Семь мгновений Вейдера

— Объясните. Врач вздохнул. Вокодер пациента плохо передавал эмоции, но эту он уже научился опознавать. Раздражение. Пациент требовал контроля — хотя бы над информацией о своем теле, если не над собственно телом… Тело его на данный момент представляло собою сложный конструкт. С внешними легкими, подключенными непосредственно к артериям. С внешней же системой, заменяющей пищеварение. С внешней почкой, внешним поддерживающим сердцем… Системой компенсаций врач гордился. Жалел только, что не с кем поделиться — секретность, да и не поймут «живодерства» его очень моральные коллеги. — Увы, я не могу, — сказал врач. — Дело не в том, какой вы инженер. Дело в том, что вы не знаете медицину. То, что вы можете понять, я вам уже рассказал. Пациент поморщился. Покачал головой — насколько позволяли трубки в горле и фиксаторы шеи. — Если вам кажется, будто я отношусь к вам снисходительно — это не так, — добавил врач. — В таком случае — научите меня медицине. Врач проглотил удивление. И раздражение. — Вы понимаете, что это то же самое, попроси я вас научить меня инженерному делу? — Для начала, я спросил бы — что вам нужно знать, — сказал пациент. — Чтобы сузить область. Педиатрия мне, к примеру, без надобности. Врач все же вздохнул. — Даже в усеченном виде — это займет долгое время. Пациент усмехнулся, поднял руку и повел металлической ладонью над парализованным телом-обрубком. — Я никуда не тороплюсь.