Смерть или второй шанс?

Холод и боль во всём теле — первое, что почувствовала Хелена, открыв глаза. Она лежала на сырой листве, пытаясь вспомнить последние события Битвы. Она помнила, как спасла Долохова, помнила, как убила когтевранку, но дальше воспоминания обрывались. Маска Лестрейндж валялась в паре метров от хозяйки, но палочка по-прежнему была крепко сжата в руке. Простонав что-то нечленораздельное, Пожирательница приняла сидячее положение, но быстро пожалела об этом: по всему телу прошла такая боль, словно на девушку наступил тролль, а тело вот-вот расплющится под тяжестью его ноги. Схватившись за голову, Хелена вскрикнула. Когда боль немного унялась, девушка попыталась встать. «Ходить могу, уже неплохо.» — подумала она, подходя к маске и поднимая её. Натянув маску на лицо, Слизеринка осмотрелась. Место, в котором она находилась, показалось ей незнакомым. Это был лес. Но не Запретный. И не тот, в котором было поместье её покойной матери. Тогда где же она? Решив не придавать этому сильное значение, во всяком случае, пока, Хелена вытянула вперёд руку с палочкой и негромко произнесла: — Люмос. — кончик палочки засветился приятным светом. Посветив на себя, девушка отметила, что для человека, пережившего Магическую войну, она выглядит довольно неплохо, лишь в нескольких местах порвана мантия, а на руках несколько ссадин и царапин, которые, впрочем, не причиняли неудобств. И тут в её памяти «ожили» последние события: Пожирательница вспомнила победный вскрик Повелителя и зелёный луч, вырвавшийся из палочки Грейнджер и направленный в её сторону. Тогда почему она жива и стоит, как ни в чём не бывало? И что это, в конце концов, за лес? Собравшись с мыслями, Хелена представила своё поместье и попыталась трансгрессировать, крутанувшись на месте. Однако, когда девушка открыла глаза, она поняла, что по-прежнему находится в этом странном лесу. «Что за ерунда? — подумала Лестрейндж, нахмурившись, — Заклинания срабатывают, а трансгрессия — нет?» Повторив попытки переместиться ближе к своему особняку ещё несколько раз, девушка сдалась, понимая, что идти придётся пешком. Вот только куда? — Направление. — прошептала она, держа палочку на ладони. Палочка сделала один оборот и указала куда-то влево. — Значит, север там, — негромко произнесла Хелена, посмотрев в сторону, куда указывала палочка, — и идти мне нужно туда. Тяжело вздохнув, девушка поплелась на север. Через пару часов, которые показались брюнетке вечностью, она подошла к широкому дереву и примостилась рядом с ним, откинувшись на его мощный ствол. Внезапно Лестрейндж услышала какой-то шорох, всего лишь метрах в восьми-десяти от себя. Сердце пропустило удар. Пожирательница мигом вскочила на ноги, вытянув руку с палочкой перед собой и напряжённо всматриваясь во тьму. Неожиданно прямо из-за соседнего дерева на Хелену выпрыгнул огромный паук. — Араниа экзуме! — мгновенно выкрикнула она. Паука отбросило в сторону. Даже не отдышавшись, девушка выпалила Смертоносное заклинание, и паук, готовящийся вновь набросится на жертву, упал замертво. — Отлично, — тяжело дыша, произнесла волшебница, — здесь ещё и акромантулы водятся. Для полного-то счастья только их и не хватает. Фыркнув в ответ на свои мысли, Лестрейндж вновь зажгла огонёк на конце палочки и отправилась дальше на север.

***

Сколько времени прошло с момента последнего приёма пищи? Девушка была так голодна, что ей казалось, будто она месяц не ела и не пила. — Агуаменти. — произнесли Хелена, направив палочку в рот. Тонкая струйка воды, материализующаяся прямо из конца палочки, приятно охладила ротовую полость. Вдоволь напившись, Пожирательница направила палочку на лицо и несколько раз провела по нему свободной рукой, очищая от приставшей во время Битвы пыли. Прекратив действие заклинания, волшебница потянулась и зевнула. Только сейчас она поняла, насколько сильно устала. Дойдя до дерева, чем-то отдалённо напоминающего дуб, девушка не поленилась нанести защитные чары: — Оглохни. Репелло Инимикум. Протего максима. Фианто Дури.- при каждом заклинании из палочки появлялись светлые лучи, создающие защитный барьер вокруг дерева. Убедившись, что её не видно и не слышно, Лестрейндж устроилась под кроной дерева и, поразмыслив, решила сделать ещё кое-что. — Фоверус. — произнесла она, направив палочку на обувь. Та мгновенно согрелась, и ноги Слизеринки оказались в тепле. Проделав то же самое и с другими элементами одежды, девушка удовлетворённо вздохнула и, осмотрев пространство вокруг себя, шёпотом произнесла: — Нокс. — огонёк на палочке потух, и девушка, потянувшись, уснула.