Некоронованные / Uncrowned

«10:50, База. Комната Сон Мины»       Я в панике ношусь по комнате, перебирая все варианты вещей, которые могут пригодиться. Чуть больше часа назад многие ребята получили общее задание, и я в их числе. Учитывая описание и наставления Сэма, задание не сложное. Нужно всего-навсего преодолеть утёс расстоянием в пятьсот метров. Вопрос в другом: если предыдущее задание расценивалось как пустяковое и вводное, и я всё же умудрилась его провалить то что будет на этот раз? Айщ, не будь так этим одержима Мина. Как бы худо ни было, у тебя есть главный козырь в рукаве, и это удача, благодаря которой ты до сих пор жива и невредима. Громко сказано, конечно, относительно физического состояния. Тело то и дело содрогается от произвольного действия. Один хрен, от судьбы не убежишь.       Перед выходом я подошла к зеркалу и нанесла неброский дневной макияж. Следом, собрала волосы в пучок и приспустила шорты, чтобы их было видно из-под длинной футболки. Затянув шнурки на кроссовках, накинула рюкзак и выбежала из комнаты, напоследок взглянув на время. Я опаздываю на пять минут, это же ничем мне не аукнется?       Выбегаю из здания. В первый раз, мать его. Песчаный песок под ногами отдаёт теплом, высокие пальмы, которых не так много, слегка покачиваются из стороны в сторону от дуновения ветра. О да, спасибо, что он присутствует в этот час, иначе дышать было бы тягостно из-за недостающей влаги и палящего солнца. Из моего поля зрения не ускользают и два минивэна. Один ярко-салатового цвета, а другой — коричневый. Недолго размышляя, отдаю предпочтение тёмному оттенку. Ума не приложу почему — выбор подсознания.       На ручке минивэна размещена надпись «Приложите часратор», которой я руководствуюсь на ходу, и дверца автоматически открывается в сторону. Первым человеком, попавшим под прицел, оказался Чимин. Он сидел ближе всех к двери со скрещенными за головой руками, раскинув ноги. Его губы были слегка приоткрыты в отличие от полностью закрытых глаз. Покоится в объятиях Морфея?       Слабый сквозняк прошёл через меня и коснулся кончиков его волос, мимоходом разлохматив безупречную причёску. Пёс знает, что послужило корнем его пробуждения: то ли нарушение баланса идеальности образа, то ли я. Чимин зафиксировал на мне лютый взгляд, вследствие чего я неловко почесала шею на месте засоса.       — Мест нет, — заявил он и захлопнул дверь.       Что? Какого хрена он вытворяет?!       Распахиваю дверь и вновь встречаюсь с его очами, на сей раз ошеломлёнными.       — Ты из недалёких? Я же сказал мест нет! — повторился тот.       Наперекор его речам запрыгиваю в фургон и сажусь рядом. В машине двенадцать мест, десять из которых занято парнями, чьи глазища нацелены исключительно на нас двоих.       — Здесь свободно, — давлю фактами.       — Проваливай, — не успокаивается Чимин.       — Нет уж, — твёрдо противлюсь я, что является источником его огня в глазах. Будь это боевик или триллер, наши гляделки можно было бы смонтировать наподобие искр молний в стороны друг друга. Остальные присутствующие сидели закрыв фонтаны (рты), но увлечённо продолжали наблюдать.       Вдруг распахнулась дверь, и показался тот, чьё место я присвоила себе. Хотя погодите, почему присвоила? Оно не подписано и более того не выкуплено. И в целом этому человеку я не против подложить свинью.       — Сгинь, — рыкнул Чонгук, прожигая во мне дыру.       — Ещё чего! Дуй сам в другую машину, — обороняюсь я. Самое время вернуть должок, и то это засчитается как за 1/3. То, как он поступил, непростительно. Нужно показать, какая я на самом деле, когда на моей неосведомлённости строят лучшую жизнь.       — Мне тебя силком вытаскивать? — продолжил он.       — Не посмеешь, — напрашиваюсь я, хотя само подсознание шепчет, что ни к чему толковому это не приведёт.       Чонгук без колебаний делай шаг внутрь минивэна.       — Так, так, так, — раздаётся игривый голос. — От кого же здесь столько шума?       Парень стиснул шею Чонгука, таким образом остановив его. Он опускает голову, заглядывая в машину.       — Ви, — с облегчением вздыхаю я.       — О, щеночек, — улыбчиво приветствует меня.       — Щеночек? — негодующим тоном повторяет Чимин, покосившись в мою сторону.       Игнорирую королевское внимание сидящей рядом персоны, не спуская глаз с тех двоих.       — Отвали, — скалится Чонгук.       — Чтобы ты придушил нашу зверушку? — любезно обращается Ви и даёт щелбан другу, высвободив его. После чего добавляет, оглянувшись на меня с ехидством: — Не сегодня.       Я померкла. Что значит «не сегодня»? Он тоже точит зуб на меня? Ладно Чонгук и Чимин, но Ви… Немыслимо. Всё же было нормально. У нас даже завязывалось неплохое общение и заканчивалось на доброй ноте. Его как будто подменили. Лукавая улыбка не сходила с его лица, а глаза наполнялись неким задором. Или он не изменился вовсе, быть может, это и есть настоящий Ви?       — Погнали, — выплюнул Чонгук и скрылся из виду.       — Бай-бай, — игриво протянул Ви, махнув под конец, и захлопнул дверь минивэна.       Машина автоматически завелась и доложила нам через динамики:       Доброго дня, мои пассажиры! Меня зовут Чи Яо, и я ваш водитель на данном маршруте! Пристегните ремни безопасности и наслаждайтесь поездкой. Она займет около двух часов. Постарайтесь максимально расслабиться, поскольку впереди вас ждёт выматывающее задание. Всем файтин (удачи)!       Из-за всей минувшей неразберихи я занервничала, и выдавали моё состояние перебирающие пальцы рук. Правильно ли я поступаю по отношению к другим? Правильно ли делаю, что верю наставлениям Чон Хосока? Может, это розыгрыш? В таком случае должна ли я первая его прекратить?       — Ауч, — визгнула я, когда сидящий рядом ущипнул меня за плечо.       — Поспи, иначе не протянешь и десяти минут, когда всё начнётся.       Он мне сейчас дружеский совет дал? С чего такая забота?       Чимин надел накладные наушники и увеличил громкость, да так, что я могла ясно разобрать текст песни. Он закрыл глаза, скрестив руки на груди.       Остальные присутствующие давно потеряли к нам интерес и занялись своими делами. Кто-то играл в игры на планшетах, кто-то дремал, но были и те, кто как и Чимин, слушали музыку. Все выглядели спокойными. Одна я лихорадочно рассуждала и предугадывала туманное будущее. Но было и то, что волновало меня не меньше грядущей неизвестности. Не сводя глаз с соседа, я думала о его предыдущем задании. Если он сейчас здесь, получается, он убил чью-то семью? Как убил? Было ли ему страшно? Колебался ли? Или он был хладнокровен и жесток, как и всегда? А может, он просто стоял в стороне и предоставил всё напарнику? Но даже так я не могу представить, что и Ви способен на такой ужас. Насколько же они бездушны и насколько сильны?

***

      Я проснулась от сильного прострела в колене. Виновником был Чимин, безжалостно сжимавший её своими пальцами. Едва лишь я схватила его руку, как он, не мешкая, одёрнул её. До какой степени ему противны мои прикосновения?       — Подымай зад, — рычит он, убирая наушники в спортивную сумку.       — Не мог бы ты быть помягче? — по-человечески прошу его, потирая колено.       — Разве я был груб?       — Существуют и другие способы разбудить человека безболезненно.       — Я должен был шептать твоё имя на ушко? Дорам пересмотрела? — Надевает солнечные очки и выходит из машины.       — Я не это имела в виду. — Не медля, следую за ним.       Солнце палило настолько ярко, что с трудом удавалось держать глаза открытыми после кратковременного сна. Всё так же жарко, даже сильный ветер отдавал теплотой. Как же хотелось вернуться в машину с кондиционером.       — Прекрати качать права, раздражаешь.       — Хам! — Высовываю язык, шествуя с ним на одном уровне.       — Сучка, вырвать бы его тебе, — открыто теряет терпение тот, а я оставляю его злость непрокомментированной, чтобы дольше наслаждаться его растормошённым состоянием.       Мы доходим до ребят, стоящих на краю огромного утёса. Ветер здесь чересчур сильный. Чимин целенаправленно проходит сквозь толпу, освобождающую ему дорогу, а я плетусь следом. Останавливаюсь в первом ряду, оглядев присутствующих. Справа стоял Чонгук, украдкой косившийся на меня, а слева — подмигнувший Ви. Господи, за что?       Чимин вышел вперёд и развернулся к нам, зачесав рукой волосы. Это что, привычка такая или попытка показать свою невпепенность? И почему он единственный кто там стоит?       — Итак, времени мало. Все в курсе, зачем мы здесь. И все, кроме одной из нас, знают, что это за утёс…       Обязательно было выделять меня?       — В прошлый раз мы приехали сюда неподготовленные, но более снаряжённые. Верёвочная дорога, ведущая через утёс, не изменилась. Произошла только смена задания. Сегодня мы должны пройти по этой дороге на другую сторону без карабинов и страховки.       Все зашептались. Я воззрилась на эту верёвочную дорогу. На протяжении пяти сотни метров были протянуты две верёвки параллельно друг другу, закреплённые о пальмы с одной стороны утёса до другого. На каждой из них закреплено ещё по одной верёвке снизу обмотанной вокруг плоской древесины. Таких креплений было около тридцати, если не больше. Они смахивали на висящие качели, раскачивающиеся сами по себе от мощного потока воздуха.       Хотите сказать, мы должны преодолеть эту дистанцию без страховки? Но ведь это самый кратчайший путь на тот свет. И вот такого рода задания мы вынуждены выполнять взамен на стимулятор? В таком случае я готова принять смерть прямо сейчас.       В ту же минуту Чимин запустил маленький автоматический вертолёт с камерой в воздух.       — Что ж, те, кто справился с этим в прошлый раз лучше всех, начинайте первыми. Остальные решайте сами. Нужно закончить до заката.       Лучшие двинули вперёд, и первым из них был Ви. Он надел перчатки, затянул рюкзак на спине потуже и ступил на качели. Его раскачало, и длилось это до тех пор, пока он не поймал равновесие. Моя кожа покрылась мурашками от одного только вида, но лицо Ви было бесчувственным и крайне сосредоточенным. Переступая с качели на качели, он раскачивался слабее, чем на первом этапе. Очевидно, он приноровился, но всё также оставался бдителен и осторожен. Даже если он распределил тяжесть тела равномерно, то ветер никак обуздать не мог. Не будь его, Ви преодолел бы этот путь в десять раз быстрее. Как же я хочу оказаться на его месте, ведь он уже прошёл полпути. Остальные следовали за ним в два раза медленнее и с явно выраженным страхом на лице.       Когда подошла моя очередь, кровь вскипела, а сердце застучало в бешеном ритме. Шагнув на первые качели, я качнулась до такой степени, что думала упаду сразу же, если бы не верёвки, в которые я жадно вцепилась. Ветер мешал успокоить раскачку, а ноги стали содрогаться от страха кануть вниз. Зыркнув в пропасть, я задержала взгляд на огромных скалах и бушующих волнах, оттолкнувших всякое желание смотреть туда в очередной раз. Мгновенно зародилось два бредовых урегулирования проблемы: вернуться обратно или тешить себя пустой надеждой — обменять первые качели на последние. Так как ни то, ни другое не было выходом из положения, я, на свой страх и риск, шагнула ногой вперёд и тотчас пожалела, когда оставила вторую ногу позади. Я представила такой шпагат, какого раньше, несомненно, не делала, ибо боль во внутренней части бедра была чудовищной. Незамедлительно собираю всю силу в руках, удерживая тело, после чего приставляю отстающую ногу к другой. Перевожу дух. Выступил пот, и скорее от страха, нежели от усталости. Постояв так немного, я подождала, пока утихнет ветер и двинула дальше, с трудом сдерживая поток слёз. Да, я на грани панической атаки. И теперь я понимаю других ребят, дрожавших как осиновый лист, намного лучше.       Я у середины. И думать не хочу, как до неё добралась. Добралась и всё. Другое не волнует. Шаг за шагом, становится всё страшнее и страшнее. Древесина, на которую я ступаю, выглядит не очень-то прочной, что придаёт большей жгучей «приправы» и без того острому «блюду». Ветер разошёлся. Я окаменела, раскачиваясь на качели то вправо, то влево. Закрыла глаза, чтобы не пугаться ещё больше. А оказалось, худшее было дальше.       — Йа, девка! Двигай вперёд свою задницу! Ты задерживаешь толпу позади!       Я узнаю этот голос. Это Юн Ван. Тот самый недоросль, «радужно» встретивший меня в первый день на острове. Ставлю сто долларов, это не закончится ничем хорошим.       — Я не могу, ветер слишком сильный! — кричу ему, скованная в прежних действиях.       — Жаловаться вздумала?! Если такая беспомощная, то просто уйди с дороги!       — Подождём пока ветер утихнет, и я пойду дальше! — Ни на секунду не открываю глаза. До чёртиков страшно при таком ветре.       — Нет времени ждать, шуруй давай! — подгоняет Юн Ван.       — Если я пойду вперёд, то упаду! Ты этого хочешь?! — без задней мысли наезжаю на парня позади себя, который мигом замолк.       Открываю глаза и расслабляюсь, когда ветер малость стихает и перед тем как приступать к дальнейшему движению, оборачиваюсь к Юн Вану, словив на себе его недовольный настрой.       — Да, — на полном серьёзе ответил он, что ввело меня в ступор.       Воспользовавшись моим отвлечённым состоянием, он пнул мне в ногу, из-за чего я соскользнула с точки опоры. Каким-то непостижимым образом мне удалось ухватиться за край верёвки, удерживающей древесину снизу. Качели скосились вправо по причине моей тяжести. Полагаю, сейчас у нас появилось больше проблем с переходом на другую сторону. Невольно посмотрев вниз на бушующий океан, перехватило дыхание, а глаза вмиг стали влажными. Это мой конец?       Юн Ван шагнул на мои качели, удерживая весь вес с противоположной стороны, чтобы выровнять её. Верёвка, удерживающая нас, прогнулась ниже, указывая этим на небезопасное пребывание в таком положении.       — Где же теперь твоя уверенность? — съязвил Ван. — Что, от страха язык проглотила? Ха-ха.       Пока этот изверг заливался смехом, я вгляделась в сторону финишной точки, к которой все пробираются. Стараюсь застать глазами только одного человека, от которого могу ждать хоть какой-то капли поддержки и шанса на спасение. Как думаешь, Мина, можно ли считать улыбку во все тридцать два зуба и безумный взгляд переживающим за жизнь другого человека?.. Безусловно, такой тип людей желает твоей смерти. И я говорю о Ви. Осознание этого заставляет погрузиться в более глубокое угнетённое состояние.       — Теперь и ты двигай, Ван, иначе разделишь её участь, — холодно подал голос Чонгук. В отличие ото всех, он был самым спокойным и равнодушным. Для него находиться здесь ровно как перешагивать лужу.       — Тц, как не вовремя, — буркнул тот, шагнув дальше.       Я вскрикнула, когда качели вновь расшатало. Кто-нибудь остановите их!       Следом за Ваном ступил Чонгук, выровняв поверхность. Правильней было бы не поглядывать на него и не показывать слабость. Как-никак он поступил со мной хуже гадюки. Но на волоске от смерти подобного типа мысли уходят прочь. Наши взгляды столкнулись.       — Можешь помочь? — перешагнув через себя, осмелилась попросить я.       Он высокомерно смотрел на меня, размышляя о чём-то своём. Затем его левая рука, ухватившаяся за верёвку, начала трясти качели с моей стороны. Ещё пару таких рывков и я свалюсь.       — Чонгук, не делай этого! — Не бросаю попытки докричаться до парня, вцепившись в верёвку, что есть мочи.       Наплевательски продолжает дёргать верёвку, не меняясь во взгляде.       — Пожалуйста, — взвываю я.       — Чон! — раздаётся рычащий сзади Чонгука голос, остановивший его. — Чем ты занимаешься?       — Убираю мусор, — чёрство выплёвывает он.       Мусор? Значит вот так меня воспринимают окружающие…       — Она попросила помочь.       Перевожу взгляд с палача на командира. Все поступки от него относительно меня расплывчаты. Он пытается вступиться или просто интересуется обстановкой?       — Одно и тоже, — фыркает тот.       — Топай, иначе не успеем до заката, — распоряжается Чимин и Чонгук, видно, не смеет оспорить.       Третий тоже притормозил на моей качели. Мёдом намазано? Чего здесь все липнут?       Чимин присел на корточки, уставившись мне в лицо. Он был расстроен. Но чему именно? Моей оплошности?       — Молча обхватывай мою шею и крепко держись, иначе сброшу, — велит он.       Я сглатываю. Боюсь до ужаса. Боюсь, что пошутил и как остальные приблизит меня к скорейшей гибели. А вдруг я соскользну или…       — Считаю до трёх. Один, два,. — подгоняет Чимин, и у него получается меня мотивировать.       Быстро хватаюсь за его шею, уткнувшись как дитя в крепкое мужское плечо. Он встаёт в полный рост. Ветер раскачивает нас, но это чувствуется еле заметно, оттого и ощущаю себя в большей безопасности.       — Обхвати ногами мою талию. И в следующий раз уточняй то, о чём просишь, особенно у Чонгука. Он, наверно, подумал, что ты попросила его помочь сброситься.       Беспрекословно следую словам Чимина. Да мне и сказать-то было нечего. Он решил закончить этот путь с грузом моего тела на себе. И пусть со стороны я смотрюсь жалко и беспомощно — проживу дольше.