Сквозь века и жизни я буду рядом с тобой

      Артур заходит в кофейню на окраине города по чистой случайности или по злому умыслу судьбы, решившей доконать его в этот день окончательно. Там, наверху, видимо, кто-то либо всем существом ненавидит его, либо отчаянно любит. Артур, смотря иной раз на свою жизнь со стороны, думает, что третьего не дано. Он явно не оставил равнодушных к собственной персоне.       Необычно пустынное помещение, залитое теплым рассеянным светом, радушно встречает его запахом травяного чая, цветущей зеленью растений на подоконниках да на барной стойке и маленьким солнцем в виде заигрывающей улыбки баристы с причудливым именем — Мерлин, если бейджик не лжет.       — Добро пожаловать в «Dragon’s place», — заговорчески шепчет парень. — Наши напитки бодрят лучше дыхания дракона.       Артур едва удерживается, чтобы не закатить в невежливом жесте глаза. Парниша не виноват, что Артурова жизнь — полное дерьмо. Особенно сегодня. Звезды, сейчас спрятанные за хмурыми лондонскими тучами, явно запутались в собственных картах и сошлись не так, как надо.       — Плохой день?       Мерлин с располагающей полу-улыбкой мягко ощупывает почву, чтобы, как опытный работник с посетителями, расположить клиента к беседе. Артуру, убежденному в предстоящем провале его затеи, остается только хмуриться на нелепые попытки утянуть в разговор.       — Знал бы ты, насколько.       Мерлин показательно задумывается на пару секунд. Потерев пальцами подбородок, он делает вид, будто приходит к какому-то своему заключению, и в итоге бодро выдает:       — Ну, я думаю, все же могу представить. Чего желаете, милорд?       — Кофе, черный, — бубнит Артур, игнорируя обращение. Тематическое кафе. Ну и угораздило же его.       — О, не-ет, так не пойдет.       Что за шутки?       — Почему?       — Ну, вы слишком устали, сир, вам нужно успокоить нервы, а не взбодриться.       Артур мог бы и догадаться, что этот парень — один из тех барменов, кто считает, что знает лучше, что и кому подать. По опыту Артура, все подобные «профессионалы» только на словах таковыми являются. Что ж, либо Артур мало в своей жизни ходил по барам, либо он нечитаемый человек. В любом случае, самому Артуру от этого удовольствия мало.       — И что ты предлагаешь? — вздохнув, спрашивает Артур. Ладно. Пусть попробует. Есть что-то в этом парне, действительно располагающее и притягательное. И улыбается он так глупо-заразительно.       Мерлин снова создает видимость бурной мозговой деятельности, нелепо двигая бровями. «Шут» — насмешливо мелькает мысль в голове Артура, но в следующий момент он уже готов отказаться от нее. Мерлин наклоняется к нему, легко и будто бездумно, оттого Артур абсурдно поздно замечает, что лицо баристы оказывается слишком близко.       — Я бы накормил тебя горячим ужином, напоил охлажденным пивом, а после уложил бы в свою теплую постель, — Мерлин останавливается на секунду, чтобы насладиться видом растерянного посетителя. А смотреть там есть, на что. Артур пытается совладать с собой, но щеки и шея предают своего хозяина, заливаясь румянцем. Боже, так это что, флирт? Открытый, странный, глупый, абсолютно самый потрясающий в его жизни флирт? «О Боже».       — Но а так, я думаю, вам подойдет белый чай, сир, — как ни в чем не бывало продолжает Мерлин.       Артур поднимает на смельчака пораженный взгляд, цепляясь за озорно блестящие глаза. Потрясающе. Они стоят, минуты две-три просто пялясь друг на друга в глупой немой борьбе, смысл которой Артур не совсем понимает. «Это нелепо» — вопит в голове что-то темное и противное, что Артур спешит затолкать как можно глубже. Мерлин с каждой секундой улыбается все шире, и Артур думает, что было бы неплохо стереть эту идиотскую улыбку с лица баристы. Поцелуями, например, почему нет?       «Это потрясающе».       — Ладно, делай, что хочешь.       Мерлин громко хмыкает, вызывающе изгибая бровь. Он отталкивается от стойки, хватая нужную банку и начиная над ней колдовать, вновь, как бы невзначай, позабавлено кивает, многозначительно поглядывая на Артура:       — Если бы я всегда делал то, что хочу, то мы бы уже целовались на заднем сидении вашей дорогущей, как десять моих годовых зарплат, машины, сир.       Артур чуть расслабляет галстук, как он надеется, предельно незаметно. По цветущему, как волшебный папоротник, стоящий справа от смущенного Артура, выражению лица Мерлина, можно легко догадаться, что партизана из него не выйдет — все написано крупным шрифтом ровнехонько на лбу.       Что ж, ладно. Возможно, он станет заглядывать в эту кофейню почаще. Главное, узнать расписание и номер телефона этого нелепо-очаровательного пикапера... //14.06.17.