Сквозь века и жизни я буду рядом с тобой

      Артур, обеспокоено хмурясь, раз за разом кидает настороженный взгляд на пассажирское сидение через зеркало заднего вида.       Напряжение, застрявшее в машине, против воли заставляет держать осанку. Мелькающие дворники, стирающие упрямые капли дождя с лобового, нервируют. Радио заглушено неспокойным потоком мыслей, терроризирующим голову. Разум взят штурмом чувствами.       Артур отрывает глаза от дороги, чтобы снова увидеть отрешенную фигуру Мерлина, уставившегося в окно.       − Эй, парень, − хрипло окрикивает его Артур, выразительно глядя на отражение. − Все в норме?       Мерлин вяло мычит в знак неубедительного согласия, намеренно сосредотачиваясь на струйках дождевой воды. Демонстративно игнорирует свежий фингал под глазом и кровоточащую рассеченную нижнюю губу. Артур игнорировать не может.       Мерлин обещал не драться.       − Ты сел назад, − Артур старается говорить осторожно (потому что с Мерлином по-другому нельзя), казаться непринужденным. Но он внимательно следит за реакцией.       − Ты садишься назад, только когда сердишься на меня.       И Мерлин знает все его приемы.       И делает все как всегда: ведет себя, словно проблемный подросток. Притворяется глухонемым снобом.       Артур не намерен сдаваться своенравному мальчишке.       − Мерлин, ты не объяснил ничего декану, и это я понимаю − к черту декана. Но мы здесь одни, − еще взгляд. − Мне ты всегда доверял.       Молчание.       − Мерлин.       − Что? − грубо и резко.       Артур тяжело вздыхает, прикрывая глаза на мгновение. Боже, дай ему сил, а Мерлину − ума.       − Послушай, Мерлс...       − Что ты хочешь услышать? − выплевыет Мерлин, подаваясь вперед. − Что в колледже вынюхали, что мы оба выходцы детского дома, и об этом кто-то умудрился проболтаться Валиэнту? Что этот урод начал пиздеть, мол, ты тогда временным опекуном моим заделался, только чтобы беспрепятственно трахать меня во всю? Что я зарыл его рожей в землю за это? Ты это хотел услышать?       Воздух из легких выбивает одним разом, а пальцы сами собой впиваются в руль до побелевших костяшек. И отвести взгляд от залитых обидой и злостью глаз Мерлина в отражении невозможно настолько же, насколько невозможно смотреть в них.       Мерлин обещал не драться в ответ на обещание Артура забрать его с собой из приюта.       Приют − не лучшее место для знакомства, но он определенно идеален для нахождения человека, за которым не страшно пойти и против целого мира. Артур такого нашел еще тогда, в детстве, почти сразу после того, как лишился родителей в автокатастрофе. Мальчик с яркими голубыми глазами, что провел всю свою недолгую жизнь в детском доме, оказался лучшим лекарством от глубокой скорби и боли, стянувшими сердце подростка.       Артур поклялся сам себе вытащить их в жизнь со счастливым концом. Артур поклялся Мерлину быть всегда рядом.       Никто не говорил, что не любить его окажется так сложно.       Артур сглатывает.       И резко сворачивает авто к обочине.       Он выходит навстречу леденящему дождю под взволнованные крики Мерлина. Артур запрокидывает голову, закрыв глаза, навстречу остужающим мысли каплям. Нужно успокоиться, успокоиться, прояснить разум.       Все старания обращаются прахом, стоит только вернуться в реальность и посмотреть на промокшего обеспокоенного парня с яркими голубыми глазами.       − Я... − надломлено начинает Мерлин. − Артур, я знаю, что обещал. Но это должно быть исключением. Я надрал Валиэнту задницу, потому что он оскорбил тебя, потому что ты не такой, как он треплет.       Он смущенно провел рукой по мокрым темным волосам, растерянно и будто в поисках поддержки огляделся по сторонам. Он говорил, перекрикивая шум дождя и проезжающих мимо машин.       − Это должно быть исключением, потому что я защищал твою честь, Артур. Потому что так поступают рыцари с... − он запинается. И быстро продолжает, не успев отвести взгляда. − Потому что так ты меня учил.       Артур обессиленно вздыхает, произнося:       − Господи, ну скажи уже это, я сейчас сдохну на месте.       Мерлин смеется очень громко, и Артур посмеивается в ответ.       − Я люблю тебя, осел, − лучезарно улыбается мальчишка, и Артура наконец отпускает.       − Идиот, − он целует Мерлина до нехватки дыхания и острого металлического привкуса на языках. − ...а теперь в бегом в машину, бестолочь! Хрен ты у меня с гриппом сляжешь! И за что ты на мою голову, черт меня подери... //15.08.16.