Дом у озера

Иен с улыбкой потянулся, все еще находясь в сладкой неге на грани сна и пробуждения, пытаясь удержать в памяти обрывки приятного сновидения с участием нового знакомого. Солнце заглядывало сквозь грязное окно, освещая танцующие в его лучах пылинки, часы на телефоне показывали десять утра, а в комнату через неплотно закрытую дверь проникал отчетливый запах кофе. Парень выспался и чувствовал бодрым и отдохнувшим. Однако очень быстро радость, вызванная приятным пробуждением, уступила место тревожным мыслям, дискомфорту от несвежей постели, собственной одежды и острому чувству голода. Не сумев подавить тяжелого вздоха, Иен рывком вскочил с кровати и вышел из комнаты. Спускаясь по лестнице, он заметил стоящего спиной Микки и в то же мгновение словно вернулся в свой безмятежно-приятный сон и волна необъяснимого спокойствия прокатилась по его телу. Рыжий задумался об этом новом ощущении и между бровями пролегла небольшая складочка. - Доброе утро, - вежливо поприветствовал он Микки. - Нормальное, - оборачиваясь на голос парня, отреагировал Микки, ошибочно принимая задумчивость за плохое настроение, - А ты что, рыжик, такой грустный, хуй сосал невкусный? - Можно мне обещанный душ и кофе? - Иен решил проигнорировать дурацкую шутку и уселся за грязный обшарпанный стол, продолжая в упор рассматривать вновь повернувшегося к нему спиной Микки. Брюнет, подрумянивавший сейчас вафли в древнем, видавшем виды тостере, был одет в домашние мешковатые штаны и драную футболку, оставляя рыжему большой простор для фантазий относительно его тела. И Иен был совсем не прочь пофантазировать на этот счет, но неожиданно залюбовался мужественным, коротко стриженым затылком, переходящим в матово-бледную, крепкую шею. Привычно уже удивляясь сам себе, он представил, как накрывает этот затылок своей ладонью и, притягивая, увлекает чужие нежные губы в поцелуй. - Душ в конце коридора, – наливая кофе в старую кружку и ставя ее перед Галлагером, проинформировал Микки и опять отвернулся к тостеру-долгожителю. Иен сделал пару глотков крепкого, обжигающего кофе и двинулся в указанном направлении. Ванная была грязной и запущенной, как и весь дом. Но парня это не особо волновало. В конце концов, он сейчас находился не в том положении, чтобы сильно привередничать. Быстро раздевшись, он шагнул за шторку и, до упора повернув вентиль, замер от наслаждения. После ночи, проведенной в одежде в чужой кровати, душ был настоящим счастьем. И только выйдя из него, рыжий сообразил, что из одежды у него имелись лишь грязные джинсы. Что ж, дом не мог похвастаться многолюдностью, а Иен – скромностью, поэтому быстро обернув бедра полотенцем, он вернулся на кухню и предстал перед Микки во всем своем великолепии. - Хэй, что у нас на завтрак? - солнечно улыбнулся рыжий, как ни в чем не бывало усаживаясь на ветхий стул, хватая свою кружку и окидывая взглядом стол в поисках еды. Блять. У Микки не было никакой ебаной возможности оторвать взгляд от полуголого рыжего парня, беззастенчиво восседающего сейчас за его столом и обнимающего красивыми длинными пальцами кружку с почти остывшим кофе. Брюнету пришлось с силой закусить изнутри губу, чтобы прийти в себя и перестать таращиться на Галлагера. А посмотреть, между тем, было на что. Тонкая, красивого теплого оттенка кожа с россыпью веснушек на носу и плечах, казалось, сияла изнутри. В сочетании с красными от природы губами, легким румянцем, большими зелеными глазами и рыжими волосами это смотрелось очень ярко и, откровенно говоря, немного пошло. Фигура Иена вызывала у Микки удивление, смешанное с паникой. Она была одновременно юной мальчишеской, изысканно-утонченной, и при этом мужественной, с довольно широкими плечами и сильными мускулистыми руками... Да, руки были очень красивые, сильные, настоящие мужские руки с длинными пальцами. Но это были не те длинные тонкие пальцы пианистов и прочих ебанных аристократов, а длинные и сильные мужские пальцы, если вы понимаете. «Блять, еще раз блять», - мысленно застонал Микки, поймав себя на том, что опять откровенно пялится на Галлагера, усилием воли заставляя себя прекратить это постыдное мероприятие и уже вслух, маскируя заинтересованный взгляд грозным тоном, проворчал: - Тут тебе не ресторан. Бери ебаные вафли и жуй молча, мне нужно сосредоточиться и подумать. Микки допивал уже третью кружку кофе, когда Иен решил прервать затянувшееся молчание. - Чей это дом? - Мой. - Мм, что ж, хорошей хозяйкой тебя не назвать, - радостно улыбаясь, прозрачно намекнул на хаос и запустение рыжий. - Завались, чучело, - вполне беззлобно отреагировал Микки, - Меня тут два года не было. Позавчера вернулся. - И где ты пропадал? - Красивым хером баб ебал! - тут же огрызнулся Микки. – Чего ж ты любопытный такой, а? Я тебе еще вчера сказал, рыжик, не суйся в мои чертовы дела! Сиди тихо, не отсвечивай и решай, куда завтра отсюда пойдешь! - Ты что, меня выгоняешь? – совершенно искренне изумился Галлагер и его голос предательски дрогнул. Микки мгновенно пожалел о своей резкости, решил сбавить обороты, но тут же разозлился на себя за это. Что этот солнечный хер с ним творит?! - Послушай, ты, убогий, хватит того, что я из-за тебя вчера своё бабло проебал! Я сидел, ясно!? Два, блять, года! Мне нужно ехать. Ладно? У меня нет ни бакса в кармане и есть дела в городе. А ты сиди тут и не высовывайся, понял? Я вернусь и решу что с тобой делать дальше. Рыжий заметно приободрился, лучезарно улыбнулся и, полностью игнорируя недавние предупреждения брюнета не соваться, тут же предложил - Зачем мне здесь одному оставаться? Поедем вместе, а? Темные брови медленно вопросительно поползли вверх: – Галлагер, я только одного понять не могу, дурак – это дар или диагноз? - Я для тебя – дар, - преданно глядя на Микки, с трудом сохраняя невозмутимое лицо, серьезно заявил Галлагер. Брюнет в крайнем изумлении взметнул брови еще выше, пристально посмотрел на рыжего и с облегчением улыбнулся, увидев, что в зеленых глазах так и пляшут веселые, ехидные черти. - Какой же ты придурок, рыжий лобок, что я тебе вчера еще говорил? Я не пидор. Улыбка у Микки оказалась дивной – открытой, по-мальчишески дерзкой и одновременно очень нежной. Сердце Иена пропустило удар, потому что он в жизни не видел ничего более милого, к тому же он прекрасно заметил все оценивающие взгляды, которые брюнет украдкой бросал ранее на его руки и губы. «Не пидор, ага» – мысленно согласился рыжий и тоже весело рассмеялся. Теперь уже Микки размышлял о чужой улыбке, давая ей следующие определения – слишком лучезарная и слишком блядская. Чувствуя, что его мысли опять принимают нежелательный оборот, Микки схватил со стола пачку сигарет, вытащил одну губами, зажег её, затянулся и выдохнул дым в сторону Галлагера, словно пытаясь дымом отгородиться от рыжего дьявола. Уловки хватило ровно на две секунды, но их оказалось достаточно для того, чтобы очнуться и, вскакивая со своего стула, почти спокойно произнести: - Пойду переоденусь. Тебе бы тоже не помешало, Маугли. - Эмм, Микки, насчет одежды, – неуверенно начал рыжий, непроизвольно опуская взгляд на мягкие полные губы, обнимающие сейчас сигарету, - У меня небольшая проблема, футболку пришлось выкинуть. Не одолжишь свою? – даря Микки свою самую обаятельную улыбку, закончил Галлагер. На это брюнет только страдальчески закатил глаза, затушил окурок в блюдце и вышел из кухни. Отсутствовал Микки недолго, но когда вернулся, на нем уже была надета простая черная рубашка с закатанными рукавами и расстегнутым воротом и черные джинсы. В руках он нес, по всей видимости, вещи для Иена, успевшего к тому времени надеть свои грязные джинсы. - Одевайся, принцесса. - Спасибо, ты очень милый. - приторно-ласково, совершенно по-гейски улыбнулся Иен, быстро натягивая предложенную простую черную футболку без рукавов и толстовку на молнии. - Иди нахуй, Галлагер. – не остался в долгу Микки, для убедительности продублировав ответ средним пальцем. - Думаешь, те уебки, что поджидали меня вчера у квартиры, все еще там крутятся? Могу я вернуться и взять кое-что из вещей? - Не советую. - Они что, там всю жизнь сидеть будут? - Если в серьез собрались надрать твой рыжий зад, то пару дней точно будут за домом присматривать. А то и больше. Резкий звонок мобильного телефона прервал их разговор. Брюнет мельком глянул на высветившийся на экране номер и немедленно провел по сенсорному экрану, принимая вызов. - Слушаю, - строго проинформировал кого-то Микки, прижимая телефон к уху и выходя из кухни. - И где тебя вчера черти носили? – донесся из динамика не слишком довольный мужской голос, – Я заебался ждать как последняя сучка. - Были проблемы, – все тем же тоном ответил Микки – И я бы предупредил, если бы ты, мудак, не выключил свой телефон. Увидимся сегодня? Находясь уже на приличном расстоянии, Иен мог слышать только отрывочные реплики Микки, которые не вносили особой ясности в смысл беседы. - Блять, ладно, - через несколько секунд резко закончил разговор брюнет, убрал телефон в карман и, задумчиво потирая большим пальцем нижнюю губу, вернулся к Галлагеру. - Что-то случилось? В ответ Микки только поморщился, прикуривая очередную сигарету. - Я могу чем-то помочь? – не унимался рыжий. - Да ты вчера и так охуенно помог, Галлагер. – маятно вздохнул брюнет, глубоко затягиваясь и выпуская из носа колечки дыма, но все же решил пояснить: - Чувак мне торчит бабло, между прочим, приличную сумму. Хотел вчера забрать, но теперь придется ждать две недели, когда этот чертов уебок вернется из своей поездки, а я на мели. - И всё? – неизвестно чему обрадовался Иен. – Я ведь говорил тебе: я твой дар. Говорил? Помоги мне и я помогу тебе. - Каким образом? – хмыкнул Микки, недоверчиво выгибая брови. - У меня есть сбережения, разреши немного пожить у тебя и помоги вернуться в мою квартиру, чтобы забрать документы, деньги и кое-какие вещи, и я заплачу тебе за ночлег и помощь. Скажем, пару тысяч баксов? На две недели должно хватить, – закончил Галлагер, зарабатывая в ответ молчание и скептический взгляд. Милкович раздумывал. Внутренний голос ему подсказывал, что связываться сейчас с мутным рыжим было совершенно неразумно. С другой стороны, у него в Чикаго было важное дело, а бегать по городу без денег действительно не имело смысла. После двух лет заключения, дома его никто не ждал, вышел он недавно и возможно надолго сядет буквально на днях. Почему бы не махнуть рукой на неприятности? Была, правда, еще одна причина, но о ней Микки малодушно предпочел не думать. - Ладно, собирайся, Рокфеллер, поедем забирать твое дерьмо. – как можно равнодушнее процедил он. Иену не нужно было повторять дважды, он просиял лицом и через пару секунд был уже около входной двери. Хмуря брови и отгоняя от себя нехорошие предчувствия, Микки двинулся в том же направлении, аккуратно запер дверь, сунул ключ в карман и начал спускаться вслед за Иеном по лестнице, на ходу отмечая, что окружающий мир вполне соответствовал его настроению. Двор дома был усыпан разнообразным хламом и представлял собой натуральную помойку, погода успела испортиться, небо заволокло свинцовыми тучами, было прохладно и накрапывал дождь. Впрочем, возможно, существовало одно яркое пятно в этой серой, мрачной действительности и оно сейчас невозмутимо шагало рядом, освещая мир своей блядской широченной улыбкой. Микки всегда неохотно сходился с новыми людьми, тюремный срок сделал его еще более осторожным, тем удивительнее ему было осознавать, насколько быстро рыжий обосновался в его доме и в его мыслях. Иен никогда не умел долго молчать, а находясь в обществе нового знакомого ему и вовсе хотелось болтать без умолку, поэтому, несмотря на многочисленные предупреждения, он снова решил проявить свое любопытство: - А почему ты бросил машину так далеко и не зажигал дома свет? Прячешься от кого-то? - Послушай, Галлагер, вынь уже хуй из ушей, сколько раз можно повторять - это не твое дело, - устало ответил Микки и, смерив парня испепеляющим взглядом и сплюнув, демонстративно отвернулся. Так, в тишине и своих мыслях, они достигли старенькой «Хонды». - Не злись, - робко улыбаясь, заявил Иен, устраиваясь в машине. – Я просто стараюсь с тобой подружиться. - Зачем? - Может, я хочу чтобы ты всегда мне помогал и обо мне заботился? – с улыбкой заявил рыжий. - У тебя денег не хватит. – хохотнул в ответ Микки, заводя машину и трогаясь с места.