Жизни, прожитые не нами

Дженни загоняет в подземный гараж свой Harley, когда на горизонте уже светлеет. Она устало откидывает волосы с лица и жмет кнопку 13 в лифте. На часы смотреть не хочется. Хочется в душ и спать. Однако в 9 утра нужно быть в университете. Лекции она прогуливать не имеет право. Это своеобразная плата за ту часть свободной жизни, которая может быть у единственной наследницы богатых родителей. Мол, делай, что хочешь, пока учишься, но в университете ты должна быть лучше всех. Не такая уж и высокая цена, если подумать. Ибо университет когда-нибудь закончится и всё станет намного сложнее. Насколько? Дженни старается об этом не думать. После прохладного душа появляется немного бодрости. Новый день перестает восприниматься как продолжение старого. Дженни варит на идеально чистой кухне кофе и вяло жует тосты с шоколадной пастой. До начала занятий еще более полутора часов. Она может не торопиться. Девушка лениво собирает конспекты, составляет план на день. Ужасная привычка суперорганизованной Рози, которую со временем переняли все её подруги. Даже творческая душа Лиса не смогла избежать влияния старшей. Дженни заканчивает наносить утренние крема на кожу, когда на телефон приходит сообщение от СынХуна, диджея в одном из клубов в Хондэ. «Сегодня вечером есть работа. Ты сможешь?» Дженни задумывается на секунду и отправляет в ответ: «До скольки?» «С 10 до 2-3 ночи» Девушка не совсем уверена в том, хватит ли у неё сил на еще одну бессонную ночь. Да и к семинарам стоит уже начать готовиться. Но соблазн немного подиджеить велик. Поэтому: «Окей. Буду в 21.30» На диджейство Дженни подсела пару лет назад, когда на полгода уехала учиться в Америку по обмену. Разгульная жизнь колледжа, абсолютная свобода и отсутствие строгих родителей с их бесконечным списком правил и требований вскружили девушке голову. Многочисленные тусовки всю ночь, море алкоголя и ни к чему не обязывающих связей стали главным атрибутом жизни в этот период. Обычно из таких этапов молодые девушки выходят с разбитым сердцем и уроком на всю жизнь. Дженни не стала исключением. Но кроме разбитого сердца девушка привезла еще и свой первый сплиттер. Развивать своё новое хобби не было проблематично. Когда ты дочь влиятельных родителей, тебе открыты многие дороги. Между парами Дженни бегает за кофе, старается не дремать и тщательно записывает слова преподавателей. В этом семестре почти все экзамены устные, поэтому девушка старается запомнить как можно больше на лекциях, чтобы потом не тратить ночи на зубрёжку. После пар девушка перехватывает фруктовый салат и куриный твистер в ближайшем кафе, а потом направляется в библиотеку. Лучше было бы конечно немного поспать дома, чтобы ночью быть в хорошей форме. Но завтра пятница, а значит, что нужно приехать к родителям на семейный обед. Следовательно, ни в какую библиотеку она не попадет. Семейный обед в пятницу и по выходным стал негласной традицией после переезда Дженни в отдельную квартиру. Эту традицию поддерживал даже вечно занятой папа. Поэтому возможности избежать этого мероприятия у девушки не было. Не то чтобы Дженни не любила эти обеды. Отношения с родителями у неё всегда были хорошими. Однако атмосфера этих вот семейных посиделок обрушивала на девушку осознание, кто она и что её ждет. Она – единственная наследница своего отца, владельца сети гостиниц класса эконом, премиум и люкс по всей Корее, Японии и Китаю. Когда она закончит учебу, то постепенно станет перенимать полномочия своего отца, а через пару лет займет его место. Примерно в этот момент её выдадут замуж за человека из их круга, который обязательно будет уже крепко стоять на ногах, чтобы обеспечить должную поддержку для молодой и неопытной Дженни. Девушке почему-то кажется, что это обязательно будет какой-нибудь совсем не молодой и ни капли не приятный папин подчиненный. Или не дай боже, кто-нибудь из совета директоров в Китае. Тут сразу можно на стенку лезть. Но пока у неё есть еще пару лет относительной свободы впереди. И это греет душу. А еще больше греет душу мысль, что в воскресенье Дженни наконец сможет увидеться со своими девочками. Утро Лалисы начинается в 5. Она попеременно зевает, выпивает стакан воды, потом съедает творог с бананом, параллельно собирая сумку. Приступ зевоты никак не прекращается, и тогда девушка перед самым выходом выпивает чашку кофе. В голове сразу же проскальзывает мысль о его вреде. «Если ты метишь на большую сцену, то никаких поблажек. Кофе сильно разгоняет обмен веществ. Через пару часов у тебя закончатся силы, ты почувствуешь голод и не сможешь заниматься как следует». Лалиса знает эту свою особенность и старается употреблять кофеин как можно меньше. Но сегодня ничего не может с собой сделать. В пол седьмого утра танцевальные залы университета почти пусты. Те студенты, которые предпочитают заниматься дополнительно, обычно делают это вечером после занятий. Но практически никто не может заставить себя прийти сюда рано утром. Лалиса приходит. Благо корпус ее общежития находится всего в пяти минутах ходьбы. Утренняя разминка это всегда самое трудное. Первые пол часа приходится делать упражнения через силу. Потом разогретые мышцы становятся более податливыми и послушными. Сегодня даже травмированная нога не дает о себе знать. Лалиса тщательно тянется, делает пробные движения из её полуготовой семестральной работы, затем несколько раз прогоняет танец, подбирает различные вариации исполнения, переслушивает музыку, раздумывает о её изменении. Ближе к девяти коридоры университета наполняются студентами. В дверь зала просовывается голова Бэм Бэма: - Лиса, у нас история танца через пятнадцать минут. Собирайся! Если бы Лалису спросили, сколько она знает Бэм Бэма, то девушка бы ответила «Всю жизнь». С Бэм Бэмом они вместе начинали танцевать в Тайланде. Потом переехали в Корею, закончили школу и поступили в один университет. Сначала он на эстрадный танец – через год Лалиса на балет. Этот парень был единственным знакомым в совершенно чужой стране, язык которой девушка выучила только через три года после переезда. - Ты семестралку по истории уже начала писать? Девушка жмет плечами: - Подумываю этим заняться на выходных. Еще есть время. -Это да, - соглашается парень. – Но я еще хочу попростить кого-нибудь с журналистики проверить моё творение на граммотность. Лалиса задумывается: - Да, было бы неплохо. Лекция по истории танца проходит как всегда нудно и очень долго. Половина студентов дремлет, другая часть просто не пришла. На Лалису после утренней тренировки тоже нападает сонливость, но она отважно с ней борется до самого конца занятия. Выйдя в коридор девушка малодушно посматривает на кофейный автомат, но берет себя в руки и, под насмешливым взглядом друга, идет в танцевальный зал. - У тебя сейчас что? –спрашивает вдогонку Бэм Бэм. - Консультация семестрального. - Окей, тогда встретимся на обеде. Лалиса согласно машет рукой в ответ. Сегодня на консультацию приходит довольно мало людей, поэтому девушка очень быстро получает наставления от руководителя, взвешивается для контроля и отправляется на поиски свободного зала. Времени до обеда еще больше часа, поэтому можно немного порепетировать. Девушка замечает ажиотаж около одной из дверей на третьем этаже. Оттуда доносится много шума, громкая музыка и периодически мужские голоса. Рядом толпятся студенты. - Ёб твою многоуважаемую бабушку, Джунэ! Посмотри ты на припеве в камеру! Хоть пару раз посмотри ты! Сразу же за громким мужским голосом появляется его владелец. Довольно высокий, крепко сложенный парень в майке-алкоголичке с тяжеленной камерой в мускулистых руках. Он ерошит свои отросшие кучерявые волосы двух цветов и легким движением забрасывает камеру на плечо. - Давай еще раз, - командует парень. Бобби с режиссуры знает весь университет. Год назад этот парень приехал по обмену из Америки, а потом почему-то остался. Лалиса знает, что этот Бобби вообще неугомонный. Он носится по университету как проклятый, постоянно что-то снимает то для учёбы, то для каких-то своих подработок, спорит с преподавателями до хрипоты насчёт своих идей, заставляет весь факультет помогать в его сумасшедших затеях, выбивает гранты у студенческого совета на новое оборудование и, похоже, ни минуты не знает покоя. Лалиса искренне восхищается таким умением жить только так, как хочется, а не так, как приходится. Лалиса так не умеет. Раньше она думала, что таких как он не бывает. Сейчас Лалиса думает, что таких как он не бывает только в её жизни. Свободный зал находится по соседству с местом шумных съемок. Лалиса старается не обращать внимание на шум, делает музыку по громче и проверяет телефон. Там сообщение от Джису : «В воскресенье у Дженни». Поворачиваясь к зеркалу, Лалиса видит у отражения улыбку. Утро Джису начинается с того, что она катастрофически проспала. До начала пары остается меньше получаса. Девушка захлопывает за собой дверь и молится, чтобы препод по патанату опоздал. Впервые в жизни, пусть он опоздает. Пусть тоже проспит, этот старый пунктуальный перфекционист. - Ким Джису, деточка, - звучит голос препода, когда девушка ползком пытается пробраться в аудиторию. Джису замирает, кривится и всё-таки встает в полный рост, натягивая на лицо жизнерадостную улыбку: - Здравствуйте, сонсеним. Однако препод продолжает, не замечая её слов: - Скажи мне, ты на вызовы к своим пациентам также опаздываешь? - Никак нет, - рапортует девушка, из последних сил стараясь сохранить на лице улыбку. - Тогда чем же я удостоен такой чести быть особенным? - Помилуйте меня, сонсеним. Я сегодня с ночной смены, было много вызовов, поэтому проспала, - Джису соединяет руки на груди в молитвенном жесте. - Ночная смена у тебя была вчера, - препод расплывается в лукавой ухмылке. – А сегодня ты сладко спала в мягкой постели. Но раз уж ты завела разговор про ночные смены, то я сообщу в больнице, чтобы тебя ставили побольше на ночные смены. Раз они тебя так привлекают. А пока можешь занять своё место. Джису ничего не оставалось, как, под сочувственными взглядами одногруппников, приземлиться на ближайший стул, достать конспекты и приняться строчить слова за преподом. Благо, завтра уже пятница, последний учебный день на этой неделе. А в воскресенье можно будет наконец-то расслабиться у Дженни. Еще с вечера Рози отдельным пунктом в своём органайзере записала прогулять утреннюю пару по философии права, которую она просто не переваривала, и явиться в университет только после обеда. Но всё «пошло по пизде», как сказала бы её бабушка, которая никогда не лишала себя удовольствия вставить крепкое словцо при выражении эмоций. Сейчас Рози ее полностью понимала. Ибо разрывающийся телефон в семь утра – это самый что ни есть настоящий акт нарушения прав человека. Возможно даже пострашнее. Где-то около геноцида или холокосты. - Рози, доброе утро! – Мино раздражал своей бодростью. – Я тебя не разбудил? Девушка застонала: - Знаешь башню Намсан? - Конечно. - Тебе нужно пойти и срочно сбросится с неё. После секундной тишины трубку заполнил громкий мужской ржач. - Ты как всегда мила с утра, - заметил парень отсмеяшвишь. – Я вообще по делу звоню. - Надеюсь важному. - Что-то типо того. Босс просил узнать, на тебя в эти выходные расчитывать? - Пятница, суббота – могу, в воскресенье нет. - Окей. Кстати, шеф хочет, чтобы ты сообщала о том, придешь ты или нет, не позже понедельника. Он, мол, не хочет тебе искать замену в последний момент. Брови Рози поползли на лоб: - Ого, какие нововведения! - А то! – подхватил Мино. – Ты приходишь только на выходных, а я тут на баре каждую ночь провожу. Новый шеф с нас три шкуры спускает. - Эх, где старые добрые времена и босс СынРи, которому можно было позвонить в последний момент и обо всем договориться, - ностальгически потянула девушка. - Не знаю, - в тон ей ответил Мино. – Думаю, наш СынРи теперь в Японии. И вокруг него много красивых девушек и денег. Распрощавшись с Мино, девушка страдальчески вздохнула. Халява отменяется, тут сам Бог ей велел. Поэтому пришлось отделять свою ленивую задницу от мягкой постельки и двигать в сторону университета. Лекции прошли ожидаемо скучно, в полудреме. Но на семинарах Рози оторвалась за все минуты покоя. Она спорила, доказывала, защищала и обвиняла. Получив запланированные плюсы за свою работу, девушка со спокойной душой направилась прочь из обители знаний. На улице уже было темно, день пролетел незаметно. «Вот так и вся жизнь проходит» меланхолично подумалось девушке. Вместе с мыслью пришла какая-то опустошенность и усталость. Рози закинула сумку на плечо и отправилась в сторону ближайшего караоке. Благо, она знала их все в этом районе. Сегодня ночью она будет петь.