Forever in me

Иду по коридору. Изредка могу увидеть горничных или гостей. В основном, пусто. Продвигаясь всё ближе и ближе к лифту, всё больше недоумеваю, зачем я Софии. Из всего этого дня я поняла несколько вещей, из которых мне более или менее удалось собрать какой-то пазл: 1. Павел остался таким же, как до того дня, когда мы должны были встретиться у моста. 2. София специально отправила именно меня убирать номер Павла, дала ключ и сказала заходить без стука, дабы мы помирились с Павлом. Хотя, у нас даже ссоры-то и не было. 3. У Юли ПМС, значит её характер, который я сегодня ощутила на себе, будет продолжаться ещё минимум 4 дня. Да, третий пункт прям самая важная вещь (нет). Я все не понимаю, как так у меня всегда все идет вперемешку, и я впутываюсь в какие-то передряги. Сейчас ещё и миллион пропал… Да-а, с Дмитрием так неловко получилось, что я на него так взяла и наехала, мол, чтобы они от меня отстали. Ну что же мне ещё оставалось делать?! Я была на нервах — единственно адекватное объяснение. Лифт останавливается на первом этаже, и я, кое-как поднимая ноги и шаркая гостиничными тапочками с эмблемкой отеля, продвигаюсь к ресепшену. Вижу Софию Яновну, только её. Опять наверно отправит к Павлу. Я подхожу ближе и, убрав руки за спину, обращаюсь к человеку, стоявшему передо мною. — София Яновна, — говорю я, и она резко поворачивает в мою сторону голову, а затем и всё тело. — Вы что-то хотели? За этот день мы с ней встречались уже довольно много раз. — Дарья, вы пришли, — она убрала телефон в карман. — Я хочу, чтобы вы пошли к… — Извините меня, конечно, но я не пойду к Павлу Аркадьевичу. Она вздохнула и стала медленно шагать вперед. — Дарья, — начала она, а я пошла следом за ней. — Завтра приезжает Элеонора Андреевна, и если она узнает, что здесь произошло вчера, нам несдобровать, а точнее, она уже, возможно, знает. Я шла рядом и вслушивалась в каждое сказанное слово. Нам утром говорила Валентина, что приезжает Элеонора, и что я и Анжелика утром убираем номер и ждем её прибытия. Но при чем тут Паша… В смысле, Павел? — Павла Аркадьевича Элеонора Андреевна и так только со всхлипами оставляла, даже несмотря на то, что он её племянник. Она и так может заведовать отелем сама, вместе с Никитой Андреевичем. — Ну… — я что-то начала понимать. — А причем здесь я? — Как вчера мне Павел рассказывал про вас и в каком он был состоянии, я так понимаю, Элеонора Андреевна с легкостью его выгонит, если Павел Аркадьевич предстанет перед ней в состоянии алкогольного опьянения. Так что только вы можете убедить его не… пить. Ох, вот бы она знала, что произошло буквально полдня назад. Если я приду к Павлу, я не смогу с ним нормально разговаривать. Ибо опять все дойдет до рукоприкладства. Мы молча шли до его номера. Мне как-то не по себе. Соглашаться, нет? Не соглашусь — вылечу, соглашусь… Вылечу через Павла или Элеонору, или же останусь. Все так сложно! — Дарья, — услышала я голос начальницы сбоку. Давай, Даш, не будь тряпкой. Помоги и все… — Хорошо, — с закрытыми глазами и глубоким вздохом ответила я. — Но больше я в этом не участвую. — Ладно. — София отдала мне ключ, с помощью которого я без проблем открыла номер. Захожу внутрь. Темень. На удивление чисто. Сзади меня дверь медленно закрывается. Хлопка не слышно. Не спеша, на цыпочках иду и ищу его. Внутри меня все трепещет, мое тело всё передёргивает, я боюсь. Боюсь. Направляюсь в сторону кровати. Возможно, он там, хотя, может быть и такое, что он окажется сзади меня, или же его вообще нет здесь, раз в номере настолько чисто. А нет, пару бутылок есть, но все равно, ничего не изменилось. Захожу за кровать. Никого нет. Тут у окна вижу черную тень. По коже пробежал табун мурашек, я остолбенела. Мне было страшно начать разговор, ведь в голове появляются только страшные последствия. Вдруг он обижен? Ну да, кто не обидится после того, как его, мягко говоря, избила девушка. Приоткрываю рот, чтобы начать разговор но… — Еще раз привет, — голос безразличия доносится до моих ушей. — Опять пришла меня уда… — Нет, — боже, почему во мне находится страх? — Оу, — его тон изменился на более мягкий и дружелюбный, но все еще был серьезным. — Это меняет дело. Из темноты вышел человек с бокалом вина в руке, немного пошатываясь и идя развязной походкой. Он отпил бордовой жидкости, и бокал резко упал на ковер. — Упс, — изображая свою неуклюжесть, и то, что это он сделал нечаянно, Павел прикрыл рот рукой и усмехнулся. — Убери! — приказал он. — Я не на работе, — ровным голосом сказала я. Мне в этот момент было противно смотреть на него. Просто пьяный мужик стоит передо мной и приказывает мне что-то делать. Не то, что бы мне лень, но это уже выходит за рамки всего. Возможно, сейчас я могу вылететь отсюда. — Ха, — усмехнулся он и сел на кровать, подняв голову вверх и улыбнувшись. — А ты не изменилась. Всё еще держишь стойкую позицию. После своих слов Павел плюхнулся на кровать, положив руки под голову, и, затем, посмотрел на меня. У него так же была улыбка на лице. Мне казалось, что он просто смеётся надо мной. — Дак ты садись, садись. — Я осторожно присела на кровать, а точнее на её край, и старалась не смотреть на него. — Чего хотела-то? — Завтра приезжает Элеонора Андреевна, — начала я. — И есть такое предположение, что она приезжает из-за того, что произошло день назад. — И что? — я повернула голову на него. В смысле, и что?! — И что мне это даёт? Я знаю. — А то, что, — от возмущения я в прямом смысле слова подскочила с кровати и благополучно приземлилась на ноги. Мой взор уставился на Павла. — А то, что вас могут просто напросто выгнать отсюда! Да как же вы не понимаете! От такой реакции парень сел, выпучив глаза, и тоже уставился на меня. — Не говори ерунды… — Вы постоянно пьёте, гуляете, вы совсем не серьезный! — меня просто разрывало от злости и возмущения. — А ты мне обещал!.. Павел резко подскочил ко мне и положил руки на плечи. — Что ты сейчас сказала? Повтори. — Обещал… — Тебя сюда София отправила? Мне уже просто не хотелось с ним общаться. Я быстро вылетела из номера. Недалеко от него я увидела Софию. Она все это время была здесь. Увидев меня, женщина подошла и буквально начала расспрашивать: «Ну что, как все прошло?» — Знайте, этого человека не изменить. И я ушла. Просто ушла. Без оглядки, без лишних слов. Я уже все сказала…