Too fuckin happy..

POV Пак Чанёль Я и подумать не мог, что моя жизнь сложиться таким образом. С самого первого дня я знал, что Бён Бэкхён мой истинный омега, что пугало меня, ведь я не был готов столь рано связывать с кем-то свою жизнь. Став старше я был безумно рад ему. Ведь за девять лет он изменился в лучшую сторону, вне зависимости от того, что он сделал немало глупостей. Меня влекло к нему всеми силами, но я боялся сделать больно своему ангелочку и держался на расстоянии как мог, ведь он тоже не спешил затрагивать тему отношений. Мы просто наслаждались общением и столь трепетной дружбой, но в глубине души я хотел, что бы это была не просто дружба. Я не знал, мог ли он принять меня после всех рассказах о смене омег и то, что я не сохранил для него свою невинность. Я долго думал, как мне сойтись с ним, но к сожалению, я боялся и прятался за отношениями с другими омегами. Не мог перестать думать о том, что я «нечистый», испорченный и приношу лишь разочарование. Боялся начать что-то, потому что страх потерять навсегда запах бодрящего, крепкого кофе был слишком велик. В то Рождество мы остались без Сюмина и Кая. Нам было хорошо и весело, я не отвлекался на Кая, который был готов отдаться мне при любой возможности, не было Сю, который не хотел видеть розовые сопли и поэтому пил как проклятый. Только я и Бэкхён. В тот день я хотел сойтись с ним и поставить метку, но я испугался. Поскольку я не сделал задуманного, то отложил всё до лета. Планировал романтическое свидание, хотел удивить его по полной программе, но как всегда на мне вис Кай, а Сюмин не мог угомониться с алкоголем, в итоге снова провал. Утром было не лучше: похмелье оставляло желать лучшего и обстановка не та, а потом ещё и Чен с Дио. Потом снова пьянка, тихий вечер у костра с сосисками. Каждый раз набираясь смелости просто подойти и спросить его о чувствах он был в прострации, я подходил, а он отворачивался, говорил, что надо пожарить сосиски. «Неужели не любит? А может так будет лучше?» — пролетело в моей голове и поведение Бэкки я счёл, как некий отказ. Помутнённый от алкоголя разум требовал романтики, а после перепихона. С Каем у нас был уже пройденный этап, а вот Чен проявлял знаки внимания с самого начала. Романтика романтикой, но Бэкки всё-таки позвал меня на разговор и отходя от остальных, я понял, что сделал ошибку, когда поддался вниманию Чена. Я не знал как начать разговор, но он всё сделал за меня. Мне стало больно от того, что я был так слеп и наивен. Я причинил Бэкхёну больше боли, чем думал. Дал ему какой-то сигнал, но всё испортил. Как я мог с ним, что-то начать, если уже в открытую флиртовал с Ченом? Мы продолжили веселиться у костра, а Бэкки так и не пришел обратно. Сюмин с Ченом пошли в туалет, но после их ухода в лесу раздался истерический крик. Мы побежали к источнику крика и… Бэкки. Он еле дышал, а крови было столько, что хватило бы на переливание пяти людям. После его смерти я не мог прийти в себя. Годы шли, а Бэкки был в моих мыслях всегда. Чен продолжал быть рядом, не смотря на моё убитое состояние и горе. Мы съехались и я начал отходить от всего, хотя кошмары по ночам всё равно мучали. Спустя пять лет после его смерти, мы с Ченом поженились, а потом у нас родился омежка. Он был таким маленьким, нежным и хрупким, очень напоминал Бэкки. Не долго думая я предложил сына назвать в честь моего истинного и Чен особо не возражал. Каждый день я максимально старался посвятить себя сыну. Чен считал это отцовской любовью, но эта любовь была к Бёну Бэкхёну.