Цветы сакуры

      Огромное цветущее дерево сакуры, раскинув ветви, скидывало с себя бледно-розовые цветы. Весна — время, когда все вокруг оживает после долгой спячки. Первые весенние цветы готовились распуститься и показать всем свою красоту.       — Мэй! Пойдем к реке! — маленькая Юи весело подбежала ко мне, и, ухватив за руку, потянула в сторону.       — Нет, Юи, папа снова будет ругаться, — что это, воспоминания?       — Папа ничего не узнает, пойдем, — уперлась Юи и продолжила тянуть меня в сторону.       — Папа узнает, он всегда все узнает, — расстроено прошептала я, пытаясь устоять на месте. Юи на то время было около тринадцати лет, и, разумеется, она была сильнее. — Мама снова расстроится.       Юи тогда удалось вытащить меня к реке. В тот день мы могли погибнуть. По собственной глупости мы забрались в старую деревянную лодку, которой долгое время никто не пользовался. Забравшись внутрь, мы настолько увлеклись игрой, что даже не заметили, как волной ее откинуло вглубь. Очнулись тогда, когда сквозь гниль в лодку пробиралась вода. Мы тогда не на шутку перепугались, вот только, как мы спаслись, я не помню. Из-за шока и испуга я напрочь забыла почти все.       Я стояла на берегу реки и слушала заливистый детский смех, доносившийся из лодки. Изредка оттуда проглядывались детские макушки, которых почти не было видно из-за деревянного корпуса. Оглядевшись, я искала того, кто заметил нас тогда и вытащил на берег, но вокруг не было ни души. Тревога потихоньку заполняла меня. Я знала, что мы не умрем, так как помню, что тогда мы очнулись на берегу, и даже в тот момент никого не было.       — Помогите! — испуганный детский крик Юи привлек мое внимание.       Лодка уже накренилась и была готова в любой момент перевернуться. Юи и я, мы не умели плавать. Я не сводила глаз с лодки, которая с каждой секундой все больше погружалась под воду. Крики не прекращались, а вокруг по-прежнему никого. Словно из воздуха на носу лодки появилась молодая девушка, которая больше походила на мираж. Она взмахнула руками, и вода вокруг забурлила. Затем огромная волна подхватила лодку и выкинула ее на берег. Два детских тела лежали на песке без какого-либо намека на движение.       — Шиноха? — не веря своим глазам, прошептала я. Девушка с длинными лиловыми волосами улыбнулась и испарилась также быстро, как и появилась.       — Юи! — маленькая я очнулась и, подлетев к рядом лежащему телу, начала лихорадочно трясти Юи, не прекращая ее звать по имени. Тогда нас спасла Шиноха?       Промокшие до ниток мы с сестрой побежали домой. Отец был очень рассержен. Тогда я впервые увидела его таким злым.       — Я же говорил вам: не покидать территорию поместья! — прорычал он, нарезая круги вокруг нас. Мы с Юи стояли в центре гостиной, виновато склонив головы.       — Папа, Мэй не виновата, это я уговорила ее, — сквозь слезы прошептала Юи.       — У Мэй должна быть своя голова на плечах, — еще сильней разозлился он. — Юи, ты старшая сестра. Ты должна следить за ней, а не втягивать Мэй в свои опасные игры! Вы могли погибнуть! — Юи тихо всхлипнула, смахивая маленькой ручкой слезы.       — Прости, папа, — тихо прошептала она.       — А ты! — он резко развернулся, устремив взгляд на маму, которая все это время стояла у окна, прижав руки к груди. — Ты называешь себя матерью, а сама не в силах уследить за девчонками. От тебя никакого толку. Даже детей воспитать толком не можешь! — грубо проорал отец.       Мама еле заметно вздрогнула, с ее малиновых глаз текли слезы. Отец, махнув рукой, вышел из гостиной.       — Прости, мама, — тихо прошептала Юи.       — Все в порядке, девочки, — она подошла к нам и присела на колени, заглянув в глаза. — Пообещайте, что больше никогда так не сделаете.       — Обещаем, — в один голос сказали мы.       — Не плачь, мама, — маленькая я протянула ручку и стерла слезу с ее гладкой щеки.       Мама поманила нас к себе, крепко сжав в своих объятиях.       Позже, когда в доме уже все легли спать, я слышала, как родители ругались. Папа громко кричал на маму, обвиняя ее во всех грехах, а она так и не проронила ни слова. Она многое стерпела, но это никак не оправдывает ее действий.       — Вспомнила, Мэй? — тихий бархатный голос отвлек меня. Обернувшись, я увидела ее.       — Шиноха, зачем ты мне все это показала? — вернув свой взгляд в приоткрытую дверь, где орал отец, я вновь почувствовала ту боль.       — Ты должна была все это вспомнить, — положив руку на мое плечо, прошептала она. — Это ты нас спасла. Ты с самого моего рождения оберегала меня.       — Верно, я всегда была с тобой, не покидая ни на секунду.       — В таком случае, куда ты пропала, когда так была нужна? — повернувшись к ней, я смотрела в ее восхитительные глаза.       — Ты сама не хотела меня видеть! — разозлилась она. — Ты настолько отчаялась и загнала себя в угол, что я была не в силах пробиться к тебе. Ты закрылась от меня и сдалась! Эта не та Мэй, которую я знала с рождения. Мэй ни за что в жизни не отпустила бы руки и продолжила пробиваться сквозь закрытую дверь! Что с тобой? Неужели ты стала настолько слаба? — она кричала и срывалась. Я впервые видела ее такой злой. — Если так, то мне больше нечего здесь делать. Я не собираюсь служить слабачке, вроде тебя, — с ненавистью проговорила она и развернулась уходить.       — Стой! — я схватила ее за рукав черного платья и потупила взгляд. — Прости, только не уходи. Прошу, не оставляй меня.       — Тогда поднимайся и сражайся до последнего!       Все вокруг стало расплываться, словно мираж, а вскоре и вовсе все покрылось черным. Сознание медленно возвращалось ко мне. Открыв глаза, я увидела, что все еще расплывалось, но постепенно окружающие предметы стали принимать четкие очертания.       Тряхнув головой, я почувствовала тупую боль в области затылка. Кажется, при падении я неплохо приложилась о камни. Поднявшись на ноги, я почувствовала привычную тяжесть за спиной. Занпакто вновь со мной. И как она меня еще не убила, ведь я столько раз ее теряла. Вот была бы я на ее месте, давно убила бы себя.       — Зачем ты влезла во все это? — этот голос: теплый, слегка грубоватый. Выхватив занпакто, я машинально встала в стойку. — Зачем, Мэй? — в темном углу виднелись очертания высокой мужской фигуры. Он был расслаблен, и, облокотившись спиной о каменную стену, наблюдал за мной.       — Рэн? — удивилась я. — Что ты здесь делаешь? — не убирая занпакто, спросила я.       — Я должен остановить тебя, — сожалеющим тоном пояснил он.       — Ты с ними? — не веря, спросила я.       — У меня нет выбора, Мэй, — отстранившись от стены, тихо сказал он.       — Бред. Выбор есть всегда, и ты его уже сделал! — выкрикнула я, сжав сильнее рукоять катаны. И как за свою столь короткую жизнь я успела окружить себя таким количеством врагов? Есть здесь хоть кто-то, кому я могу доверять?       — Ты тоже сделала выбор. Теперь мы будем расплачиваться за него, — его рука потянулась к поясу и со скрежетом вытащила занпакто из ножен. — Все должно было быть совершенно по-другому, — он жалеет об этом? Или это очередная игра?       — Так ты специально набивался ко мне в друзья? С самого начала это было не более, чем игра? — правда оказалась куда страшнее, чем я могла себе представить.       — Верно, я поступил с тобой в академию, чтобы ты ничего не узнала. Я должен был быть рядом с тобой, чтобы держать тебя под контролем. Аками знала, что рано или поздно ты что-то заподозришь. А я должен был не допустить этого, — покаялся он.       — Что же, ты провалил свое задание, — хмыкнула я. — Удивительно, я бы никогда не подумала, что дорогие и родные мне люди способны на такое. Я теперь и не знаю — было ли в моей жизни хоть что-то настоящее, или только один сплошной обман? — кровь медленно закипала от ненависти к ним всем. Самые родные мне люди оказались врагами — такое даже в кошмарном сне не приснится.       — Ты не должна была стать шинигами, — отпустив занпакто, он медленно подходил ко мне. Лезвие катаны противно скрежетало по полу. — Ты не должна была стать женой этого… Кучики, — его тон с сожалеющего перешел на презрительный. — Ты должна была продолжить дело своей матери.       — Я лучше умру, чем пойду по ее стопам. Вы тут все с катушек посъехали? — раздраженно фыркнула я.       — С каких это пор ты стала служить закону? — насмешливо спросил он. — Ты всю свою жизнь сопротивлялась, не желая жить по шаблону. Презирала аристократов, ненавидела правила и традиции. Делала все, чтобы не быть похожей на этих… аристократишек. — презрительно говорил он. — Где та Мэй, которую я знал и так восхищался ей?       — Верно, я ненавидела аристократов, ненавидела правила, закон, — хмыкнула я. — Я до сих пор не понимаю их, но это не значит, что я должна идти против них. Возможно, они не всегда правы и тоже совершают ошибки. Зато они живут во благо других, спасают души, защищают людей. А вы… вы только и можете реветь и винить остальных. Вы не способны изменить свою жизнь и считаете, что в этом виноваты все, кроме вас самих. Неудачники… — грубо проговорила я. — Вы не способны увидеть то, что так очевидно.       — Заткнись! — взревел он. От неожиданности я вздрогнула и машинально сделала пару шагов назад. — Эти аристократы… Они забирают все себе, а для простых душ ничего не остается! А потом смотрят на нас с таким презрением, словно мы мусор, который валяется под ногами, — вскипал Рэн.       — Не суди всех по себе. Стоило сделать хоть что-то, чтобы тебя заметили. Бездействие еще никого не поднимало с колен. А вместо того, чтобы стараться проявить себя, ты только и ревел, виня всех вокруг в своей слабости, — презренно фыркнула я. Как я раньше не видела всего этого? Как я могла быть такой наивной?       — Молчи! Таким, как ты, всегда достается все самое лучшее, при этом вы даже ничего и не делаете. А мы должны из кожи вон лезть, чтобы на нас обратили внимание, — он все больше и больше злился. Лицо Рэна исказилось, и сейчас он больше был похож на монстра, нежели на моего старого друга.       — Хватит болтать! Тебя прислали, чтобы ты меня остановил. Ну, так действуй. Докажи всем, что ты хоть на что-то способен, — подначивая его, прошипела я. Наивный мальчишка, не видящий правды. — Мне жаль тебя, Рэн! Неужели ты так и не понял, кто здесь настоящее зло? Все это время тебе просто вбивали в голову чужие обиды, а ты так легко поддался влиянию.       — Заткнись! Ты ничего не понимаешь! — взревел он и кинулся на меня ослепленный яростью.       Клинки со звоном скрестились. Отбив атаку, я сделала пару шагов вбок, оставляя себе пространство для уклонения. Не теряя времени, Рэн кинулся в новую атаку. Оказавшись моментально за моей спиной, он занес катану для удара. Вовремя среагировав, я в последний момент отпрыгнула, разорвав дистанцию с помощью сюнпо.       Блондин вновь собирался напасть. Оценив разделяющее нас расстояние, пришла к выводу, что на средней дистанции мне будет тяжело одолеть противника, в то время как в ближнем бою у занпакто в сочетании с моим навыком владения мечом будет преимущество.       Резко оттолкнувшись от земли, я понеслась на врага, и, как и думала, тот встретил катану горизонтальной контратакой. Подпрыгнув над ударом, я подставила катану к занпакто противника, и от сильной атаки меня развернуло в воздухе. Слегка подправив свою траекторию, я нанесла в полете стремительный диагональный удар, усиленный инерцией от набранной скорости и импульсом от столкновения, от которого Рэну было нечем защищаться, поскольку его оружие во время контратаки оказалось в другой стороне.       Однако он продолжил: разворот тела по направлению своего удара и принял мою атаку, даже не шелохнувшись. От того, что такой мощный удар был принят на жесткий блок, мои руки на мгновенье онемели, а пыль вокруг нас поднялась в воздух, как от сильного ветра.       Сообразив, что останавливаться нельзя, я не разрывая контакта меча с катаной Рэна, резко переместила руку с рукоятью в сторону левого плеча и попыталась нанести колющий удар в обход его клинка. Рэн не дал воплотить задуманное в реальность, крутанув катаной, тем самым сводя на нет мою попытку провернуть атаку.       Я не стала на этом останавливаться и продолжила наносить на высокой скорости горизонтальные и диагональные удары, но противник, как будто играючи, принимал их все на мягкий блок, стоя на одном месте. От того, что я никак не могла пробиться сквозь его защиту, по спине пошли неприятные мурашки. И когда он успел стать таким сильным?       — Довольно! — резкий голос прозвучал, как гром, и в то же мгновенье, проведя очередной мягкий блок, он перевел катану вверх.       Широко раскрыв глаза, я ощутила приступ ужаса от того, что осталась открытой перед таким противником. Время вокруг будто замедлилось, и я представила, как прямо сейчас враг разрубит меня пополам своим оружием. Сокрушительный удар ногой, оторвавший меня от земли и от которого потемнело в глазах, вернул меня в реальность. Пролетев почти десять метров, я упала на землю, схватившись за грудь и жадно глотая воздух, который в одночасье покинул легкие. Опершись на локти, я медленно поднялась на ноги. Со лба тонкой струйкой стекла кровь.       — Черт! — прошипела я, стирая алую жидкость с лица рукавом кимоно.       — Хватит, Мэй. Это бесполезно! — выкрикнул он. — Тебе не победить!       — Знал бы ты, сколько раз я слышала эту фразу, — усмехнулась я, — но мне всегда везло. — Срази их, Шиноха! — прошептала я.       Катана послушно ответила на мой призыв, и с ярким лиловым свечением она разделилась на две рапиры. Словно моя жизнь, которая разделилась на до и после.       — Ха-ха, поиграем! — раздался детский веселый голос в моем подсознании.       Я улыбнулась, заслышав веселый лепет и оторвавшись от земли, кинулась к своему «другу».       Мои атаки стали быстрее, и, не теряя времени, я поочередно наносила короткие колющие удары. Он без особых усилий отбивал их. Нанеся серию атак, я отпрыгнула назад, разорвав дистанцию.       — Бесполезно! — выкрикнул он, оскалившись в улыбке.       — Я так не думаю! — хмыкнула я.       В этот момент на его груди появились небольшие раны. Было видно, что он удивился и даже не заметил, когда я оставила их.       Главное преимущество Шинохи — это ловкость. Ее клинки очень легкие, почти невесомые, благодаря чему я могу развивать большую скорость атаки, отбить которые довольно сложно. Да и уследить за клинком — дело тоже не из легких.       — Видишь ли, у меня был хороший учитель, — вспоминая тренировки с Бьякуей, я не смогла сдержать улыбки. — Я не могу разочаровать его, проиграв тебе, — последнее слово я специально выделила, чтобы сильней разозлить его. — Пора заканчивать с ним. — тихо прошептала я, сильнее сжимая рапиры в руках.       Оторвавшись от земли, я на сюнпо кинулась к нему. Рапирой в правой руке я отбила атаку Рэна, а второй, миновав разделяющее нас расстояние, проткнула плоть моего «друга». Он не сразу понял, что произошло, лишь его глаза широко распахнулись. Выудив окровавленную рапиру, я резко разрезала воздух, смахивая с нее алую жидкость. Рэн в ужасе отшатнулся от меня, кинув испуганный взгляд на рану, из которой сочилась густая кровь. Медленно он осел на колени, закрывая рукой дыру пытаясь остановить поток нескончаемой крови.       — Твоя правда оказалась сильней моей, — прохрипел он. С его рта тянулась красная струйка крови, капая на пол. В моей груди все сжалось от боли, и до безумия захотелось рыдать.       — Прости, — прошептала я. Тело Рэна с глухим шумом упало на каменный пол. — Прости меня! — заорала я, упав на колени. Занпакто выпало из рук, со звоном ударяясь о камни. Закрыв ладонями глаза, я заплакала. Душащая боль охватывала меня. — Прости, Рэн! — взревела я не в силах остановить слезы. Чтобы не произошло, шесть лет он был рядом со мной, поддерживал меня и защищал, а я… я убила его… Убила своего друга. — А-а-а!       Успокоившись, я поднялась на ватных ногах. Сняв с себя черное хаори, я накрыла тело Рэна, и, вернув занпакто за спину, шатающейся походкой направилась вперед. Боль по-прежнему проедала дыру в сердце, душа изнутри. Что может быть страшнее смерти близких? Только то, что ты вынужден сам их убивать.       Добравшись до выхода из подвала, я поднялась в дом. Вокруг стояла тишина, словно здесь вовсе никого не было. Длинный коридор освещали настенные светильники, и никаких признаков бойни здесь даже и близко нет. Ичиго? Рукия? Неужели они… Нет, с ними все хорошо! Я верю! С осторожностью я пошла вперед, пытаясь почувствовать хоть какие-то отголоски реацу.       — Раз ты здесь, значит этот тупица проиграл? — этот голос… Как бы я хотела, чтобы все происходящее оказалось лишь кошмаром. — Что ж, большего я от него и не ожидала.       — Неужели тебе не жалко его, ведь он верил вам, мама?! — хриплым голосом спросила я.       — Жалко? — искренне удивилась она. — Он — расходный материал, пушечное мясо, приманка. Называй, как хочешь, мне все равно. — взмахнув руками, она рассмеялась.       Мама, нет! Это монстр, который скрывал свою истинную сущность. Как я раньше не видела этого? Или я просто не желала видеть?!       — Вы — монстры! Хуже пустых! — Фыркнула я, выхватывая занпакто.       — Неужели дочь направит оружие на свою любимую мамочку? — ее лицо мгновенно изменилось, возвращая ему нежные и добрые черты лица.       Я растерялась, смотря в родное лицо. Из рукава темного кимоно выскользнул кинжал, падая в ладонь Акино. Словно в замедленной съемки, она занесла его на меня, а я была не в силах даже моргнуть. Я смотрела в ее лицо, такое родное и дорогое: ее малиновые глаза, черные волосы, утонченные черты лица. Словно под гипнозом, я смотрела на нее, замерев на месте. Внезапно Акино отпрыгнула назад, и мимо меня с шелестом пронесся ворох цветов сакуры.       — Надо же, у нас гости! — с издевкой выкрикнула она. — Не думала, что ты явишься сюда, — обернувшись, я увидела Бьякую.       Выставив рукоять, цветки сакуры быстро собирались воедино, образуя собой лезвие катаны. Гордо шествуя, он молча подошел ко мне, не сводя взгляда с врага. В серых глазах, кроме презрения и жалости, ничего не было. Именно в этот момент я поняла, что он убьет ее. Страх вновь наполнил меня.       — Ты ошиблась, если понадеялась, что я буду сидеть и наблюдать со стороны, — холодным тоном властно произнес Кучики. Я перевела взгляд на Акино.       — Значит, покончим с этим здесь и сейчас, — хитро произнесла она.       В коридор со всех сторон зашли охотники, направляя деревянные луки на нас. Я на автомате выхватила занпакто, вставая в боевую стойку, приготовившись отбивать атаки.       — Уходи! — коротко скомандовал Бьякуя, кинув на меня короткий взгляд.       — Нет. Я не…       — Уходи! Это приказ! — он четко дал понять, что спорить бесполезно.       — А вы не мой капитан, — фыркнула я, ехидно улыбнувшись.       В тот момент я думала, что он взглядом казнит меня. Однако, нас отвлекли. Охотники явно не собирались слушать наши перепалки, и, не дождавшись окончания, направили на нас стрелы. Выставив занпакто перед собой, я ударила по рукояти, и оно закрутилось.       — Путь разрушения пятьдесят восемь, Тэнран! — из занпакто вырвалась буря, снося летящие на нас стрелы. Ухватив катану, я, не теряя времени, кинулась вперед. — Срази их, Шиноха! — на ходу прокричала я.       Занпакто послушно подчинилось, разделившись в руке.       Охотник, стоявший ближе всего ко мне, явно видел мои движения. Оттолкнувшись от земли, я подпрыгнула вверх и, сделав кувырок, мягко приземлилась за спиной охотника, ударяя с разворота по спине. Рапира поперек разрубила его, и тот, словно мираж, испарился. Не думала, что их можно убить так легко. Несомненно, это придало мне уверенности, ведь тогда в лесу они мне казались очень сильными врагами. Маленькая победа ослепила меня, и я отвлеклась. Резко обернувшись, я увидела очередную порцию стрел, которые были готовы нафаршировать мою тушку железом.       — Данку, — безразлично произнес Бьякуя, и передо мной появился мутно-белый барьер.       На сюнпо я отскочила назад, пока стрелы не разрушили его окончательно. Я кинула короткий взгляд на Бьякую. Казалось, что ему было безразлично все происходящее.       — Капитан! — взревел Абараи, залетая в коридор, и моментально замер в проходе. Судя по всему, он не ожидал увидеть здесь такое количество врагов. Порядком двадцати охотников внимательно смерили взглядом новоприбывшего шинигами и выставили луки вперед. — Вот черт! — прошипел красноволосый лейтенант, выхватывая занпакто из ножен.       — Ты вовремя, Ренджи, — усмехнулась я. Лицо лейтенанта моментально побледнело, когда он увидел меня.       — Мэй? — не веря, спросил он.       — Нет, призрак! — раздраженно фыркнула я.       — Ты жива?       — Нет, из могилы восстала, чтобы отомстить за свою смерть. Не тормози, Абараи, — фыркнула я.       Мой взгляд привлекла мама, которая стояла в конце коридора, ехидно улыбаясь. Злость вспыхнула в груди, игнорируя слова Абараи, я перешла на сюнпо. Пытаясь как можно быстрее пробраться сквозь врагов, я вкладывала все реацу в скорость. На удивление, я быстро пробралась, а точнее меня просто пропустили.       — Стой! — выкрикнула я, смотря как Акино завернула за угол, тем самым исчезая с поля зрения. — Черт! — прошипела я, догоняя ее и забегая следом в комнату.       — Не думала, что ты настолько глупа! — прошептала мама, остановившись посреди гостиной комнаты. На ее лице красовалась самодовольная улыбка, и вновь эта женщина показалась мне незнакомкой.       — О чем ты? — непонимающе спросила я. В комнату медленно вошел капитан Хицугая с Рангику, вытаскивая на ходу занпакто. Их клинки были направлены в мою сторону. — Что происходит? — испуганно спросила я.       — Ничего необычного, ведь они просто находятся под моим контролем, — тихо пролепетала Юи, заходя следом за капитаном.       — Юи? Что происходит? — ужас и страх переполняли меня. — Уходи, она опасна! — выкрикнула я.       — Кто? — наигранно удивившись, спросила она. — Она же наша мама.       — Нет, Юи, она враг! — выкрикнула я.       — Она враг для тебя, но не для меня! — улыбнулась сестра.       — Что ты сделала с ними? — окинув взглядом капитана и лейтенанта, спросила я.       — Я — ничего! — пожав плечами, ответила она. — Мой занпакто при поражении сердца способен менять воспоминания, так что теперь они на нашей стороне, — пропела Юи, подойдя к капитану Хицугаи. — Когда я украла твое тело, то в твоем виде навестила друзей и капитана. Удивительно, но тогда никто не понял, что это не ты. Жаль, что мне не удалось обмануть Кучики. Возможно, Ренджи сейчас не пришлось бы убивать его, — насмешливо произнесла Юи. Услышав взрыв, я резко обернулась назад, где остались Бьякуя и Абараи.       — Каким бы сильным не был Ренджи, ему не победить Кучики! — сердце бешено билось. Казалось, оно вот-вот выпрыгнет из груди.       Как же мне хотелось в этот момент кинуться назад, но нельзя. Нет, Бьякуя справится сам. Он — капитан, значит гораздо сильнее остальных. А мне надо разобраться с ними. Вот только как мне победить свои чувства? Как можно поднять оружие на свою семью? Как?