I. Эффект Домино

      Зимние каникулы не могли длиться бесконечно. В предпоследний день каникул дети вновь отправились погулять по магическому кварталу в Лондоне. Около площади Авроры, где стояли целых две магические школы, был небольшой сквер, который называли Сквером Школяров. Здесь, около неработающего фонтана и устроилась шумная компания детей.       Гарри привел Дадли, но в этой компании никто и не думал пренебрежительно относиться к маглу. Невилл, Одри, Сьюзен с подругой Ханной. Потомственных сильных магов разбавляли маглорожденные Гермиона и Джастин, здесь же весело смеялись Айзек со школьным приятелем Зейном. Зейн был сыном владельца лавки мелких артефактов, уже сейчас всерьез интересовался артефактами в общем и рунами в частности. Руны, не особенно ценимые среди выпускников Хогвартса, были отдушиной для таких магов, как Айзек и Зейн. Для этого не нужно быть сильным магом. Нужно лишь быть тем, кто хорошо разбирается во всех нюансах.       — А у вас, получается, маглорожденные вообще не учатся? — допытывалась Гермиона.       — Нет, — легкомысленно улыбался Айзек. — Но вообще есть такая легенда, что не существует слабых маглорожденных волшебников. Либо по-настоящему сильные, либо никак. По крайней мере, никто не встречал слабого маглорожденного волшебника.       — Правда? Это довольно интересно, — кивал Джастин. — Тогда получается, что маглорожденные — гарант сильной магии.       — Ага, — соглашался Айзек.       — И все равно нас называют грязнокровками, — закатил глаза Джастин.       — Даже не думай об этом, — махнул рукой Зейн. — Моя мама — маглорожденная волшебница. Несмотря на все насмешки в школе, у нее был один из самых высоких баллов на экзамене. Они говорили, что она не найдет места в магическом мире, что ее судьба — подметать полы в Лютном. А в итоге они же ходят к ней за мелкими артефактами, потому что сами не в состоянии разобраться в рунах.       — Да, тетя тоже мне об этом говорила, — кивала Сьюзен. — Большая часть чистокровных выпускников Хогвартса — банальные обыватели. Они либо паразитируют на достижениях своих предков, либо работают в министерстве. Что-то по-настоящему новое создают редко.       — Твоя тетя тоже работает в Министерстве, — улыбаясь, напомнила Ханна.       — Да, — важно кивнула девочка. — Как и многие в моей семье, это семейное дело, в некотором роде. Но еще она занимается исследованием малых ритуалов. Говорит, что в одиночку это проблематично. Думаю, я тоже после Хогвартса устроюсь в Министерство и буду заниматься чем-нибудь интересным в свободное время.       — Ну, а я, стало быть, обыватель, — хихикнула Ханна. — Из открытий меня пока интересуют только новые рецепты.       — Все в порядке, — улыбнулся Дадли. — Те, кто много колдуют, очень любят вкусно поесть.       И все присутствующие направили свои взгляды на Гарри. Тот, уже уставший от постоянных шуток о его любви к еде, недовольно цокнул, чем лишь вызвал новую волну смеха.       Собрались здесь они не просто так. На площади Авроры, кроме двух магических школ, находился еще и настоящий магический театр. Большая компания собралась на постановку о Трех Братьях и Дарах Смерти. Пока они лишь ждали начала спектакля, а заодно Айзек и Зейн знакомили своих друзей с другой частью магического мира.       Мимо них как раз прошла группа девушек в одинаковых теплых мантиях с блестящим мехом на воротниках. Две взрослые девушки внимательно смотрели по сторонам, а девочки помладше — примерно одного возраста с Гарри — весело перешептывались.       — Это ученицы школы-пансионата для девочек, — пояснил Айзек. — Видишь, всего шесть первокурсниц. Это весь их набор.       — Так мало? — удивилась Одри.       — Там учатся в трех случаях, — начала объяснять Сьюзен. — Первый: девочка из аристократической семьи по какой-то причине не получила письма из Хогвартса. Второе — девочка чей-то внебрачный ребенок. Чтобы не встречаться со своими сводными братьями-сестрами, она обучается в пансионате. Ну и третий вариант, как ни странно, довольно распространенный. Когда высокомерные родители не желают, чтобы их дочь училась в Хогвартсе, где детям позволено, по некоторым мнениям, слишком многое. Образование в пансионате на уровне, но вряд ли вы встретите выпускниц этой школы на работе. Даже самой пустяшной.       — Это типа средневековой школы благородных девиц? — наморщилась Гермиона.       — Джи, это мир магии, — напомнила Сьюзен. — Здесь средневековье еще не закончилось. А с этими девочками ты сама можешь поболтать. Только возьми с собой Одри, а не Гарри. Они при мальчиках несколько… теряются…       Гермиона посмотрела вслед девочкам с некоторым сочувствием. Как это — с самого детства знать, что ты ничего стоящего не достигнешь, только будешь вести хозяйство и воспитывать детей. Нет, это, конечно, неплохо… Но неужели им не хочется найти лекарство от рака, узнать тайны вселенной, да просто быть профессионалом в своей области? Как это — просто хотеть выйти замуж?       В отличие от многих девочек, Гермиона не любила сказки про принцесс. Ее гораздо больше интересовали рассказы о приключениях, вот только главными героями там почему-то постоянно были мальчишки. Мама покупала много книг для нее, каждый вечер читала ей новую историю про то, как кто-то покоряет горы и моря, ищет сокровища, побеждает врагов и выживает на необитаемом острове. Когда Гермиона научилась читать, стала просить фантастические книги. Там иногда отважными исследователями космоса были девочки. Какое-то время Гермиона даже мечтала стать космонавтом.       Теперь Гермиона не знала, кем она станет в мире магии, но твердо верила: это будет интересно. И за эти каникулы она лишь больше в этом убедилась. Они тренировались в доме у Невилла, Сириус и Фрэнк рассказывали забавные истории о работе авроров. Гуляли по заснеженному Хогсмиту, и Белла очень интересно рассказывала причины возникновения тех или иных правил этикета. Бывали в магической части Лондона, посмотрели две театральные постановки, прошлись в спонтанной экскурсии по Магической Школе Искусств, посидели на собрании книжного клуба. Даже ездили в гости к Андромеде и Нимфадоре, где познакомились с магом, которого называют Невыразимцем — он работает в Отделе Тайн и исследует работу мыслей. Проще говоря, эти каникулы получились более волшебными, чем целый семестр в Хогвартсе.       У магов считается, что детям вредно аппарировать. А вот камины считаются безопасными для здоровья, поэтому Гермионе пришлось привыкнуть к такому способу перемещения. Работники Министерства Магии подключили к каминной сети дом Гермионы, благодаря чему она и смогла так много гулять. Родители первоначально планировали кататься на лыжах, но в итоге без сожалений отказались от отдыха ради возможности узнать больше о магическом мире. И, хотя театр был бы для них непонятным — слишком много колдовали актеры на сцене, они с удовольствием читали магические газеты, слушали рассказы дочери и Доктора Лестрейнджа.       Наверное, поэтому эти проводы в Хогвартс выдались такими шумными. В машине играли в слова, а сразу у входа на вокзал встретили шумную компанию провожающих Гарри и Одри. Сириус, Ремус, Нимфадора, Говард, даже миссис Дурсль с Дадли, все они перекидывались шутками, вызывая улыбки у проходящих мимо людей.       — О, Джи! — радостно хлопнул ее по спине Дадли.       — Ты реально медведь, — испуганно призналась девочка, — я чуть не упала. Полегче, а?       — Ну прости, — беззлобно ответил Дадли. — Одри покрепче тебя, по всей видимости.       — Вчера мы решили, — обняла подругу Одри, — что Дадли бы превращался в белого медведя, если бы был анимагом.       — Ага. Если бы я просто был магом, ты так хотела сказать? — хохотнул Дадли.       — Не придирайся, а то как зануда, — отмахнулась Одри.       — А где Белла? — Гермиона оглядела образовавшуюся толпу.       — Она считает, что ей не стоит появляться в людных местах, — шепнула Одри. — И еще стесняется встречаться с папой Невилла.       Гермиона рассеянно кивнула. Да уж. В такие моменты понимаешь шутки Сириуса, что «у Блэков никогда не бывает просто». Белла действительно сторонилась большого скопления народа, стараясь общаться только с родственниками и узким кругом их друзей. А Фрэнка старательно избегала с того момента, как сняла с него свое же проклятье. Смотреть ему в глаза было стыдно. Пока что она покидала Хогсмид лишь однажды — когда ходила благодарить Говарда Лестрейнджа. Сириус, спустившийся из комнаты Гарри вниз, даже остолбенел от той картины. Его взрывная кузина-маглоненавистница сидела за одним столом с Петуньей, которая вообще-то не жалует ведьм даже больше, чем просто магию, обе пьют чай, разговаривая о каких-то платьях и лентах и выглядят вполне довольными. Мираж, не иначе. Сириус с грустью думал о том, что Лили бы ни за что в подобное не поверила.       Пройдя магический барьер, компания начала пробираться к концу поезда. Ситуация осложнялась большим количеством знакомых, с которыми непременно нужно было перекинуться парой слов. Сириус с некоторой ноткой удивления понял, что его крестник достаточно хорошо общается и со слизеринцами, хотя особенно дружен с хаффлпафцами — встреча с Джастином была достаточно бурной, будто они не вчера виделись.       — А Уизли еще нет? — вертел головой Гарри.       — Ты же знаешь, они вечно опаздывают, — пожала плечами Одри.       — Жаль, я хотел познакомить Рона с Дадли.       Одри захихикала. Что-то похожее в них определенно было, только что Дадли под влиянием Гарри заболел болезнью, которую Одри не очень-то понимала. Болезнь эта называлась «я должен быть лучшим» и явно не подлежала лечению. Иначе как объяснить идеальный табель успеваемости Дадли, который в младшей школе был далеко не так прилежен?       Сириус же с некоторым недовольством увидел, как к ним направляются Малфои. Люциус всегда бесил Сириуса, причем безосновательно, что Блэк прекрасно понимал, но не мог отделаться от своего брезгливого к нему отношения. Наверное, поэтому замужество младшей кузины его особенно сильно не устраивало. Нарциссу он с тех пор избегал. И особенно преуспевал в этом он после освобождения Беллатрикс, отчаянно боясь, что сестры все же встретятся. Возвращение прежней Беллатрикс было бы крайне нежелательно.       Сейчас же Нарцисса, величественно кивнув своему мужу, направилась прямиком к Сириусу. Она спокойно обогнула детей, вежливо поздоровалась с присутствующими, а потом все же обернулась к кузену:       — Сириус, мы можем поговорить?       Ему оставалось только горько вздохнуть и отойти за высокую колонну, создав некоторое впечатление уединённости.       — Как дела? — чуть прищурилась Нарцисса.       — В целом неплохо.       — И долго ты планировал меня избегать? — язвительно спросила женщина.       — Надеялся на пару лет, честно говоря, — обезоруживающе улыбнулся Сириус.       — Какой же ты несносный, Сириус Блэк. Уже принял титул Лорда? — продолжала допытываться кузина.       — Нет. Магия все еще несколько нестабильна после Азкабана. Думаю, к весне все придет в норму.       Они оба замолчали, рассматривая друг друга. Когда-то давно, еще до войн и даже до Хогвартса, Сириус считал своим лучшим другом кузину Нарциссу. Относительно небольшая разница в возрасте и некоторая обособленность Блэков была основой этой дружбы.* Закончилась она не сразу. Даже учась в Хогвартсе, они продолжали общаться, но их детская дружба постепенно сходила на нет. Окончательно прервали общение они после объявления о помолвке с Малфоем. Нарцисса, которая сама согласилась на этот брак, стала для Сириуса практически предателем.       — Я бы хотела навестить Беллу. И с тобой поболтать, — тихо призналась Нарцисса. — Что бы ты обо мне не думал, но мне не хватает вас. Вас всех, и Андромеды тоже.       — А как же твой муж? Он не будет против такого общения?       — А куда он денется, — вновь сощурилась Нарцисса.       Сириус кивнул. Он был более чем уверен, что Нарцисса вертит мужем, как ей угодно. Она, быть может, и выглядит самой мирной из трех сестер, но любой Блэк знает, на что способна Нарцисса, когда ей это нужно.       — Хорошо. Мы живем в Хогсмиде.       — Хогсмид? — непонимающе переспросила Нарцисса. — К твоим услугам любой из домов Блэков, даже дом с лабораторией Альфарда достался тебе, а ты купил дом в Хогсмиде?       Сириус пожал плечами, словно извиняясь:       — Они все слишком напоминают мне, да и Белле тоже, о прошлом. А дом Альфарда совсем маленький. А нас уже живет трое, а если дети приезжают — то вообще не протолкнуться.       Нарцисса неуверенно кивнула. Дом Альфарда действительно был совсем небольшим. Он занимался созданием артефактов, лаборатория у него из подвала поднялась на первый этаж, а из-за обширной библиотеки Альфард отказался от двух спален из четырех… Даже вдвоем там тесновато, что уж говорить о большем количестве людей. Ее больше удивляло, что Сириус не занял один из домов Блэков.       — И все равно не понимаю, — призналась она спустя пару мгновений.       Сириус расхохотался, увидев в миссис Малфой ту девчонку, с которой они когда-то сбегали из дома.       — Хогсмид — потому что он наиболее далек от той жизни, которой мы жили раньше. И еще потому что детям там должно было понравиться.       — У Беллы очень красивая дочка, — голос Нарциссы потеплел.       — Ага. Дьяволенок в юбке, — усмехнулся Сириус. — А Белла сейчас… знаешь, наверное такой ее знала только Андромеда.       Нарцисса удивленно посмотрела на Сириуса. Среди Блэков ходили сплетни, что в юности Белс была совсем другой, что потеря жениха сказалась на ее характере не самым лучшим образом. Но Сириус и Нарцисса это время почти не помнили.       — Когда я могу прийти?       — Отправь сову. Я договорюсь с Андромедой.       Громкий гудок паровоза заставил обоих вздрогнуть и несколько смущенно улыбнуться. Нарцисса, уже собравшаяся уходить, внезапно усмехнулась и протянула к Сириусу руку, сжатую в кулак. Сириус, задорно расхохотался, стукнулся своим кулаком о ее. Когда это было последний раз? Лет двадцать назад? Или все же меньше?       Нарцисса, вновь надев свою маску Снежной королевы, вернулась к сыну и мужу. Сириус же, мотнув головой на настороженный взгляд Ремуса, продолжал улыбаться. Знать, что белокурая бестия Блэк все еще жива в Нарциссе Малфой, было приятно. Фрэнк и Невилл подошли позже обычного. Видимо, Августа ослабила военизированную дисциплину дома и поэтому отец и сын позволили себе почти опоздать. Но оба при этом выглядели крайне счастливыми. А следом за ними показались и Уизли, но познакомить Дадли с Роном уже не удалось — все принялись загружать чемоданы, прощаться и запрыгивать в поезд.       Уже устроившись в купе, Гарри горько вздохнул:       — Мне еще никогда не было так грустно, что каникулы закончились.       — Гарри, ты так старательно нас развлекал, — призналась Гермиона, — что мне нужны каникулы после каникул.       — Скажи спасибо, что экскурсий не было, — прошептала Одри. — Гарри их уж очень любит. А вот экскурсоводы его — не очень.       Сидящие в купе заулыбались, смотря на вновь надувшегося Поттера. Лондон остался где-то позади. Начинался второй семестр в Хогвартсе. * Для любителей ПоттерВики и точных дат — читаем шапку, Канон присутствует ровно там, где не мешает уже моему сюжету.