Under The Sun

Пульс долетел до ста. Сколько нам с тобой нажимать рестарт? Наспех собранные вещи не помещаются в чемодан. У Хосока руки дрожат от напряжения. Он судорожно заталкивает помятые клубки ткани, пытаясь утрамбовать всё в маленькую сумку, и чувствует на себе прожигающий внимательный взгляд. — Не смотри на меня так, будто это я виноват, — хрипит Хосок. «Как бесчувственно», — думает Намджун. «Как бессмысленно», — думает Хосок. Они уже по горло сыты друг другом. Они уже устали ломать друг друга и ломаться самим. Перекроем кровь, перегасим газ, Сколько нам с тобой на осколках фраз Строить города? Строить города… Намджун отворачивает голову, зарывается руками в волосы, оттягивая их, и закрывает глаза. Они много раз так ругались, уходили, возвращались, трепали друг другу нервы, выедали друг друга чайной ложечкой и думали, что всё хорошо. Как глупо. Как больно. Хосок оглядывает комнату: растрощенная на кусочки мебель, побитая посуда, порванные вещи. Им стоило расстаться раньше, когда любовь ещё не превратилась в ненависть одним взмахом руки. Пустая растрата своих чувств. Боль каплями на свет, Километры в ноль, Смысла. Точка. Нет. Есть только чёткое осознание того, что никто не попросит остаться, и никто не останется. Будто мел с доски, стираются воспоминания, всё превращается в прах. И никого/ничего не жаль, кроме времени, потраченного не на тех людей. Не с теми, не для тех. Хосок внимательно смотрит на свои руки, покрытые узором синяков и отметин. Смотрит на Намджуна с разбитой губой и думает, что однажды, останься они друг с другом немного дольше, точно кто-то из них умер бы. Подведу черту, подведу друзей, Лишь тебя внесу в карту моих вен, В карте наших вен. Они строили что-то долгое время, а потом разрушали, возводили с нуля и снова разрушали. Оба импульсивные и самовлюблённые — они изначально не подходили друг другу. Душили своим эго, доводили до истерик своими словами, вскрывали души, сердца, пробирались глубже и задевали за больное. На твоих глазах превратятся в прах эти города. Из осколков уже ничего не соберёшь, из темноты уже нет выхода. Они не выдержали шторма, они проиграли. На твоих глазах превратятся в прах эти города. Последний взгляд, последнее невесомое касание, всё в последний раз. Они разрушили самих себя и друг друга: высосали все соки, нервы, силы. На обломках уже не устоять. Всё безвозвратно уничтожается до микрочастиц в пылинках вязкого воздуха. На твоих глазах превратятся в прах эти города. Дверь с громким хлопком закрывается, едкий звук вскрывает ушную раковину и пробирает до костей. На улице плюс сорок, а в душе минус сто. На твоих глазах превратятся в прах эти города. Всё превращается в ничто. Помещение заполняется темнотой, и всё это было плохой идеей с самого начала. Глупо было предполагать, что параллельные прямые смогут пересечься. Смысла. Точка. Нет. Вспышка. Точка. Свет.