Не нужно со мной на Вы

— Да у нее талант, — пробормотала Кэйси, пиная мусорную корзину в углу комнаты. — Как же, — буркнула я, вот уже в шестой раз нажимая на клавишу быстрого набора. Нужно дозвониться до Елены прежде, чем это сделает завуч. — Да куда она пропала, черт возьми?! — выругалась я, блокируя экран телефона. — А вот связаться с моими родителями особого труда не составило, — заворчала Кэйси, злобно поглядывая в сторону кабинета завуча. Мы, вот уже двадцать минут ожидали своей участи в приемной, пытаясь занять себя хоть чем–то, дабы успокоиться. Новый историк не стал вдаваться в подробности и просто отвел нас сюда, тоже мне. Лучше бы отчитал. Я вертела свой телефон, нервно озираясь по сторонам и моля всех святых о том, чтобы Елена уже, черт возьми обратила внимание на свой мобильный и удосужилась поднять трубку. — Даже слезу пустила, вот ведь а! — не переставала шипеть Кэйси. — Господи, мне конец, — простонала я, обмякнув на стуле. — Ты сломала ей нос! — взвыла моя подруга, не пряча улыбки. — Потрясающе! — Ты видела? Как я это сделала? — Да я душу дьяволу продам, лишь бы увидеть это снова! — захохотала она и подсела ко мне, ободряюще приобняв. Я лишь грустно улыбнулась. Богом клянусь, я сделала это бесконтрольно. Я вообще не хотела с ней связываться, мне просто нужно было оттащить Кэйси, но Господи, как? Как я умудрилась сломать нос самой крутой девчонке в школе? Костяшки пальцев ныли, напоминая о недавнем инциденте, от чего мне становилось только хуже. Да, мы часто цеплялись, как-то раз она исцарапала мне лицо так сильно, что я целую неделю отсиживалась дома, боясь показаться на публике с такой раскраской, но чтобы я сама причинила ей какой–то вред? С ума сойти! Событие мирового масштаба! Да Елена мне голову открутит, со мной и так куча проблем, так еще и это. Телефон завибрировал, и я, подскочив на стуле, поспешила ответить на звонок. На конце трубки раздался взволнованный голос: — Ты в порядке? — она на секунду задумалась, и заговорила резче, чем когда — либо: — Как ты могла? — Я тебе клянусь, оно как–то само! — я невольно поморщилась, услышав новый выпад раздражения. — Само? — сестра вскрикнула и выронила телефон, послышался звук шин и нецензурные высказывания в адрес водителя. — Господи, вот куда он прет? Миссис Браун уже поговорила с тобой? А если мать узнает? Ты вообще чем думаешь? — Еще нет, — тяжело вздохнула я, разглядывая потолок приемной. — Я скоро буду! — бросив это, Елена отключилась. Проклиная себя, я вернулась в изначальное положение и, закинув ноги на соседний стул, стала наблюдать за Кэйси, которая кружила передо мной, измеряя комнату шагами. Спустя пару минут дверь кабинета отворилась и секретарша Аманда, выскочив в приемную с кипой бумаг, кивнула мне: — Хэзевэй, сначала ты. — Я буду держать за тебя кулачки, — прошептала Кэйси, жалобно взглянув на меня. Подавив желание расплакаться, я подобрала сумку и лениво поплелась на верную смерть. По пути приглаживая растрепанные волосы, я пыталась отогнать ненужные мысли и избавиться от непонятного предчувствия, не дававшего мне покоя последние полчаса. Ожидание всегда томительно, так что я успела здорово заскучать, и, дав себе общение воспринимать это, как способ развлечься, я неуверенно толкнула дверь в кабинет, та отворилась, давая мне возможность оглядеть присутствующих. Мистер Новак, закинув ногу на ногу, безучастно наблюдал за происходящим. Кристен, вся в слезах, размахивала руками, приукрашивая подробности нашей стычки, а миссис Браун — наш завуч — внимательно слушала ее, придав лицу серьезный заинтересованный вид. — А я ей говорю, мол, давай разойдемся по–хорошему, а она? Да ее изолировать нужно! Истеричка! — вопила Кристен, состроив скорбное лицо, одной рукой прикладывая лед к области носа. Я закатила глаза и, пройдя в комнату, молча опустилась на свободный стул возле «пострадавшей». — Мисс Хэзевэй, Вы понимаете, что Вы наделали? — спросила завуч, устремив на меня строжайший взгляд. — Да, — сдерживаясь от сарказма, пробурчала я. — Здравствуйте. Нет не понимаю! Что за глупые вопросы? Меня и так уже трясет от всего этого! — Вы отдавали отчет своим действиям? — Ледяным голосом поинтересовалась она, от чего я заерзала на стуле. Я редкий гость в ее кабинете, и выслушивать укоры в свой адрес было непривычно. Я даже не знаю, как нужно вести себя в подобных ситуациях, не говоря уже о том, что нужно отвечать, чтобы схлопотать минимальное наказание. Я прекрасно понимала, что оправдываться нет смысла. С какой стати ей верить мне? После того, как моя сестра чуть ли не на коленях умоляла ее перевести меня на временное домашнее обучение, раскрыв всю правду о моей расшатанной психике и проблемах с обществом? Удивительно, как после того случая она от меня еще шарахаться не начала. Местная психопатка избила новую избранницу своего парня, очень даже убедительно. Другое дело Кристен — из богатой семьи, ее отец выделяет немалые средства на развитие школы, дарит все различные подарки и входит в основной состав родительского комитета. Дочь пошла в него и несомненно верит, что все в этом мире можно купить, не говоря о такой мелочи, как ее правота и чистая репутация. А вот за меня словечко замолвить было некому — мать на другой стороне планеты, и вижу я ее практически раз в два года, сестра не располагает огромными средствами, тем более она всего семь месяцев, как закончила колледж и нашла работу. Но я никогда не жаловалась, как ни странно, меня утешала мысль, что на этой Земле проживают миллионы людей, которым намного хуже, чем мне. Конечно, когда случались нервные срывы, это меня мало волновало. В такие моменты каждый жалеет себя, браня судьбу, и считая себя самым несчастным человеком на этой планете, на которого обрушились все беды. Живем на деньги, которые высылает нам мать, но я готова отказаться от всех этих бумажек, лишь бы есть ее завтраки и не волноваться, как она там, на раскопках, как бы ее не завалило в каком — нибудь старом храме. — Да, я отдавала отчет своим действиям, — повторила я, точно робот. Дверь распахнулась, и Елена ввалилась в комнату, свезя ковер у входа. В синем, застегнутом наспех пальто, темных классических брюках и небрежно намотанном шарфе, девушка злобно зыркнула на меня, поправляя ковер ногами. Извиняясь за то, что заставила себя ждать, она прошла в кабинет, на ходу стягивая длинные каштановые волосы в конский хвост. Мистер Новак, все с тем же безучастным видом, любезно уступил ей стул, пересев на диван, и подобрав с кофейного столика журнал, стал рассматривать его. Он что тут, в качестве декорации засел? — Кто спровоцировал конфликт? — сложив руки на столе, миссис Браун устало взглянула на меня. Скажу «она» — не поверят, скажу «я» — у сестры инфаркт случится, честное слово. Отведя взгляд, я стала рассматривать полки с книгам и картины, украшавшие стены. Ситуация хуже не придумаешь. Десять секунд, двадцать, тридцать… — Хэзевэй? — миссис Браун осточертело мое молчание, и поднявшись из — за стола, она подошла ко мне вплотную. — А? — пискнула я. Браво! Показала свой интеллект на максимальном уровне, какое красноречивое высказывание, сколько смысла, сколько чувств я вложила в него, теперь меня просто обязаны оправдать! — Я уже говорила, это она, — застонала Кристен, стараясь сделать интонацию еще более жалкой. Действительно «талант», кроме порно-индустрии с ее актерскими данными никуда и не попадешь. Завуч переключила свое внимания на Кристен, и я тихонько выдохнула, наморщив лоб. Моя сестра не смогла не отметить притворства в голосе моей обидчицы и наконец перестала смотреть на меня, как на врага народа. — Прости меня, — одними губами прошептала я, глядя на нее в упор. Приспустив шарф, она кивнула и слегка расслабилась. Я тоже позволила себе эту роскошь, и перестав трястись, как суслик, выпрямилась, поглядывая на Кристен, которая все не переставала причитать, заливаясь крокодильими слезами. Я ухмыльнулась и перевела свой взгляд на нового учителя. Он, уставившись в журнал, перестал обращать внимание на разыгравшуюся драму. Кожа у него имела легкий смугловатый оттенок, придававший ему еще больше загадочности и красоты. На голове царил художественный беспорядок, от чего его обладатель казался более милым и очаровательным. Несмотря на серьезное лицо, он выглядел дружелюбно. А глаза? Если бы не такая напряженная обстановка, если бы не этот чертов кабинет, я бы… Голубые, голубые, голубые. Миллионы оттенков синего. Они делали его особенным, что ли. Мужчина заметив на себе чужой взгляд, слегка улыбнулся и загородился журналом, приподняв его на уровень лица. Так, что за бред? С чего это меня на такие эпитеты потянуло? Захлопав ресницами, я оторвалась от своего нового учителя и стала вслушиваться, пытаясь понять, что пропустила. — … под мою ответственность. Я вам клянусь, такого больше не повторится! Это все из — за матери, они совершенно не видятся, а Лине не хватает внимания. У меня тоже нет времени, и большую часть суток она проводит в одиночестве, — без передышки лепетала Елена, нервно шаркая ногтем по кожаной ручке своей сумки. Да тошнит меня от вашего внимания. Почему я не могу взять и провалиться сквозь землю? Стыдоба. — Мисс Хэзевэй, это не первый раз, когда вы, — она одарила меня упрекающим взглядом, — И вы, мисс Финч, — теперь обвиняющий взгляд достался Кристен, которая не ожидая такого отношения к себе, перестала потирать свой нос. — Устраиваете драки. «Да, но только почему — то раньше, когда доставалось мне, это никого не волновало», — подметила я про себя, испытывая немалую обиду. — Я ничего не устраивала! — вспыхнула Кристен, выронив лед из рук. — Это все она, я же говорю! — Да закрой ты свой рот уже! — заорала я, подскочив на стуле. — Мисс Хэзевэй, сбавьте тон! — приказала завуч, хлопнув по столу рукой. — Лина, прекрати, — зашипела Елена, выразительно посмотрев на меня. Я возмущенно посмотрела на сестру, а та всем видом показывала, что если я сейчас не замолчу, она просто напросто убьет меня после занятий. Испугавшись такой перспективы, я сжала кулачки и закрыла глаза, стараясь сдержаться. «Раз». — Что я вообще здесь делаю? Она набросилась на меня просто так! Мне нужно в медпункт! У меня сломан нос! — Завопила Кристен, выделяя последнее предложение. «Два». — Вы, как и мисс Хэзевэй подвергнитесь наказанию, успокойтесь, — отрезала миссис Браун. «Три». Я выдохнула и раскрыла глаза, слава Богу, психотерапия не прошла даром. Меня по прежнему колотило, но теперь я смогла контролировать свою ярость. Почему на меня тявкают, как на собаку, а ей «успокойтесь»? Карга продажная! Интересно, какое наказание предстоит мне? Я уверена, она будет гуманной, заставит меня переписать что — нибудь из архива или шастать в качестве волонтера от школы по всяким собачьим приютам. Уж лучше физическая работа, чем это самобичевание. Елена взволнованно глядела на меня, ожидая приговора, но кажется, завуч не спешила его озвучивать. — Больше. Никаких. Драк, — нарочито медленно произнесла она, одарив нас еще одним злобным взглядом. Я и Кристен синхронно кивнули, пытаясь придать лицу обнадеживающее выражение. Все присутствующие в этой комнате, ну кроме мистера Новака, понимали, что новая стычка не за горами, да и не одна. Благо, завуч перестала тянуть время, и выдохнув заключила: — Кристен, ты, в течении трех недель будешь оставаться после уроков, помогая миссис Сейфрид разобраться с новыми учебниками, только что доставленными из Бостона. Она объяснит тебе, что нужно делать. Кристен фыркнула, и поведя бровью поднялась с насиженного места. — Да Миссис Браун, я поняла, — не дождавшись ответа, она хитро улыбнулась, и подмигнув мне, выскочила за дверь, совершенно забыв о своей травме. Может я ей и не сломала ничего? — А вы, мисс Хэзевэй, в течении двух месяцев будете оставаться после уроков у профессора Новака. — Что? — Сама того не ожидая, я соскочила со стула, удивленно таращась на завуча. — Почему у него? — Да, почему у него? — спокойно спросил он, опустив журнал. — Что тебя так удивило? — Елена развернулась ко мне, заматывая шарф. — Не обсуждается, начать можете прямо сейчас, урок вы уже сорвали, — не без иронии ответила миссис Браун, вернувшись к столу, и занявшись бумагами, давая понять, что вступать в дискуссию не намерена. — Я же знаю историю лучше всех в школе! — запротестовала я, сложив руки на груди. — А кто сказал, что вы будете заниматься историей? — непринужденно ответила женщина, даже не подозревая, как двусмысленно это прозвучало. А ведь на самом деле, как в воду глядела. — Но миссис Браун, почему… почему? – я, как болванчик, не смогла найти слов и повторяла одно и тоже, в шоке от себя, подбирая сумку с пола. Только этого мне не хватало. Честно говоря, он жутко привлекательный, и разобьет не одно девичье сердечко в этой школе, но только не мое. У меня в таких делах итак проблем выше крыши, не хватало только нового срыва, на руках уже живого места не осталось. Веселуха. А что собственно говоря мне не нравится? Легко отделалась, историю я люблю и знаю ее лучше, чем вся школа вместе взятая. Я даже собиралась пойти по стопам матери и податься в археологи, но в последнее время перестала задумываться о будущем, оставив выбор профессии до лучших времен. Но одна мысль не давала мне покоя, отказываясь выбираться из моей головы. Обреченно вздохнув, я предприняла еще одну попытку отговорить завуча, но и та не увенчалась успехом. — Может вы передумаете? — не оставляя надежды, пробормотала я, выталкивая Елену к проходу, та, возмущенно оглядываясь, ворчала, что опаздывает на работу, и если я не хочу идти домой пешком, то придется поторопиться. — Кажется, я ясно выразилась? — вопрошала она, приподнявшись из — за стола, и провожая меня взглядом. — Каждый день, после занятий, вы остаетесь в школе, и никаких претензий и отговорок, нужно было думать, прежде чем лезть с кулаками на мисс Финч. Да, мистер Новак? — она перевела взгляд на него, ища поддержки. — Да, — нахмурившись кивнул он, поднявшись с дивана и подхватив свою папку, учитель направился следом за нами. — Да, — пробормотала я, оказавшись уже снаружи.