Another love story

— Что ты хотел? Только давай как-нибудь быстрее. Я сегодня очень устал, — Юу решил, что не стоит проходить в кабинет Дайске. Оказаться на его территории без путей к отступлению означало завязнуть в этих странных и изматывающих отношениях глубже. Да еще и Тошия, до этого спокойно занимавшийся своими делами в приемной, теперь метался у него за спиной и тяжело вздыхал, словно не мог решить, как поступить дальше. — Я не задержу тебя, — Дайске не разговаривал, практически мурлыкал, обласкивая Юу голосом. – Хотел только предложить завтра провести вместе вечер. Тошимаса отчетливо, хотя и тихо застонал и тяжело опустился в подвернувшееся кресло. Юу мог даже не оборачиваться, чтобы убедиться в собственной правоте. На секунду ему даже стало жаль бывшего друга. Все-таки поведение Хары убеждало Юу, что тот чувствовал к своему боссу нечто большее, чем просто благодарность за великолепный секс. Не стал бы он жертвовать дружбой, если бы на кону стояла только возможность время от времени получать физическую разрядку. Впрочем, Юу успел подумать еще и о том, что на все прежние увлечения археолога Тошия так остро не реагировал. Осталось только додумать одну весьма лестную мысль, когда плавный ход рассуждений вновь прервался теплым и сладким, словно расплавленный шоколад, голосом Дайске: — Котенок, ты со мной? Или где-то витаешь? – Юу вздрогнул, хотя за это время уже должен был привыкнуть к подобному обращению. С другой стороны, одно и то же слово звучало в устах Дайске по-разному, в зависимости от того, какую реакцию он собирался вызвать у собеседника. Если чаще всего Юу ощущал в его словах только насмешку и превосходство, то сейчас уловил непривычную нежность. Тошия тоже понял все правильно: через пару секунд дверь приемной с силой хлопнула, возвещая о том, что Хара покинул помещение. — Прости. Просто я не ожидал ничего подобного, — Юу решил быть предельно честным, хотя в глубине души признавал, что противоположная сторона его позицию не разделяла, поэтому на взаимную искренность даже не рассчитывал. — А чего ты ожидал? Что я даже разговаривать с тобой перестану? – Дайске неспешно приближался, разрешая Юу оценить невероятной красоты зрелище: стройный силуэт освещался закатным солнцем. Темная фигура, от которой исходило алое сияние, завораживала и не позволяла искусствоведу отвести взгляд. Казалось, что сверкают острые, будто прорисованные на красном фоне тонкой кистью, кончики волос, а с длинных пальцев стекает жидкий огонь. Дайске как никогда походил на порождение Преисподней, но Юу со всей ясностью признал, что в таком аду готов сгорать бесконечно долго. — Юу, что с тобой сегодня? – к теплу и приторной сладости голоса примешалась горчащая нотка тревоги. – О чем ты думаешь? — О тебе, — честность и откровенность. – Как у тебя так получается? – Юу протянул руку, чтобы убедиться, что языки пламени ему только мерещатся, но коснуться не решился. Горячие пальцы тут же обхватили его ладонь и притянули к губам. – Почему ты такой? — Ты такой же, — еле слышный шепот породил волну дрожи, прокатившуюся от кончиков пальцев к позвоночнику. – Смотри, — Дай легко толкнул Юу в грудь, вынуждая отступить в крохотную приемную. – Просто повернись и смотри, — парень послушно развернулся, чтобы оказаться напротив большого зеркала. Дайске с силой надавил ладонями на плечи Юу, заставляя его выпрямиться в горделивой позе. Скользнул по шее, вынуждая поднять голову. Одна только уверенная поза уже привнесла неуловимые изменения, но Дайске не пожелал останавливаться. Он легким движением руки взъерошил волосы Юу, погладил пухлые соблазнительные губы и улыбнулся, оценивая свое творение. Потом наклонился к парню так, чтобы практически дотрагиваться до тонкой кожи на шее за ухом, и прошептал: — Носи рубашки. В них ты выглядишь еще сексуальнее… Юу уже мало что соображал, рассматривая себя в зеркале. Дай не сделал практически ничего, что кардинально повлияло бы на вид искусствоведа, но тот видел сейчас в отражении совсем другого человека. Дерзкого, уверенного в себе и сокрушающего невероятным эротизмом и чувственностью. — Это не я, — удивленный голос никак не соответствовал имиджу рокового мужчины. Дай скривился, но тут же взял себя в руки, отступая в сторону и оставляя Юу у зеркала одного. Теперь закатное солнце освещало его фигуру, обволакивая силуэт струящимся золотом. — Решать тебе, — Дайске улыбался так искренне и довольно, словно только что заполучил в свою коллекцию очередной экспонат. Впрочем, в каком-то смысле так оно и было. Необязательно, конечно, что археолог как-то систематизировал и ранжировал тех, кто в разное время оказывался в его постели. Но теперь Юу несомненно выделялся из общего ряда и заставлял Дайске еще сильнее гордиться собой. Еще бы: такой соблазнительный, манящий и привлекательный молодой человек был полностью в его власти. И Дай поклялся себе, что не упустит ни секунды из того драгоценного времени, что можно провести рядом с ним. Андо собирался насладиться сполна. — Так что ты хотел? – Юу стряхнул с себя оцепенение и тоже сделал шаг в сторону. Совершенное отражение исчезло, собеседники вернулись в реальность. — Хочу пригласить тебя на ужин, — уже не шепот, обычный ровный тон, разве что менее насмешливый. — В качестве главного блюда? – Юу с тоской признался себе, что заранее согласен на любой расклад, но попытался сохранить лицо и видимость сопротивления. — Что ты! – притворно возмутился Дайске, всплеснув руками. – Ты – это экзотический десерт! Такой сладкий, м-м-м… — Прекрати, — Юу ощутил, как краснеют щеки, и сделал еще несколько шагов в сторону, судорожно хватаясь за дверную ручку. — Да не бойся ты так! – Дайске предпочел сейчас приостановить свою изощренную игру, хотя его и заводило это нереальное смущение. Археолог прекрасно помнил, каким дерзким и отчаянно храбрым мог быть Юу, когда считал, что положение безвыходное. Не хотелось бы превратить перспективный ужин в ссору. – Просто ужин. Обещаю вести себя прилично, — Дайске сложил руки в клятвенном жесте, а осмелевший Юу уточнил: — Ты и так умеешь? Никогда бы не подумал. Всегда такой вызов общественной морали. — Не дерзи старшим, котенок, — археолог улыбнулся и наклонил голову, приняв весьма коварный вид. – Завтра я заберу тебя в это время. Не планируй ничего. — Ладно уж, — Юу очень старался, чтобы в его тоне прозвучало ленивое согласие, одолжение, делаемое исключительно по доброте душевной. – Если звезды будут в удачной позе, то тебе, возможно, повезет. Дайске ничего не ответил, только присвистнул одобрительно. Выждав еще несколько секунд для приличия, Юу торопливо попрощался и вышел из кабинета, молясь про себя, чтобы на сегодня пытка Даем закончилась. Хотелось, наконец, отвлечься от напряжения рабочего дня, расслабиться и побыть собой. Не высококвалифицированным специалистом, не начинающим порнодемоном, а самым заурядным молодым человеком. — Куда торопишься? – Койю возник на его пути как всегда внезапно, буквально выдергивая его из потока мыслей. — Хочу зайти к себе, забрать сумку и уйти, наконец, с работы, — честно ответил Юу, впервые за день прикинув, куда можно податься. — Может, в кино сходим? – тут же выдвинул предложение Койю и уточнил: — Хочется как-то развлечься. А если мы опять дома засядем, то завтра можем на работу не приходить. Мне с тобой подозрительно хорошо пьется. — Не поверишь, те же симптомы, — криво усмехнулся Юу, а потом задумался ненадолго. — Да не парься ты так! – практикант успел догадаться о главной причине колебаний и поспешил рассеять все сомнения: — Ты можешь жить у меня сколько угодно. Я даже ключи тебе дам, чтобы ты от меня не зависел в своих передвижениях. — Не боишься, что я тебе мешать буду? Личная жизнь и все такое, — Юу помахал в воздухе рукой, словно пытаясь подкрепить последнее понятие расплывчатым жестом. — Ты же видишь мою личную жизнь каждый день, — тут же погрустнел Койю. — Что еще случилось? – Юу машинально потер пострадавший несколькими часами ранее лоб. — Да нет, сегодня пока ничего, — Койю усилием воли постарался вернуть лицу беззаботное выражение, а Юу с тревогой уточнил: — Пока? — Ты же его знаешь, — практикант сделал глубокий вздох, словно готовился прыгать в воду. – Сегодня опять забыл пообедать. Потом швырялся стаканами… — Множественное число в этой фразе означает, что я не единственная жертва? – искусствовед хихикнул, отчего-то представив, как под обстрел попадает Ютака. — Мечтай, — хмыкнул Койю и замолчал, давай приятелю время перебрать всех сотрудников и вычислить среди них товарища по несчастью. – Ни за что не догадаешься, кто сегодня разгромил лабораторию. — Даже так? – Юу поднял руки над головой. – Все-все, сдаюсь сразу же. Кто это был? — Итак! – торжественно провозгласил Койю. – Нашим героем стал… бой барабанов… фанфары… Ниимура Тоору! — О-о-о-о, — искусствовед даже не сразу нашелся, что и сказать. – И кто кого? — Ну, как тебе сказать? – Юу уже тогда стало ясно, что в одной из прошлых жизней Койю не давали покоя лавры Торквемады. – Сначала безоговорочная победа осталась за мастером. — То есть, Тоору сдачи не дал, списав сие недоразумение на трепетную натуру гения? – перевел на понятный язык Юу и удивленно приподнял брови, когда Койю согласно закивал. — А потом… Тоору раздобыл где-то огнетушитель, — практикант трагически замолчал, позволив Юу самому представить масштабы разыгравшейся драмы. – Я силой затолкал мастера в такси и отправил домой, а сам несколько часов приводил в порядок лабораторию. — Это просто изумительно, — ошеломленно пробормотал Юу, все еще не веря, что он пропустил такое зрелище, закопавшись в свои бумаги. — Теперь я боюсь, что Таканори объявится здесь на гусеничном танке. С него станется, — Койю снова тяжело вздохнул, внимательно рассматривая светлую стену. — Но ты же не обязан его нянчить? Он взрослый и…, — возмущенно начал было искусствовед, но тут же был перебит: — Ты еще скажи, что самостоятельный, — Койю потер виски. – Я понимаю, что вообще не обязан напрягаться по поводу того, где он и что с ним. Моя задача состоит в получении диплома. — Тяжелый случай, — Юу покачал головой и ненадолго замолчал, размышляя. Он прекрасно понимал приятеля и во многом разделял его эмоции и чувства. Вроде бы ослепления уже нет. И безнадежность ощущается в полной мере. Но до сих пор не нашлась та кнопка, что позволила бы отключить странное, противоестественное притяжение к человеку, которому ты совсем не нужен. — Вот и я о том же. Так что давай и в самом деле как-то развеемся, — Койю встряхнулся, словно сбрасывая с себя тяжелый груз и искренне улыбнулся. – Собирай свое барахлишко и спускайся. Сейчас я тебе устрою встряску. Заодно и себе тоже, — парень коварно потер руки, уже предвкушая грядущее развлечение, а Юу содрогнулся, красочно представив себя, распластанного на проезжей части. — Может, я поведу? – о своем последнем опыте езды на мотоцикле искусствовед решил не вспоминать. Однако он скучал по ни с чем не сравнимому сочетанию скорости, адреналина и удовольствия. — Тогда я выбираю фильм, — Юу даже не успел порадоваться сговорчивости приятеля, как тот прибавил: — А еще ты утром готовишь завтрак. — Камикадзе, — пробурчал искусствовед, признавая, что готов даже на такую жертву, чтобы только снова ощутить, как в жилах закипает кровь. — И не вздумай меня отравить, — оказалось, что у Койю был просто великолепный слух. – Иначе я завещаю тебе сенсея в вечное пользование, а сам буду являться тебе в виде юрэй и проверять, как ты справляешься. — Все, проваливай, юрэй, блин. И дай мне собраться. Если не хочешь, конечно, попасть под руку кому-нибудь из начальства и преждевременно пополнить ряды онрё. — Бе-бе-бе, — Койю высунул язык, наглядно продемонстрировав самый весомый аргумент в любом споре, и поспешно ретировался, прежде чем Юу успел что-то добавить. Потом они снова столкнулись, не поделили вполне широкий дверной проем и с хохотом понеслись по лестнице, заставляя громкое эхо распространяться по безлюдному уже музею. ========================================================= Юрэй — призрак умершего человека в японской мифологии. Онрё — в японской мифологии привидение умершего человека, вернувшееся в мир живых ради мести, восстановления справедливости или исполнения некоего проклятия. Такое привидение не в состоянии обрести покой, пока не совершит свою месть.