Ах, Карась, мой милый Карась..

— Раз, два, три, четыре, пять, шесть, семь, восемь, девять, десять. Нокаут! — произнёс рефери и грубо схватил руку девушки, — Победитель — Мария Карасёва!       Аплодисменты, восторженные крики, гул, звуки фото-камер — эти звуки Карасёва слышала не в первый раз. Подойдя к лежащей от удара Боло противнице, Маша протянула руку. Мерзко фыркнув, Екатерина Заболоцкая с горем пополам поднялась сама и, дёрнув огненно-рыжим хвостом медленно зашагала в свой угол.       Ну и пожалуйста, — подумала про себя Маша.       Тренер накинул на свою подопечную халат. Вскоре, в руки Карасёвой вручили Чемпионский Пояс IBF. Уже восьмой в её «коллекции», так что выкупать его она не собиралась.  — Если бы ты сделала подставку во время, то не получила бы хук этой Заболоцкой, — недовольно прохрипел Владислав Викторович, — Но твой полу апперкот был намного сильнее, чем в прошлом году, хотя, ты могла лучше.  — Вы как всегда очень любезны, — улыбнулась Карасёва рассматривая очередной сертификат участника в весенних соревнованиях по женскому боксу, — Кстати, я бы хотела попросить вас об отпуске. В ближайший месяц ведь не планируют новых туров в этом сезоне в женской категории… — Ну не знаю, — мужчина грозно щурился, — Хотя, можно дать тебе пару недель. Куда думаешь ехать? Крым? Сочи? Может Канары?  — Нет, хочу куда-нибудь подальше. Санатории не подходят, меня там сразу же найдут репортёры и понапишут всякого бреда, мол, «Четырёхкратная чемпионка России получила травму на очередном соревновании» или лучше «Мария Карасёва навещает своего тайного любовника». Я не могу забыть те жёлтые газетёнки.  — Тебе нужно расслабится, но не сильно! Помни, в мае у тебя Чемпионат Европы! Не вздумай филонить! — запричитал тренер, — Не вляпывайся в неприятности, я прошу тебя. Ты только второй раз в отпуске за эти шесть лет.  — Ладно, я пошла в душ, — прервала мужчину девушка и быстро выбежала с ринга.       Смыв с себя пот и даже немного крови, Маша завернулась в полотенце. Зеркало в полный рост отражало не высокую девушку, плотного телосложения и полной грудью, которую она обычно утягивает, что б не мешала двигать руками. Мокрые густые волосы неприятно липли к щекам пепельно-русыми прядями. У девушки были большие щёки, которые скрывали скулы, большие каре-голубые глаза и бледно-красные губы. В свои восемнадцать на её бледном животе еле проглядывался рельеф кубиков, ноги девушки были очень крепкие с хорошими, но не резкими мускулами. Как у доброй половины всех женщин-боксёров, у Маши были бицепсы. Но девушка не стремилась накачивать своё тело. Она — молодая звезда бокса среди женщин-юниоров.  — Хочу куда-нибудь поплавать. Может и вправду слетать на море? — начала Маша разговаривать сама с собой, при этом натягивая на себя футболку, — Нет, не хочу слушать оры женщин продающих дотошную чурчхелу. Точно, горячие источники! Я же всегда хотела там побывать!       Присев на лавочку в раздевалке, девушка начала рыться в интернете в поисках тихого курорта с горячими источниками.       Может, Кансай? Нет, слишком людно. А Токио? Нет, там журналистов и туристов тьма тьмущая! Хасецу? Маленький город, должен подойти.       Собрав свою сумку, девушка вышла из раздевалки. Тренера она нашла рядом с Даниэллой Павловной. Эта расфуфыренная блондинка лет сорока — тренерша Заболоцкой. Рыжая бестия стояла рядом и что-то печатала в телефоне.  — Не распускай свою Машку. Опять отправляешь её в отпуск, да она так даже до Чемпионата Мира не дотянет. Я вот с Катериной занимаюсь шесть часов, четыре раза в неделю, — фыркнула Даниэлла и развернувшись зашагала прочь с поднятой головой, — Пошли Катенька, нам сегодня многое нужно сделать.       Карасёва и её тренер продержались ещё две секунды, а потом захихикали.  — Видела её нарисованные брови? Мне показалось, что ни скоро сползут вниз под тяжестью этих морщин.  — Ага. Мне кажется, ей бедной жарко от стольких слоёв тонального крема. У неё вообще есть кожа?  — В том то и дело, что у этой ведьмы нет кожи. Ладно, поглумились и хватит. Куда лететь собралась? — вмиг сал серьёзным Владислав Викторович.  — В Японию. Поднабралась от Аюми, так что, разговаривать на японском я немного умею. По крайней мере, попросить пару йен на хлебушек смогу, — прыснула девушка.       Аюми Шиото — это девятнадцатилетняя японка с очень красивым лицом. В поза-прошлом году они боролись на Чемпионате Мира в полу-финале. В итоге — ничья. В финал вышла какая-то мускулистая англичанка, а Аюми и Маша хорошо сдружились. Японская гостья оказалась очень дружелюбной особой. Она любезно помогала своей русской подруге в разговорном японском, так как Маша очень хотела поговорить со своей подругой на её родном диалекте.       Ещё немного поболтав, тренер и его подопечная вышли из здания. Как и ожидалось, на входе опять толпилась орава стервятников-журналистов и орущих фанатов.  — Это последняя ваша игра?  — Как вы прокомментируете победу над Екатериной Заболоцкой?  — У вас есть жених? Вы с кем-нибудь встречаетесь?  — Как вам наши русские фигуристы?  — Вы увлекаетесь другими видами спорта?       Подобные вопросы задавались не в первый раз, так что, девушка умело на них отвечала, пытаясь быстрее отделаться от надоедливых репортёров.  — Как вам Виктор Никифоров? Вы любите фигурное катание?  — Я не особо интересуюсь фигурным катанием, извините.  — Как вам Виктор Никифоров?  — Он довольно хорош, а теперь прошу прощения, нам нужно идти.       Боксёрша поспешила удалится из поля зрения надоедливых журналистов и села в старенький Пежо вместе с тренером.  — Тебя домой подкинуть? — спросил Владислав Викторович.  — Буду признательна, — устало ответила девушка и откинулась на спинку сиденья.

***

      Карасёва уже валялась на диване в своей однушке. Она нашла недорогие авиа-билеты в бизнес-классе. В эконом ей не советовал лететь именно тренер, потому что один раз, когда они летели в Москву, им не давали покоя фанаты. Их, кстати, было не так много. Уж точно поменьше, чем у Никифорова. С самого детства Маше не было интересно фигурное катание, но в некоторых моментах это и вправду завораживало. Эти тулупы, тройные сальховы и многое другое, чего девушка не понимала. А ведь Никифоров и вправду был хорош, даже очень.       Ну что ж, завтра рано вставать. И эта поездка по-любому не пройдёт спокойно…