Another love story

Юу проснулся от слепящего утреннего солнца и спрятал лицо в сгибе локтя. Последним воспоминанием о прошедшей ночи было прикосновение к шее Дайске, его запах и тепло его тела. Сейчас Юу проснулся в одиночестве, сжавшись в комок под легким одеялом. Практически сразу же в дверь комнаты тихонько постучал Тошия. Юу сбросил одеяло, резко сев и едва удержавшись от болезненного стона. Тот, кто принес его спящего в квартиру Тошии, явно позаботился об удобстве Юу, раздев его и укрыв. Вот только сейчас парень никак не мог понять, куда подевалась его одежда и что на спинке кресла делает рубашка Дайске. Тошия постучал еще раз, а Юу решительно поднялся и набросил рубашку на себя, едва успев застегнуть несколько нижних пуговиц. — Ох ты, господи! – Тошия замер в дверях, тяжело привалившись плечом к косяку. — Что? – Юу одернул рубашку, которая едва прикрывала нижнее белье. — В зеркало на себя посмотри, ходячая порнография, — Тошия прикрыл глаза и сделал пару глубоких вдохов. – Зашел бы сейчас Дайске, трахнул бы тебя прямо при мне. И даже не вспомнил, зачем пришел. — Так у тебя все просто. А если я против? – Юу помолился, чтобы на щеках не проступил предательский румянец – вечный спутник разговоров на скользкие темы. — И давно ты против? – Тошия хихикнул, но глаза не открыл. – Еще сегодня ночью был очень даже за. — Какие вы все проницательные, даже противно, — Юу прошел мимо Тошии в прихожую, а затем мстительно громко хлопнул дверью в ванную. Из большого зеркала на него смотрел бледный взъерошенный парень. Юу придирчиво изучил темные круги под глазами, спутанные пряди волос, исследовал отметины на шее, плечах и груди, с удивлением потрогал пальцами красноватый след от зубов прямо под ключицей. Юу признался себе, что никаких особых следов его морального падения не появилось. Просто у него была очень горячая ночь. И никого не должно касаться, что он при этом чувствовал. — Ты не утопился там с горя? – Тошия крутился под дверью, изнывая от тревоги и любопытства. — А должен? – Юу хмыкнул, с удовольствием плеснув себе в лицо холодной водой. Хотелось еще немного помучить Тошию, но требовательно заурчал желудок, которому было совершенно плевать на муки страсти и совести. – Что у тебя подают на завтрак по субботам? – Юу распахнул дверь, останавливаясь в проеме и слегка потягиваясь. Тошия сглотнул и чуть было не попросил повторить вопрос. Юу слегка толкнул его плечом, проходя по коридору на кухню. Он открыл холодильник и провокационно наклонился, с интересом рассматривая пустые полки. Тошия старался двигаться как можно тише, но Юу все равно среагировал немного раньше: — Даже не думай. С корнем оторву и скажу, что так и было. — А с Дайске ты такой же смелый, да? – обиженно протянул Тошия, но от грязной идеи облапать соблазнительную задницу отказался. Юу ничего не ответил, предпочтя глубокомысленно рассматривать холодильник. С Дайске он был собой. Человеком, который был готов подчиниться, уступить, пойти навстречу, если его об этом просили. Именно просили, не требовали. Поэтому ему так легко было рядом с Ютакой, всегда таким нежным и ласковым, даже тогда, когда его сердце уже безоговорочно принадлежало Акире. Дайске просить не собирался. Разве что талантливо играл на этой потребности Юу быть окруженным заботой и теплом. Проницательность Дайске и его талант манипулировать людьми превращали каждый его поступок в оружие. И против такой огневой мощи Юу был просто бессилен. Только от Дайске зависело, как он распорядится своей властью. В глубине души Юу был уверен, что археолог выберет самый разрушительный вариант. — Кофе сварить? Все равно в моем доме больше ничего нет. Потом можем в ресторан сходить. Здесь недалеко есть приличное место с хорошей кухней, — Тошия звякал чашками и шуршал пакетиками, в которых хранил различные ингредиенты к своему фирменному кофе. — Может, на дом закажем? Я бы хотел сегодня поработать немного. Надо посмотреть бумаги, что мне передал Накамура-сан. До выставки остается совсем мало времени, а я еще слабо представляю, в чем состоят мои задачи, — Юу отцепился, наконец, от холодильника и распахнул окно. Потом устроился на подоконнике, свесив одну длинную, гладкую ногу и подтянув вторую к груди. Выбил из валяющейся тут же пачки сигарету и закурил, запрокинув голову и выдыхая полупрозрачный дым в потолок. Впечатлительный Тошия засмотрелся на изящный изгиб шеи Юу, на фарфоровую бледность его кожи, только подчеркиваемую черным шелком рубашки и красными отметинами губ Дайске, и уронил чашку. Юу даже не шевельнулся, погруженный в свои мысли. Тошия рискнул предположить, что выставка даже на краю сознания не появлялась. Зато один высокий, черноволосый мужчина с глазами голодного зверя присутствовал в голове и сердце Юу постоянно. — Юу, вернись на землю. Кофе стынет, — Тошия осторожно встряхнул парня за плечо, стараясь не вдыхать глубоко его запах, прочно перемешавшийся с ароматом парфюма Дайске. — А-а-а… да, сейчас, — Юу раздавил окурок в пепельнице и чуть повернулся, свешивая ноги с подоконника. — Ей-богу, я тебя сейчас выгоню, — мученическим голосом протянул Тошия. Поставил чудом уцелевшую чашку на стол и вплотную приблизился к парню, уперевшись ладонями в подоконник по обе стороны от его бедер. Юу отклонился назад, ощущая, как за спиной распахивает свои объятия пустота. — Тошия, ты мой друг. Ничего нет и быть не может. Даже если тебе сию минуту очень хочется, — Юу старался говорить предельно спокойно и дружелюбно. Тошия еще немного постоял рядом с ним, внимательно вглядываясь в лицо Юу, а потом чуть слышно пробормотал: — Вы так похожи. И ни один мне…, — Тошия оборвал себя на полуслове и отступил, снова хватая чашку со стола и вцепляясь в нее, как в спасательный круг. — Прости, — Юу соскользнул с подоконника и скрылся в коридоре. До Тошии донесся стук закрываемой двери. Теперь вместо выходного дня в компании друга мужчину ожидало тягучее и утомительное одиночество. Чтобы пойти в клуб, развлечь себя новым знакомством или увидеться со старыми приятелями, было еще слишком рано. Оставалось занимать себя привычными домашними делами. Еще несколько раз Тошия заглядывал к Юу, но тот был поглощен подготовкой к предстоящей выставке. Официальные бумаги и листки, исписанные вручную, вперемешку валялись на столе, диване и ровным слоем укрывали пол. Окурки не помещались в пепельницу, а над Юу клубился такой густой дым, что впору было топор вешать. Тошия только забирал пустую чашку и ставил справа от Юу полную, не дожидаясь даже благодарного кивка. Сгустившиеся за окном сумерки стали для Тошии полной неожиданностью. Впрочем, не менее неожиданным стал и пронзительный звонок в дверь. Тошия не ждал гостей, но почти не удивился, когда увидел на пороге своей квартиры Дайске. — Привет. Ты мне рад? – мурлыкающий Дай, небрежно сбрасывающий куртку на полочку в прихожей, показался Тошии бредом его воспаленного мозга. Дайске, которого он видел сегодня ночью, принес на руках Юу. И бережно укладывал его, закутывая в одеяло. Этот человек не мог сейчас заигрывать с Тошией, зная, что Юу находился за стеной. Или мог? Пока Тошимаса искал ответ на этот вопрос, Дайске сделал шаг вперед, прижимая мужчину к стене и заводя его руки за голову. – Ты рад? — Рад, — Тошия сглотнул, умоляя всех известных ему богов задержать Юу в комнате. Не для того, чтобы вывернуться из тесных объятий Дая, а чтобы успеть ощутить как можно больше. – Дай… не здесь. — Боишься? – Дайске усмехнулся, но отступил на шаг. Очень вовремя отступил. Юу замер на пороге, потрясенный и растерянный. Воспоминания о вчерашнем вечере и ночи захлестнули его обжигающей волной, заставляя кожу розоветь от прилива крови. Дай же, не отрываясь, смотрел на узкие бедра Юу, отливающие молочной белизной в неверном сумеречном свете. Глянцевый черный шелк создавал такой контраст, что парень казался статуэткой, хрупкой фигуркой, способной обратиться в пыль при самом легком касании. И Дайске болезненно желал коснуться его. Хотя бы еще один раз. Тошия обиженно засопел, разрушая волшебство момента и щелкая включателем. Маленькую прихожую залил безжалостный люминесцентный свет, а Юу снова скрылся в своей комнате, чтобы перебрать все содержимое шкафа Тошии, но найти себе другую одежду, в которой он и вышел к столу. Тошия всячески ухаживал за Дайске, стремясь обратить его внимание на себя. Юу вел себя безукоризненно вежливо, разве что испытывал дикое смущение, когда археолог внимательно рассматривал его. Иногда Юу казалось, что на этом ужине ему отведена роль главного блюда, в крайнем случае, десерта. Пока они ждали заказ из ближайшего к дому итальянского ресторана, Дай и Тошия вели светскую беседу, обсуждали новости своего отдела и обменивались только им двоим понятными намеками. Постоянно уводя тему в сторону работы, Тошия специально исключал Юу из разговора, вынуждая его молчать и не привлекать к себе внимания. Юу соглашался с навязанными ему правилами, потому что так и не решил для себя, как теперь стоило держать себя в присутствии Дайске. Сделать вид, что не было ни подворотни, ни отеля? Или попытаться найти в этом намек на продолжение? Или просто поговорить? После ужина Тошия окончательно слетел с катушек. Он сел на колени к Дайске, обнимая его за шею и половину своих речей шепча ему на ухо. Дай, казалось, ничего против подобного обращения не имел. Он по-хозяйски поглаживал поясницу Тошимасы, изредка позволяя своей руке задержаться на заднице. В такие моменты Тошия начинал задыхаться и терял нить разговора. При этом он помнил, что ни в коем случае не должен отпускать Дая от себя даже на шаг. Тошия ревновал – мучительно, искренне, отчаянно. Он ничего не мог с собой поделать. Его раздражало, глубоко ранило каждое прикосновение этих двоих друг к другу. И сейчас Тошимаса с радостью откусил бы себе язык, проклиная тот день, когда сам практически уговаривал Юу лечь под Дайске. Кто бы мог подумать, что этот забитый, неопытный парнишка так и сделает. И судя по голодному взгляду Дайске, тот остался весьма доволен достигнутым результатом, раз стремился закрепить его всеми способами. Тошия поклялся себе, что в его доме эти двое ничего не добьются. — Дайске, ты не мог бы уделить мне минутку, — Тошия выскользнул из некрепких объятий Дая и тут же вцепился в его руку. – Пойдем. Дайске улыбнулся понимающей улыбкой, но ничего не ответил. Он позволил Тошии увести себя и даже не обернулся, чтобы посмотреть, как на это отреагировал Юу. Захлопнувшаяся дверь, низкий горловой стон, страстный, сбивающийся шепот, шорохи и стуки, шелест одежды и постельного белья, скрип кровати, слегка прогибающейся под весом двух тел… Дальше Юу слушать не стал. Он снова устроился на широком кухонном подоконнике и зажег очередную сигарету. Настало время принимать решение.