Где ты был

Криштиану не может перестать ухмыляться. В этом сезоне были времена, когда в нем сомневались, но теперь, когда он забил три безответных мяча в ворота Вольфсбурга, толпа скандировала его имя так, будто бы никаких сомнений не было. И Криштиану это нравится. Фанаты, толпа, шум… Все это похоже на гигантскую волну, которая обрушивается на него, пока одноклубники прыгают вокруг и кричат во всю мощь своих легких. Это потрясающе, и Криштиану поднимает руки, позволяя затащить себя в командные объятия, едва припоминая время, когда он был хотя бы на каплю столь же счастлив. Празднование продолжается и в раздевалке. Криштиану сидит на скамейке и наслаждается этим по полной, несмотря на то что его напрягает тянущее чувство. В хорошем и плохом смысле одновременно — пульсирующая боль в колене намекает, что пора бы встать и как можно быстрее приложить лед. Ноют спина и напряженные плечи, одновременно с новыми лиловыми синяками, расцвечивающими его лодыжки. Но это нормально. Криш уже не так молод, как привык чувствовать (или как другие ему напоминают). Но все это меркнет в сравнении с триумфом победы. Победа. Нет, камбэк. И хет-трик в придачу. Лицо Криштиану ноет от улыбок. Марсело усаживается рядом, придерживая мешок льда, прицепленный к его плечу. — Вот это игра! — говорит он, отхлебывая напиток из фирменной бутылки, после чего прижимается затылком к шкафчику и вздыхает. Его взгляд ползет по раздевалке, останавливаясь на танцующих в углу восторженных Иско и Хамесе. — Сколько бы Иско ни старался, он все равно не будет двигать бедрами так мастерски, как Хамес, — смеется Марсело. — Испанцы, — говорит Криштиану. — Стараются изо всех сил, а на выходе получается пшик. — Он поднимает руки и потягивается. — Не то что мы, да? Марсело косится на него. — Я видел, как ты двигаешься. Не мели языком попусту. — Он не обращает внимания на болезненный тычок от Криштиану. — Я говорю про колумбийцев! И бразильцев! Ты думаешь, ты на нашем уровне? Южноамериканцы двигаются как никто другой! — Марсело опять прикладывается к бутылке, а Криштиану недовольно складывает руки на груди. Марсело озорно блестит глазами. — Черт, даже аргентинцы двигаются лучше тебя! И я уверен, что ты это знаешь. Криштиану лукаво улыбается. Потому что Марсело чертовски прав. Криштиану облизывает губы, вспоминая, как Лео двигал бедрами, а его тренированное тело было влажным от пота, когда он объезжал Криша после Эль-Класико. Он помнит, что не мог отвести взгляд от того, как Лионель вздрагивал, прикусывал покрасневшую нижнюю губу, стонал от восторга, когда Криш держал его за задницу... Марсело толкает его плечом. — Я говорю про танцы! — с притворным раздражением произносит он. — А не про то, о чем ты подумал! — Он смеется и снова пьет, а потом смотрит туда, где Серхио разговаривает с Кейлором. — Вы не виделись еще? Криштиану кивает, ни капли не стесняясь. — Пока нет. Я поеду к нему в отель. Черт, если я его как следует вымотаю, Барселона может завтра проиграть Атлетико! — Он хохочет и хлопает себя по бедрам. — Ты можешь себе представить? — Он снова фыркает, представляя себе заголовки газет. Сидящий рядом Марсело закатывает глаза. — Вряд ли. — Серхио смотрит на них, и Марсело встает, поводя плечами и морщась, а потом машет Кришу рукой. — Хотя можно понадеяться. Надеюсь, у тебя будет классный вечер. Мы вряд ли увидимся, поэтому до завтра. — Он улыбается и уходит к Серхио, который его зовет. Криштиану сутулится и закидывает руки за голову, осматривая свои «владения». Вокруг все еще полный хаос… туда-сюда снуют люди, мелькают подносы с едой, повсюду разбросаны тейпы и носки, но весь этот бедлам как-то успокаивает. Единственное неудобство заключается в том, что Перес ходит с таким видом, будто бы это он выиграл матч. Президент переходит от одного стоящего игрока к другому, обнимает их, поэтому Криштиану продолжает сидеть и не отсвечивать. Он игнорирует Переса, наблюдая, как празднуют его одноклубники, и наслаждается атмосферой. Он даже не пытается встать и взять лед, пока рядом не появляется тренер, который пришел удостовериться, что с Кришем все хорошо. Через час толпа начинает рассасываться, люди в раздражающих официальных костюмах уходят первыми, затем собирается персонал клуба. Когда к нему подходит переодевшийся в обычную одежду Пепе, Криш понимает, как долго он просидел на одном месте. — Кри-и-иш! — зовет он, сильно ткнув его в плечо. — Шевелись. Нам пора. Перес тебя ждет. Чувак, там просто безумие полнейшее! Криштиану моргает и медленно поднимается на ноги. Колено ноет из-за долгой неподвижности. Это было опрометчиво, думает Криш, но под горячей водой все пройдет. Он потягивается и благодарно кивает Пепе, собираясь спросить про их планы, но тут его телефон вибрирует. Он собирается прочесть сообщение, но тут мимо снова проходит Зидан. — Роналду, — предупреждает он. — Из-за тебя задерживается пресс-конференция. Он больше ничего не говорит, но его лицо явно выражает недовольство. Криш молчит, и Зизу добавляет: — Если поторопишься, все будет нормально. — За его спиной Пепе выразительно мигает и тычет пальцем в разошедшийся шов на штанах Зидана. Криштиану сдерживает смешок и изображает руками салют. — Конечно, босс, — отвечает он и, не дождавшись ответа, хромает в сторону душа. Он на секунду задерживается и хватает ролл, запихивая его в рот. Вообще-то, Зидан должен сейчас его в зад целовать, но в его словах есть резон. Люди ждут его. Лео ждет его. Мысль о Лео заставляет Криша принимать душ с реактивной скоростью. Когда он выходит из душа, в раздевалке остаются только Карим и Гарет. Он кивает им и подхватывает пару сырных палочек, потому что его желудок все еще урчит. Запивает их несколькими глотками воды, после чего быстро одевается. Его товарищи по команде будто чувствуют его настроение и дают ему время натянуть одежду. Когда он принимается шнуровать кроссовки, Карим его окликает. — Идешь с нами? — спрашивает он, натягивая куртку. Взглянув на свое отражение, он секунду медлит, а потом поднимает воротник. — Наши собираются на ужин. Почти все. Клуб платит, — говорит Карим, хитро подмигивая. — Даже Гарет поедет. Криштиану выпрямляется и приглаживает волосы. Они быстро сохнут, так что ему приходится взять гель и попытаться присмирить свои кудри. — У меня другие планы, — признается он, беззвучно ругаясь на неподдающуюся прядь. — Получше ваших. — Криш не сдерживает ухмылку. Карим хмурится, а Гарет фыркает. — Повеселись как следует, — бросает он вслед Криштиану, который берет свои вещи и выходит к журналистам. Криш отвечает Гарету поднятым большим пальцем, а потом его хватает за рукав сотрудник пресс-службы. — Встаньте здесь, — затравленно глядя на него, шепчет мужчина, осторожно подталкивая его к микрофонам и камерам. Затем он смотрит в свой планшет. — Сначала мадридская пресса, потом испанская, следом немецкая и международная в конце. Боже, как их много сегодня. Ненавижу Лигу чемпионов. — Он сердито зыркает на репортера, пытающегося влезть без очереди. — Еще один шаг — и ты вылетишь отсюда! — кричит он, отодвинув Криштиану в сторону, чтобы оттолкнуть нарушителей. Криштиану нацепляет на лицо улыбку, готовясь отвечать на вопросы. Он тоже ненавидит всех этих людей. В нем заложена ненависть к фотографам, потому что они всегда лезут в его личную жизнь, но журналисты в той же степени его раздражают — цепляются за каждую мелочь, пытаясь все вывернуть наизнанку. Больше всего бесят те, кто врет про отношения Криштиану с одноклубниками или про его планы на будущее. И что бы он ни говорил, ему их все равно не победить. Он должен был привыкнуть к этому, но все никак не может. Но сегодня большая часть вопросов простые — как он чувствует себя после камбэка, что для него значит Лига чемпионов. Они не спрашивают, почему он не отдал пас Кариму, не поругались ли они или почему команда едет ужинать во французский ресторан, означает ли это то, что Криштиану собирается перейти в ПСЖ (потому что спрашивать такое слишком глупо). Да, вопросы простые. Но ответы отнимают много времени. Криш постоянно должен напоминать себе играть хорошо. Поддержка СМИ сейчас необходима как никогда. Некоторое время спустя его телефон снова вибрирует. Но в середине интервью лезть за телефоном не очень уважительно, особенно потому, что журналист вежлив и только рад обсудить с Кришем его последний благотворительный проект. Вместо того чтобы достать мобильный, Криш продолжает говорить о том, как важно распространять информацию об этих проблемах и где можно сделать добровольный взнос. Он немного увлекается, но тема людей, нуждающихся в помощи, всегда была для него важна, и если Криш может сделать что-то полезное, то это прекрасно. Репортер оказывается понимающим, он говорит о том, сколько времени и денег Криштиану отдал на развитие подобных проектов. Поэтому Кришу приходится потратить больше времени на ответы, он даже говорит несколько слов для статьи, которая выйдет в Сети завтра. Когда сотрудник пресс-службы уже начинает нервно подергиваться, сдерживая роняющих слюни фотографов, Криштиану вежливо прощается и переходит к следующей группе репортеров. А затем к следующей. И к следующей. И еще к одной. Он перестает считать. В конце концов интервью заканчиваются, и Криш наконец может свободно вздохнуть. Хамес ловит его, когда он уже собирается сбежать. — Разве это не удивительно? — Парень начинает пританцовывать на месте, по-прежнему светясь от недавней победы. — Поверить не могу! — взволнованно восклицает он. — Никому не говори, но… — Хамес понижает голос. — Я думал, что мы не сможем. Ужасно, но я правда так думал. — Он смотрит на Криша удивленным взглядом. — Но, будь уверен, я никогда не сомневался в нас! Криштиану смеется. — Это нормальные сомнения, — говорит он, приобняв Хамеса. Они замирают, когда клубный фотограф направляет на них объектив. — Только никому не говори, — шепчет Криш Хамесу в ухо, не меняя улыбчивого выражения лица. — Это страшный секрет. Поверь мне. — Он отворачивается и смотрит в камеру, зная, что Хамес глядит на него с обожанием. Они идут вперед, уворачиваются от толпы визжащих фанатов и входят на парковку. Их замечает Марсело. Он не выглядит счастливым. — Сейчас спокойно, — говорит он тихо. — Не теряй самообладание, тут кругом камеры. Тебе нужно ехать на ужин. Криштиану отпихивает от себя недоумевающего Хамеса. — Какого хрена? Я же сказал, что у меня планы. — Криштиану не должен злиться на Марсело, потому что бразилец ни в чем не виноват. Криш от злости сжимает кулаки, но тут же берет себя в руки и расслабляется. — Я не пойду. Он и так уже прилично опоздал. Марсело наклоняется к его плечу. — Они сказали, что капитаны должны быть, Криш. Никаких исключений. — Он косится в сторону Переса, который разговаривает с Зиданом. — Думаешь, я хочу туда ехать на всю ночь? Мое больное плечо меня скоро прикончит, и я хочу домой, к жене. — Тяжелая рука Марсело опускается Кришу на плечо. — Они уже сообщили прессе, что мы будем. Если ты не поедешь, то будет полный звездец. Перес будет следить за тобой даже тщательнее, чем сейчас. Криштиану скрежещет зубами. — Поэтому я притворюсь, что иду, а затем ты свалишь вместе со мной. Криш уже начинает придумывать способ скрыться от папарацци. Он и раньше это делал. Конечно, это сложно, но Мадрид знаком ему до последнего закоулка. Марсело мотает головой. — Они позвали прессу на ужин. Подлизываются или что-то вроде, — говорит он, кивая головой в сторону Переса, который пожимает руки каким-то фотографам. Пепе и Серхио стоят чуть поодаль, но потом президент поворачивается к ним и почти силой утягивает их в разговор. Отчаявшись, Криштиану закрывает глаза.