Chapter 5
1 июня 2018 г., 17:12
Десять лет назад
***
— Бесполезно, Тикки, — Маринетт рыдала, прижавшись лицом к холодной, мокрой земле. Она не могла двинуть ни единой мышцей, настолько ослабла и истощилась. Кот уже пал, и она подползла к нему так близко, как смогла. По линии роста его волос сочилась кровь, но она знала, что он не мертв. Пока. — Сдавайся, ЛедиБаг, — откуда-то сверху пропел Бражник, опираясь на трость. — Отдай мне свой камень чудес добровольно, и все это закончится. — Никогда! — выдавила она, по крупицам собирая остатки сил, чтобы покачать головой. — Тикки, что мне делать? — Остается только один вариант, — сказала героине маленькая красная богиня, прижавшись к ее лицу. Бражник, не торопясь, подходил все ближе и наслаждался их полной беспомощностью. — Тикки! — поторапливала Маринетт, тяжело дыша. — Пришла пора попрощаться надолго, — грустно произнесла Тикки. Она погладила ее по щеке. — Но я верю в тебя, Маринетт. Без лишних слов, она влетела в серьги ЛедиБаг. Маринетт трансформировалась и нашла в себе силы встать на колени. Она трясущейся рукой дотянулась до йо-йо, а Бражник засмеялся, указывая на нее кончиком трости. — Ну, попробуй, ЛедиБаг. До этого тебе не везло. Она решительно сжала губы. Она знала, что квами слышит ее. — Чудесная ЛедиБаг! — пронзительно выкрикнула она и подбросила йо-йо. Бражник отпрянул в очищающий свет, а героиня закричала, ее уши горели жарким огнем. Она схватилась за них, ударившись о бетон, холодная боль пронзила колени. ЛедиБаг вздрогнула, закрывая глаза, чтобы остановить грозящие пролиться слезы, борясь с желанием вырвать гвоздики из мочек. Позади ее ресниц вспыхнуло белым, и она открыла их лишь только для того, чтобы увидеть, как пал Бражник. Она споткнулась о свою же ногу и серьги выскочили из мочек на ладони. — Тикки? — позвала Маринетт, чувствуя, как спадает трансформация. В этот раз детрансформация ощущалась по-другому... словно это конец. Ее квами нигде не было видно. Она сглотнула, опустившись на колени рядом с Бражником... или кто он там сейчас. Маринетт не узнала человека, а брошь под его горлом разрушилась от ее прикосновения. — ЛедиБаг? — неподалеку застонал Кот, и она замерла. — Мне жаль, Котенок! — сказала она, но не могла посмотреть ему в лицо. Она убежала.***
Маринетт все еще была в оцепенении от шока, когда он скользнул ночью к ней в люк. Даже несмотря на то, что он был в маске, она видела, что его лицо опухло от слез. — Принцесса... ты видела, что случилось? Она сделала успокаивающий вдох, пытаясь остановить собственные слезы. — Видела на ЛедиБлоге. Бражник потерпел поражение? Это замечательно, Кот. — Я не об этом, — черный кот покачал головой. — ЛедиБаг покинула меня сразу после боя. Я открыл глаза, и она ушла. Она никогда раньше так не делала! Что, если ей еще больно? Что, если Бражник избавился от нее? — Разве ЛедиБаг не уничтожила его камень чудес? — спросила Маринетт, пытаясь успокоить его. — Возможно, ее ранили и ей пришлось уйти. К счастью, не было кадров реального боя, только последствия. Общественность до сих пор понятия не имела о том, кто скрывается за маской ЛедиБаг. — Но ЛедиБаг, как правило, в первую очередь все исправляет, — произнес Кот, проводя рукой по голове. На ней была повязка, неумело бинтованная вокруг волос. — Она никогда не... пропадала раньше. — Позволь мне посмотреть, — перебила Маринетт, медленно продвигаясь вперед, чтобы откинуть его волосы и осмотреть окровавленный бинт. — Ты ходил в больницу? — Нет... я хотел найти ее, — признался Кот. Она вздохнула и спустилась по лестнице, хватая свою розовую аптечку из-под рабочего стола. — Ну, для начала, давай тебя подлечим, — сказала девушка, вновь присоединяясь к нему на кровати. — Спасибо, Принцесса, — Кот вздохнул, когда она сняла повязку и бережно придерживала его светлые волосы, так что теперь она могла прикладывать к ране вату с антисептиком. Рана не была глубокой, но Маринетт хотела убедиться, что она чистая. — У тебя может быть сотрясение. — Я в порядке, — упрямо повторял Кот. —Просто... устал от боя. Она перевязала его голову чистым хлопком и почувствовала, как он ослабел. Маринетт сглотнула комок в горле, и, после того как аккуратно закрепила повязку, обняла Кота. — Все в порядке, Котенок, — сказала она ему, несмотря на то, что слезы кололи глаза. — Она не вернется, она... — мрачно произнес Кот. Маринетт закусила губу и пальцем выводила на его спине успокаивающие круги. — Мы проигрывали, очень сильно. У меня такое ощущение... будто ей пришлось чем-то пожертвовать, чтобы победить его. Такое она могла сделать. Она не могла лгать ему. Правда в том, что она понятия не имела, как "долго" продлится прощание. Чудесные серьги надежно хранились в своей черной коробочке. Маринетт не знала, когда она снова увидит Тикки. Возможно, пройдут месяцы или годы. — Прости, Кот, — Маринетт придвинулась ближе, устраивая голову под его подбородком. — Мне так жаль. Он потерял самообладание, рыдая на ее груди, и все, что она могла сделать, это поцеловать его в макушку и нежно погладить его волосы. Небольшая ее часть желала рассказать ему правду, но что хорошего это принесло бы сейчас? Леди, которую он любил, больше нет. Маринетт позволила Коту выплакаться. Она мягко осушила его слезы носовым платком. Девушка предложила ему горячие напитки и еду, но он только покачал головой, свернувшись калачиком на краю ее кровати, будто настоящий потерянный, бездомный человек. — Останься на ночь, Котенок, — сказала она, оборачивая одеяло вокруг его плеч. Он просто кивнул и заснул у ее ног. Маринетт пыталась поддаться дреме, но большую часть ночи она беспокойно металась и ворочалась, а также проверяла Кота. Она хотела быть с ним в случае, если ему приснятся дурные сны. В конце концов и она погрузилась в сон, истощенная событиями дня. Что-то теплое и знакомо пахнущее окутало ее тело, и она провалилась в сон без сновидений.***
Когда Маринетт проснулась, то увидела Кота, который уютно устроился возле нее. Она улыбнулась, радуясь, что его лицо выглядит умиротворенным. Она медленно сползла с кровати, чтобы не разбудить его, и пошла вниз, поздороваться с родителями. Она взяла поднос с завтраком наверх, объяснив, что хотела потратить последние минуты на учебу. Кот все еще спал, когда она вернулась. Маринетт осторожно разбудила его, тряхнув за плечо. — Пора вставать, Котенок. Мне скоро в школу. Упоминание о школе заставило его резко проснуться, и он сонно взял у нее горячий шоколад и круассан. — Ты можешь приходить, — внезапно произнесла она, опустив кружку. — Если захочешь поговорить, или если почувствуешь себя одиноким. — Спасибо, принцесса, — он улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз.***
В этот уикенд был семнадцатый день рождения Нино, и Маринетт едва не отказалась в последнюю минуту — вечеринка была последним, чего она хотела. Аля персонально пришла и потащила ее. — Эй, это я должна валяться! — воскликнула она, тыкая подругу в бок. — Мой блог вымер этой ночью! Похоже, что ни у кого нет новостей о ЛедиБаг. Я уже давно должна была выплакать свои красивые глаза, но ради Нино мы должны приложить усилия, верно? — Да, — хмуро проговорила Маринетт. Она все равно не стала искать платье и надела узкие черные джинсы и легкий серебристый топ. Аля выглядела потрясающе в оранжевом комбинезоне, и она даже надела каблуки. Маринетт ухмыльнулась и ткнула подругу в ответ. — Пытаешься впечатлить кого-то, а? Вечеринка проходила в доме Нино. Его родители обещали не возвращаться до часу ночи, а мама накрыла прекрасный стол. Маринетт не хотелось ни есть, ни пить, хотя Аля купила им какие-то ярко фиолетовые коктейли. — Маринетт! — Адриан первым поприветствовал их, когда они вошли в дом, а Маринетт запищала, когда ее возлюбленный вдруг крепко ее обнял. — Я так рад, что ты здесь. — А-А-Адриан? — Маринетт заикалась, а Аля рядом с ней издала возглас. — Вау, кое-кто уже пьян! — Адриан! — именинник оттащил его от Маринетт с хмурым выражением лица. — Прости. Он не может контролировать себя, хотя выпил только немного пива. — Все хорошо! — сказала Маринетт, но она беспокоилась об Адриане, наблюдая, как он, шатаясь, направляется к дивану, обхватив голову руками. — С Днем Рождения, чувак! — Аля ухмыльнулась, вручая их презент. — Сегодня ты диджей? — Все готово, — Нино улыбнулся, принимая подарок. — Спасибо, леди. Возьмите себе что-нибудь поесть и расслабьтесь.***
Когда все одноклассники приехали, никто не мог поверить, что золотой мальчик уже был пьян в стельку. Они по-доброму его поддразнивали, но через несколько часов Маринетт почувствовала необходимость вмешаться. Ей все равно не было весело, несмотря на напитки, которые она выпила, пытаясь поднять настроение, а это было хорошим предлогом, чтобы уйти пораньше. — Я отвезу Адриана домой, — прошептала Маринетт Але и Нино в перерыве между песнями. — Его отец может не знать, что он здесь. Думаю, ему больше не стоит пить... — Я бы запротестовал, но думаю, сегодня он не в себе, — Нино вздохнул, потирая шею. — Кажется, он такой с самого приезда. Думаю, он пытался напиться. — Я вызвала такси, — сказала Маринетт, натягивая куртку. — Я прослежу, чтобы он благополучно вернулся домой.***
— Мариииинееееетт....! — Адриан всю дорогу домой прижимался к ней, словно банный лист. Ей никогда в жизни не было так жарко, и, когда она попыталась вылезти у своего дома, Адриан последовал за ней. — Что ты делаешь? — вздохнула она, но такси уже уехало. — Я хочу остаться с тобой, Мари, — сказал он, выглядя, как ребенок. — Я не хочу домой. Адриан втянул ее в еще одни объятия, на этот раз взяв ее на руки, и она вскрикнула от шока. Он держал ее, будто она ничего не весит, и кружил. Когда он поставил ее на землю, алкоголь неожиданно ударил в голову, и она почувствовала головокружение. А когда он наклонился, чтобы поцеловать ее, все, что она могла сделать, это безнадежно ухватиться за его шею, и, понадеяться, что она не упадет. Маринетт так долго этого хотела, и вот наконец это произошло, и она просто не могла поверить. Она никогда не пробовала наркотики, но вообразила, что это могло быть так: неожиданный дурманящий кайф, покалывание проносится по всему телу, вплоть до ног, и сердце бешено колотится, готовое вырваться из груди. Она не помнила, как они дошли до спальни, но вдруг они здесь, не могут достаточно быстро сорвать друг с друга одежду. Адриан продолжил целовать каждый оголенный участок кожи, его рот был горячим и голодным. Маринетт впервые в жизни почувствовала себя желанной. Он снял рубашку, и аромат его одеколона и пота заставил ее чувствовать себя легкомысленной. Ее руки тряслись, когда она расстегивала его ремень, и, столкнувшись с ней в темноте, он ей помог. Внезапно она откинулась на шезлонг, голая ниже пояса, ее блузка была расстегнута на несколько пуговиц. Маринетт оцепенела, и она не была уверена, адреналин ли это, алкоголь или они оба. Она вздохнула с облегчением, когда услышала, как разрывается фольга, потому что она не принимала противозачаточные, и в ее комнате не было ничего подобного. Желудок сделал сальто, потому что ее первый раз будет с любовью всей ее жизни, и небольшая ее часть желала знать спланировал ли он это? Или парни всегда готовы, на всякий случай? — Мари, — сказал он и поцеловал ее в шею. — Ты в порядке? Это... нормально? Она даже не подумала, прежде чем дать согласие, ведь она так сильно его любила и уже очень давно была готова к такому моменту. Конечно же, она надеялась, перед этим этапом они бы еще повстречались, и что ситуация могла бы быть немного более романтичной, но тут выбирать не приходится, верно? Адриан двинулся поверх нее, и даже в темноте ее тело, разумеется, приспособилось, уступая ему. Она держалась обеими руками за шезлонг, боясь упасть. Она ждала боли, но ее не было, и, на самом деле, она не почувствовала ничего. Адриан над ней задыхался, держа ее за бедра, и хотя она ощущала его толчки, все равно чувствовала себя странно. Все, о чем она заботилась — как удержать равновесие. Несколько мгновений спустя Адриан упал на нее, тяжело дыша. Она пожевала губу, желая знать, нормально ли это для первого раза. Она спросит у Али позже. — Мне жаль, — произнес Адриан ей в шею, небрежно ее целуя. — Прости... я не смог... — Все нормально, — сказала она, радуясь, что, даже несмотря на то, что она почти ничего не почувствовала, мальчик, которого она любила, был счастлив. Этого достаточно.***
Или так она думала. Спустя неделю, не услышав ничего от Адриана, Маринетт поняла, что совершила огромную ошибку. — Я стала девушкой на одну ночь, Аля, — она плакалась своей лучшей подруге по телефону. — Я не думала, что он такой! — Я убью его, — сказала Аля, ее голос был словно гранит. — Клянусь Богом, девочка, я хочу оказаться в его особняке и кастрировать его. — М-может быть, он не помнит, что произошло? — Маринетт икнула, потирая руку. — Он был очень пьян. — Херня, — прошипела Аля. — Ты сказала, что утром он не мог смотреть в твои глаза. — Да, но... — Маринетт умолкла, вспоминая, как унизительно это было. Адриан на шезлонге потерял сознание, так что она укрыла его одеялом. Лежа в своей кровати она пыталась уснуть, но это было невозможно. Она слышала, как несколько часов спустя он проснулся, и они обменялись парой неловких фраз, прежде чем он выскользнул через заднюю дверь. — Позволь мне поговорить с Нино, — проурчала Аля. — Он знает, что делать. — Нет! — Маринетт задохнулась. — Я не хочу, чтобы кто-нибудь узнал. Это смущает! — Я убью его, — снова пробормотала Аля.***
Кот пришел однажды ночью, и она думала, что он хочет поговорить о ЛедиБаг. Они обсуждали последние сплетни, когда вдруг черный кот ее обнял. — Что случилось, Принцесса? — спросил он. — Ты словно не в себе. Все просто: парень, в которого она была влюблена, разбил ей сердце и теперь игнорирует ее. Маринетт пыталась оставаться сильной, но вскоре снова заплакала. Кот держал ее в своих руках, и на этот раз он наблюдал за ее сном.***
Прошло две недели, и Маринетт впала в глубокое отчаяние. Она больше не была в одном классе с Адрианом, и, с одной стороны, она была благодарна, что ей не приходилось сталкиваться в ним каждый день. С другой стороны, когда она наталкивалась на него в коридоре, он склонял голову и отводил глаза. Она больше не чувствовала себя желанной — на самом деле совсем наоборот. Ее первый раз был с тем, кто даже не позаботился о ней и не уважал ее достаточно, чтобы уделить ей немного времени. Маринетт боролась с этим: иногда она винила себя за то, что не вызвала ему другое такси, за то, что не отвезла его домой первым, или за то, что не оставила его на вечеринке. В другие дни она винила его: в первую очередь потому, что он заставил ее влюбиться в себя, воспользовался преимуществом ее влюбленности в него, получил удовольствия и не ответил тем же. Она нашла записку, протиснутую в шкафчик. Мне очень жаль. Скоро я уезжаю в Милан. Думаю, здесь без меня будет лучше. Адриан х***
Он покинул школу без лишней суматохи. Нино расстроился и хотел, чтобы ситуация сложилась по-другому. — Он почти ничего не помнит о той ночи, — признался он Маринетт однажды во время обеда. Аля фыркнула, бурча себе под нос что-то про отмазки. — Я ему верю, — сказал Нино, глядя на нее серьезными карими глазами. — Я знаю, то, что с тобой произошло, очень хреново, Маринетт. Адриан сразу спросил меня о том, как он попал к тебе: он был очень смущен. Мне пришлось... рассказать ему все. Вот почему он написал записку. Он не смог сделать это лично. — Аля! — воскликнула Маринетт. — Я же просила тебя ничего не говорить! — Прости, девочка, — во всяком случае, ее лучшая подруга выглядела растерянной. — Но он должен был знать, что с тобой сделал. Вернее, чего он не сделал! Маринетт выбросила остатки своего обеда, и, перемахнув через скамейку, убежала, игнорируя крики своих друзей. Она вернулась домой, горячие и злые слезы жалили ее лицо.***
Кот пришел к ней ночью, ему пришлось приподнять одеяла, мягкие игрушки и покрывала, чтобы найти ее. Она пыталась спрятаться от окружающего мира, отгородиться от него. Но она испытала облегчение от того, что он навестил ее. Кот смог утешить ее, не осознавая, как ей стыдно. Они даже не разговаривали. Вместо этого, она лежала на его груди, прижавшись покрасневшим лицом к холодной коже, а его когти нежно гладили ее по волосам. Это расслабляло, и она чувствовала себя в безопасности в этом маленьком, созданном ими коконом: просто два подростка с разбитыми сердцами, которые исцеляют друг друга. Он поцеловал ее в макушку, и это напомнило ей о таком же поцелуе, который она подарила Коту в ночь, когда исчезла ЛедиБаг. С тех пор столько всего изменилось, что невозможно было поверить. — Могу я кое-что спросить, Принцесса? — проурчал Кот ей на ухо, и она хихикнула. — Что, Котенок? — спросила она с любопытством. — Можешь ли ты меня возненавидеть? Вопрос настолько неожиданный, что Маринетт поднялась с его груди, желая посмотреть в его светящиеся зеленые глаза. Грустные глаза, с того самого дня. — Никогда, — сказала она ему, целуя в щеку. — Что бы ни случилось. — Спасибо, Принцесса, — произнес он, с таким облегчением, что она снова чуть не заплакала. Он стремился чмокнуть ее в щеку, но она двинулась, и он поцеловал ее в губы. Они оба остановились, и Маринетт нашла это странным. Но не было никаких причин отстраняться, и если сначала Кот выглядел удивленным, после он наклонился вперед, его руки скользнули по ее спине. Они обменялись нежными поцелуями. Маринетт ощутила трепет в сердце, который никогда не ожидала почувствовать снова. Ее нравилось то, как Кот выглядел под ней, его лежащие на подушке растрепанные волосы и расширенные в темноте зрачки. Она коснулась пальцами своей рубашки и расстегнула несколько верхних пуговиц. Кот сглотнул, когда заметил, что на ней нет бюстгальтера. Она наклонилась, и он откинул голову, оставляя засосы на ее груди с мурлыканьем, которое дрожью прошло сквозь нее. Маринетт зарылась рукой в его волосы, наслаждаясь ощущением его языка, скользящего по чувствительным соскам. Так вот как это должно быть, подумала она, тепло распространилось между ее ног. Кот был ненасытным, оттягивая ее рубашку, чтобы показались плечи. Он коснулся ладонями ее груди и уткнулся ей в шею с гортанным звуком. Его зубы царапнули кожу и Маринетт задрожала, в крови внезапно загудела необходимость. Кто знал, что Кот мог сделать такое с ней? Маринетт чувствовала, как он растет под ней, и она не смогла сдержаться и потерлась об него, наслаждаясь пронзившей ее искрой. Его дыхание стало тяжелее, и вдруг они поменялись, и Кот оказался сверху. — Принцесса, — произнес он, его голос стал тоньше. — Думаю... нам следует... Маринетт сглотнула и посмотрела в сторону. Одинокая слеза скользнула по ее щеке. — Все хорошо. Если ты не хочешь... Кот застонал и опустился вниз, касаясь своим лбом ее лба. — Я хочу, Маринетт. Ты понятия не имеешь, насколько сильно я этого хочу! Но... готова ли к этому ты? Она улыбнулась и коснулась рукой его щеки. Ее котенок был милым, беспокойство светилось в его глазах. — Все нормально, — сказала она, кивая. — Я хочу этого. Он еще колебался, поэтому она втянула его в жаркий поцелуй, который не оставил сомнений в ее чувствах. Кот тихо рыкнул, оттягивая ее нижнюю губу своими зубами, и она хихикнула. — У меня с собой ничего нет, — признался он. — Нижний ящик моего стола, — сказала она, и он прокрался по лестнице.***
Маринетт почувствовала, как щеки окрасились румянцем, радуясь, что после осмотра у врача решила купить немного защиты. Кот вернулся, и она ожидала, что он сразу же вскроет презерватив, но вместо этого он просто положил его рядом. Он нежно прикоснулся своими губами к ее, прежде чем осыпать поцелуями ее тело. — Котенок? — вопросительно произнесла она, вдруг занервничав, потому что, судя по ее ограниченному сексуальному опыту, следующий шаг должен был быть другим. Черный кот прикоснулся губами к ее обнаженному животу, и пропустил шорты, желая поцеловать ее бедра и колени. Она закусила губу, действия Кота заставили ее колебаться. Вернувшись к ее шортам, он молчаливо спросил разрешения, прежде чем их расстегнуть. Даже раньше, чем Кот прикоснулся к ней, Маринетт задрожала. Она вдруг занервничала, хоть и знала, что может доверить Коту даже свою жизнь. Он двигался очень медленно, дюйм за дюймом, помогая ей избавиться от шорт. Он поцеловал кожу чуть выше кромки ее трусиков, его затянутые в кожу руки едва касались ее бедер. — Все хорошо, Принцесса?— она кивнула, закрывая глаза, потому что хотела позволить ему делать все, что он пожелает, прежде чем она передумает. Но после, он сделал кое-что невероятное. Он поцеловал ее через трусики, и жар его рта заставил ее вздрогнуть. Она сглотнула так громко, что была уверена, что он ее услышал. Кот ничего не сказал, продолжая оставлять нежные поцелуи на ее трусиках, пока она не почувствовала себя так, словно из нее высосали весь кислород. И, наконец, нежно и медленно, он стянул хлопок с ее бедер, и на этот раз его рот был напротив нее. Маринетт не смогла сдержать вздох и зарылась пальцами в его волосы. Он мягко вдохнул, скользнув языком по ее коже. Шершавый, словно язык настоящего кота, и она дернулась, а изо рта вырвался хрип. Кот резко поднял голову и взглянул на нее, не шевеля губами. Он снова вкусил ее, и Маринетт глубже погрузилась в постель, словно была без костей. Он вскользь коснулся большим пальцем, от чего она вскрикнула и сжала его голову бедрами. Гул вибрировал в груди Кота, и она чувствовала это через его рот. Ее дыхание стало тяжелым, и, когда он снова погладил ее большим пальцем, вкупе с движениями его языка, Маринетт кончила. Она сжалась и вздрогнула, что-то неразборчиво крича. Кот отодвинулся, и она вспомнила тот раз, когда съезжала по склону холма вниз на велосипеде. Педали слишком быстро крутились под ее ногами, а велосипед вышел из-под контроля. Вот как Маринетт чувствовала себя, когда оргазм прошелся сквозь нее: ее спина выгнулась, а рот раскрылся от удовольствия. Когда она открыла глаза, Кот наблюдал за ней с восхищением во взгляде. Она не могла говорить, поэтому просто втянула его в объятия, а его твердость под костюмом коснулась ее ноги. Она мысленно себя отругала, осознавая, какая она лицемерка. Маринетт потянулась к его костюму и он слегка заскулил, когда она начала расстегивать костюм, двигаясь осторожно, пока не дошла до конца. Она сильно удивилась твердости, когда дотронулась до него рукой. Она знала, что такое стояк, но никогда не представляла, что он будет таким сильным. Кот тяжело дышал, пока она его ласкала, и это казалось ей естественным, хотя она и прикасалась к мальчику в первый раз. Он вдруг схватил ее за запястье, умоляя ее остановиться. Маринетт находилась в полном смятении, но увидев его лицо, она поняла, что ему слишком хорошо. Она и не знала, что такое бывает. Она смотрела, как он пытается справиться с презервативом, что заставило ее испытать облегчение. Он нежно приблизился к ней и оставил на губах мягкий поцелуй. — Ты уверена, Принцесса? — снова спросил Кот. — Да, — выдохнула она, с интересом наблюдая, как он скользит внутрь. Она впервые увидела его, и на этот раз, она его еще и чувствовала. Маринетт вскрикнула он внезапного ощущения, чувства наполнения. Кот двигался медленно, склонившись над ней, и погрузившись глубже, двинулся ближе к ее лицу. — Ой-ой-ой, — Маринетт часто задышала, потому что это то, чего она ожидала, и это было трудно описать. Кот скользнул руками вверх по ее коленям, побуждая ее обернуть ноги вокруг его спины. Она была гибкой (преимущества героини), и скрестила лодыжки в воздухе за его спиной, заставляя черного кота шипеть от восторга. — О Боже, Маринетт, — он из кожи вон лез, и она обрадовалась, что могла видеть его лицо. Разве возможность наблюдать за своим партнером во время секса не составляет половину всего удовольствия? Она чувствовала поддержку, наблюдая за удовольствием на его лице и струящимся из-под волос каплям пота. Он даже толком не двигался. — Кот, — она улыбнулась и обхватила его лицо руками. Они поцеловались, языки танцевали, и он скользил внутрь и наружу. Маринетт застонала ему в рот, остро ощущая его внутри себя. — Принцесса, — пробормотал он, видя только ее. Его затянутые в кожу пальцы сцепились с ее, и он поднял ее руки над головой, позволяя ее блузке распахнуться. Он сжал губами ее сосок, толкнувшись в нее, и Маринетт ощутила, как ее переполняли чувства. Она тяжело дышала, пот стекал вниз по шее и спине, а Кот увеличил темп. Она смутилась от чувственных вздохов, которые вырывались изо рта, но не могла их сдержать. Черный кот упивался ею, из его горла послышалось глубокое мурлыканье. — Мари... — он застонал и повалился на нее, зубами прикусив нежную кожу ее шеи, заставляя ее подпрыгнуть. Он ласкал руками нижнюю часть ее бедер, прежде чем проскользнул ими под ее ягодицы и сжал. Кот проник глубже, и Маринетт чувствовала, что сейчас взорвется. Она посильнее сжала ноги вокруг него, и он застонал в ответ, теребя соски между зубами. Эта искра стала причиной взрыва, и глаза Маринетт подернулись дымкой, прежде чем она затряслась в конвульсиях. Она ощутила, как Кот с дрожью кончил следом за ней, прежде чем упасть рядом с ней. Они отодвинулись друг от друга с хихиканьем, ее удивила липкость. Кот поднял ее и понес вниз по лестнице, чему она была благодарна, так как сама шаталась. Она быстро привела себя в порядок в ванной комнате и вернулась в его объятия. Они, все еще голые, так естественно подходили друг другу, и Кот скользнул носом по ее шее, вдыхая.
