Сегодня твой Бармен...

Дин смешивал макароны, курицу и соус, когда в дверь постучали. Дин посмотрел на часы и обнаружил, что сейчас всего лишь шесть пятнадцать. Он чертыхнулся, когда уронил ложку и пошел открывать дверь. Если бы это был снова Сэм, Дин поклялся самому себе, что отрекся бы от него. Вместо этого, когда он открыл дверь, столкнулся лицом к лицу с Кастиэлем. - Ты рано, - выпалил он. Теплые руки обвились вокруг его шеи, а затем Дин обнаружил, что на его губы буквально напал очень возбужденный писатель. Он застонал и схватил за бедра Кастиэля, притянув мужчину ближе. Он почувствовал, как настойчивый язык проникает в его рот, и это происходило как минимум пять минут, пока он не опустил его, чтобы отдышаться. - Иисусе, Кас, - выдохнул он, стараясь дышать ровно. - Что это было? - Разве я не могу целовать тебя, когда захочу? - спросил Кастиэль. Он вздохнул, затаив дыхание, и прижался лбом к груди Дина. - Прости, - пробормотал он. - Мои братья... - Хорошо, - кивнул Дин. Ему больше ничего не нужно было слышать; Братья могут быть геморроем, он знал это исходя из личного опыта. - Хочешь пива? Кастиэль усмехнулся и, подняв глаза, тепло посмотрел на Дина. Он нежно поцеловал покрасневшие губы Дина и сказал: - Спасибо, Дин. - За что? - спросил Дин, когда он, наконец, закрыл дверь. - За то, что ты... это ты, - сказал Кастиэль. Дин приподнял бровь, но Кастиэль, похоже, не захотел подробно объяснять, поэтому Дин просто повесил пальто Кастиэля, прежде чем переплести свои пальцы с его и потащить мужчину на кухню. - Я только что закончил готовить обед, - сказал он и указал на большую тарелку на столике. Кастиэль посмотрел на него, когда Дин вытащил два пива из холодильника. - Макароны? - Куриная паста, - сказал Дин. - Эллен научила меня это готовить. Это довольно легко и вкусно. Я собирался сделать салат, так как тебе, похоже, нравится зелень и все такое. Кастиэль усмехнулся и взял бутылку, которую принес Дин. Они улыбнулись друг другу, пока потягивали свои напитки. - Тебе нужна помощь? - спросил Кастиэль, когда опустил бутылку. - Если хочешь, - пожал плечами Дин. - Ингредиенты для салата находятся в холодильнике. - Есть хоть что-то, что тебе нравится в салате? - спросил Кастиэль, открывая холодильник, чтобы заглянуть внутрь. - Нет, если честно, - сказал Дин, возвращаясь к макаронам. - Я не большой любитель салата. - Итак, я выбрал, - сказал Кастиэль. Он протянул салат, помидоры, сыр и маслины из холодильника, а также бальзамический уксус. Дин взял чашу из одного из верхних шкафчиков и передал ее Касу. И они улыбнулись друг другу. Они оба хозяйничали на кухне, что удивило Дина; Он обычно раздражался, когда кто-то был на кухне вместе с ним. Бобби жаловался; Сэм, Адам и Джо разбрасывали вещи; А Эллен говорила, что все, что он приготовил, - неправильно и невкусно. Кастиэль легко передвигался вокруг него, никогда не доставал Дина и даже не цеплял его, когда проходил мимо. Дин действительно смог бы привыкнуть к этому, и он обнаружил, что это не пугало его так сильно, как он думал. Ничего, что касалось Кастиэля, не пугало его. Наконец ужин был готов, и Дин с Кастиэлем отнесли еду и столовые приборы в столовую. Дин сидел во главе стола, а Кастиэль уселся справа от него, и наступила тишина, пока они расставляли тарелки. У Дина было свежее пиво, и он вытащил пробку из бутылки, прежде чем поднять пиво вверх. - За нас, - сказал тост он, и Кастиэль тепло улыбнулся. - За нас, - эхом отозвался он и сделал глоток. - Итак, - сказал Дин, когда они взяли в руки свои вилки, - что бы сделали твои братья, если бы увидели, как ты поцеловал меня? Кастиэль поднял брови. - Я бы так поцеловал тебя, независимо от того, что мои братья бы сделали или не сделали. Дин усмехнулся и сказал: - Приятно знать. - Они просто были бы обычными: раздражающими и любопытными, - объяснил Кастиэль. - Бальтазар лежал посреди моей квартиры в одной пижаме, пока я готовился, и у него была бутылка водки. Видимо, он и Габриэль собираются пить всю ночь напролет. - Пьяные братья; Не те, к кому ты хотел бы вернуться домой, - сказал Дин. Он знал это по собственному опыту; Сэм и Адам становились сопливыми и хотели говорить о чувствах Дина, когда они выпивали вместе. Опять же, они хотели делать это, даже когда были трезвыми; Но они были менее утонченными в этом, когда у них было несколько напитков. Кастиэлю пришлось скрывать ухмылку; Он не собирался ехать домой. Во всяком случае, не сегодня вечером. Однако все мысли о том, чтобы раздеться с Дином, оставили его голову, когда он впервые зачерпнул вилкой немного куриной пасты и попробовал ее. - Боже мой, Дин, - застонал он и прикрыл глаза, наслаждаясь вкусом. - Это вкусно. Дин почти захлебнулся пивом, и ему пришлось прочистить горло, прежде чем сказать: - П-правда? - М-м-м-м, - промычал Кастиэль. Он сглотнул, открыл глаза и ярко улыбнулся Дину; Огромная улыбка, которая показала его белые зубы и заставила Дина почувствовать мягкость, тепло... и жар... ниже пояса. Боже. - В будущем ты должен больше для меня готовить, - сказал Кастиэль и взял в рот еще больше пасты. Дин усмехнулся; Он мог представить себя и Кастиэля, сидящего прямо здесь, поедая булочки с начинкой или стейк или, что-то еще, что бы Кастиэль захотел, чтобы Дин приготовил. Он научится делать все, что захочет голубоглазый мужчина, а потом они свернутся на диванчике и будут смотреть фильмы, а затем исчезнут в спальне, чтобы повеселиться. - В следующий раз я сделаю гамбургеры, - сказал Дин. - Я делаю отличные гамбургеры. - Хорошо, - сказал Кастиэль и сунул в рот больше пасты, если это вообще возможно. Дин усмехнулся. - Помедленнее. Еще есть десерт. - Дефферт? - пробормотал из набитым ртом Кастиэль. - Да; Пирог из "The Roadhouse". Кастиэль снова и снова стонал, он должен был остановить это, потому что Дин едва держался, это было так возбуждающе; Если бы Кастиэль так стонал, Дин перепрыгнул бы через этот стол и нарушил бы правило пяти свиданий Кастиэля. - Рад, что мой обед радует тебя, - все, что Дин сумел проговорить, прежде чем ему пришлось выпить половину своего пива. Кастиэль все еще улыбался, стонал и вообще делал все, что в его силах, чтобы возбудить Дина. Чертов сексуальный ублюдок. Дин едва ел свой обед; Он был слишком занят, потягивая пиво, пристально глядя на свою тарелку и пытаясь игнорировать греховные стоны, которые издавал Кастиэль. Это было похоже на то, что парень не ел аж целую неделю, а макароны Дина были самой лучшей пищей, которая когда-либо попадала в его рот. Дин подумал о некоторых других вещах, которые он хотел бы вставить Кастиэлю в рот, но снова и снова качал головой, чтобы отогнать эти мысли. Он всего лишь мужчина, хорошо? Механик чуть не вздохнул с облегчением, когда Кастиэль очистил свою тарелку, и Дин достал пирог. Кастиэль последовал за ним и взял ванильное мороженое из морозильника, и они стояли на кухне, поедая их десерт. Месть, как решил Дин, когда он начал стонать над тарелкой, была потрясающей; Яркие голубые глаза Кастиэля смотрели только на его губы, и его Адамово яблоко дернулось вверх, когда он сглотнул, даже не коснувшись пирога. - Итак, - сказал Дин, когда он положил тарелки в раковину, - я подумал, мы можем посмотреть, что-то по телевизору, или включить фильм. У меня много DVD-дисков, и мы могли бы выбрать что угодно... Он был прерван, когда Кастиэль развернул его, практически придавив Дина спиной к столу. Воздух был выбит из легких Дина, и он начал задыхаться, когда Кастиэль уставился на него. - К-Кас? - Ему удалось незаметно подкрасться. - Я не хочу смотреть фильм, Дин, - прорычал мужчина. Дин моргнул. И снова заикнулся; - Х-хорошо. - Он попытался прочистить горло, но Кастиэль был прямо перед ним, и он был полностью прижат к Дину. Дин чувствовал тепло его тела, и, черт возьми, Кастиэль не должен выглядеть так возбуждающе в черных брюках и синей рубашке, что делала его глаза, еще ярче, и кто, черт возьми, вышел из дома с неряшливыми волосами, трехдневной щетиной и розовыми, потрескавшимися губами? Кастиэль Новак, вот кто, и Дин был уверен, что его послали на Землю, чтобы превратить Дина в сплошное животное желание. Он представляет опасность для общества. Его нужно запереть. Желательно в спальне Дина. Голого. 24/7. Глаза Кастиэля медленно исследовали Дина от самого лица, вниз по тугой черной рубашке, которую он носил, к его облегающим джинсам и обратно. И снова. И тогда, чтобы действительно убедиться, что Дин горячий и возбужденный, снова. - Кас, чувак, ты не должен так смотреть на меня, - тяжело дышал Дин. - Потому что серьезно, я так долго не протяну. Глаза Кастиэля слегка прищурились. - Кто сказал, что я хочу, чтобы ты контролировал себя? Глаза Дина расширились, и в его джинсах стало чуточку теснее. - Что? - выпалил он. - Первое свидание; Мы пошли в "The Roadhouse", съели гамбургеры и картошку, и ты провел меня к моей двери, - сказал Кастиэль, опустив пальцы на грудь Дина. Дин сглотнул. - Воторое свидание; Снова мы пошли в "The Roadhouse" после того, как ты узнал, что я Джимми Милтон, и снова мы ели гамбургеры и фри. Он сделал шаг к Дину, который покраснел и тяжело сглотнул. Его глаза остановились на губах Кастиэля и оставались там, даже когда Кастиэль продолжал говорить. - Третье свидание; Мы пошли в кино, смотрели "Кэрри", а затем ели гамбургеры на заправке в моей машине. - Он облизнул губы, и Дин что-то прохрипел. Глаза Кастиэля слегка потемнели, но он держался. Блядь. Говорил. Как будто он не был прижат к Дину и не доводил его до безумия. - Четвертое свидание; Ты пришел к "Удовольствию Архангела", съел удивительное количество пирога, заказал пиццу, а затем мы продолжили на заднем сидении Импалы. Глаза Дина расширились, и он чуть не упал. Кастиэль... он считал это как свидание? Это означало... что означало... - Пятое свидание... - Кастиэль дышал прямо в губы Дина, и на этот раз Дин определенно застонал. Блядь. - Пятое свидание здесь, здесь, прямо сейчас. Мы съели куриную пасту и по кусочку пирога, мы смеялись и не говорили ни о чем, - сказал Кастиэль. Его голос стал более низким, Дин не знал, как это возможно. - У меня есть правило пяти свиданий, Дин, - пробормотал писатель так, будто Дин не знал об этом правиле и оно не привело к посинению его яиц. - Мы съели обед, десерт и поговорили, - пробормотал Кастиэль. - Как я вижу, пятое свидание окончено, поэтому... - П-поэтому? - Дин заикался, когда губы Кастиэля коснулись его собственных. - Поэтому, теперь... - кашлянул Кастиэль. Он наклонился вперед, его щетинистая щека, была прижатая к щеке Дина, его губы были возле ушной раковины Дина, его дыхание было теплым и тяжелым. - Теперь я хочу подняться наверх, бросить тебя на твою постель и трахать тебя, пока ты больше не сможешь двигаться. Ноги Дина ослабли, но крепкие руки Кастиэля держали его за талию. Он поднял механика и прижал его к столу. Стон Дина был приглушен губами Кастиэля, горячими против его собственных. Кастиэль проскользнул в его рот, они переплетали языки и слегка покусывали губы друг друга. Дин снова застонал, но Кастиэль и сейчас приглушил этот звук. Дин провел рукой по волосам Кастиэля, жестко потянув за них мужчину. Кастиэль снова взял инициативу в свои руки, и в течение следующих нескольких минут они "сражались", как чертовы подростки. Когда Дин, наконец, разорвал поцелуй, чтобы отдышаться, Кастиэль прикусил его шею, а его язык зализывал, успокаивал поставленную метку, он втянул щеки, пока оставлял засос. - Черт, Кас, - простонал он и откинул голову назад, давая Кастиэлю больше доступа. - Спальня, - прорычал Кастиэль, и, дерьмо, как его голос мог стать еще грубее? Дин не мог понять как, но он был в этом уверен. Он позволил Кастиэлю ставить засос на шее еще несколько секунд, прежде чем осторожно оттолкнуть. Кастиэль зарычал, и Дин в последний раз впился в его губы, прежде чем отойти от стола. Он схватил запястье Кастиэля и потащил его через кухню. Кастиэль быстро последовал за ним, и они пробрались сквозь гостиную, в вестибюль, вверх по лестнице и по коридору. Дин не знал, как они добрались до его комнаты, не отстраняясь друг от друга. Он чуть не упал вниз по лестнице, когда Кастиэль решил схватить его задницу, и он споткнулся прямо о стол, когда Кастиэль решил еще раз засунуть язык в его рот. - Кто, черт возьми, поставил это здесь? - прорычал он, потирая синяк на бедре. Кастиэль, этот ублюдок, зловеще засмеялся в ключицу Дина. Рубашка Дина уже не подлежит починке; Кастиэль растянул воротник, чтобы добраться до загорелой кожи Дина, и он был на удивление сильным для такого худощавого чудака. Они снова остановились у двери в комнату Дина, вылизывая и лапая друг друга. Кастиэль скользнул рукой по бедру Дина, прежде чем потянуть его, и Дин не имел никакого выбора, кроме как попытаться обвить ногу вокруг талии Кастиэля. Это не получилось сделать так хорошо, как он надеялся; Дину не двадцать, и он далеко не самый гибкий парень. Это не помешало писателю вжать с силой его в стену и прижать свои бедра к Дину так, будто он пытался соединить их. - Кас, черт побери, позволь мне открыть дверь! - простонал Дин. - Так открывай, - прорычал Кастиэль, не двигаясь с того места, где он зажимал мужчину и кусал его шею, что, без сомнения, останется большим отпечатком на следующее утро на шее Дина. - Просто... ах, Иисусе... позволь мне пройти... секунду, - умолял Дин. Кастиэль снова зарычал, и, черт возьми, это вошло в список звуков, которые заставляли Дина хотеть трахаться всего за две секунды. К счастью, мужчина отошел, и Дин повернулся, чтобы открыть дверь. Кастиэль все время прижимался к его спине, и он протолкнул Дина в комнату, прежде чем захлопнуть дверь. Дин упал на кровать и быстро перевернулся. Он раздвинул ноги, и ухмыльнулся, когда Кастиэль облизнул губы. Его глаза скользнули по телу Дина, и Дин сказал: - Что теперь?