СЛУШАЙ СЕРДЦЕМ

…Смерть? Она и наполовину не так ужасна, как жизнь, ложно прожитая…

…Идеальная любовь умерла, и хуже чем умерла: вышла из моды…

Мария Корелли. Скорбь Сатаны.

      — Почему нам обязательно нужна кровь волшебная, да еще и имя особое? Традиции традициями, но можно же что-нибудь нарушить? — Притворно хныкает огромный перламутрово-зеленый попугай с желтыми глазами-бусинками, по размерам больше походящий на белого сипа.       — Что-нибудь можно, но не это! Значит, ищите лучше! Ни за что не поверю, что вы не смогли найти королеву среди этого отребья. — Я начинаю раздражаться от того, что повторяю одно и то же тридцать седьмой раз. И снова спрашиваю: зачем Мне этот Ара в свите и опять же отвечаю Сам Себе, что он может гораздо больше, чем сам хочет показать.       — А может она, просто, прячется от нас? — Продолжает настаивать он, будто забыл, что Я вижу его насквозь и прекрасно понимаю, что он просто заленился.       — Ты хочешь, чтобы Я сделал это Сам?! — Я повышаю голос, немного, но достаточно, чтобы выбить его из себя и, наконец, напомнить, кто Я и зачем здесь. — Но учти, если Мне удастся найти Ее…       Как Я и предполагал он пугается, и мысли его возвращаются в нужное Мне русло.       — Нет, нет, нет, Мессир, считайте, что она уже нашлась, не беспокойтесь, все будет в лучшем виде. — Лепечет он и исчезает, возвращаясь в город, а Я откидываюсь в кресле перед огнем, продолжая заглядывать в закоулки будущего и чертоги прошлого.

***

      Моя свита выполняет все, что нужно, но теперь наше дело оказывается под угрозой. Они нашли ту, что Мне нужна, но, теперь есть другая беда — она все же не королева… Кровь та, что надо, как и имя, но, Я чувствую — мы стоим на грани.       — Мне нужна королева, а ей нужно наполнить сердце чувством, сейчас в нем пустота, но это мы уже проходили. Ей нужно дать обет, чтобы затем ему изменить, так помогите ей! — Я злюсь и теряю Себя — Мне нужна свита, а не глупцы, боящиеся шагу ступить без Моего кивка.       — Мессир, я не понимаю, я делал, как Вы говорили, и даже больше, но они всеми силами сопротивляются своему счастью и не хотят принимать то, что суждено им небом. — Плачет Ара, но увидев Мое потемневшее лицо, понимает, как ошибся.       Я чувствую, как камень сковывает изнутри Мое естество, и замахиваюсь на никчемную тварь.       — Простите, простите, Мессир, то, что ссудили им Вы. — Исправился Ара — холод начинает потихоньку отступать, но мне этого недостаточно.       — Людям свойственно упускать шансы на счастье, но в этот раз вы не можете этого допустить, так что придется убеждать и искушать, пока вы не добьетесь того, что нам нужно. — Спокойно разъясняю Я, глядя в огонь, они не смогут сопротивляться вечно, их судьбу придумал не Я, но Мне очень хочется, чтобы все началось скорее, чтобы скорее это разрушить.       — И что же это, Мессир? — Он, и правда, не понимает, так что злиться действительно бесполезно.       — Нам нужна любовь, что поглотит их обоих.       — Но нельзя просто пригласить королеву, как мы делали раньше? — Сомневается попугай, боясь, что это займет слишком много времени и разозлит меня еще больше. А Я невольно снова Себя спрашиваю, что он делает передо мной, и снова повторяю Себе то же, что много раз прежде.       — Я не злюсь, пока. — Успокаиваю Я его. — Но нужно ли тебе объяснять, что королева должна согрешить? И на этот раз все будет зависеть не только от нее, но от нас троих: Я разрушу Ее верность и этим Его веру. И вот оно будет — доказательство нашей победы, тогда останется всего один лишь шаг до нашего торжества над горделивым небом, ты все понял?       — Точно так, Мессир, точно так.       — Тогда, что же ты стоишь? Иди, искушай и направляй, мне нужна Маргарита, а ей нужен Мастер…       И я снова заглядываю в огонь, будто он хоть когда-то Мне помогал знать наперед, что будет с Нашей бесконечной борьбой.