Соловей и роза

Офелия была зла. Злость вскипала в ней с каждой секундой. Да как этот, этот… Чёрт. Она даже не может сказать про него что-то плохое. Может, потому что он прав? И вместо того, чтобы распускать сопли и страдать, стоило заняться делом? Привести себя и свои мысли в порядок, а не строить из себя мученицу. Но разве у неё не было на это права? В конце концов она страдает не из-за пустяков. Её сердце разорвали на мелкие части и пустили по ветру. Этот пижон д, Эрбле обманул её доверчивость, унизил, использовал. А она наивная дура. Чувствовала и всё равно допустила это. Но теперь всё будет по-другому. Она станет сильней, красивей, мудрей. Ей всего семнадцать. У неё целая жизнь впереди. Она больше не будет жалко выглядеть. На выходных Офелия решила незамеченной отправиться в Лондон. Надо сказать, ей это удалось. Пребыв в Лондон, Офи пошла в сторону торговых центров. Вскоре, она нашла то, что искала. Немного помявшись, она всё-таки вошла в магазин. Да в какой магазин! Магазин косметики! Впервые в своей жизни она целенаправленно зашла в магазин косметики. Святые подштанники Мерлина! Не сказать, что когтевранке были чужды маленькие женские радости, но она думала, что ей ещё рановато краситься. Да и зачем. Вазелина для губ ей вполне хватало. Но это было до того, как она приняла решение выглядеть сногсшибательно. Тут вазелином не обойдёшься. От того изобилия косметики, которое было представлено в магазине, у неё закружилась голова. Столько всего такого цветастого, девчачьего! Она провела в магазине ещё час и скупила всё то, на что ей хватило, а потом отправилась в Хогвартс. Придя к себе в комнату, когтевранка начала разбирать всю эту красоту. Ей так всё это понравилось, она почувствовала себя Золушкой, с которой вот-вот должно было произойти волшебное превращение. Она села у зеркала и… поняла, что половиной всего этого не умеет пользоваться. Она же просто размалюет себя и будет выглядеть сногсшибательно, но не в том смысле, в котором бы ей хотелось. От отчаяния она готова была заплакать. Что ей теперь с этим делать! Она ведь потратила почти все сбережения и получается напрасно. Глупая, бестолковая! Так она просидела до самого вечера. Вскоре пришли её соседки, о которых пока читателю и было только известно, что они соседки Офелии. Первая, черноокая Джейн. Были в ней примечательны именно её чудные глазки. Чёрные, как уголь, как смола. Но не такие, как у Снейпа. Нет, в этих был озорной блеск, какая-то искра. В целом, это была довольно милая девушка, но только до тех пор, пока она не откроет свой маленький ротик. Дело было даже не в тоненьком, писклявом голоске, раздражающем слух. Просто вылетало из этого миленького ротика лишь брань и гадкие слова паразиты. Учитывая её голос, это выглядело очень странно и нелепо. Когда Офелия увидела её впервые, она залюбовалась красотой этой девушки. А Джейн, заметив это, бросила «Чё вылупилась, а?». С тех пор Офи своим глазам не доверяла. А вторая была любительницей коротких юбок и, вы не поверите, мрачных зельеваров, проживающих в подземельях. Да, да, эта глупая девочка любила Снейпа и смела надеяться на взаимность этой живой статуи. Это было для Офи чем-то невероятным. Откуда она это узнала? Как-то раз эти две юные особы, подумав, что она уснула, стали обсуждать свою личную жизнь. Она особо их не слушала, честно говоря, но имя «Снейп» вывело её из дрёмы. Но у каждого свои тараканы, в случае Полли, её звали Полли, мыши, летучие мыши. Офелия отрешённо взглянула на них, когда они вошли. Боль и страдание были в этих глазах. Полли, испытывавшая невольную симпатию к Офелии, обратила на это внимание: — Что это ты, подруга, прикисла? — Да так, ничего важного. — пожимая плечами ответила Офи. — Да ладно, не чеши ты. Если бы было всё в порядке, ты бы не сидела с таким хлебальником. — вмешалась в разговор Джейн. Офелию передёрнуло. До сих пор не могла привыкнуть к этому жаргону. — Ой, а что это у тебя? Косметика? — со скепсисом спросила Полли. — Я никогда не видела, чтобы ты красилась. — Да вот. Я решила в себе что-то изменить, купила эти побрякушки и поняла, что ничего не смыслю во всё этом. — сказала она, посмотрев на Полли. И вдруг её осенило. — Слушай, а ты не могла бы мне помочь? Пожалуйста. — Ой, да без проблем, подруга. Я из тебя такую красотку сделаю, что все будут в шоке! — Правда? — Естественно. — протянула блондинка. — Спасибо! Офи была очень рада, что всё так разрешилось. Она оглядела Полли и поняла, что эта миленькая блондинка и вправду была неплохой, хотя её влюблённость в Снейпа до сих пор смущала Блэйк. Они договорились завтра встать за три часа до завтрака и заняться прихорашиванием. Офи очень многое возлагала на этот день, ну, а пока ей пора спать.

***

Офелия встала раньше всех и хоть за эту неделю она несколько отвыкла от своего режима, она всё же нашла в себе силы встать с кровати. Хуже дело обстояло с Полли, ибо та раньше десяти никогда не вставала. Сначала наша героиня ждала, и довольно долго ждала, но, когда пробило девять часов её терпение закончилось. Она робко подошла к кровати Снейпоманки и легонько потрясла ту: — Полли, миленькая вставай. Та пробурчала в ответ что-то нечленораздельное. — Но ты же обещала. — жалобно произнесла Офи. — Сейчас, ещё секунду, а лучше час. — перевернувшись на другой бок, ответила она. — Если ты сейчас же не встанешь, то мы пропустим завтрак! — Ещё лучше. Представь своё эффектное появление на уроках. — ВСТАВАЙ!!! — над самым ухом Полли прокричала Офелия и стянула с неё одеяло. — Эй, ну кто так делает! Чё за издевательства-то над людьми. Я на тебя в суд подам, если ты не вернешь мне моё одеялко. — сжавшись от холода, пробормотала спящая красавица. — Это между прочем казённое имущество! Вдруг, откуда не возьмись, в обеих полетела подушка. — Вы там заткнётесь или нет! Я спать так-то хочу! Это прогремела Джейн, разбуженная своими соседками. — Прости. — прошептала Офи и всё тем же шёпотом обратилась к Полли, которая вовремя её замешательства уже успела забрать одеяло. — Дорогая моя Совушка, если вы сейчас не соизволите поднять свою не менее дорогую пятую точку с кровати, то я вас ей богу поколочу. — Отстань. — Вставай. — угрожающим шёпотом произнесла Офи. — Ладно, ладно. Чё кипятишься-то. — Спасибо за понимание. — Ну всё! Вы обе меня задолбали! — прокричала Джейн и кинула в них чем-то тяжёлом. Как оказалось, это был будильник, который прямиком угодил в дорогую пятую точку Полли. — Ай! Больно же. Ненормальная. — Ничего, зато взбодришься. — со слегка злорадной улыбкой произнесла Офи. — Тебе смешно, а мне плакать хочется! — сказала девушка и, строя из себя калеку, засеменила в ванную. Так и прошло это утро. Честно, Блэйк это утро показалось самым смешным в её жизни. Она и не думала, что общаться с этими девчонками так весело. Но вдруг улыбка ушла с её лица. Она вспомнила Монику. Не предаёт ли она свою дружбу? Было ли это честно по отношению к Монике, которая сейчас неизвестно где. Офелии стало стыдно. Хоть Моника и писала, что её не нужно искать, но всё же. Она же её подруга и должна была что-то сделать, а она сидит тут, веселиться, когда её подруге, возможно, плохо. Она думала об этом ещё минут двадцать, пока из ванной не вышла Полли. — Хей, подруга. Что за лицо, ты чё лимон съела? — Да нет, ничего серьёзного. — ответила Офи, улыбнувшись. — Ну ладно. Ну чё приступим? — заговорщически улыбнувшись, спросила она. В течение следующих двух часов на когтевранку наносили всякие средства. Тушь, помада, пудра, тональная основа и прочие страшные слова. На самом деле, для Офелии внешность всегда была… (вы ждёте продолжение: не важна, но это не так). К чему лгать друг другу? Эта фраза уже давно стала чем-то пошлым, обыденным. Каждый так говорит, но я ещё не встречала человека, который бы выбирал себе пару, руководствуясь этой фразой. Безусловно, внутренний мир человека важен, но также важна оболочка, в которую этот мир заключён. Особенно красота необходима женщине, ибо какими бы она не обладала достоинствами, к сожалению, мужчина их не заметит, без соответственной наружности. Хотя, весьма редко, бывают и исключения. Но что правда, так это то, что красота — понятие очень относительное. Недавно (сейчас будет ненужное лирическое отступление, которое вы можете спокойно пролистать, ибо на сюжет оно не влияет, а автору очень хочется поделиться этой историей.) я наткнулась на фотографию девушки в журнале и посчитала её очень красивой. Больше всего меня привлекли в ней её скулы и серые глаза, смотрящие ни то свысока, ни то милостиво, будто прощая за что-то. Я вырезала эту фотографию и положила к себе в книгу, чтобы любоваться ей. И вот я сидела в библиотеке и ко мне подошёл мой знакомый, присутствие которого в библиотеке само по себе было вещью абсурдной. Он спросил меня, что я читаю. Я ответила, он понимающе кивнул. Было неловко. Вдруг, он увидел фотографию девушки и всё, что он сказал: «Какой стрёмный пацан». Я была оскорблена, но спорить не стала, ибо, во-первых, не стоит вбивать людям свои мерила красоты, во-вторых, он бы всё равно меня не понял. Как оказалось, потом, он заходил в библиотеку, чтобы сходить в туалет. Но что-то я забылась. Пока я рассказывала эту глупую историю, Офелия уже вышла из гостиной, на каблуках, которые ей одолжила Полли, и не совсем уверенной поступью зашагала на урок Защиты от Тёмных Искусств. Честно говоря, выглядела она очень хорошо. Пожалуй, так хорошо она никогда не выглядела. Спасибо волшебнице Полли. Офи опоздала на минуту, так как шла медленно, чтобы не упасть. Она открыла дверь и застенчиво произнесла: — Простите за опоздание, профессор, можно войти. В это время месье де Ла Фер стоял к ней спиной, чертя что-то на доске. — Ах, вот и наша любительница опаздывать. Интересно, вы только на мои уроки всегда опаздываете? — спросил он, обернувшись. Не сказать, что профессор был удивлён преображением Офелии, по крайней мере внешне он этого никак не выдал. — И долго это будет повторяться? Мерлином клянусь, в следующий раз я вас не впущу. — устало произнёс он. — Спасибо, профессор. — произнесла девушка и оглядела класс, чтобы найти свободное место в классе. Таковой было только на первой парте. Вздохнув, она прошествовала к нему. Ученики, которые в отличие от профессора не имели такой выдержки, явно были удивлены. Многие смотрели на Офи с оценивающим выражением лица, кто-то в наглую раздевал её взглядом. Офи была смущена таким вниманием к своей персоне, которую раньше особо не выделяли. Просто знали, что есть вот такая вот Офелия Блэйк — неплохая девчонка, молчаливая, сидит всегда у окна, ножки у неё ничё такие. Вот и всё. — Что-то в классе стало слишком громко. Если никто из вас не хочет получить отработку перед Рождеством, то советую вам успокоиться, открыть тетради и записать тему сегодняшнего урока: «Оборотни и защита от них. Повторение» — произнёс месье де Ла Фер. Офелия открыла тетрадку и вдруг к ней на столик прилетела записка в виде птички. Она развернула листок и прочитала: Может сходим куда-нибудь? Если согласна, кивни два раза. Подписи не было. Девушка оглядела класс и увидела, что на неё лукавым взглядом смотрит Дэннис Корнеги. Он был весьма красивым парнем, законченным экстравертом и просто душкой, как сказала ей когда-то Моника. Он всё также в упор смотрел на неё, а она не знала, что ей делать. Она не любила этого Дэнниса и не хотела идти с ним гулять, тем более она его почти не знала. Единственный случай, когда она хоть как-то взаимодействовала с ним был на пятом курсе, она тогда уронила ему на ногу котелок. Но, в общем-то, это не самое лучшее воспоминание. Офи решила, что не пойдёт никуда, поэтому она отрицательно мотнула головой. Хитрая улыбка быстро сползла с лица Корнеги, к такому он явно был не готов. В душе назвав её «Самодовольной курицей», он отвернулся. Впрочем, зла он, похоже, на неё не держал, так как и вправду был неплохим парнем. Дальше всё шло своим чередом. Урок прошёл для когтевранки неплохо. В этот раз она и вправду старалась слушать профессора и, по возможности, отвечать на поставленные им вопросы. Судя по всему, месье де Ла Фер это оценил, ибо даровал Когтеврану пять баллов, а лично ей снисходительно кивнул, что в случае профессора можно было считать за похвалу. Из кабинета ЗОТИ девушка вышла в приподнятом настроение. Вдруг к ней подошёл Дэннис: — Привет, Блэйк. — улыбчиво произнёс он. — Привет, Дэннис. — Можно поинтересоваться причиной твоего отказа? — спросил он, подняв одну бровь и склонившись над ней, тем самым прижав её к стене. — Понимаешь, Дэннис я… Она не смогла договорить, так как увидела Рене, стоящего от них в десяти шагах. Он смотрел на неё с каким-то интересом. В Офелии что-то проснулось, ей так захотелось проучить этого самодовольного денди, что она, представьте себе, посмотрела в глаза Корнеги и, приподнявшись, легонько поцеловала его. Вот такого он точно не ожидал, но после небольшого удивления, всё же ответил на поцелуй. Офи очень хотелось позлить Рене, но она добилась ни этого. Наша когтевранка плохо знала этого пижона. Сначала он удивился, а потом в нём проснулся интерес. Надо же, он думал, что она страдает по нему, как все девушки обычно, а она закрутила роман с этим Корнеги. Это что-то новенькое. Но д, Эрбле не знал, что Офи действительно страдала и плакала по нему, но теперь к нему она чувствовала лишь неприязнь, ибо ненависти он в её глазах не заслуживал. Постояв ещё несколько секунд, он ушёл. Офи отстранилась от Корнеги. — Ты какая-то странная. — произнёс он с улыбкой. — Какая есть. — пожав плечами, ответила девушка. — Так что на счёт прогуляться вдвоём? — А почему бы и нет. — ухмыльнулась когтевранка. — Завтра, утром, у стадиона. Произнеся это, она уверенной походкой пошла прочь. Но только она свернула за угол, как походка её стала не такой уверенной, а выражение лица растерянным. — Мерлин, что я наделала! — прошептала она. Что же смутило её? Да то, что только сейчас она вспомнила одну деталь. Джейн нравиться Дэннис. — Она меня точно убьёт. Кое-как отсидев все уроки, Офелия поплелась к себе в комнату. Как назло, соседки были уже там. — Ну и как? — спросила Полли, накинувшись на неё с порога. — Нормально, даже отлично. — Да? — Абсолютно. Всё благодаря тебе. — с полуулыбкой ответила когтевранка. — Ой, ну что ты. Делов то. — Нет, нет. Ты мне правда очень помогла. — А я? Где моё спасибо. — раздался голос Джейн. Офи вздрогнула и не нашлась, что ответить. — Ой, можно подумать ты очень много сделала. Два раза помаду подала. — возмущённо ответила Полли. — Это я-то два раза помада подала?! Чё-то ты совсем оборзела. — Не надо со мной так разговаривать! Офелия очнулась ото сна и решила вмешаться, чтобы избежать ссоры. — Девочки, успокойтесь. Я вам обеим благодарна. Вы правда такие хорошие. — Не надо, подруга. Мне надоело, что она так со мной разговаривает. — Вот не чеши тут, я со всеми так разговариваю. — Окееей, я тебя поняла, подруга. — с этими словами Полли легла на свою кровать и отвернулась к стене. Джейн посмотрела сначала на Офи, а потом сделала тоже, что и её подруга, только более агрессивно. Так Офи осталась стоять одна посреди комнаты. — Ну и что это сейчас было? — проговорила она и решила лечь спать. На следующее утро когтевранка лежала в кровати и думала. Что же ей делать? Может не пойти? И зачем только ей сдался этот Корнеги. Да если Джейн узнает, она ей все волосы вырвет. Нет, надо идти. Она же сама согласилась, а теперь что? Уже нельзя отказаться. Придёт, скажет, что, мол, прости, бес попутал, не хотела, и вообще они друг другу не подходят. Да, так и сделает. Далее Офи быстро оделась и отправилась к озеру. Там её уже ждал Корнеги. Да такой красивый, глаз не отвести. Не смазливый, как Рене, а какой-то мужественно красивый. Сидит под сенью дуба, да смотрит на восходящее солнце. Целый сюжет для картины, жалко, что она рисовать не умеет. Некоторое время она просто стояла, наблюдая за ним издалека, а потом набралась храбрости и подошла к нему, намереваясь покончить со всем этим. — Привет. — произнёс Корнеги, да так мило улыбнулся. Зараза. — Здравствуй, Дэннис, я… — Садись рядом, тут так здорово. — Да я… — А, понял, вы девчонки такие неженки. — произнёс он и наколдовал плед. — Ну, а как теперь? — Какой ты предупредительный. — Какой есть. — ответил он, с очень странным выражением лица, а потом откуда-то достал два яблока. — Будешь? — Нет, спасибо. — сложив руки на груди, ответила она. — Да бери ты, они сладкие. — произнёс он, бросив ей яблоко. — Садись, что ты. Офи с большим неудовольствием села и поняла, что совершила ошибку. Эта позиция была очень небезопасной для неё. — Может прогуляемся? — спросил он. — Да, с радостью. Так они гуляли с полчаса. Корнеги оказался и впрямь очень добродушным и смешным малым. Всю прогулку фактически говорил только он, а она смеялась. Офи и не подозревала, что у человека семнадцати лет может быть столько интересных историй из жизни. А самое главное, что ей понравилось в нём, это то, что он не боялся показаться смешным, не беспокоился о том, как он выглядит и не поправлял волосы ежесекундно. Он кривлялся, гримасничал, смеялся во весь голос, громким заливистым смехом, одним словом, наслаждался моментом. Он так отличался от Рене, такого изнеженного, не позволяющего себе сказать чего-то лишнего. В общем, настала пора прощаться, а Офи так и не сказала то, что должна была. Так они и попрощались. Один с искренней улыбкой, другая с осознанием своего провала и окрылённым сердцем.