Thief (Воровка)

Деревья и холмы, ручьи и поля пролетали мимо с той бешеной скоростью, которую только мог развить ее конь. Эрия почти не давала спуску животному, и, хотя сердце ее сжималось от стыда и жалости к лошади, девушка понимала, что сейчас любое промедление смерти подобно. Воровка взяла курс на запад, в сторону Мглистых гор, и избрала тот тракт, который вел в ином направлении, чем тот тракт, по которому можно было добраться до Дейла. Таков был ее план - окончательно замести следы. Она ехала весь день, лишь пару раз остановив коня у источников, чтобы взмыленное животное могло напиться. - Потерпи, потерпи, мой хороший! - шептала воровка. - Скоро ты будешь свободен. Еще немного. Наступила ночь, и лошадь выбилась из сил окончательно. Но и ехать дальше уже смысла не было. Она достаточно примелькалась на этом направлении. Пусть те, кто отправится по ее следу, считают, что она решила укрыться в Мглистых горах. Даже проницательности Хенну и догадливости Аллиадра не хватит, чтобы поверить в то, что воровка собиралась вернуться туда, откуда принесла добычу. То есть, практически вернуться на верную смерть. И Эрия понимала это. Но после всего у нее и не было иного пути. И воровка бы с радостью приняла наказание из рук Торина, Короля-Под-Горой, после того, как подло поступила с его племянником. Под покровом ночи она спешилась в небольшом лесу и развела костер. В нем Эрия сожгла ту одежду, в которой была, и которая являлась бы приметой при поисках. Переодевшись в легкое платье, которое она носила в дни мирного существования в Гильдии, Эрия заколола волосы и спрятала их под капюшон плаща. Седло было снято и закопано под дубами. Теперь у нее осталась только сумка, да неизменный пояс со слитками, которые предстояло вернуть. Перекусив сухими фруктами и орехами, прихваченными в Гильдии, Эрия привязала коня и забылась неглубоким сном на валежнике. С рассветом воровка продолжила путь. Она вышла на огромное поле, раскинувшееся в плодородной предгорной долине. Утренняя роса обильно увлажнила мягкую траву, предрассветный туман невесомым саваном укрывал все вокруг. Из белой мглы слышалось тихое ржание пасущихся неподалеку деревенских лошадей. Легкий ветер донес крики петуха. Жилище человека, несомненно, было где-то рядом. - Ты не пропадешь, малыш, - проговорила Эрия и сняла со своего коня сбрую. Тот словно понимал, что пришел момент расставания и стоял тихо, изредка прикасаясь носом к плечу Эрии. Девушка ощутила, как к горлу подкатывает ком. Она понимала, что через мгновение останется совсем одна. Но взять с собой своего верного друга она не могла. Впереди ее ждала лишь смерть, и животное оказалось бы обречено, оставшись, брошенное на произвол судьбы у врат Эребора. А здесь, в стаде таких же, как он, конь мог рассчитывать на кров и еду. Вряд ли местные крестьяне откажутся от приобретения такого холеного красавца совершенно бесплатно. - Прости, малыш, но дальше я пойду одна, - Эрия украдкой смахнула слезу. Какой же она сентиментальной стала, стоило только влюбиться, демон ее раздери! Она подвела коня к стаду, неясными силуэтами виднеющемуся в тумане и похлопала лошадь по крупу. - Иди к своим новым друзьям. Спасибо тебе..... Конь тихо заржал на прощание, тряхнул гривой и скрылся в дымке, присоединившись к своей новой семье. А Эрия, стараясь не заплакать, двинулась в противоположном направлении. Ей предстояла долгая и опасная дорога. Без коня она должна пробраться окольными путями в Эребор, стараясь как можно меньше людей встречать на своем пути. По прошествии недели от дня описанных только что событий, у ворот Подгорного Королевства показался одинокий путник. Он был закутан в поношенный и пыльный дорожный плащ и при себе не имел ничего, кроме небольшой походной сумы. Он шел медленно и слегка прихрамывал на левую ногу. Оставив в стороне Дейл, путешественник-одиночка смело и безрассудно приблизился прямо к входу в чертоги Эребора, где был, разумеется, остановлен стражами ворот. Изумлению гномов не было предела, когда они увидели, что путник - девушка. Неимоверно вымотанная, худая, покрытая дорожной пылью. Но изумление быстро сменилось гневом и возмущением, когда они узнали в ней ту самую "гостью", которая, прикинувшись заблудшей путешественницей, втерлась в доверие не только к наследнику престола, но и к самому Королю Торину, а потом сбежала, очевидно, похитив что-то из сокровищницы. И, несмотря на то, что ее появление только лишь добавляло загадок к этой истории, стражники долго раздумывать о мотивах вернувшейся злодейки не стали и не очень любезно сопроводили явившуюся прямиком в тронный зал. Эрия едва не растянулась на полу, перед троном, когда гномы толкнули ее в спину, и, сорвав с нее плащ, в один голос прокричали: - Король, смотрите-ка, кто осмелился прийти к воротам! Прикажите, мы снесем ей голову!! Воровка медленно подняла глаза и встретилась взглядом с Торином. Король-Под-Горой восседал на своем троне и смотрел на нее отрешенно. Так, словно, перед ним было пустое место, а что еще точнее, какая-то ползающая дрянь, меньше всего достойная королевского внимания. В пальцах Торин сжимал ее фибулу. Эрия вздрогнула. Так вот где она посеяла ее... Теперь смысла отпираться не было ни на грош. Они все знали. Они знали, что она пришла воровать и обманывать. И в долгу не осталась. - Я думал, что ты окажешься умнее, Эрия, воровка из Гильдии Южной Четверти, - молвил Торин глухо. Девушка на миг забыла, как дышать. Ей показалось, что Король поднимется и метнет в нее молот, тем самым, закончив ее жизненный путь, и не дав ей возможность даже извиниться. - Но ты явилась сюда опять, после всего, что ты натворила, вероломное существо. Неужто тебе было мало, того, что ты унесла? И твоей наглости хватило, чтобы прийти под самые ворота??? - в его голосе зазвучал металл, и Эрия поняла, что медлить нельзя. - Я пришла вернуть украденное, - она склонила голову и отдала стражникам суму и пояс. Гномы опешили, но, приняв ее вещи, тут же извлекли слитки и камни, и недоуменно воззрились на Торина, ожидая его приказа. Стоявший у трона советник Хаггин громко фыркнул и отвернулся. - Это что-то новое! - Торин расхохотался, вот только смех его был зловещим. - Вор решил явиться в повинной? Стало быть, в Гильдии тебя за это погладят по голове? - Я ушла оттуда, - сама не понимая почему, сказала Эрия. Разве Торину интересно, что она теперь осталась без пристанища и смерть грозит ей со всех сторон. - Ушла? - Торин вскинул брови и кинул взор на возвращенную добычу. - По меркам нашей сокровищницы это так немного. И столько зла из-за столь ничтожной кучки драгоценных камней и редкого металла. В этом вся суть людей. Эрия нахмурилась. Она понимала, что, вернув украденное, получить прощение было невозможно. Не здесь, не у Торина, Короля-под-Горой. Но эти речи в очередной раз подтвердили то, сколько она натворила, покусившись на какие-то материальные ценности. - Признаюсь тебе, я сразу понял, что ты - непростая гостья. И хотел поступить с тобой, возможно, не честно, но единственно верным образом, - внезапно заметил Торин, отложив ее фибулу на подлокотник трона. Гномы вокруг замерли, затаив дыхание. - Мой племянник должен был дать тебе снадобье, убивающее память, чтобы ты забыла, обо всем, что видела тут. Эрию прошиб холодный пот. Ну, конечно, конечно, Кили в тот вечер должен был выполнить приказ своего Короля, но он не сделал этого, повинуясь зову сердца. Что же они сделали с ним за ослушание?? - Разумеется, он не стал этого делать, мой упрямый дурной Кили, - продолжал Торин. - Я могу его понять, ведь зелье могло тебя прикончить. Тогда я и сам терзался принятым решением, ибо думал, что ты - исключение из правил, и не причинишь нам зла, как все люди до тебя. Но я ошибался. Ошибался в тебе и Кили, который был готов, как я потом узнал, выпить такое же зелье вместе с тобой. Как видишь, ему жизнь без тебя стала настолько не мила, что он собрался умереть или лишиться воспоминания о своем доме. Лишь бы вместе с тобой. Что ж, он сам жестоко наказал себя своим чувством. Мне больно видеть то, что с ним происходит, но... в конце концов, он сам сделал свой Выбор.... Эрия хотела, было, спросить, где же Кили, но тут раздался топот и брань, в зал влетел Фили, напоминающий песчаного льва в своей ярости. От того, что рядом с ним нет брата, воровка едва не лишилась чувств. Что с же ним? - Явилась!! Явилась!! - взревел Фили и бросился к Эрии, но Торин жестом осадил разбушевавшегося старшего племянника. Фили остановился у трона и принялся костерить Эрию на смеси гномьего и всеобщего языка. - Ах ты, ведьма! Обманщица! После того, что ты сделала с моим братом, ты еще осмелилась заявиться сюда? Пришла полюбоваться делом рук своих? Он сам не свой! Какой дрянью ты его опоила? Как ты заставила его забыть, что такое смех и улыбки? Ты воровка, ты украла его жизнь! Я смотреть на него не могу без слез! Ах ты, отродье человеческое!! Он выкрикивал еще много обидных, но правдивых слов, Торин молчал, словно отдав Фили эту возможность высказать все то, что высказал бы и сам, позволь бы ему титул. А Эрия едва не разрыдалась от счастья. Он жив. Он жив.... Воровка собрала всю волю и силы в кулак и произнесла, прервав поток брани: – Ты можешь сколько угодно обвинять меня, почтенный гном, моя вина — лишь моя вина. И я пришла сюда не вымаливать прощение. Я обязана принести извинения и вернуть то, что не принадлежит мне. И тем, у кого я это забрала, - с этими словами Эрия вынула из-за пазухи тканный сверток. - Король, это Ваш венец.... - Что? - Фили замолчал на полуслове, гномы ахнули, а Король-Под-Горой поднялся со своего трона, грозно глядя на девушку. Но правда оставалась правдой. В руках у Эрии, на мятой пыльной тряпице лежал, мерцая благородным светом, венец подгорных Королей. Светозар Эребора вернулся домой. В зале повисла тишина, от которой ломило в ушах. Но она была нарушена торопливым топотом. Это Хаггин, подобрав полы мантии, сбежал с возвышения у трона, деловито просеменил через зал, вырвал венец из рук Эрии и благоговейно поднес его Торину. - Мой Король, - прошептал он дрогнувшим голосом. Торин молча смотрел на венец, словно не веря глазам своим. Король протянул к Светозару дрожащие пальцы, и камень, почуяв хозяина, стал переливаться голубоватым сиянием. Эрия была готова отдать руку на отсечение, что на глаза сурового Торина навернулись слезы... Но спустя миг все, что окружало ее, перестало существовать. И враждебно настроенные гномы, и Торин с вновь обретенным венцом и осознание того, что она выполнила свою миссию, и предчувствие приближающегося рока... Она услышала его голос, который произнес ее имя. - Эрия? Кили стоял в проеме дальнего входа в зал и смотрел на нее так, словно узрел призрак. Сердце Эрии сжалось от боли, когда она увидела его. Увидела, как за несколько жалких дней он успел похудеть и осунуться. Теперь девушка в полной мере понимала, что стало с его матерью, какая тоска убила ее, истончив, как тень. Ведь куда бОльшую боль причиняет осознание не того, что твой любимый мертв, а того, что он где-то рядом или далеко, но не с тобою. Потому что ты ему безразличен.... Девушка рванулась к нему, но тут же была грубо остановлена стражниками. - Прошу вас... - взмолилась она, не замечая, как с изумлением смотрит на ее реакцию Торин. Но тут же все встало на свои места, когда подбежавший Кили отшвырнул от нее вояк и сжал девушку в объятиях. - Ты вернулась... Вернулась... Я знал... Девочка моя.... И тут Эрия не выдержала, вцепилась в него, что есть сил и зарыдала, уткнувшись в его плечо. Она ни за что, что бы не произошло, не отпустит его. Пусть ее уже мертвой оттаскивают прочь, пусть убивают прямо сейчас, пусть делают, что хотят. Пусть катятся ко всем демонам со своим венцом. - Я люблю... люблю тебя.... - шептала девушка, едва перебарывая рыдания. - Прости меня, прости, прошу..... - Тише, тише, - он нежно гладил Эрию по волосам. - Все хорошо. Теперь все будет хорошо. Гномы в который раз замерли в изумлении и ожидании, что же будет дальше. - Кили, отпусти-ка на минуту свою драгоценную ношу, мне нужно поговорить с нею. А ты... ты еще успеешь вволю пообнимать ее, - раздался голос Короля. И в голосе этом не было и тени злобы или насмешки. Молодой гном посмотрел на своего дядю, не отпуская Эрию. Они словно обменялись фразами через молчаливые гляделки. Девушка, наконец, нашла силы поднять глаза на Торина. - Стало быть, Эрия, ты обворовала своих же? - на губах Торина заиграла улыбка. - Смелый ход. И куда же ты теперь подашься, ведь там тебя ждет только смерть. - Делайте, что хотите, - буркнула Эрия, крепко сжимая руку Кили в своей ладони. - Я лучше умру, чем вернусь к этим крысам. - Ты хитрее, чем я думал, - молвил Торин, поглаживая бороду. - И как мне поступить с тобой теперь? С той, что вернула нам величайшую реликвию, о приобретении которой мы и мечтать не могли. И с той, что похитила сердце моего племянника. Я знаю, что такое - Выбор, и если я умерщвлю тебя в наказание за твой обман, я обреку его на страшные страдания и смерть от тоски... Но что, если я дарую тебе жизнь, а ты ударишь вновь.... - Зачем вы говорите это? - перебила его Эрия. Торин на миг поразился ярости и отчаянию в ее голосе. - Вы думаете, я боюсь смерти? Я боюсь того, что станет с Кили, если вы убьете меня!! И это ваша воля, делать со мной, что вам угодно, но если он будет страдать, то прежде, чем я умру, я любому из вас... глотку перегрызу! - слезы снова начали душить ее. Король-Под-Горой лишь покачал головой. Фили стоял с открытым ртом, переводя взгляд с размышляющего дяди на брата, который успокаивал дрожащую Эрию. - Итак... Что я вижу, - наконец, молвил Торин. - Ты положила на весы, все, что у тебя есть. Добровольно лишилась дома и ввергла себя в смертельную опасность, быть убитой своими же. И ты совершила великое добро, вернув нам венец... - С венцом или без него, я бы все равно пришла, - проговорила Эрия. - Мне больше некуда идти, - и она снова уткнулась в плечо гнома. - В таком случае, тебе бы не мешало умыться, - заметил Торин. - Слезы не красят твою пыльную физиономию, Эрия... - он сделал паузу, понимая, что называть ее воровкой больше нет смысла. - А там решим, что с тобой делать, ибо бездельники в Эреборе мне не нужны. - Дядя! - воскликнул Кили, засветившись от счастья. - А я все равно надеру тебе зад!! - завопил Фили, и, бросившись к Эрии, вцепился в нее и стал встряхивать. - Вот же пройдоха, негодяйка ты! - однако, его показной ярости хватило ненадолго, и Эрия оказалась стиснута между братьями-наследниками, как в гигантском бутерброде, ибо Фили решил обнять сразу двоих. Когда проявление радости окончилось, и полупридушенная Эрия смогла вывернуться, она вновь оказалась лицом к лицу с Королем. - Мой Король, - отвесила Эрия учтивый поклон. - Я всю жизнь добывала пропитание воровством и многого не умею... - Да уж, в кузницу тебя не отправишь! - добродушно улыбнулся Король. - Но я могу быть полезной по части охраны, - внезапно выпалила Эрия. Гномы опешили, даже Фили и Кили прекратили месить друг друга от избытка чувств. - О несовершенстве Вашей охраны говорит хотя бы тот факт, что я дважды проникла в сокровищницу, и вынесла оттуда кое-что, - Эрия покраснела, а Торин опешил от ее дерзости. - К сожалению, теперь Гильдия в курсе, что ваша сокровищница может не устоять под напором особо ловких воров. Я думаю, что в ближайшее время, стоит ждать гостей. А я лучше ваших стражников знаю, как они мыслят, и как будут поступать. Почему бы мне не заняться... так сказать... консультированием вашей стражи? Торин не выдержал и засмеялся. - Вот так дела! - Король воззрился на Эрию лукавым взглядом. - Предприимчивая Эрия, ты не устаешь меня удивлять! Что ж, Кили, не завидую тебе, бойкая женушка тебе досталась. Посмотрим, как ты с ней справишься. Племянник Короля в ответ улыбнулся и прижал девушку к себе.