envoy

Я сидела на полу своей комнаты, тихо всхлипывая и наблюдая, как солнце где-то вдалеке медленно опускалось за деревья, оставляя красивый оранжевый оттенок на стенах. Ужасные крики этажом ниже в этой комнате казались не такими громкими, но я все равно каждый раз закрывала уши руками и пыталась успокоиться. "Уже вечер. Как странно, ведь недавно было еще светло." Я рисовала что-то на чистой стороне тетрадки, когда услышала странный шорох у двери. Он заставил меня резко отвернуться к стенке. Я боялась, что это снова она. — Сомер, а почему ты плачешь в такой чудесный вечер? Но это была не она. Голос был совершенно другой. Более теплый. Лучи заходящего солнца падали на лицо мальчика, который сидел возле двери и улыбался. Они позволяли увидеть маленькие ямочки на его щеках, которые я почему-то не заметила утром. Мне стало немного спокойней, но я все еще дрожала. — Как ты так тихо зашёл? И что ты делаешь здесь? — немного переборов страх, я все же повернулась. — Ты не помнишь меня? — Уходи, тебе нельзя здесь находится, — стараясь говорить серьёзно, мой взгляд не сразу обратил внимание на вещи в его руках. — Не бойся, это обычные конверты. Я хотел, чтобы ты помогла мне с письмом для Санты. У меня просто ужасный почерк. Я не смогла вымолвить ни слова, ведь давным-давно потеряла счёт времени. Сначала весна, затем жаркое лето, за ним холодна осень и не менее ледяная зима. И так столько много раз подряд, что голова идет кругом. Неужели уже Рождество? Парень подошел ближе и осторожно сел напротив, положив листы и разноцветные ручки рядом. Интересно где он их раздобыл в этом доме. — Я видела тебя утром, но так и не успела спросить, — я вытерла слезы рукавом, немного смущаясь, что он их видел. — Как тебя зовут? — Гарри, — он улыбнулся и что-то протянул мне. — Держи, эти чистые листы твои. — Прости, я, наверное, не буду ничего писать. Да и вряд ли смогу помочь тебе в этом. — Но почему? - Гарри прекратил раскладывать ручки, подняв звои изумрудные глаза на меня. Я ведь хочу помочь, хочу написать это письмо вместе. Но тогда почему я, спрятав ладони в длинные рукава, смотрю в пол и еле сдерживаю слёзы? — Потому что все это глупости и Санты, на самом деле, не существует. Мама говорит, что это сказка для маленьких детей. Да и вообще, все сказки, как и их персонажи, выдуманные. Может, ты еще и мультфильмы любишь смотреть? — мои слова заставили парня немного нахмуриться. Медленно убрав листы бумаги, он все продолжал рассматривать мое лицо, словно ища ответ на беспокоившие его мысли. — Ты очень сильная девочка, Сомер. На самом деле ты не хочешь обидеть меня, ты так просто защищаешься от неизвестности? — не раздумывая больше ни секунды, он вдруг взял меня за руки, и, тем самым, поднял резко на ноги. Я не помню, когда в последний раз ела что-то нормальное, поэтому слабость сразу же ударила по моим ногам, но его руки не дали мне упасть вниз. — Не знаю о чём ты говоришь. Просто не верю и всё тут! — То есть, если я скажу, что умею исполнять желания, как все волшебники из сказок, ты тоже не поверишь мне? — я хотела вырваться из его рук, но парень оказался сильнее. — Да, мне скоро придется уйти. Но сначала я должен доказать, что не вру. Я подозрительно прищурилась, но быстро кивнула, желая скорее узнать, о чем именно он говорит. Или желая скорее проснуться и забыть этот причудливый и самый странный сон. — Ты можешь загадать любое желание, а я докажу, что волшебство, в которое ты не веришь, все таки существует. Он был так окрылен, что через его руки я могла чувствовать, как по телу парня проходила легкая дрожь. Мне вдруг захотелось поверить его словам, отбросить все сомнения и перестать контролировать происходящее. Пусть все идёт бесконтрольно, как есть. — Ладно, что мне нужно делать? — Для начала закрой глаза, только не отпускай меня. Затем подумай о чем-то хорошем. О том, чтобы ты хотела увидеть прямо сейчас. Пожалуйста, только… доверься. Я снова хотела возразить, но после его слов все-таки сдалась. Закрыла глаза и, после того, как желание было загадано, осторожно прислушалась. Увидев все ту же комнату и тусклую лампу на моём комоде, я вопросительно перевела взгляд на странного "волшебника". Но он заулыбался, кивнул и, после того как взял меня за руку, осторожно вывел из комнаты. — Гарри, что происходит? Если увидят… — Не бойся, они все ушли. Иначе…я бы не пробрался к тебе, верно? Я очень сильно занервничала, но нам удалось снова спуститься вниз к месту нашей первой встречи. По дороге на мгновение отвлекаюсь на нового пушистого зверя, но тут же замираю, как только вхожу в гостиную. На месте старых коробок и грязной мебели стояла огромная Рожественская ель, которая переливалась разными цветами в этой мрачной и темной комнате. Под ней куча подарков, которые были обернуты в разноцветную бумагу с золотыми бантиками. Яркие огоньки переливались на стенах и бегали моему телу, делая мою черную пижаму немного ярче. Все было, как самый красивый и одновременно непонятный и пугающий сон. Наверное, мне нужно было загадать каких-нибудь сладостей или домашнего питомца, как делают все обычные дети, потому что после волны удивления и минутного счастья мне стало ужасно плохо. Тоска и боль мгновенно пронзили меня, осознав что я загадала, и на секунду мне захотелось, чтобы всё это закончилось. Но я все так же стояла на месте, потому что Гарри все еще оставался самой большой загадкой в этой комнате, которую мне предстояло разгадать. \.../ Я лежала на полу и смотрела вверх, в путаницу ветвей елки, в то время как Гарри рядом запечатывал наши письма. За окном было достаточно темно, но я все равно могла видеть, как большие снежинки медленно падали с неба. Выйти на улицу было невозможно, но я готова была отдать все, ради возможности слепить снеговика вместе с этим зеленоглазым мальчиком. Удивительно, несколько часов назад я думала, что он просто случайный незнакомец, которого мне не следовало видеть, но прямо сейчас он сидит рядом, и я наблюдаю, как красиво переливаются звезды в его глазах при свете разноцветных лампочек. — Что мне теперь делать? А самое главное — как мне все объяснить маме? Она ведь…я думаю мне будет плохо. Он медленно сел и прислонился к спинке старого кресла, не отводя взгляда от разноцветной ели. — Не волнуйся, все это исчезнет как только входная дверь откроется. Пока кто-то войдет в дом твоё желание будет жить. На несколько минут в комнате повисла тишина, и я смогла почувствовать, как сильно билось мое сердце. Я была дико напугана, но при этом я не хотела, чтобы это заканчивалось. Любопытство и боязнь дальнейшего мешали мысли в моей голове. В этот момент парень переводит взгляд на меня и, словно прочитав мысли, говорит: — Сомер, я очень хочу помочь тебе, но прости за то, что я не могу повернуть время вспять. Прости, что не могу вернуть твою семью и за то, что мой подарок заставил тебя горевать. Я хотел просто сделать тебя чуточку счастливее, хотя бы на немного, — он запустил свои пальцы в кудри, немного взъерошив их, при этом что-то обдумывая. — Когда ты закрыла глаза, я словно очутился внутри твоей головы. Все было немного размыто: ты в розовом праздничном платье, огромный стол и картины с фотографиями стояли прямо на этом серванте. Комната была заполнена гостями, но я смог рассмотреть двух молодых людей, которые о чем-то говорили и смеялись. Ту девушку я уже видел здесь ранее, наверное, это были твои родители. Изображение стало четким, когда я увидел эту ель рядом с ними. Нужно было остановить его. Заставить замолчать и уйти спать в свою комнату, но вместо этого я продолжаю слушать. Громкий всхлип и я снова закрываю лицо руками, пытаясь спрятаться. Но у меня, как всегда, ничего не выходит. — Нужно было еще утром прогнать тебя из своей комнаты, — громко всхлипывая, я представляю, что исчезаю из комнаты. Он ничего не ответил, бросил взгляд на конверт с моим письмом, и сразу же передвинулся ко мне, садясь напротив. — Эй, я что-нибудь придумаю, слышишь? — он начал искать мое лицо среди длинных волос, убирая их на одну сторону. — Скажи, почему ты не хочешь уйти отсюда, ты ведь так несчастна. — Что? — я подняла лицо, и мы встретились взглядами. — Твое письмо к Санте. Хочешь, чтобы отец забрал тебя? — Ты прочитал мое письмо? Зачем ты это сделал? Я перебила его резкой попыткой подняться, но моих сил не хватило, чтобы даже встать на ноги. Моя голова начала кружиться, и теперь все огоньки хаотично бегали по стенам комнаты. — Ты ведь даже не представляешь какие ужасные люди приходят сюда каждый день и чем эти люди зарабатывают на жизнь. А твоя мать…она просто чудовище, разве ты не видишь? Дьявол никогда не переродится в ангела, сделать такое неподвластно даже мне. — Прекрати говорить так о маме! Ты ничего не знаешь, ты совсем ничего не знаешь, уходи! — я с трудом пытаюсь вырваться, но парень останавливает, держа мою голову ладошками и крепко прижимая к себе, стараясь успокоить. Когда мое дыхание приходит в норму, я вновь открываю глаза. Комната перестала кружиться, а когда я перевела взгляд на лицо парня, то вновь могла четко разглядеть яркие зеленые огоньки. — Тише-тише, вот так, — он осторожно отпустил меня. — Хочешь, я расскажу, как очутился здесь? Можешь спросить все что угодно, я расскажу тебе. В этот момент я улавливаю чьи-то шаги и громкие голоса на заднем дворе. Оборачиваюсь до окна, но ничего не замечаю. — Ты потерялся на улице, а тебя нашёл Элиот или мама? — Сегодня ночью человек, который наблюдал за мной утром, похитил меня. Отчасти, я сам виноват в этом, потому что оставил окно в своей комнате открытым, когда уходил на кухню. Поэтому, когда я вернулся, он уже ждал меня за кроватью. Я знаю, что они хотели потребовать за меня выкуп, потому что мой отец богатый человек. Но… если я сейчас говорю с тобой, то значит он любит свои деньги больше, чем любил меня, — казалось, моё сердце пропустило удар после этих слов, Гарри лишь улыбнулся. — Пойми, я не хочу, чтобы с тобой случилось нечто подобное, поэтому, пожалуйста, позволь спасти тебя. Гарри замолчал. Казалось, его взглядом можно было зажечь огонь, но я чувствовала лишь боль в сердце от его слов. — Ты думаешь, я не знаю какие люди живут здесь? Ты, наверняка, тоже слышал ужасные крики сегодня утром, ведь так? Так получается, что не все люди становятся хорошими, когда вырастают. Но, даже не смотря на все это, пойми - я не оставлю маму. Поэтому тебе лучше скорее уходить, пока никто не вернулся. Я остаюсь, — на лице мальчика появилась грустная улыбка, а глаза приобрели невероятно красивый кристально-чистый оттенок. Казалось, он вот-вот заплачет или просто растворится в воздухе. Видя это, я осозновала, что моё время кончается и нужно скорее прощаться. Если я просижу еще хотя бы минут десять, то сразу потеряю сознание. — Без тебя я не уйду. Только вместе. Если ты останешься, я боюсь, что с тобой может произойти что-то плохое, и мы не сможем больше встретиться. Боюсь, что не смогу прийти, когда тебе нужна будет моя помощь. Я никак не смогу вмешаться, понимаешь? — Гарри, мне правда сложно. Все что ты видишь вокруг — единственное, что у меня есть. К тому же, если мы сбежим, меня все равно найдут в этом городе в считаные минуты, понимаешь? — Глупышка, разве я говорил про этот город? Не забывай кто я, вместе мы сможем увидеть столько всего интересного, я покажу тебе совершенно иной мир, без боли и крови, потому что ты достойна большего, чем просто умирать здесь и ждать людей, которые никогда не придут. — Остановись! Я хочу проснуться, пожалуйста, хватит! Я не хочу больше слушать тебя! — по привычке я быстро закрываю уши руками, когда чувствую себя плохо. Голова раскалывается, словно на неё упало что-то тяжёлое, я чувствую, как улетаю. — Сомер! — Я желаю, чтобы ты исчез! Сейчас же, уходи прочь! Мне стало очень страшно, мое тело не слушалось, а воздух постепенно куда-то пропадал из комнаты. Все это напоминало мне ужасный сон, которому небыло конца. Как же ужасно, когда кто-то пришел помочь, а тебе не хватает смелости принять ту самую ужасную мысль, что именно она, именно помощь - это то, что тебе необходимо. Я хочу протянуть руку навстречу и отпустить иллюзии и пустые надежды, я ведь и раньше понимала, что с каждым новым днем становится все сложнее держать глаза открытыми. Я устала бояться, что однажды мне не хватит сил подняться, и я больше не увижу солнце. Бояться не найти еды, когда она будет мне жизненно необходима, как сегодня. Что если я навсегда останусь здесь, и никто не придет за мной на самом деле? Даже мой папа? Когда я снова набрала воздух в легкие, яркая вспышка ударила в мои глаза. У входной двери прозвучал громкий хлопок, я тут же узнала мамин голос, который смешивался с парой чужих. Кто-то двигался на кухню. Дикий страх за считанные секунды овладевает мной, адреналин наполняет мою кровь, и у меня чудом получается встать на ноги. "Ничего себе, словно кто-то управляет мной. Неужели у меня получится убежать?" Но вдруг слышу знакомый душераздирающий крик. Её крик. Черт, черт, черт! — Где спряталась эта маленькая дрянь? Сомер, живо иди сюда! Добежав до лестницы, я вынуждена была вернуться. Я прохожу по коридору и держусь за стену, чтобы не упасть. Быстро оборачиваюсь, проходя мимо гостиной, но комната оказывается пустой. Если его найдут, то я точно не смогу помочь в таком состоянии, эта мысль разрывает мне сердце. Я должна что-то придумать. Посторонние мужские голоса добавляли дрожи в моих ногах. Я осторожно заглядываю в кухню в надежде найти там маму и вскоре нахожу ее у стола. Дрожащими руками она готовила какую-то повязку. — Твою мать, почему ты меня не послушал!? Я же говорил, что не нужно было трогать этого мальчишку! Ты слишком сильно завысил планку, ублюдок! - разглядывая комнату дальше, я замечаю двоих мужчин, которые выглядели очень напуганными и грязными. — Заткнись Джо, разве ты не видишь, что сейчас не время выяснять, кто был прав, а кто виноват! — Его папаша не оставит нас просто так. В этот раз мы точно доигрались. Это конец, — кричал второй, у которого всё лицо было в красной жидкости. Я сразу же вспомнила того плюшевого медвежонка наверху. Один из мужчин сидел на полу и держался за свое плече. Из него очень быстро лилась красная жидкость, которая придавала грязной плитке коричневатый цвет. Второй же был в маске и судорожно выглядывал в окно, что-то проверяя. Наблюдая за происходящим, сейчас мне больше всего хотелось спрятаться, словно меня не существует. — Мама? — своим дрожащим голосом я обращаю на себя внимание всех людей в комнате. — Боже, неужели нельзя было спуститься раньше? Я что, зря воспитывала тебя? — когда она закончила с повязкой, то подошла ко мне впритык, закурив мятую сигарету. — Роуз, пора уходить. Конечно, тебе решать, что делать с девчонкой, но ты должна понимать, что лишний груз нам будет только мешать, — лицо парня в маске приняло самодовольную ухмылку, от которой по коже пробежала дрожь. Он тут же подхватил на плече другого и понес его на улицу, оставляя на полу за собой кровавые пятна. Взглянув на ее лицо, я увидела незнакомую мне женщину, которая отдаленно напоминала мне родного человека. Больше мешки под глазами, черные маслянистые волосы и странная одежда. Все это делало ее еще темнее и злее. Мне кажется, что совсем скоро я не смогу узнать в этом человеке свою маму. Она болела странной болезнью и постоянно делала себе надрезы на коже, когда злилась. И не только себе. Поэтому, когда она снова затянулась, то я заметила новые, совсем еще свежие шрамы на морщинистых руках. — Мамочка, ты снова уходишь? Что происходит? — мне стало ужасно страшно. Эти странные люди на нашей кухне. То, о чем они говорили. Все это наводит панику, я не понимаю, что происходит. Когда я перевела взгляд на ее лицо, то заметила на нём улыбку. В этот момент мне ужасно захотелось, чтобы она крепко обняла меня на прощание и сказала, что она обязательно вернется, но вместо этого она резко схватила меня за левую руку и резко рванула к себе. Лишь боковым зрением успела уловить сверкающий серебристый блик в её руке и тупую боль. «Если ты останешься, я боюсь, что с тобой может произойти что-то плохое, и мы не сможем больше встретиться. Боюсь, что не смогу прийти, когда тебе нужна будет моя помощь. Я никак не смогу вмешаться, понимаешь?» В момент, когда горящий пепел сигареты упал на пол, перед глазами вдруг появились черные пятна. Когда боль заглушила слова в моей голове, я сразу же начала кричать, но голоса своего не слышала. Пыталась вырваться, используя свои последние силы, но мама все еще не отпускала меня. Из глаз побежали слезы, у меня ничего не вышло, снова. Пытаюсь взглянуть на нее, но на ее лице ни капли эмоций, она словно превратилась в камень. Сильная пощёчина. В глазах все потемнело от боли и бессилия. Я почувствовала, что у меня не осталось сил, чтобы удержатся на ногах, и я падаю на холодную плитку. Единственное, что я могла — это слышать звук захлопывающейся двери, а после такую спокойную и родную тишину. \.../ Сердце колотилось о ребра, пытаясь вырваться наружу, а руки шарили в темноте, пытаясь найти хоть что-то, обо что можно было опереться и попытаться встать. Слезы лились от невыносимой боли, казалось, мой живот сильно ударили, но ноги, почему-то болели еще сильнее. — Гарри, пожалуйста. Я хочу, чтобы ты был здесь. Мне так страшно, Гарри, — всхлипывая, говорила я шепотом, хоть и старалась кричать изо всех сил. — Прости, что прогнала. Я правда очень сожалею! Прошу! Словно по щелчку, я увидела огонек света, который направлялся ко мне из коридора, и вскоре я смогла разглядеть знакомого мальчика с лампой в руке. Значит, ты на самом деле существуешь. — Кажется, твоя мама забыла заплатить за электричество? Выключатели не работают, но я все равно смог найти лампу, бинты и ещё какую-то мазь. — Спасибо за это. И прости, если можешь. Парень кивнул головой, продолжая оказывать мне первую помощь. Усталость, голод и боль смешивались в одну ужасную бурю, которая манила и хотела утянуть в темноту, не отступая. — Пообещай, что не исчезнешь если я закрою глаза. Просто пообещай… — Тише-тише, все будет хорошо. Можешь прилечь и отдохнуть. Ты должна понимать: если ты останешься, то и я тоже буду здесь. Если уйду я, то и ты тоже. Только вместе, помнишь? Он осторожно берет мою руку в свою, и я немного набираюсь смелости, чтобы посмотреть вниз на свои ноги. Но я сразу же жалею об этом, потому что вместе с ней я замечаю низ своей пижамы и плитку, которая была вся в этой преследующей меня красной жидкости. Из головы стёрлись последние часы, поэтому я не сразу понимаю, что здесь происходило и кто приходил в дом. — Ты говорил, что мы сможем увидеть столько всего интересного. Ты говорил о своём доме? — Гарри уже перевязал рану и осторожно положил мою голову себе на коленки. Мы лежали в коридоре у самой кухни и уже не задумывались, что кто-то может зайти через входную дверь в эту же секунду. Сейчас это уже не имело никакого значения. Я повернула голову немного правей, и попыталась сфокусировать свой взгляд на маленьком огоньке внутри лампы, но все попытки провалились. — Да, это место волшебно, я никогда не видел место прекраснее. Оно находится…далеко отсюда. Намного дальше, чем ты можешь себе представить, но я ведь волшебник, помнишь? Я смогу перенести нас туда по щелчку пальцев, тебе стоит лишь по-настоящему пожелать этого. Кстати, там живут еще и мои друзья. Мы чем-то похожи, поэтому сдружились сразу же, как только я появился там в первый раз. Нет снега и холода, только лето, представляешь? Смех до упаду, прогулки ночью босиком и только игры днями напролет! Каждый вечер мы собираемся у костра и поем песни или просто рассказываем истории. И шум моря... — Так здорово, что кажется...за дверью океан. — Ты умеешь плавать, Сомер? Я готов поспорить, что ты никогда не видела ничего прекраснее, чем синяя гладь океана. Рядом наш дом, а за ним зелёный холм с огромным дубом, который отлично укрывает нас от жары, когда мы играем там. Мы построили на нем свое настоящее убежище - дом на дереве. Я бы так хотел показать его тебе! Голос парня почему-то постепенно начал терять громкость, и мне начало казаться, что Гарри уходит. Я начала шарить рукой в темноте и когда, наконец, нашла его руку, мне стало спокойней. — Я здесь, Сомер. Тише, я здесь, — он осторожно провел своими мягкими кончиками пальцев по моей щеке, на которой уже были несколько мокрых дорожек. — Эй, ты чего? Что за слезы? — Прости, что прогнала тебя…ведь ты просто хотел мне помочь. А я...так ужасно вела себя. Мне так стыдно перед тобой, а ты продолжаешь быть здесь, не смотря ни на что. Почему? Он застыл на несколько секунд. Было понятно, что он не ожидал услышать от меня эти слова. Затем я почувствовала, как он наклонился и начал тихонько петь, держа меня за руки. Я вновь закрыла глаза, пытаясь запомнить его голос, каждое слово, созданное его губами, и вскоре чувствую, как его руки осторожно поправляют мои спутанные волосы. Легкий поцелуй на моей щеке и я проваливаюсь в темноту, наконец, не чувствуя ничего. — Я согласна уйти с тобой, слышишь? Если ты будешь там, то да. Готова стать другим человеком, уйти далеко-далеко, поменять имя и всю свою жизнь. Пожалуйста, я больше не хочу здесь быть, Гарри. \.../ Огромные ветви дуба закрывали меня от солнца, не давая упасть лучам на мою белоснежную кожу. Я открыла глаза, но ничего не услышала. Ни криков, ни посторонних голосов или ударов. Лишь шум листьев и приятный шелест травы. Я оказалась на небольшой возвышенности, откуда открывался вид на огромное поле внизу и огромный воздушный шар, купол которого постепенно опускался на землю. Вдали был виден ручей и небольшой участок с домом, из дымохода которого сочился небольшой дымок. Значит я здесь не одна, здесь живут люди, которые знают, что это за место. Я поднялась на ноги и, первым делом, взглянула на свой живот. Странно, но я чувствовала лишь прикосновения высокой травы о мои ноги и необычную легкость. На моих руках не было ссадин и ран, которые мне оставила мама, как напоминание о себе. Здесь не было холодного снега и темноты, лишь теплый ветер развивал подол моего розового платья. Спустившись немного вниз, я вдруг услышала посторонние голоса и обернулась. За холмом, в нескольких метрах от меня, бежало четверо босых ребят, которые пытались запустить вверх своих воздушных змеев. Мое внимание привлек блондин с большим синим змеем, который бежал впереди всех. Он так увлекся процессом, что и не заметил, как споткнулся о что-то и тут же упал на землю. Парень с длинной челкой сразу подбежал к нему, помогая встать, пока двое сзади заливались от смеха. Они выглядели такими счастливыми и беззаботными, что я непроизвольно засмеялась вместе с ними, но тут же закрыла лицо руками, боясь, что они услышат меня. Но вдруг из-за холма вышел еще один мальчик, у которого в руках был зеленый змей. Я моментально его узнала. Он шел ко мне спиной, но его кудрявая макушка сразу же выдала себя. Я знала, что все будет хорошо, и он не бросит меня. Я знала это с того самого утра, когда увидела тебя впервые. Теперь я буду здесь. Мы будем наблюдать, как быстро день сменяет ночь, любоваться облаками, готовить еду на костре и запускать вместе воздушных змеев. Ты научишь меня плавать, мы будем купаться с утра до ночи и приходить домой далеко после заката. Будет так приятно не чувствовать ног после длительного похода и устало смеяться в кровати, вспоминая еще один счастливый день вместе. Ведь, если исчезну я, то и ты тоже, только вместе, помнишь? Сердце начало отбивать свой ритм быстрее, заставляя меня подойти к ним еще немного ближе. Я не смогла больше сдерживать свою улыбку и почувствовала, как слезы начали катиться по моим щекам. Я немного ускорила шаг, но когда парень остановился, я тут же застыла вместе с ним, затаив дыхание. Он, словно знал, что я стою позади и сразу же обернулся. Не так медленно и с опаской, когда мы встретились впервые. Улыбка. Зеленые глаза, которые я буду видеть теперь каждый день. Счастье.