Правитель Атлантиды. Книга 1

Эфен, не мигая, смотрел на единорога, он пульсировал и вдруг стал меняться, превратившись в цепочку с завитушками. Он, сам не осознавая, что делает, надел цепочку на шею, она начала разрастаться и впитываться в кожу принца. Эфен с ужасом смотрел на то, как цепочка вытягивается, оплетает тело, становясь частью его, дальше сознание покидает его, и принц видит, как душа отделилась от тела. Она стремительно полетела на свет, всё дальше отдаляясь от принца. Душа зависла воздухе, и перед ним возникло пятно, с каждой секундой оно разрасталось, приобретая формы, вот теперь перед ним душа ребёнка. — Добрый день. — С миром, рада видеть наследника престола. Я — душа Атлантиды. — С миром, рад нашему знакомству, зачем ты похитила мою душу? — задал волнующий его вопрос принц. — Чтобы предупредить, что ты последний правитель Атлантиды, а ещё единорог открыл в тебе новый магический источник, и он разрастается и может поглотить твою душу, и на троне окажется бездушная марионетка. — Мою душу уже нельзя поглотить: она проклята вампирами, и, боюсь, ему такой завтрак не понравится, — усмехнулся принц. — Зря, у тебя очень интересная душа. Но речь сейчас не об этом. Я хочу рассказать о том, как можно подчинить эту древнюю силу. Она даже поможет реализовать свой план побыстрее Дарннога. Вы же ждёте пробуждения его души и силы? Но для того, чтобы обуздать силу, которая со дня на день вырвется на свободу, тебе надо быстрее жениться и короноваться. Ты думаешь, что просто так существует закон о том, что король должен жениться, полюбив, и только тогда родится сильный наследник. Атлантида — единственная страна, где короли женятся, полюбив. Знаешь, почему? — спросила душа Атлантиды. — Нет. — Потому что любовь поможет сдержать силу коллекционера душ. А ты собрался жениться на вампирше, к которой ничего не испытываешь, кроме благодарности. — Да, кроме благодарности, ничего к этой женщине я не испытываю. Но она — единственная вампирша, которая взялась носиться с новорождённым вампиром. Влад не может всегда быть около меня. Элоида сможет меня остановить, когда я потеряю контроль над жаждой. Поверь, я не хочу, чтобы мои близкие пострадали. Второе: запах крови Нефер сводит меня с ума. — У тебя есть Нейрит, она равна тебе по силам, и ты её любишь, так почему бы не взять в жены её? — Раз ты такое могущественное существо, должна знать ответ на этот вопрос. — Прикажи ей оставить службу. Что может быть проще? — посоветовал дух Атлантиды. — Я не собираюсь никого принуждать и по-прежнему считаю, что моей женой лучше стать Элоиде. — Ну, как знаешь, тогда тебе остаётся сделать одно, что облегчит тебе жизнь. Пробудить себе зеркало, а для этого придётся открыть светлый источник силы, только тогда ты сможешь взять верх над коллекционером душ. — Спасибо за совет. А как я могу пробудить светлый источник? — Раздави в руке кольцо с дракончиком — тебе доктор его подарил. — Хорошо, — ответил принц. — Прощай, последний правитель Атлантиды, — душа Атлантиды подёрнулась туманом и, превратившись в дым, исчезла. Эфен остался один в тёмном пространстве, вдруг он почувствовал притяжение и, подавшись ему, оказался в своём теле. Над принцем нависал Влад, нажимая какие-то точки на лице. — Я в порядке, — хрипло проговорил Эфен и перевёл взгляд на руку. Он увидел кольцо с чёрным дракончиком и, сняв его, сдавил в руке, раздался хруст, боль, и его снова выбросило в тёмное пространство. Вокруг принца кружили три души: Арика, душа пустоты, мужчина с чёрной бородой, под глазами у него был плющ — он оплетал веки незнакомца. — Ты кто? — изумился принц, смотря на мужчину. Мужчина хрипло рассмеялся. — Детёныши, вы такие смешные! Здравствуй, коллекционер душ. — Я атлант, — возразил принц, осмотрел себя, изумлённо вскрикнул: его тело источало золотистый свет. Золотистый свет стал плести сеть и, не осознавая, что делает, Эфен набросил её на мужчину, он ускользнул в сторону. Рядом с принцем возник ещё один дух, он состоял из бусинок, Эфен увидел в них себя, и вторая сеть накрыла странного зеркального духа. Он задёргался, стал рассыпаться, впитываться в сеть. Арика сама шагнула навстречу принцу, и золотой свет разросся, окутал душу стражницы и поглотил. Душа принца пошла рябью, успокоившись, обрела золотисто-белый цвет с серебристыми прожилками. Принц сплёл новую сеть, пошёл на сближение с мужчиной. — Ты так спешишь поглотить мою душу? Давай поговорим, постараемся найти компромисс… — уговаривал мужчина принца, плетя какое-то заклинание. Эфен его не слышал: его губы беззвучно что-то шептали. Вдруг рядом с мужчиной появилась плеть пустоты и, стеганув незнакомца по ногам, пропала. — Арика, будь проклята! — завопил мужчина. — Я однажды подарил душу коллекционеру, повторения не желаю. — Тогда не воскреснешь. — Прорычал женский голос, и принц прыгнул вперёд, накидывая сеть, два клинка тьмы её разрубили. Принц выругался. Эфен выплел новую сеть. Её он держал в одной руке, а в другой появился клинок зеркала пустоты. Эфен метнул его, он просвистел рядом с мужчиной. — Может, всё-таки познакомимся? Меня зовут Дарнног, — сказал мужчина, и Эфен недоверчиво посмотрел на него, впервые его разглядев. Перед принцем стоял старец с седыми пепельными волосами, чёрной бородой, в тёмно-синих глазах клубился туман. Он хаотично перемещался по зрачку, то сжимаясь в одну точку, то пульсируя, растекаясь по глазам бывшего повелителя вампиров. Арика крикнула: — Эфен, берегись, он сильный менталист. Принц отшатнулся и вовремя: глаза Дарннога вспыхнули синим пламенем. Пламя взметнулось вверх, растеклось вокруг него, полностью скрыв фигуру бывшего правителя вампиров. Пламя задрожало, побледнело, выцветая на глазах, превращаясь в тёмно-синий туман. Туман дрожал, изгибался, уплотнялся и, захватывая пространство, поплыл к принцу. — Ведлока бездна, что это! — в ужасе воззвал Эфен к богу войны и попятился назад. Он кинул сеть и услышал вопль: — Будь ты проклят, Коллекционер. Принц сильно зажмурился, потом заставил себя посмотреть на противника. И не смог поверить своим глазам. Дарнног впитывался в сеть, та ежилась, истончалась. — Прыгай в сеть. — Скомандовала Арика. Эфен прыгнул, и сеть впиталась в его тело. Принц оглянулся — рядом никого, и только вдалеке маячил свет, и он двинулся туда, чтобы посмотреть, что это. Чем ближе становился огонь, тем теплее становилось принцу, с каждым шагом пламя разрасталось, полыхало ярче. Эфен вплотную подошёл к огню и почувствовал притяжение, шагнул в него и ухнул в пустоту.

***

Эфен очнулся на кровати, рядом сидел Влад. — Ты вернулся. В твоих глазах клубится туман.Такими глазами обладал Дарнног. Когда он задумывался, туман застилал ему взгляд, если гневался, его глаза вспыхивали огнём. Дарнног вернулся рано. Эфен булькающе рассмеялся. — А я никуда и не уходил, сын Адлена, — сказал принц хриплым голосом. — Эфен, у тебя что-нибудь болит? — мать обеспокоенно смотрела на сына, сидя в кресле. — Нет, мама, можешь меня оставить наедине с Владом? — попросил принц, откашлявшись. — Конечно, — согласилась королева и покинула опочивальню сына, поманив за собой стражниц. — Стражницы пусть останутся, это их тоже касается. Стражницы подошли к принцу и с каким-то благоговением прикоснулись к его руке, упали на колени. — Мой повелитель, вы вернулись. Эфен засмеялся. — Я никуда не уходил. — Эфен, борись! — сказал Влад. — С кем, с самим собой? Дарнног сейчас часть меня, или я его часть — не ясно. — Ты очень странно себя ведёшь, — заметил Влад и положил пальцы на пульс. — Зеркало всегда себя ведёт странно, не известно, кого оно вздумает отразить в следующий раз. А я оказался полон сюрпризов — это приятно. Влад, как мне теперь всю эту силу контролировать? — Пройти коронацию в Атлантиде, а потом победить меня и стать повелителем вампиров, только так ты сможешь удержать контроль над магией, а, судя по твоей ауре, в тебе намешано с избытком. — Я не готов, — застонал Эфен. — К чему? — не понял Влад. — Я не готов править вампирами, — как-то потерянно сказал принц, словно его силы враз оставили. — Тебе надо поспать, пока магический фон не достигнет гармонии. Зеркало должно примирить все стороны, — объяснил Влад и коснулся его висков, что-то шепча. — Мой повелитель, он справится? — обеспокоенно спросила Владия, смотря, как по лицу принца градом течёт пот. — Не знаю. Он весь горит. Дарнног попытается взять власть над телом. Он вполне может сгореть. — Может, ему можно как-то помочь? — спросила Аримидия. — Нет, красотка. Как ты ему поможешь — это борьба воли. Зеркало на пару с коллекционером душ должны справиться. Самое главное — зеркалу договориться с коллекционером душ. А сколько я помню, они всегда прекрасно ладили. Единственное, что я могу сделать, это поставить щит. Влад начал плести щит, и тело принца выгнулось и полыхнуло синим пламенем, синий огонь нагнал белый, затем их настиг зеркальный клинок и всё стихло. — Сон ему точно не повредит. Кто к нам в конце концов придёт? — Дарнног, заключённый в душу Эфена, — Влад тихо рассмеялся. — Как это? — в голос спросили стражницы. — Сам пока не знаю. Я оставляю принца на ваше попечение, кроме Нейрит и его матери, никого не пускать. Мать можно пустить только после того, как вы принца отправите в стазис. А Нейрит сама маг — справится, заодно и ему поможет. Кстати, когда придёт Нейрит, порежьте их запястья и смешайте кровь, она послужит для принца якорем. Хотя я сам это сделаю. Влад прикрыл глаза и позвал Нейрит. Двери открылись, пропуская взволнованную девушку. — Вам надо обменяться кровью. Это поможет принцу вернуться и одержать верх над Дарнногом. Нейрит кивнула и сама порезала себе запястье, Влад порезал руку принца и соединил руки: «Кровь к крови, нейтрализатор к буре, сила вампира, сила нейтрального мага, да пусть им поможет любовь». Кровь Нейрит и Эфена перемешалась и вспыхнула, язычки пламени побежали вдоль руки и, разрастаясь. окутали две фигуры. Со стороны казалось, что они горят заживо, пламя развеялось, Нейрит покачнулась, но Влад её придержал. — Ты как? — спросил Правитель Вампиров. — Нормально. Это же обряд бракосочетания. — Да, по магическим законам. — Ясно, принц будет не в восторге. Он собирался обручиться с Элоидой. — Магический брак не запрещает заключения нескольких союзов. Если для того, чтобы стабилизировать силу правителя, понадобится две жены, магический брак их примет. Если для того, чтобы привести в гармонию бушующие стихии, нужно одну жену принести в жертву, магический брак это сделает. Ну, я надеюсь, что твоей силы хватит сдержать рвущуюся на волю энергию. Тебе придётся день и ночь от него не отходить. — Сколько времени понадобится для примирения стихий? — Всё будет зависеть от него. Он может справиться за несколько минут или суток. Всё, красавицы, мне пора. Головой отвечаете за младшего принца! — с угрозой прорычал Влад и, открыв портал, ушёл. Нейрит присела на кровать и взяла руку принца. — Эфен, ты только возвращайся. Ты должен победить, ведь короли Атлантиды не умеют проигрывать и в состоянии даже у смерти выиграть пари. Ведлок, сохрани в нём крепкость души, Эльтрос, исцели его тело от ран, Мирослава, подари ему трезвость ума и спокойствие, Леон, удержи его в мире, любви и согласии с самим собой. Комната озарилась несколькими вспышками, в воздухе завис огнедышащий дракон с барабаном на шее и палочками в лапах, рядом расцвёл прозрачный цветок с овальными лепестками, по краям разукрашенными золотою вязью, рядом с цветком возник венец из лавровых листьев, в венец влетела птица африт, истошно вопя. — Только музыки не хватает для полного счастья, — проворчала Владия. — Далькальд, пусть мелодия твоей дудочки не позволит принцу заблудиться во мраке, — прошептала Нейрит, и комната снова озарилась ярким светом — появился медведь с дудочкой в руке, увешанный цацками. Медведь приложил дудочку к губам, и полилась мягкая, нежная музыка, она то звала, то билась в истерике, то в игру вступали барабаны, призывая к бою. Символы богов закружили, поплыли по комнате, запахло лавровым листом и тонким ароматом жасмина. Африт подпевала дудочке и барабану, все символы богов закружились в танце, приобретая форму. Вот птица африт разрослась, из ее брюха вышла богиня Леон. Стражницы напряглись, грозно зарычав. — Не подходи, тварь. — Зашипела Аримидия на богиню, плетя заклинание. — Разве ты мне в состоянии помешать, вампирша? — с презрением бросила Леон и присела на край кровати. Заклятие сорвалось с пальцев вампирши и развеялось. — Может, ещё попытаешься? — насмешливо поинтересовалась богиня Леон, поправив чёрные пушистые волосы. Богиня была одета в ярко-красное платье с двумя разрезами на бёдрах. — Я запрещаю тебе, Леон, причинять вред принцу, — раздался рокочущий повелительный голос. На месте дракона с барабанами стоял бог войны Ведлок, высокий, мускулистый, одетый в плащ фиолетового цвета с сиреневой буквой «Т» на правой груди, из-под плаща выглядывала броня-жилет, за спиной бога трепетали прозрачные крылья. Бог войны присел у изголовья принца. — Угораздило тебя, мой ученик, так вляпаться. Хотя ты с детства был горазд собирать приключения. — Ведлок провёл по волосам принца, пристально всматриваясь в искажённое лицо, вдруг выражение лица разгладилось, и принц слабо улыбнулся. — Я гляжу, Эфен захапал себе трёх Диви. Одна сидит внутри него, две смотрят разъярённой кошкой на Арлисинку. Успокойтесь, дамы, она не причинит вашему правителю вреда. Ведь давно безнадёжно в него влюблена. Ладно, шутка — не влюблена, — исправился Ведлок, увидев нахмурившуюся богиню Леон. — Кого ещё она из магов призвала? — недовольно прошипела Аримидия. — Она не магов звала, а богов Атлантиды, сейчас придёт моя супруга, Мирослава, — стоило только это произнести Ведлоку, как пространство раздвинулось и появилась блондинка с кудрями, венком из лавровых листьев на голове, одетая в белое шёлковое вечернее платье без украшений. — Кто меня тут звал? — поинтересовалась она мелодичным голосом. — Нейрит, верховная богиня любви, — усмехнулся Ведлок, вставая и уступая место своей супруге у изголовья. Мирослава не успела сделать даже шаг, как рядом с постелью принца расцвёл белый Эльтрид, цветок с овальными лепестками и золотой вязью по краям. Цветок цвёл, распространяя по комнате аромат свежего ветра и жасмина, достигнув в высоту два метра, он раскрылся — в сердцевине стоял высокий, поджарый мужчина, смуглая кожа незнакомца была покрыта золотым орнаментом, чёрные, жёсткие волосы разметались по плечам, в одной руке он держал цветок жизни — «Эльтрид». Эльтрос обмахивал принца цветком жизни. — Горит, — заметил он, присаживаясь у изголовья. — Мужчины вперёд, дамы потом, — сказал он, улыбнувшись Мирославе. Он начал что-то напивать на этруском языке. Эльтрос стал обрывать лепестки Эльтрид и растирать их в порошок. Он сыпался на лицо принца, впитываясь в кожу, тело принца последний раз содрогнулось и замерло. Эльтрос самодовольно усмехнулся и отступил в сторону, пропуская к ложу принца богиню мира. — Мирослава, твой черёд. Кто, если не ты, поможет примирить воюющие стороны. Мирослава подошла к кровати принца и, положив руки ему на голову, что-то зашептала, доставая лавровые листы из венка и кроша их. Лавровые листы впитались в кожу принца, перестал из тела вырываться огонь. — Леон, скажи своей подопечной, чтобы призвала Лидара, он поможет новому правителю вампиров совладать с магией. — Ты сама можешь позвать дракона пустоты или твой супруг. Ну что, Далькальд, сыграешь на своей волшебной дудочке, закутав его в мерцающий кокон? — нежно попросила Леон своего супруга и, поведя рукой, пригласила занять своё место. Далькальд ничего не ответил, он сел на пол в позу лотоса и заиграл. Музыка то взлетала вверх, то снижалась, пикируя вниз. Она стонала, кричала, шумела морским прибоем и убаюкивала. — Все мы сделали всё, что могли, дальше всё зависит от Эфена. — Далькальд поднялся, пригладил свои разноцветные волосы, узор на смуглом теле бога искусства и творчества вспыхнул всеми цветами радуги, и бог исчез. — Позер, — фыркнул Ведлок и, взяв супругу под локоть, ушёл порталом. В комнате остался Эльтрос и Леон. — Пошли, подруга, наши коллеги ушли. Тебе же тризеры сказали не трогать принца, неужели ты ослушаешься Ведлока, я думаю, он оставил охранки, и при попытке повредить Эфену ты дорого заплатишь, — предупредил Эльтрос. — Ты прав, нам тоже пора уходить, — мягко улыбнулась богиня, бросив прощальный взгляд на принца. — Жаль, что твоё сердце принадлежит члену межгалактической мозаики. Он тебя не любит, — тяжело сказал Эльтрос. — Если он меня бы не любил, меня уже здесь бы не было, — возразила богиня Леон, поглаживая по голове свою подопечную. — Любовь творца очень похожа на любовь между мужчиной и женщиной, но мне кажется, он тебя воспринимает как забавную игрушку. Поверь, ты ему скоро надоешь, и он тебя развеет. — Ты просто ревнуешь. Ну, нам пора, она с минуты на минуту придёт в себя, — сказала богиня, кивнув на Нейрит. — Как надо любить принца, чтобы только своей волей призвать всех богов! — восхищённо выдохнул Эльтрос. — Эта любовь её и погубит, но это уже не моё дело. Уходим. — Скомандовала богиня и открыла портал, скрывшись в нём. Нейрит открыла глаза, невидяще посмотрела на стражниц, затем приобрела осмысленный взгляд. — Позовите Лидарока и отправляйтесь на охоту, я посторожу. Вампирши переглянулись, синхронно кивнули и вышли из покоев принца. В опочивальню влетела птица африт, запищав что-то на драконовом языке, присела на грудь принца. Дракончик блаженно растянулся, впитывая магию своего хозяина, и задремал, свернувшись кольцом. Принц больше не воспламенялся, и Нейрит, успокоившись, легла рядом, засыпая, через час вернулись стражницы. — Как думаешь, он всерьёз собрался жениться на дочери Адлена? — спросила Владия. — Серьёзнее некуда, — подтвердила Аримидия. — Но у неё ни рожи ни коже, начерта она ему сдалась. Он должен обручиться с одной из нас! — негодовала Владия. — Не все правители крутят роман со своим личным телохранителем. Дарнног, например, женился на зеркальном маге. Элоида тоже полна сюрпризов, мне кажется, в ней сплетаются две силы: тьмы и света. Я не завидую тем, кто в себе совмещает свет и тьму, они разрывают обладателя изнутри. — С чего ты взяла, что Элоида обладает магией света? — С того, что она последний потомок эльфов, а они всегда обладали силами света. Помнишь, сколько Элоида лежала в агонии после обращения? — поинтересовалась Аримидия. — Год она не могла обратиться. Год её тело каждый месяц прогорало дотла и снова возрождалось на родине. Мне кажется, её спас лес. Если бы не он, она бы не пережила обращение. — Многие так думают. Тише, тут есть кто-то ещё, — шикнула Аримидия, и вампирши затихли. Воздух колыхнулся, пространство пошло волнами, сминаясь, и взорвалось, открыв портал, из портала вышла блондинка, несколько маленьких роз украшали её волосы. Зелёные глаза настороженно осмотрелись, и ожерелье из красных камней вспыхнуло, сообщая, что пришла принцесса. Элоида полностью вышла из портала, подошла к кровати, а затем заметила Нейрит и дракончика, дремавшего на груди у принца, эльфийские уши шевельнулись, улавливая звуки. — Пьянящий воздух напоен магией. Вас посетили интересные гости, — мысленно сказала Элоида и провела по лицу принца, шепнув. — Проснись, милый, борьба окончена, — ласково сказала Элоида, проведя по шее принца. — Странно, у тебя всё ещё не появилось ожерелье принца вампиров. М-м. Реснички принца дрогнули, дымчато-синие глаза уставились на Элоиду. Эфен часто заморгал и резко сел, Лидарок забил крыльями, пытаясь удержать равновесие, и недовольно запищал, Нейрит приподняла голову и сонно посмотрела на обитателей комнаты. — Ты быстро, — заметила Нейрит и села, потирая глаза. — Сколько времени я спал, — встревоженно спросил принц. — Шесть часов и сорок пять минут, — ответила Аримидия, посмотрев на наручные часы. — Долго. А ты, Элоида, когда пришла? — Только что. Ты звал меня во сне, — просветила она принца. — Элоида, станешь моей женой? — Да. Грех не стать первой супругой будущего правителя вампиров и Атлантиды. — Ты уже опоздала, я стала первой супругой, — с усмешкой сказала Нейрит и, заметив недоумевающий взгляд принца, добавила: — Нас обручил Влад, я должна была стать твоим якорем. Но твоя сила всё ещё нестабильна, так что вторая магическая жена не помешает, и не исключено, что потребуется третья жена. — В Атлантиде больше одной жены иметь нельзя, — спокойно сказал принц. — Я буду твоей тайной женой, а Элоида — явной. Жаль, что в нашу компанию нельзя включить Нефер. — Думаю, оно к лучшему, а теперь я проголодался, и, если вы меня сейчас не покормите, я закушу вашей кровью, — сугрозой сказал принц. Девушки засмеялись, и Элоида, отсмеявшись, ответила: — Кровь вампирш крайне ядовита, мы даже своей кровью не можем поить младенцев, так что тебе придётся закусить Владом. Он уже идёт сюда, — оповестила Элоида. — Мне надо найти другого кормильца, а то я у него отнимаю слишком много времени. — Ничуть не отнимаешь, я тебя обратил — мне с тобой носиться, — возразил Влад, появившись рядом. — Меня Мэри обратила, она и должна носиться со мной, — не согласился принц, впиваясь клыками в плечо Влада. — Матери не кормят своих чад — это делают отцы. А я твой отец. — Мой повелитель, когда на младшем принце появится наша метка? — обеспокоенно спросила Элоида. Влад ударил себя по лбу и, мягко отстранив принца от еды, провёл по шее Эфена, шепча заклинание. Принц дёрнулся, шею обожгло огнём. — Что ты делаешь, сукин сын! — зашипел он. — Ввожу в королевский дом, — спокойно пояснил Влад, наблюдая, как появляется ожерелье из чёрно-красных камней, плотно охватывая шею младшего принца. — А почему у Элоиды красные камни? — Потому что она женщина, а ты мужчина. Эфен недоверчиво ощупывал свою шею. — Эта штука меня не задушит? — с сомнением спросил принц. — Нет. Теперь я сделал всё, оставляю тебе литр моей крови — подкрепишься вечером. А мне надо заниматься государственными делами. Влад открыл портал и скрылся в нём. В комнате повисла тишина.