Пси-кто?

Удивительно. Ничего не понимаю. Стоило учебному году в Хогвартсе закончится и я снова взрослый человек, психолог Рэй Мартин? Причём судя по всему, я вернулся ровно в ту же минуту своей жизни, в какую и исчез. Я вообще исчезал? Сложно теперь верить, что это была просто галлюцинация, учитывая, что я прожил в ней почти год. Что-то не сходится… Дневник! Если всё было реально, где-то должен остаться дневник с моими записями. Спустя несколько минут поиска я нашёл его под креслом. Всё верно. Десятки исписанных страниц, характеристики профессоров и учеников, заметки о событиях, не упоминавшихся в книгах, — будь моё обучение в Хогвартсе галлюцинацией я бы потратил как минимум несколько часов на написание всей этой информации. Но в реальности прошло всего несколько минут. Более того, я даже не помню как именно вернулся в свой мир, и где провёл последние минуты в Хогвартсе. Все эти перемещения остались для меня абсолютной загадкой, которой я не могу до сих пор найти причину, даже неадекватную. Первую неделю после возвращения домой я жил как на иголках, готовый в любой момент вновь оказаться в магическом мире. Через месяц я решил, что это было разовое помутнение, и вернулся к своему привычному распорядку жизни. Ещё через два месяца, в декабре, в момент, когда я ну совсем не ждал ничего необычного, моё помутнение повторилось. В отличие от первого раза, когда я переместился сразу к воротам Хогвартса, в этот раз я очутился в поезде. В том самом «Хогвартс-экспресс»! Ещё тогда, когда я читал книги о Гарри, этот поезд произвёл на меня более сильное впечатление, чем сама школа магии. И не просто так! Именно здесь я почему-то почувствовал, что нахожусь в мире, полном магии (и странностей). Несмотря на то, что детишки вокруг были слишком шумными и неуёмными, я наслаждался всей поездкой. Даже рискнул попробовать конфеты «Берти Боттс»! Правда, мне повезло лишь со второго раза (со вкусом апельсина), первая оказалась со вкусом соплей… Прибыв в школу, я почувствовал себя так, будто вернулся домой. Я и сам не заметил, как за год привык к этим стенам и этим людям. Я даже почти забыл, что давно уже не двенадцатилетний мальчишка, хоть сейчас и выгляжу именно так. В Хогвартсе все только и говорили, что о профессоре Локонсе. Его-то и профессором назвать сложно: всё, что в нём есть, — это тщеславие и непробиваемая глупость. Всё как по книге, в принципе. То ли дело Снегг — полная противоположность Локонсу. Он, конечно, тоже иногда перегибает палку и бывает слишком груб с учениками, но я-то знаю почему он такой. И я просто не могу скрывать своё уважение к этому человеку, из-за чего иногда на занятиях ловлю на себе косые взгляды детишек. Ну, и пусть, они всё равно ничего не понимают. Ох, я совсем забыл, какой весёлый Хэллоуин должен быть в этом году. Как человек, осведомлённый о всей истории, в том числе её развязке, наблюдать за каменной кошкой, висящей на канделябре, весьма забавно. Кстати, настоящий Гарри Поттер очень похож на Рэдклифа, чему я очень удивился. Зато сразу узнал. А вот Рона и Гермиону я бы навряд ли узнал, будь они не вместе с Гарри. Рон выглядел более нескладно, чем играющий его актёр, и всё лицо было густо усыпано веснушками. А Гермиона вообще имеет мало чего общего с Эммой Уотсон. Но должен признать, они обе красивы. Итак, Василиск уже несколько раз заявил о себе. Неожиданно у меня прибавилось работы. Много детишек, которые, конечно же, даже не упоминаются в книгах, пострадали от такого стресса. Причём не только мои «ровесники», но и ребята постарше. Многие из них психологически не готовы увидеть как каменеют их друзья или даже незнакомые им ученики. Сложность заключалась в том, что здесь я не психолог и даже не взрослый человек. Я такой же двенадцатилетний мальчишка как и остальные вокруг. Кто станет слушать советы ребёнка? А уж тем более наставления. Приходилось выкручиваться. Перед одним учеником я прикидывался, что тоже пострадал и полностью понимаю его, перед другим, наоборот, уверял, что нет никакой опасности и это всё просто чей-то злой розыгрыш. Некоторым приходилось врать, что я видел это чудище. Главное было войти в доверие. Как только дети начинали мне верить и доверять, вывести разговор в нужное русло не составляло труда. — Вау! — воскликнул один из детей после долгого разговора со мной о страхах. — Как ты это сделал? Я почему-то больше не боюсь! Потому что я психолог, дорогуша. — Просто я много чего знаю. Так что если будут снова мучать страхи — приходи ко мне. — Слушай… — мальчик замялся, — а ты только со страхами помочь можешь? А вот это уже интересно. — Нет, конечно. А что такое? Судя по тому, как краснел и топтался этот ребёнок, могу заявить с 90% уверенностью, что без любовных дел тут не обойдётся. — Видишь вон ту девочку? В конце коридора. А я что говорил? В яблочко. — Да, — главное сейчас быть осторожным, пока он не застеснялся собственных чувств. — Я слышал, ей нравятся только те, кто играет в квиддич. Как думаешь, если я попробую попасть в команду, она обратит на меня внимание? Я чуть не засмеялся. А этот малый с воображением. — Знаешь, — начал я загадочно, — мне кажется, дело не в квиддиче. Просто ей ещё не попадались хорошие ребята, не играющие в эту игру. Мальчик задумался. На самом деле я бы так словами не кидался, если бы не поговорил пару дней назад с этой самой девочкой. Весь наш разговор она только и делала, что косилась на этого неуверенного тихого мальчонку. — Думаешь? — наконец подал он голос. — Уверен, — ответил я и кивком головы призвал его подойти к своей даме сердца. Слухи о том, как здорово я всем помогаю, медленно начали расползаться по школе. Я начал бояться, что стану слишком заметным персонажем в этом мире и случайно изменю какие-нибудь события. Кто знает, возможно в этой вселенной тоже возможен эффект бабочки?