Последний из Поттеров

Невилл Лонгботтом… Гарольду уже стоило бы привыкнуть к непостоянству этого, в меру упитанного, персонажа. С зимы и до самых экзаменов Невилл все ходил вокруг да около, не говоря ни да, ни нет. А потом во всеуслышание объявил о брачном договоре с Абботами, который долженствовал предоставить ему желанную политическую независимость. Внук своей бабки, что тут уж скажешь. Насчет того, что Лонгботтом обрел некую независимость, Поттер не обольщался. Абботы на политическом небосводе нарисовались довольно давно, но уже более ста лет они представляли собой довольно крупный род ремесленников, далеких от политики серьезных Родов. Невиллу придется попотеть, отстаивая интересы родни своей невесты, тем более что те активно стремились занять полагающееся им место в числе Священных семей. Хотя, конечно, тот мог вновь проявить свою недюжинную изворотливость. Эх, взглянуть бы на составленный договор… Впрочем, место Уизли уже было твердо занято Поттерами. Надо признать, те самые двадцать восемь семей появились не просто так и это не было прихотью Кантакеруса Нотта, как стремились подать тот же Дамблдор и некоторые его сторонники. Именно эти семьи являлись гарантами соблюдения положений мирного договора между магами с одной стороны и гоблинами с другой. Этот договор подписали после последней войны, закончившейся полным разгромом гоблинов, как в Англии, так и в континентальной Европе. Хотя, изучив ряд министерских декретов, аристократы, с немалым удивлением, осознали тот факт, что целый ряд министров сумел если не обойти условия того договора, то видоизменить его положения, причем явно в пользу гоблинов. Особо на этом поприще отметился Ноби Лич, ухитрившийся разрешить гоблинам проводить крупные закупки продовольствия во Внешнем Мире без какого-либо министерского контроля. А ведь именно этим пунктом зеленошкурых и держали за горло, не давая им резко увеличивать свое количество. Судя по всему, Лич за данный декрет получил достаточно солидную взятку. Впрочем, другие министры также были не без греха. Так, Гарольд Минчум позволил гоблинам проводить взыскание долгов с магов и при нем же впервые гоблины стали нагло обманывать своих клиентов. Миллисент Багнолд пошла еще дальше, заключив договор о совместном разделе имущества пресекшихся родов. Она же подтвердила право исключительной собственности гоблинов относительно изготовленных их ремесленниками артефактов, что, в свою очередь, являлось прямым нарушением изначального договора. Ну и, как говорится, на закуску, именно при ней появилось положение о взимании арендной платы за размещенные сейфы. Но это были лишь цветочки. Ягодки же заключались в том, что гоблины получили неограниченный доступ к древним артефактам, преимущественно оружию, которые были сделаны магами для войны как раз с гоблинами. Последние постоянно стремились находить такие вещи для их последующей ликвидации. В свете декрета госпожи Багнолд гоблины сумели безвозвратно уничтожить более десяти тысяч единиц уникальных изделий. В свете деятельности своей предшественницы, Корнелиус Фадж выглядел едва ли не ангелом, хотя и за ним тоже числилось немало стыдного. Так, именно в его правление изначальный договор окончательно потерял какую-либо политическую и юридическую силу. Расплатились гоблины весьма изысканно — собственным золотом, которое позволило целой куче чиновников увеличить свои официальные доходы в полтора-два раза. Правда, условие того факта, что они все хранили зарплату в «Гринготс» и на их же счета возлагались разнообразные налоги и поборы, позволяло сделать очень нелицеприятный вывод — министерство оказалось на очень серьезном финансовом крючке, причем свое же золото гоблины достаточно быстро возвращали обратно и с немалыми процентами. Удивительно то, что гоблины до сих пор полагали вновь вернуть себе права на владение рабами, как из числа магов, так и из простецов, они категорически не признавали власть королей Британии и, что наиболее серьезно, старались получить право на людоедство и на массовые человеческие жертвоприношения. Именно поэтому маги прикидывали все варианты «за» и «против» относительно полномасштабного геноцида зеленошкурых. А сейчас Гарольду нужно было идти в подземный храм дабы раз и навсегда разобраться с проблемой василиска. Никому не была нужна столь мощная и неконтролируемая боевая единица. Особенно в Хогвартсе, с целой кучей разновозрастных детей. Основательно подготовившись и экипировавшись, Поттер спустился в подземелья замка, коротко переговорил с группой прикрытия, остававшихся ожидать его на последнем перекрестке, после чего отправился в основной зал. — И запомни, — напутствовал его Долохов, — если мы услышим шум боя или ты нам вовремя не подашь сигнал, то ворвемся к тебе безо всякого предупреждения и с порога начнем ликвидацию всех отличных от тебя существ. Понял меня? Значит, договорились. Иди. Пройдя к ногам статуи, Гарольд активировал сигнал-призыв. Василиск появился сразу же, но выскочил не из проема в стене и не из статуи, а вынырнул из бокового прохода. Поттер невольно залюбовался им. Это была идеальная машина для массового убийства. Мощная клиновидная голова увенчанная «короной», подобно той, которую носят некоторые виды драконов. Тушка покрыта бронированной чешуей, причем чешуйки были подогнаны, похоже, внахлест и в несколько рядов. Как такое возможно, Гарольд не понимал, но пока не исключал и некий иллюзорный обман. Зубы в пасти напоминали своим строением зубы неких полозов или варанов, но с присутствием откидного ядовитого клыка в передней части верхней челюсти. Хвост василиск тоже имел не змеиный, а похожий хвост некоторых видов ящериц — сравнительно короткий, толстый, с тремя рядами ромбовидных шипов. Возможно, на хвосте могли расступаться чешуйки, образовывая что-то типа пластинчатой булавы. Но это было не самым главным. Дело было в том, что в глазах василиска отчетливо виднелся разум. И насколько он был умен, Поттеру и предстояло выяснить. — Еще один пожаловал… — прозвучал едва слышный голос. Похоже василиск общался не при помощи шипения, а ментально. В принципе, такой вариант также рассматривался. — Здравствуй, повелитель подземелий! — поздоровался Гарольд. — Позволь мне представиться… — Это поистине бессмысленно, — прошипел василиск. — Твое имя мне не интересно. Зачем пришел? Ты тоже хочешь, чтобы я очистил этот замок от недостойных? — Думаю, что с последним вопросом я справлюсь вполне самостоятельно, — ответил Поттер. — Мне больше интересно иное — как Хогвартс будет сосуществовать с тобой? Кому ты подчиняешься и подчиняешься ли вообще. Что ты ешь и как именно добываешь себе пищу? — Ты что-то уж больно молод для поста директора, — в шипении древнего чудовища проявился неприкрытый сарказм. — Последний директор был свергнут со своего поста за измену Короне, — в тон василиску ответил Гарольд. — Я же являюсь полномочным делегатом от совета деканов Хогвартса и собрания Визенгамота как единственный лояльный змееуст Британии. — Приемлемо, — змей удовлетворенно оскалился. — Ну что ж… Василиск начал издалека, с незапамятных времен. Все, без исключения, змеиные короли древнего храма владели способностью постепенно пробуждающейся памяти предков, потому он помнил достаточно много. Вместе со своим слушателем он, казалось, погружался во мрак воспоминаний… Жестокие жрецы бога-змея сменились волной неистовых пиктов, а те, в свою очередь, сменились безжалостными скоттами и бриттами. Если нахлынувшая волна римлян практически не затронула храмового сосуществования, то нашествие саксов вынудило жрецов, впервые за несколько столетий, применить василисков в полевых сражениях, где и полегло большинство живых змеев. Прочие скрылись в недрах глубоких секретных подземелий древних сооружений. Окаменяющий взгляд, как наиболее известное (но, отнюдь, не единственное) оружие василиска, был изначально консервирующей способностью, позволяющее делать большие запасы провианта находящегося в состоянии «живого камня». Причем василиски могли вполне сознательно им управлять, поэтому никто из числа жрецов и не страшился сталкиваться со змеем взглядом. Правда, этот нюанс был особо охраняемым храмовым секретом и за его разглашение ослушнику грозила мучительная смертная казнь. Еще старые василиски обладали, так называемым, ментальным ударом, позволяющим задержать свою убегающую жертву, остановить ее, ликвидировать какие-либо попытки оказания сопротивления. Особо остро встал вопрос относительно размножения. Кладки яиц могли храниться по нескольку столетий кряду, но вмешалось сразу несколько проблем. Во-первых, скорлупа была очень и очень крепкой, практически каменной, вследствие чего детеныш не мог ее разбить и попросту задыхался в тесной ловушке. В во-вторых скорлупа в лежалой кладке превращалась в настоящую броню, которую, порой невозможно было разбить даже при помощи боевого молота, причем если и удавалось кому-то это сделать, то детеныш почти всегда погибал. В третьих, на одну самочку приходилось до двух десятков самцов. Новорожденные василиски не были братьями и сестрами и могли бы завести новое потомство. Вот только с момента их вылупления должно было пройти не менее сотни лет. Сами василиски выкручивались следующим образом. Кладка складывались аккуратной пирамидкой, поливалась ядом, посредством которого яйца расплавлялись и облегали то, что располагалось в основе сооружения плотной ломающейся коркой. Как только новорожденный делал несколько трещин, как родитель осторожно и очень аккуратно ее ломал, позволяя малышу выбраться наружу. Но рождался-то всего один… Это из целой дюжины яиц! Жрецы придумали использовать специально скованный длинный кинжал, которым осторожно подрезали верхнюю часть скорлупы, позволяя маленькому василиску самому взломать свой родильный дом. Но во время разграбления храма, ехидно посмеивающийся бриттский друид ухитрился запихнуть его в камень по самую рукоять и никто не сумел его до сих пор извлечь. Немало магов пытались его вытащить, но все потерпели неудачу, да и секрет изготовления клинка, к сожалению, был утерян. Возможно, что-то об сходной проблеме знал Мерлин, но в те седые времена никто, находясь в здравом уме, не позвал бы в тайный храм сына христианина. Некоторые попытались даже выломать камень, но лезвие намертво спаялось с структурой своих «ножен», а потому никто не был готов его уничтожить. К тому же василиски, жившие в недрах Хогвартса, все чаще и чаще погибали при невыясненных обстоятельствах. Их прародитель взялся выяснять в чем дело и с ужасом выяснил, что их попросту разбирали на ингредиенты некие Гонты, люди весьма жадные и беспринципные. Несмотря на то, что истребление удалось остановить силами Тибериуса Гонта, некроманта и архитектора, сумевшего укрыть убежище василисков в недрах подземелий Хогвартса и, одновременно, проклявшего свою родню, обрекая их на нищету и вырождение, в живых остался только он один. После смерти Тибериуса более двухсот лет его никто не навещал, но однажды к нему в подземелья сумел пробраться какой-то мальчишка, на поверку оказавшимся Гонтом по крови, такой себе Том Марволо Ридл. Однако василиск достаточно быстро понял тот факт, что его посетитель ничем не отличается от своих неблагонадежных предков и попросту выгнал его прочь, не позволив ничего с собой прихватить, пусть даже и на память. Альтернативой могла бы стать статуя юного Ридла, которая могла бы стоять в подземелье целыми столетиями. Чтобы окончательно исключить повторное посещение своего жилища этим надоедливым выползком василиск не поленился не только проводить его до самого лаза, но и долбануть того напоследок «ментальным молотом», дабы воспоминания нежелательного посетителя как следует смешались. Ну кто же знал, что в том злосчастном туалете окажется какая-то девчонка?! Если Ридл «отделался» лишь шумом в ушах, то шпионка некоего Альбуса Дамблдора попросту скончалась на месте, скорее всего, от остановки сердца или от кровоизлияния в мозг. Впрочем, василиск не стал разбираться в причинах ее скоропостижной смерти, а попросту удрал, оставив Тома решать этот вопрос самому. Ныне же тысячелетний змей все чаще и чаще ощущал усталость от количества прожитых лет и не сегодня-завтра бы просто умер. Но у него была последняя дюжина яиц, которую он хотел полить ядом. Но новорожденный василиск был бы уже точно самым последним. Кто бы взялся найти ему самку? — А можно я попробую вытащить кинжал?! — Поттер был вне себя от предвкушения возможности хотя бы одним пальцем прикоснуться к древней легенде. — Попытка не пытка, — ответил василиск. — Попробуй и ты. Сделав отмашку бойцам о том, что ситуация мирная и не требует их незамедлительного вмешательства, Гарольд поспешил за василиском. Идти оказалось не так уж и далеко — кинжал обнаружился в укромном уголке за одной из колонн. Внимательно посмотрев на кинжал, Поттер взялся за его рукоять, аккуратно потянул и… полностью вытащил клинок из камня. Призадумался, вернул кинжал обратно, сделал небольшую паузу и снова вытащил. — Нет, ну надо же, — пробормотал он, одновременно скашивая глаза на остекленевший взгляд василиска. — Какая интереснейшая связка условий. Прямой потомок по крови и по магии, змееуст, совершеннолетний, главный в роду, но, при всем этом, неженатый. Проклятье, ведь за целое тысячелетие подобное совпадение произошло лишь однажды и замкнулось именно на мне! Так, а клинок, как я понимаю, скован из куска метеоритного железа, тот самый знаменитый звездный металл! Наверное, очень, очень любопытный получился сплав. — Ох, ничего себе! — выдохнул змей. — Похоже, я был совершенно прав, что решился тебя выслушать. А тот друид, получается, являлся твоим прямым предком. Так ты теперь поможешь мне с кладкой? — Не я один, — ответил Поттер. — Там, совсем неподалеку находятся маги, которые с большой радостью помогут дать твоему роду хотя бы небольшой шанс на восстановление своей прежней численности. Но в обмен мы хотим узнать побольше как об этих подземельях, так и о тех легендарных и полулегендарных магах с которыми приходилось встречаться тебе и твоим предкам. Узнать о них всю голую правду, без прикрас и без досужих выдумок. — Ну-у-у… — василиск призадумался. После довольно долгой паузы он, наконец, ответил. — Лет десять, может быть, я и протяну. Да и говорить буду ментально. Но вы, предварительно, будете обязаны дать мне клятву честью, магией и кровью о том, что позаботитесь о моих малышах на протяжении последующего десятилетия. — Мы это обсудим, — кивнул Гарольд. — Пока же я вынужден откланяться и передать наш разговор всем своим союзникам. Ты есть не хочешь? — Я привык питаться сырой магией, — ответил василиск. — Ее здесь предостаточно. Это выводку потребуется достаточно много еды, преимущественно грызунов. Возможно, ты обратил внимание на кучи костей? Это не более чем бутафория, пережиток древних времен. Просто кости, пройдя через организм василиска, приобретают ряд полезных свойств в виде крепости и долголетия. Когда-то древние жрецы из таких вот костяшек изготавливали оружие, броню и разнообразные украшения. Впрочем, если мне принесут пару овец или десяток кроликов, то я, пожалуй, отказываться не стану. Раскланявшись с древним змеем, Поттер неторопливо направился к выходу. Информации он получил более чем предостаточно и даже прояснил несколько неясных ситуаций, которые он не мог разрешить до сих пор. Вот оно как! Юный Волдик больше не лазил в Тайную комнату, не по той причине, что каждый его шаг контролировал Дамблдор, а просто потому, что он позабыл о ее местонахождении, а то и о наличии вообще. Неслабо его василиск приложил! Рассказ Гарольда произвел целый фурор. Пришлось использовать Омут Памяти, чтобы все заинтересованные лица сумели оценить картину в целом. Бартемиус Крауч тут же принялся составлять договор, а Долохов, Вуд и старший Крэбб немедленно помчались к последнему на ферму за кроликами. От известия о том, что в подземельях вскоре объявится целая куча маленьких змеек, в ужас практически никто не пришел, кроме нескольких родителей представивших как они будут от новорожденных малышей оттаскивать собственных отпрысков. Но была и еще одна информация, от которой многие пришли если не в изумление, то в настоящий ужас. В Хогвартс прибыл изрядно взъерошенный Люциус Малфой. — Разбирали мы документы невыразимцев и вот только сегодня обнаружили одно очень странное известие. Оказывается, в последние несколько лет они вели исследования хроноворотов и аналогичных артефактов, чтобы определить максимальную глубину искривления пространства и, естественно, связанный с ней же «эффект бабочки». Надеюсь, все знают что это такое? Дела шли ни шатко, ни валко, но довольно недавно все резко встало намертво. Пока шло изучение литературных источников, пока создавались разнообразные теоретические выкладки — проблем не было. Проблемы возникли, когда они попытались перейти от теории к практике. — Не пошло? — удивился Гарольд. — Странно, надо признать. Помнится, на моем третьем курсе Гермиона Грейнджер пользовалась этим самым хроноворотом в течении целого учебного года без особых проблем. — Вот то-то и оно! — воскликнул Малфой. — А мы, признаться честно, головы сломали, чтобы понять почему вдруг невыразимцы отказались сотрудничать с Дамблдором. Оказывается, время и его, скажем так, временные субвариации — материя очень и очень нежная, не терпящая к себе грубого обращения. Скачки во времени самим временем и ограничены. А мисс Грейнджер за десять месяцев ухитрилась накрутить столько петель, что отныне хроноворотом можно будет воспользоваться не ранее чем через три сотни лет! Причем это, так называемый, минимальный срок. И этой девице, честно говоря, еще очень сильно повезло, потому что она сама могла раствориться в подпространстве. Ей бы у целителей обследоваться, причем, желательно, в самое ближайшее время. Экстренное взросление в самый расцвет пубертатного периода может привести к самым ужасным и непредсказуемым последствиям. — Да, — Поттер призадумался, — но ведь хроноворот Грейнджер дала МакГоннаголл. — А ей его передал Альбус Дамблдор, — подхватил Люциус. — Судя по всему, он хотел провести самостоятельное исследование хроноворота, а эта девочка послужила ему в качестве подопытного кролика. Вот только я очень бы хотел поглядеть на морду Дамблдора в тот момент, когда он, наконец, понял, что в итоге натворил. Ну что же, это еще один вопрос к общему списку его допроса. К слову, буквально через неделю Гарольд слушал вердикт Гиппократа Сметвика. — Увы и ах, — говорил тот, — но срок потенциального излечения уже иссяк. Понимаете, в специальной литературе подобные случаи хоть и изредка, но все же были довольно подробно описаны. Тут не годятся ни зелья, ни заклинания, а лишь домашняя аура дома одного из древнейших и благороднейших семейств, владеющих собственным магическим алтарем. Например, Блэки, Малфои там, ну или те же Поттеры. Хогвартс, к сожалению, не подходит, у него алтарь совсем иной направленности, да и соответствующие ритуальные обряды на нем проводить было необходимо. Сама магия исправляет и нормализует перепутанную ауру. Но это на срок не более чем год-полтора спустя после контакта с артефактом подобного рода. — А последствия? — поинтересовалась Вайолет. — Последствия? — Сметвик поморщился. — Надо признать, девушке повезло в том, что она мало того, что осталась жива, но и не стала сквибом. А так она с трудом сумеет разменять седьмой десяток. Ну и попутно будут иметь место раннее ускоренное старение организма, потеря магических сил, ну и невозможность родить здорового ребенка тоже велика. Ей и самой нужно хотя бы свои первые роды пережить, я не говорю о том, чтобы суметь после них толково восстановиться. Все в этом мире имеет свою собственную цену, только плата за нее бывает, подчас, предельно высока.