Legends of the past

      Юкио ленивой походкой прошёл в середину тренировочного зала, дал подзатыльник Хаякове, пнул под задницу Кисе, после чего выслушал нытье последнего, поправил стойку какого-то первогодки и, наконец, добрался до тренерской. Гента Такеучи сегодня отсутствовал, из-за чего и оставил все вопросы на бедного Касаматсу, будто, не замечая его мученического взгляда и скрытой мольбы.       Нет, капитан был горд своей командой, которая с Зимнего кубка стала играть еще лучше, а про Кисе и промолчать можно - Юкио впервые видел его таким заведенным на тренировках. Но все же, для него единственной родной командой была и оставалась Сейшин Гакуэн. Сколько бы лет не прошло, а он их любит так же, как и раньше.       Упав в кресло тренерской, он нашарил в шкафах какие-то бумаги, которые, как оказалось, были новыми стратегиями команды. Просмотрев их, Юкио закатил глаза. Серьезно? Скучно и грустно, ведь эти тактики похожи на те, что они уже использовали. У него что, совсем нет фантазии? Передернув плечами, Касаматсу решил их переделать, в конце-то концов, капитан он, или нет? Хотя, он может признать, что капитаном ему быть не дано. Это звание всегда принадлежит Тецу, ведь именно она была его «семпаем в плане руководства».       Не успел он сделать и линию, как телефон зазвенел, оповещая о входящем звонке. Послав все свободное время на три веселых буквы, он принял вызов: — Касаматсу слушает. — О, ты теперь не Юки? Капитан Кайджо закатил глаза, с удовольствием закидывая ноги на стол. — Ханамия Макото? Не думал, что услышу голос противника. Честно, ты меня поразил. — Ну, Юки-чан, ты такой ску-учный. — Это говорит человек, который не узнал собственного капитана под личностью парня, при всем при том, что она даже имя не меняла. Касаматсу хмыкнул, услышав в свою стороны сдавленное шипение и приглушённые маты. — Друг называется. Сказать нельзя было? Я не виноват, что не пришёл тогда и не узнал. — Вот не надо спихивать всю вину на меня. Это ты не пришел на то собрание, поэтому и не узнал. Послышался возмущённый фырк. — Да пошёл ты. Короче, у меня тут проблемы небольшие. Можем встретиться? — Ханамия? — Нечего такого, что должно дойти до ушей Тецу. — Ладно, подойдешь к Кайджо? — Я уже там. И отключился. — Мразюка.       Цыкнув, Касаматсу вышел из тренерской, закрыв её на ключ. Выйдя в зал, он крикнул: — У меня появились неотложные дела. Кому мне оставить ключи, чтобы он закрыл зал? Тут же послышался вопль Кисе, но он был стойко проигнорирован. — Так, ладно, эй, Тобио, — Касаматсу показал на первогодку, — Доверяю его тебе. Этим отдавать что-то в руки себе дороже.       И ретировался с места, где через пару секунд раздался истошный и обиженный визг Кисе Рёты.

***

      Когда Юкио вышел за ворота школы, ему на глаза попался парень. Выше его на пару сантиметров, темноволосый, с едкой ухмылкой на бледном лице. — А я-то думал, долго ты там будешь ходить? — Ханамия, ты выдернул меня с тренировки. Если меня спалят — мне конец.       Макото расхохотался, хватая его за запястье и, потянув за собой, пошёл известном только ему направлении. — Кстати, брови отклеил, али отпали?       В ответ он услышал сдавленное шипение. Мысленно посмеявшись, Юкио посмотрел на лицо баскетболиста Кирисаки Дайчи. Такое же бледное лицо, темные глаза, только брови, которые раньше он клеил, стали обычными, как у любого другого парня. — У нас с Тецу спор распространяется только на время матчей, тренировок и школы, а на улицу это не распространяется.       Юкио чуть не врезался в столб, когда Макото резко повернул в право. Вот теперь он и увидел цель, куда Ханамия его тащил. Не особо большой стадион, на котором не было не одного человека. Рядом пустующее здание какой-то секции, окруженное забором. — Может ты объяснишь, зачем ты меня позвал? — Просто так.       Всего минута на осознание вопроса. — ТЫ ЧЕГО, СОВСЕМ СОВЕСТЬ ПОТЕРЯЛ, УБЛЮДОК?       Макото, хрюкая от смеха, побежал к стоящему кольцу. Подбежав, он прыгнул на него, после чего залез на щит, болтая длинными ногами. — Да ладно тебе, Юки-ча~ан. Будто первый раз прогуливаешь.       Услышав в ответ откровенный мат, он снова рассмеялся. — Я, вообще-то, скучал по своему другу. А то мы встречаемся часто, а поговорить не можем. — Ты же знаешь, что как капитан я должен быть с этими полудурками постоянно. И, хочу тебе напомнить, ты тоже капитан, поэтому это тоже твоя обязанность. Фыркнув, Макото спрыгнул со щита. — Эти идиоты не годятся ни на что. У меня уже руки чешутся, навалять им хочу. Капитан Кайджо усмехнулся, садясь на трибуны рядом со стадионом. Почему-то именно этот парень был одним из лучших друзей Юкио. — Эй, Юки, как там Тецуя? Юкио помрачнел. — Мы с ней вообще не пересекаемся. Если матчи, то её и меня окружают наши команды. Просто встречаться с ней и говорит не получается — я, как капитан, а она, как «тень», не можем выбраться. А ты?       Ханамия поморщился, явно вспоминая не очень хорошее для себя время. — Мне, если честно, стыдно за то, как я играю. Знаешь, я был готов душу отдать, увидев «тот-самый-взгляд» на нашем первом матче с Сейрин. — В конце матча, — поправил его капитан Кайджо, — С самого начала ты её не узнал, из-за чего и расплатился потом.       Схлопотав подзатыльник, Касаматсу хихикнул, встал с трибун и достал мяч, так любезно оставленный какими-то ребятами. — Помолчи. Я вообще не хотел как-то менять стиль игры. Это ведь ты меня уговорил. — И не просто так. Твой стиль слишком заметен. — Да знаю я. Но стиль «паука» еще хуже. Юкио пожал плечами. — Если честно, то это твои проблемы. — Друг называется, — буркнул Ханамия, забрав мяч.       Юкио снял кофту, которую успел надеть перед выходом, подошёл к Ханамии, дружески хлопая по плечу. — Я же любя, — хохотнул капитан Кайджо, — И, если честно, то Куроко не злится. — Конечно. Она уже позлилась, когда после матча с вами кидалась в меня всем, что под руку попадется.       Касаматсу прыснул. — То, что в своей сумке найдет. — И откуда там нож? Юкио вспомнил, как Тецу, матерясь на разных языках, бегала по комнате за Ханамией. И если с начала это было смешно, то, когда она достала нож, стало не по себе. — Ну, это Тецу. У нее в сумке можно и реактив найти. Макото забросил мяч в корзину, а затем расхохотался. — Нет, такого счастья мне не надо. Мне по горло хватает недели Ада, — вдруг он стал серьезным, — Кстати, как ты думаешь, ребята из Чудес выдержат её тренировки?       Юкио нахмурился, беря в руки мяч. Похоже, из-за частых игр на улице всё резиновое покрытие стерлось. Невольно вспомнились изнурительные тренировки в спортивном лагере. И если подъем в шесть утра они выдерживали спокойно, на тренировки с семи до девяти закрывали глаза, а на кроссы по восемь километров сжимали кулаки, то после вечерней тренировки падали без сил, иногда забывая переодеться. Конечно, спустя время они привыкли к этому. Стали намного выносливее и сильнее. На матчах перестали идти в нападение бездумно, полагаясь лишь на свои умения и силу, они начали просчитывать и продумывать атаки и защиту, с помощью их капитана. Тецу делала те упражнения, что и они сами. Временами, она вставала из последних сил, укрывая их одеялом, снимая обувь и футболки, закрывая двери в комнаты. Она вставала раньше всех, приготавливая воду для ребят, ходила в столовую, накрывала на них еду. Наверное, именно из-за того, что Тецу была для них не только капитаном, но и матерью, они дорожили ей еще больше. Именно из-за этого они сидели под дверью больничной палаты, пока проходила срочный осмотр Тецу, которая вошла в Зону. Будучи в не лучшем состоянии, чем другие ребята, она из последних сил вошла в Зону, передавая силу сокомандникам. Тогда не Юкио, не Ханамия, не другие игроки и не поняли, что случилось — не было сил, а вдруг появились — но не понимали они этого, пока не увидели, как Тецу теряет сознание. Юкио несколько часов выдергивал седые волосы, пока ждал вердикта врача. — Ребята из Поколения Чудес выдерживали тренировки Акаши, а значит, не обделены терпением и выносливостью. Но Куроко — другое дело. Её тренировки построены по-другому, не как у капитана Ракузан. При её тренировках развивается не только личные качества игроков, но и их логика. При матчах с нашим капитаном нельзя играть лишь грубой силой. Её стратегии и тактики нельзя обойти благодаря физическим способностям — именно поэтому все и проигрывали. Для Тецу главное создать таких монстров, какими считали нас.       Макото хмыкнул. — Их ведь так и называли. Монстры, гении. — Я бы с этим поспорил, — Юкио фыркнул, лениво отбивая мяч от пола, — Из всех Чудес, лишь Акаши может сравниться с Тецу в тактиках и планах. Причем, в таком случае, если будет по-настоящему стараться, но даже так ему было бы не просто. Ханамия выбил мяч из рук разыгрывающего защитника Кайджо. — Давно хотел спросить, — Юкио повернулся к бросающему мяч парню, — Тецу говорила, что Теппей может стать седьмым игроком состава?       Макото замер. Юкио пытливо посмотрел в глаза друга. — Он, как и мы с Котаро, является Некоронованным генералом, который может сравниться с Поколением Чудес. Он талантлив. Его сила может сравниться с моей или твоей, но только при должных тренировках, которые смогут раскрыть его потенциал. Без практики его навыков, это все равно, что стоять на месте. — Но и тут есть «но»? — Есть, — не стал спорить Макото, — Теппей слишком мягок для баскетболиста. Я не хочу говорить, что он должен быть жесток, как я, но его мягкосердечность может создать слишком большие бреши в его силе. Даже после того, как я его покалечил, он все равно такой же добряк. — Он ведь приехал из Америки? — Да, с ним все в порядке. Тецу сказала, что его силы после отдыха стали только больше. — И? — Что? Юкио хлопнул себя по лбу. — Ты так и не досказал. — Ты про его характер? Если он останется таким, как сейчас, то его будет слишком сложно перевоспитать. — Но Тецу сможет. Из Рё ведь выбила всю дурь. Ханамия прыснул. — О, да. Как вспомню — так вздрогну. Ребята рассмеялись.

***

— И, что мне делать с Кисе? Юкио сидел на против Тецу, которая записывала что-то в блокнот. Девушка вальяжно развалилась в кресле, скинув кеды и стянув парик, который валялся где-то рядом с обувью. — В каком смысле? — девушка выразительно подняла бровь, — О чем ты? Юкио замялся. — Что я должен делать с ним? Ты сама говорила, что он до жути приставучий. Тецу слегка нахмурила брови, после чего, чуть улыбнувшись, достала какой-то листок. — Кисе Рёта хороший парень. Да, немного приставучий, но преданный и верный до конца. Наверное, это единственный человек из Поколения Чудес, кто остался собой. Кисе не строит из себя того, кем не является. Ты сможешь найти с ним общий язык. — Я не могу быть уверен. Тецу дала парню подзатыльник. — Я знаю, что ты сможешь. Ты будешь отличным капитаном.

***

 — Да как он вообще посмел?! Этот идиот!.. Это… Это… Юкио в очередной раз увернулся от летящей в него статуэтки, после чего словил её, поставив на отполированный стол комнаты. — Тецу, ну подумаешь… Скопировал он твой пас, нечего ведь такого нет? Тем более, это пас Фантома, а не тво… Его заставил молчать красноречивый взгляд, который, разве что не убивал. — Этот пас придумывала я! Я, и не кто более! А он!.. Неблагодарная сволочь! Звук разбитого стекла не приносил нечего хорошего. Кажется, нужно было запретить Кисе использовать Взрывной пас.

***

Касаматсу улыбнулся, смотря, как Тецу, выпячивая губы вперед, скрещивает руки на груди, и фыркает. Но, все же забирает с ладони Такао таблетку, берёт предоставленный Химуро стакан воды. Проглатывает, запивает, морщится, возвращая уже пустой стакан. — Я в жизни больше это не выпью. Юкио прыснул, наблюдая за совершенно спокойным Ханамией, который с видом доктора, стоит рядом. Котаро сидит в кресле, переписывая ей конспект по истории, который она должна будет выучить, Сакурай гаденько посмеивается, за что через пару секунд получил тапком в нос. Завидная точность! — Тецу, ну не мы же виноваты в том, что ты заболела! Куроко залезла под одеяло с головой, при этом что-то пробурчав. Такао засмеялся. — Нет, ты не пойдешь на тренировку даже в одеяле. Юкио порой кажется, что Тецу — ребенок шести лет.

***

— Короче, — улыбнулся Ханамия, проходя к вызванному такси, — Встретимся потом, у Тецу. — Не вопрос, — хмыкнул Юкио, проходя к воротам школы. Бросив взгляд на отъезжающую машину, Касаматсу достал мобильник. На экране было фото. Семь человек. Шесть мальчиков, а посередине, улыбаясь, стоит девочка. У каждого из них медали, а на паркете огромный кубок. Это был третий по счету кубок, завоеванный Легендарным Поколением.