зале Кили стоящие неподалеку дамочки расцвели, как майские розы, то едва лишь они приметили Эрию, на их лицах отобразилась такая гамма чувств, что воровка невольно оскорбилась. - Со мной что-то не так? Что-то с волосами?? - прошептала она Кили на ухо, когда они остановились у входа в зал, и Кили стал выглядывать брата. - Не обращай внимания, - Кили хихикнул. - Знаешь ли, наши женщины весьма ревнивые существа, несмотря на то, что их гораздо меньше, чем гномов-мужчин. Воровка отметила про себя правоту Кили. Если гномов в зале было около трех сотен, то дварфиек едва ли набралось бы десятка четыре. Среди них были и почтенные матроны в пышных нарядах, и молодые девушки, весьма миловидные, если бы не чересчур богатое и не всегда уместное убранство. Эрия с удивлением развенчала для себя также и тот миф, который часто слышала от отца и других воров в Гильдии. У дварфиек не было бород. Ну, по крайней мере, таких же густых и длинных, как у большинства гномов. Впрочем, повышенная растительность на лице барышень все же наблюдалась. В основном, это были густые и длинные бакенбарды, от висков переходящие в волосы на щеках. Кое-кто не упустил шанс украсить это свое природное приобретение, и как результат у пары-тройки дварфиек прямо под подбородком висели подобия колье, которые, в свою очередь, были вплетены в пушистые баки. Не менее ярким украшением были и прически, в которые вплетались толстые ленты, цепочки с каменьями и прочие красоты, кои в избытке делали подгорные мастера. "Господи, как она только ходит!" - подумала Эрия, когда к ним приблизилась одна из дварфиек, на чьей голове была сооружена настоящая башня из кос, ленты и рубиновых бус. - Кили, ты сегодня хорош, как никогда. Ты знаешь, мой дед недавно сработал прекрасный пояс из мифрила и серебра, и я бы очень хотела, чтобы ты его примерил, я думаю, тебе пойдет, - заговорила дварфийка низким, грудным голосом. - Ой, а это кто? Это человек? - при этом она не преминула поджать губы и окинуть притихшую Эрию оценивающим взглядом. Со стороны, очевидно, это выглядело комично, ибо дварфийка едва доставала Эрии до плеча. Конечно, и для Кили она была довольно низкорослой. - Какая она тощая, - раздалось откуда-то сбоку. Эрия невольно скривилась. Реакция гномских дам начала ее раздражать. - Послушай, а она умеет разговаривать? - еще одна дварфийка приблизилась к ним, говоря на гномском языке. - Вот уж не думала, что увижу человека. Она, как мне кажется, дурнушка. - Фрейя.... - начал было Кили на всеобщем языке, но тут же услышал тихий, но полный ярости голос Эрии. Эрии, четко, и с хорошим произношением выговаривавшей слова на его родном языке, языке гномов. - Да, я человек, и мне тоже очень приятно познакомиться с вами. Если честно, я иными представляла себе дварфиек. И я очень рада, что у вас нет бород. В противном случае, вы были бы не столь симпатичны. Троица дамочек замерла, округлив рты буквой "о". Кили вытаращил глаза, не в силах подобрать слов. - Так, так, так, что это тут у нас, почтенные дамы, позвольте! - через толпу к ним пробивался Фили, облаченный в темно-зеленый кафтан, с витиеватым тиснением. - У нас очень важное дело, которое не терпит отлагательств. Танцы-шманцы, беседы и прочее - все потом. Брат, а ну-ка! С этими словами старший племянник короля поволок прочь от опешивших дварфиек Кили, а Кили, в свою очередь, тащил побагровевшую от злости Эрию. По пути ярости у воровки только прибавилось, ибо она поймала на себе несколько ревнивых взоров гномских барышень. - От этих взбесившихся дамочек спасенья нет! - выдохнул Фили, наконец, найдя схрон за одной из колонн. - Я уже не знаю, в какую щель забиться! Что ж ты раньше не мог прийти? Но как же они взбесились, когда ты вошел с Эрией, это что-то! С этими словами Фили стал давиться от смеха. - Ты знаешь наш язык? - Кили взял Эрию за руку и посмотрел девушке в глаза, игнорируя веселящегося брата. - Кроме всеобщего я знаю язык гномов, троллей, орков, и два наречия эльфов. В пределах, достаточных для дипломатических разговоров, - процедила Эрия, не в силах успокоиться после не очень теплого приема. - И для того, чтобы послать подальше, хотя это тоже считается дипломатией в некоторых ситуациях. - Да ладно тебе! - Фили похлопал девушку по плечу, да так, что она едва не согнулась. - Наши барышни, конечно, симпатичны, но ты просто красотка сегодня, не мудрено, что они взбеленились. А уж от того, что Кили тебя привел под ручку, они тебя порвать готовы были! - Кажется, у вас нехватка как раз таки женщин, а не мужчин! - Эрия выдохнула и попыталась смирить свой гнев. Внезапный комплимент от Фили был ей весьма по нраву. - Ну, ты же понимаешь, что отхватить хочется кусочек получше! - Фили добродушно пнул Кили в бок. - Да и потом, эта Фрейя.... Кили....кхм... как бы ухаживал за ней, что ли. - Да ты чтооооо? - Эрия вскинула брови и уставилась на своего спутника. Кили тут же залился густым румянцем. - Ну.... было дело..... - пробормотал он, и тут же перешел в наступление. - А ты, стало быть, сейчас не прячешься по всему залу от своей Нэфти? - А чего это сразу "моей"??? - взвился Фили. - То, что я пару раз погулял с ней за воротами - еще ничего не значит! - Стоп, стоп, стоп! Так что это получается? - замахала руками Эрия. - У вас невесты есть? Братья уставились на девушку с неподдельным ужасом и хором заорали: "НЕТ!!!!" - Какое поразительное единодушие! - ехидно заметила воровка. - Ничего подобного! Никаких невест у нас нет! - Кили отчаянно замотал головой. - Но вот после сегодняшнего дня могут появиться, - Фили предостерегающе поднял палец. - То есть как? - опешила Эрия, пытаясь сложить в голове все увиденное и услышанное. Эти низенькие, пафосные дварфийки и приятный, добрый Кили? Да ну! Но воровка тут же одернула себя. Ей-то какое дело? У нее одна дорога - выкрутиться из этой заверти событий и, постаравшись умыкнуть что-то, сделать ноги. Какое ей там дело, кто да с кем? - Да вот так, чтоб нам провалиться! - Фили несколько затравленно огляделся и перешел на драматический шепот. - В День Дьюрина принято не только отмечать Новый год, но и устраивать помолвки! - Балаган гоблинский, - буркнул Кили, и, скрестив руки на груди, прислонился спиной к колонне. - А в чем, собственно говоря, проблема? - все еще недоумевала Эрия, переводя взор с одного гнома на другого. Она и представить себе не могла, что у них могут возникнуть какие-то нелады на подобной почве. - Не знаю, может, у вас, у людей принято жить, как хочется, а у нас настоящая головная боль, как доходит до вопросов брака, - Фили сделал такое лицо, словно сообщал Эрии ужасную тайну. - То есть ты хочешь сказать, что вам сейчас может сделать предложение дварфийка, и вы будете вынуждены его принять? - воровка едва сдерживала смех. - Конечно, у людей все немного иначе! - Вот еще этого не хватало!! - возопил Кили. - Это будет настоящее свинство! - Я сейчас объясню! - Фили принялся дергать себя за ус. Как поняла Эрия, для него это было признаком чрезвычайного волнения или негодования. - Конечно, дварфийки никого из наших замуж, то есть жениться, ну ты поняла, звать не станут, но вместо этого они поступают хитрее! Стоит им положить глаз на кого-то из мужчин, они просто так не отцепятся! Будут весь пир ходить хвостом и стараться быть рядом. - Но беда-то в том, что старейшины не дремлют! - принялся за объяснения и Кили. - И стоит им заметить, что кто-то из дварфиек оказывает тебе знаки внимания, они тут же лезут не в свое дело, и вот, пожалуйста, попробуй отвертеться от помолвки! - Особенно, если ты гулял под луной с этой самой дамочкой, - заметил Фили, подмигивая брату. - То-то ты не гулял! - огрызнулся Кили. - Ах, как нехорошо! - едва сдерживая ехидное хихиканье, заметила Эрия. - Окрутить барышню, а потом.... - Барышни, как в сору роются в мужиках! - возмутился Фили. - А как замуж, так за тех, кому оно меньше всего надо! - А старейшины только спят и видят, чтобы сдать нас в мужья, чтобы остепенились, якобы, - Кили с досадой сплюнул. - Стало быть, вам жениться не хочется? - Эрия прикусила губу, дабы не рассмеяться. Эта парочка так трогательно выглядела в своем праведном негодовании. - Естественно! Мы молоды и хотим битв и походов, а не этих вот соплей! - Фили сделал такое лицо, словно ему предлагали стать прачкой, а не мужем дварфийки. - Но погулять под луной, конечно, тоже хочется? - съязвила Эрия, не удержавшись. - А ты что думаешь, мы ж не дети малые, - старший гном сделал бровями замысловатый пируэт. - Много ли понимают эти старейшины! - проговорил Кили. - Одно дело - погулять, а другое - жениться. Неужели им неведомо то, что есть Выбор, и.... - А вот это уже лишнее, - заметил Фили. - Людям все равно этого не понять. - А чего это? Чего - не понять? - обиженно уставилась на него Эрия, но в тот же миг по залу пронесся ропот. - Дядя идет! - Кили схватил девушку за руку. - Пора! - Да-да, а то выдерут за опоздание на пир так, что гоблины присвистнут! - Фили галантно подхватил Эрию под вторую руку. - Тебе, Эрия, задание на сто миллионов алмазов! От нас ни на шаг! Тогда у нас есть все шансы не попасть на крючок старейшинам... - И Нэфти, - злорадно заметил Кили. - И Фрейе! - не остался в долгу Фили. И братья в одну ногу шагнули в зал, куда уже вступил Король-под-Горой. Эрия старалась не стушеваться на фоне колоритных принцев Эребора, и смело прошлась с ними соблазнительной походкой, которую часто пускала в ход, если нужно было обвести вокруг пальца и обворовать мужское общество. Справедливости ради, сейчас ей хотелось не только обворовать мужское общество гномов, присвоив себе часть содержимого их казны, но и несколько потрепать чувства не очень гостеприимных дварфиек. Стоило ли говорить, какие взгляды были устремлены на нее, когда Эрия, гордо вскинув голову, шествовала в компании молодых гномов. И если Фили она твердо и по-дружески держала под руку, то предплечье младшего из братьев она непроизвольно сжимала дрожащими пальцами, словно надеясь на помощь. И под взглядом синих глаз Торина, Короля-под-Горой, девушка как никогда нуждалась в поддержке. Торин с легкой улыбкой пристально рассмотрел их странную, но яркую компанию, и кивнул, приглашая их к столу. Фили, Кили и, вместе с ними и Эрия, заняли места по правую руку от Короля, уступив лишь пару более близких мест Хаггину и еще одному советнику, чья длинная, взъерошенная борода едва ли не ложилась в блюдо с жаренным бычьим мясом. - Ну, вот теперь держитесь за пояса, - Фили потирал руки в предвкушении. - Столько еды, что я ноги не унесу! Придется потанцевать, чтобы все утрясти. Кстати, ты танцуешь? - обратился он к Эрии, наваливая ей на тарелку кучу разносолов. - Я не съем это и за неделю! - зашептала Эрия, делая страшные глаза. Кили тихонько "хрюкнул" в кубок с пивом. - А вот от пива не откажусь, кстати! Его так расхваливают, да не каждый его купит на наших ярмарках, слишком уж дорого! - воровка одарила Фили лучезарной улыбкой и подставила кубок. - Я тебя тащить не стану на горбу, коли напьешься! - заметил тот, и от души плеснул янтарного напитка недавней своей оппонентке. Гномы, местные ли, или прибывшие в гости, уже заняли свои места за столами и вовсю дегустировали пиво и наваливали еду на тарелки и блюда. Эрия исподтишка наблюдала за всем этим сборищем, и раз за разом замечала, что за ней наблюдают тоже, и, разумеется, большей частью, дварфийки. Некоторые, надо заметить, делали это с обычным любопытством, но вот дамы, за которыми ухлестывали когда-то племянники Торина, расположились аккурат таким образом, чтобы видеть всю их троицу и смотрели с почти откровенной враждебностью. Эрия поймала себя на мысли, что ей хочется удовлетворить их опасения, посему отныне разговаривала с Кили и Фили только доверительно склоняясь к ним, чтобы прошептать вопрос или фразу на ухо. И всякий раз, когда она оказывалась в опасной близости к братьям, лица Нэфти и Фрейи превращались в маски гнева, которыми пользуются в бродячих театрах актеры. Гномы шумели, смеялись, спорили, ели и пили, шум рос, но стоило Торину лишь слегка кашлянуть, как все затихло. Народ на интуитивном уровне чувствовал своего Короля. Торин поднял кубок и обвел взглядом зал и притихших гномов. Чувство необычайного благоговения и торжественности охватило Эрию. Только сейчас она поняла, что стала на короткое время частью иного народа. Пусть не по своей воле, и, конечно уж, не по воле гномов, но она была с ними, среди них, и вместе с ними внимала Королю. - Восславим Дьюрина, восславим нашего прародителя. Будьте сильны телом и духом, дабы в чертогах праотцов вам нечего было стыдиться пред престолом его. Восславим Дьюрина. Пейте и веселитесь! Да снизойдет на нас благословение великих Отцов рода гномьего! - молвил Торин и поднял кубок. По залу прошла волна возгласов во славу Дьюрина и Короля-под-Горой. Гномы сдвигали кубки, расплескивая пиво, гортанно выкрикивали хвалы, хлопали друг друга по спинам и плечам. Дварфийки, которых почти не было заметно на фоне шумных мужчин, чинно подняли серебряные стаканчики с вином. - А вот теперь начнется, - шепнул Кили Эрии на ухо, тронув ее за плечо. - Ты уж прости, но будет очень шумно и местами бардачно. - Мне наоборот это интересно, - Эрия обернулась к собеседнику. - Разве часто попадаешь в королевство гномов, ведь правда? Кили улыбнулся ей, только улыбка его была немного грустной. "О чем он думает?" - внезапно задалась вопросом Эрия. И впервые за все это время ей даже не захотелось одергивать себя за то, что она слишком близко принимает к сердцу их общение. "Я не смогу этого сделать. Но я должен", - крутилась мысль в голове молодого гнома, а перед глазами мерно плескалось тягучее голубоватое пустозелье.