Эффект бабочки

Джину и в зеркало смотреть теперь было не нужно, дабы понять, насколько все плохо. Это было видно и по взглядам коллег. Парочка из них уже спросили, что такого могло и где произойти. И не нужна ли помощь. Телефон не работал. Лицо было разбито, можно сказать. Настроение - на нуле. Хотелось просто сидеть на работе за какой-нибудь чашкой чая и ничего вообще не делать, в потолок плевать. И Джин бы с удовольствием тем и занимался, если бы не было куда более важного занятия на сегодня. И если бы в обезьяннике при этом не высиживал этот паренек, Хоуп. - Оставил бы и все, - Джин обернулся, встретившись взглядом с местным новеньким. Парень даже его чем-то напоминал пару годков тому назад. Также на амбразуру везде и всюду лез, будто у него по девять жизней в запасе имелось. - Серьезно, посидит, подумает. - Откинется заодно в участке, - продолжил за него Джин, мило улыбнувшись. - Херня вопрос ведь, да? - Чего какой злой? - Ничего. И это было сказано, похоже, слишком резковато. Больше даже на рычание смахивало. Паренек сразу же и отошел потом чуть в сторону, делая вид, что он полностью увлечен здешними документами. Джин в полной мере то, что чувствовал Гук последние пару-тройку месяцев, ощущал здесь почти все время, что вообще работал. Полную апатию ко всему. Работали все и каждый в этом месте спустя рукава, лишь бы получать свое и больше не рыпаться. За очень, надо сказать, редким исключением. Обычно именно такие исключения и, на манер отца Чонгука, после оказывались в могилах. Другие же работали по пятьдесят лет, выходя на пенсию чисто по состоянию здоровья. Коробило причем знатно. Особенно в первое время. Потом как-то уже привычно что ли было, фиолетово. Сейчас же также нихрена не хотелось. Сложновато было бы все и вся на одном своем горбе вытягивать. Руки опустились примерно в тот момент, как отца Гука землей засыпали. - Сокджин? - тот обернулся, подойдя к стойке. И снова взгляд на себе поймал, будто на его лице не пара каких-нибудь синяков было, а целая войнушка разворачивалась. Спросить не спросили, конечно, что там произошло такого, что Джин так выглядел убого, но очень, видимо, то сделать хотели. - Это насчет твоего бедолаги. - Да неужели? - У тебя все нормально? - и нет, все-таки решили полюбопытствовать насчет расколоченной до победного рожи. Джин взгляд этот спокойно вынес. Уже к обеду такие скорее чем-то обыкновенным казались. - Выглядишь... - Знаю. Перейдем к теме "моего бедолаги", - отмахнулся Джин, рассматривая документы. Даже направления, что странно, какие-то приготовили. - Ему можно идти? - Да. На учете он уже стоит. Посоветуй ему самому в больничку лечь, пока сам себя в гроб не загнал. Джин хмыкнул. Посоветуй. Их бы туда насильно сажать стоило, а не по советам от старших. Он вообще, честно говоря, этого пацана плохо знал. Ну так, какой-то друг Чонгука, ну видел их пару раз вместе, наблюдал за общением. Лично почти и не общался. Просто что-то на уровне общего знакомого, не более того. Но от этого деградацию наблюдал совсем нешуточную, надо сказать. В то время как Гук, похоже, ту упустил феноменально. Хоуп почти за год стал совершенно не узнаваем. И что-то все это, но точно напоминало. От этого Чонгуку только больше хотелось посочувствовать. Вообще Джин давненько уже, наверное, того же не ощущал. С Тэхеном в свое время все еще хуже сложилось. Буквально наперекосяк. Эти хоть общались, связь какую-никакую поддерживали. Им же с Тэ пришлось разорвать все. И оставить отношения на уровне привет-пока и "дай в долг". - Сам-то понимаешь, как влип? - и это было вообще единственным, что этого Хоупа спросить хотелось. По мутным глазам только видно было, что понимал тот безбожно мало. Он вообще будто в аллюзии какой находился. Вроде и здесь был, а вроде и где-то в облаках рядышком летал. - Меня выпустили? - а руки-то тряслись так, будто морозы резко ударили. - Я могу идти? - Ага. И на твоем месте путь бы я сразу в больницу и держал, - кинул он, всучивая ему направления. Хоуп таким взглядом на все это смотрел, что сразу как-то осознание приходило, что он даже в буквовки теперь вчитаться был не в состоянии. Сильно по нему вдарило. По одному только виду его можно было то сказать. - Хоуп? Ты меня вообще слышишь? - Да. Слышу. - Звони кому-нибудь. Ты в таком состоянии только снова если до моста туда-обратно прогуляешься, - проговорил Джин, не сводя с него пристального взгляда. Момент тут все равно уже упущен был. Хоуп завяз окончательно. Но даже сие еще пока не считалось, вроде как, последней стадией. Последней бы Джин считал своего частого гостя дома. Вот Тэ куда больше на эту роль подходил. - Заодно можешь как раз Чонгуку и звякнуть. - Он приходил? - Джин на то хмыкнул. Даже этого не помнил. - Был здесь? - В больницу ложись, Хосок. Пока на тебя в действительности ничего не повесили. Личные вещи уже не Джин тому отдавал. А как раз тот самый новенький, причем с такой гримасой на лице, будто с бомжом каким дело имел. Джин бы еще что, конечно, сказал. Хотелось какое-то время и это сделать, поговорить, может, вбить что в голову, вдруг хоть что-то поможет. Но и это желание быстро на нет спало. Вообще с самого утра было ощущение, что асфальтоуладчиком по нему проехались пару-тройку раз и так и оставили. Всю душу будто бы вывернули наизнанку и выкинули куда. Было дерьмово. И даже не из-за синяков на лице, как тут, наверное, каждый третий считал, смотря на недовольное выражение. А из-за каких-то внутренних метаморфоз. Те посильнее били. - Может, тебе отгул на оставшуюся половину дня? - спросили уже ближе ко времени обеда. Совсем не презентабельно, видимо, Джин выглядел. Тот ухмыльнулся. - В больницу заодно съездишь. - Настолько все плохо? - Ну как-то не очень, к слову, хорошо, когда люди сюда заявы писать идут, а тут такое чудо их на пороге встречает с разукрашенным лицом. Как сойдет, так приходи. У меня для тебя новый претендент в напарники, кстати говоря, есть. Хватит тебе, пожалуй, задницу за документами морозить. Джин начальство свое всегда считал не самым наилучшим, которое только могло быть. Тот здесь иногда казался вообще ненужной деталью, чисто предметом интерьера. Но иной раз даже ружье на стене стреляет. Вот и тут примерно та же история: иной раз и этот что-то да делал на своем месте, двигался, так сказать. И о своих в какой-то мере заботился. Джин, правда, не особо-то ценил это желание ему кого-то да всучить в роли напарника, то все каким-то неправильным казалось после смерти последнего и единственного в принципе в его карьере. Но даже здесь должное стоило отдать: когда-нибудь да нужно было. Пришлось кивнуть. Пришлось и, несмотря на вполне адекватное состояние и работоспособность, принять предложение пройтись до дома и там и остаться. Тот даже это оценил, удачи пожелал и скорейшего выздоровления. Последнее почему-то похлеще всего прочего по ребрам врезало. Джин вообще не понимал, что с ним происходило целый чертов день. Он вышел, подышал свежим воздухом на крыльце, выдохнул. Главное ведь все равно сделал: Хоупа этого вытащил, чтоб тот на решетки уж совсем не полез. И поговорил с тем врачом, на которого он в больнице чуть руку не поднял. Благо все мирным путем удалось решить. Оставалось теперь только баклуши бить. Теперь уже, правда, дома. И прям так и тянулась рука снова в карман за телефоном, чтобы Гуку тому же написать, насчет Хосока узнать, забрать тот попросил в конце концов или нет. Но тут же и останавливалась. Сотовый в лету канул. Настроение под стать погодке было как раз. Что тут, что там тучи сгущались и того гляди дождь должен был ливануть. Даже громыхало время от времени где-то в отдалении. Молнии только пока вроде не сверкали. Хотя и от этого недалеко было. Тут, правда, внутреннее состояние определило то, что вокруг было. Шандарахнуло знатно и почти в один момент с тем, как взгляд выудил знакомую спортивную машину. Ту сложно было среди серенького вида вокруг не заметить. И вроде на улице пока дождя не было, там, внутри, тот сразу же и полил, как из ведра. Сразу и шаг пришлось ускорить, и в сторону как-то посмотреть, чтоб всем видом показать, что его это волновало мало. Но авто сразу же в тот же миг и поехало, мерно рыча. - Поговорим? - и Намджун ее вровень с шагами Джина пустил, медленно рядом разъезжая, чудом не задевая притом тротуар. - А надо? Пришлось остановиться. Джин реально больше склонялся к "пришлось", потому что в последнюю очередь признавать хотелось, что на то было определенное даже желание. И вроде свое Джин уже с лихвой получил: все лицо, словно по заказу, расписано было. А все равно что-то странное происходило. Последние остатки разума, похоже, слабину давали. Странно было, наверное, вообще ожидать, что тот не узнает. Но того, что произошло, все равно хотелось в последнюю очередь. Нам вышел из машины, захлопнув дверь и обойдя ту спереди. В руке его была коробка. - И что это? Конфеты. Это были конфеты. Джин даже на пару мгновений не знал, как лучше свои мысли сформулировать, чтобы более-менее нормально те звучали. Слова вообще лезть перестали. Упаковочка такая еще красивая была, подарочная, по-видимому. Намджун ее аккуратно больше протянул, опасаясь, видно, что теперь уже ему в рожу что-нибудь запустят. Джин руки из карманов не доставал. - Видел у тебя такие дома, - протянул тот, от своего не отступая. Джин медленно перевел взгляд на название, хмыкнув. Только такие он вообще последнее время и покупал. Как раз недавно закончились. - То, что ты любишь. Не угадал? - Так себе подкуп. Так себе. Только почему-то руки в карманах аж вспотели. От одной мысли, что Намджун реально что-то в его квартире замечал, что-то там подмечал про себя, даже названия любимых конфет узнал, ломались кое-какие внутренние установки. Те, например, которые в первые несколько секунд кричали о том, что нужно лишь поднять гордо голову и прочапать мимо этого урода. Надо бы было. Надо. Как и надо было тогда, стоя под окнами собственного дома, банально не отвечать на поцелуй. - Ты очень плохо выглядишь, - и теперь реально казалось, что тот... сожалел. - Правда? Ну благодарю за напоминание. - Подожди. - Да что тебе, блять... Ответ себя долго ждать не заставил. Нам даже дослушивать какую бы то ни было гневную речь не стал, которую Джин уже мысленно приготовил. И про то, что бить людей просто за то, что те занимали определенную должность, не нужно. И про то, что иной раз стоит хотя бы дослушать до конца прежде, чем рубить с плеча. И про телефон его, которым он теперь в принципе воспользоваться не мог. Джун не позволил той даже начаться: - Извини, - только и произнес он. То больше на мираж походило. - Что? - Ты слышал, - и даже насмешки на лице не было. Тот будто бы серьезно все это говорил, в глаза притом Джину смотрел, не отступал. Было бы в любом случае странно, если бы он к участку подъехал, чтобы второй раз ему морду набить. Не делали это обычно прямо рядом с такими заведениями. - За это, - и он кивнул на него самого. - И за то, что наговорил о тебе. Получилось, и правда, нелепо. Хотя вся эта ситуация в принципе - одна сплошная нелепость. - Так вот оно что для тебя, - голос аж осел. - Нелепость? Намджун усмехнулся, вдохнул полные легкие воздуха, с силами даже вроде собрался, чтобы продолжить, а не на полуслове все прервать. Джин до сих пор не понимал, что от него требовалось. Что вообще здесь Намджуну было нужно. Тот ему, казалось, все и ясно дал понять. Полицейские - зло во плоти, с которыми дело иметь - себя не уважать. Вопросов больше не было. - А что это было для тебя, Джин? - спросил тот. - И как ты мне предлагаешь доверять тебе после всего этого? После того, как я только чудом узнал, кто ты там такой? Сказать здесь нечего было. Джин только потом, после ухода его, заметил ту фотку на тумбочке в перевернутом положении с потресканным стеклом. Нашел, видимо. Или просто увидел, кто ж его знал. Вот так тупо и ни о чем - спалиться на своем увлечении запоминать все какие бы то ни было значимые моменты в жизни. Просто увлечении снимать. Рано или поздно, конечно, все равно бы прознал. Убивало не это. Убивало скорее то, что предположил притом Джун самое наихудшее. Тошно от этого даже становилось. - Ладно, - протянул тот. Ответа бы он все равно не дождался. Но после, обернувшись, открыл заднюю дверь машины, вытаскивая еще что-то. Тоже, кстати говоря, в коробочке. - Это тебе. Чтобы разглядеть, пришлось взять в руки. Вместе с теми конфетами, что Нам все пытался ему всунуть. На коробке был айфон нарисован. Беленький такой, как и предыдущий, к слову, телефон Джина. Только не похож тот был на старенький самсунг, которым он все до этого пользовался. С экраном чуть больше большого пальца. - Это не та модель, - и коробку он обратно протянул. Намджун взгляд перевел, но не взял. Теперь уже его руки были в карманах. - А ту модель вообще сложно было найти: ее с производства несколько лет тому назад, уверен, сняли, - не упустил возможности подъебать тот и повел сразу за этим плечами. На то, что в руках Джин сейчас держал, он бы в жизни, наверное, не разорился. - Я разбил. Я и купил новый. Мне не стоило этого делать. Как и... - и он протянул одну руку, касаясь чужого подбородка и рассматривая то, что наворотил, - как и этого. - Мне это не нужно. - А я и не спрашиваю. Не нужно, так вон мусорка, выкидывай. Но это твое. Ты волен как угодно своими вещами распоряжаться. Сердце в этот момент, словно бешеное, ритмы выбивало. Джин даже не знал, куда это деть. В Намджуна бы с удовольствием запульнул, но не хотелось той же монетой платить. Джин помнил, как это было обидно и даже болезненно: всякой утварью получить. А потому и то, и другое в руках держал, совершенно не зная, что тут сказать можно было. Намджун того себя напоминал, который тогда, еще в первый раз, его поцеловал. Даже взгляд, казалось, тот же был. - Зачем ты это делаешь? - тихо спросил Джин. И как бы вроде и понимал, а вроде и не хотелось сейчас снова облажаться и принять что-то нереальное за действительность. - А сам-то как думаешь? - Я же полицейский. Чертов коп. Так какого хрена? - То, что ты коп, меня в восторг до сих пор не приводит, вот честно. - Так что тогда? Даже коробочка уже в его руке помялась. Одна из двух, та, что с конфетами, она наименее твердой оказалась. Просто потому что уже все, казалось. На пределе все было. Намджун все то, что до этого дал, просто уже из рук у Джина вытянул, положив на крышу автомобиля. А потом, сам не подходя, а просто притянув его к себе, поцеловал. Все внутри в этот момент буквально орало отойти и не отвечать. Просто все, что только могло. Джин поначалу и не ответил. Поначалу и руки его тому в грудь упираться начали, препятствуя кое-как. Чужие прикосновения он в тот же миг почувствовал. Нам буквально не позволял отстраниться. Налегал притом столь сильно, что его руки, казалось, везде были. Злым только поцелуй все равно казался. Как и Намджун - слишком уж напряженным. Будто сам, что творил, не ведал. Будто себя же все одернуть хотел. - Вот что, - выдохнул он потом тому прямиком в губы. И отпустил, задерживая руки на Джине буквально на пару секунд. Только в этот момент тот понял, что сдался. Что все равно на это все ответил. - Пообедаешь со мной, Джин? - Пообедаю? Я даже не знаю, что тебе на это ответить. - Так ответь просто "да" и все тут, - и несмотря на весь этот грозный вид с примесью агрессии, в глазах напротив столько теплоты разливалось, что жутко становилось. - Мне же нужно как-то загладить свою вину. Если не хочешь... - Да, - ответил тот, теперь уже сам не позволяя тому слово вставить. - Тогда поехали. Странным все это казалось. Нереалистичным. Одно только то, что Намджун, зная, кто таков Джин, вез его куда-то - и то напрягало. Как-то само собой выходило по сторонам изредка смотреть и дорогу запоминать. Нам делал вид, что вообще на это внимания не обращал, спокойно себя вел, размеренно, но ехал все равно хрен его знает куда, проезжая сначала центр, потом уже и окраины, выезжая куда-то чуть ли не за город. Вот тогда-то страшно и стало. Причем страх этот до последнего своими цепкими пальцами въедался, буквально не позволял ничего говорить. И мысли разные в голове роились. Так и хотелось машину остановить и выпрыгнуть на половине пути. Держался. Джин вообще, надо сказать, это умел. Держаться то есть. - Тебе маршрут проложить по картам, чтобы ты так вокруг не смотрел? - в конце концов сдался Нам, смотря притом только и только на дорогу. Джин обернулся снова, усаживаясь чуть поудобнее. Хотя и казалось почему-то, что чуть поудобнее здесь устроиться было нереально. - Ты можешь изредка отвечать на мои вопросы. - Куда мы едем? - Поздновато ты спросил, не думаешь? На лице Намджуна ухмылка появилась. Такая еще, о которой можно было лишь сказать, что ничего хорошего та не предвещала. И от которой почему-то по телу пробежался табун мурашек. Джин промолчал. Сам виноват. Сам ответил. Сам же снова в это болото полез. Только по сторонам еще внимательнее смотрел. На все эти деревца, которых почему-то стало больше, на всю прочую растительность, на кусты. Дорога все дальше и дальше шла, пока не уперлась в какой-то момент в дом. Большой такой, двухэтажный. - Можешь отмереть, - протянул Намджун, глуша авто. Вокруг этого домишка участок один был, как целый, наверное, небольшой район. Здесь бы еще домов десять, если не больше, убралось. Нам вышел. Джин, делая все со скоростью черепашки, тоже. - Это мой дом, Джин. - Твой... дом? - Да. Представь себе, я живу в доме. Иногда, когда мне нужно поспать, что случается обычно каждый день, я приезжаю сюда и здесь ночую. Для тебя это новость? Я, по-твоему, должен дневать и ночевать в клубе? - И зачем мы сюда приехали? - Чтобы пообедать. Ты дома что ли никогда не ел? Хотелось вообще-то ответить парочкой ласковых на этот всплеск эмоций, но Джин просто промолчал. Обстановка и так была такой, что хоть угли делай для барбекю. У Джуна притом хотя бы получалось при таких обстоятельствах вести себя столь обычно. Проскальзывало, конечно, нечто такое, от чего внутри все в трубочку сворачивалось, но в принципе выдержка отменная у него была. Джину априори сложнее приходилось. Даже место это не располагало. - Ты так и будешь стоять на пороге? - спросил тот, обернувшись. Глаза его только выдавали. Вот в них было примерно то же, что и Джин испытывал. На пару мгновений показалось, что там даже страх какой-то заблестел. - Я не понимаю, что мы тут делаем. Серьезно, Джун. Почему бы просто не... Тот закатил глаза, сделал пару шагов в направлении Джина и втянул его за руку в свое жилище, сразу же направляясь в определенную сторону. Тому лишь передвигать ногами оставалось, хотя и это, надо признать, делать было трудновато. Взгляд за все подряд цеплялся. Казалось, Джин в музей какой-то попал антиквариата. Сесть даже куда-нибудь страшновато было. Не дай бог, что сломается. Нам особо тут выбора не давал. Вытянул его на небольшую кухню и усадил сам за стол. На том уже все готово было, как по заказу. - Даже не смотри так на меня, - произнес он. - Я не умею готовить. Попросил здешнюю домработницу этим заняться. - Меня не это удивляет. - А что? То, что я тебе доверяю? И вот тут-то током и прошибло до основания. То, что он доверял. Ключевое, оказывается, это было. В свой дом привел, прощения попросил, буквально на ладошке все преподнес. До этого такого за ним замечено не было. Не пытался он Джина в собственный дом затащить. Квартира самого Джина - пожалуйста. Какие-то клубы да бары - хоть отбавляй. В отель предложил разок скататься. К себе же не звал ни разу. И как-то обострять особо внимание на такой мелочи не хотелось. Теперь же Джин вообще себя как не в своей тарелке ощущал. Здешние хоромы мало напоминали его бетонную небольшую коробку. - Тебя ничего не пугает? - спросил Джин. Пришлось подняться. Пришлось даже обойти весь стол, облокотившись о самый его край, но при этом быть ближе к нему. - Вообще? - А тебя? - Честно говоря, какая-то опаска возникает, - до сих пор эти ссадины на лице жгли. До сих пор чувство не отпускало, что тот продолжить в любой момент может. Причем теперь не было уже этой повальной уверенности, что именно Джин тут победителем выйдет. - Честно говоря, у меня тоже. Для меня привычное дело. Для копа разве нет? И смотрел так открыто глаза в глаза, что так и хотелось просто голову в сторону отвернуть. Джин реально этот взгляд не выдерживал. Тот все мыслимые и немыслимые преграды внутри ломал и под себя подстраивал. Джун, правда, на сей раз не делал ничего. Только наблюдал. А от того все, что бы ни делал Джин, казалось еще более каким-то неправильным. Как тогда, в его квартире, когда Нам просто смотрел, выжидая. Как тогда, когда он первый раз сам к нему потянулся. Этот монстр буквально принуждал к тому, чтобы чего-то и самостоятельно делать. Крутиться так сказать. И Джин сделал. Облокотился о край стола, за которым Намджун сидел, и поцеловал его сам. И все это "неправильно" в сторону сразу же и отлетело, будто не было. Почти в момент с тем, как Нам ответил. И это таким привычным действом казалось - целовать его. - Подожди, - и Джун чуть отклонился в сторону, отводя взгляд. Руку, правда, с шеи Джина так и не отпускал, будто не позволял тому отстраниться. Тот завис. - Мне это кажется? И если он говорил о звуке мотора, причем совершенно не тихого, надо сказать, моторчика, то нет, Джин, вообще-то, то же самое слышал. Только в частных секторах такой звонкий шум был в некотором роде странен. Нам поднялся почти моментально, заводя руку за спину и вытаскивая пистолет. Джина, взяв за руку, он оттянул в сторону. - Будь здесь, - тот на оружие взглянул, провел взглядом по самому Намджуну, но пока на месте стоял. - Серьезно, просто останься тут. - Интересно, а ты на свидание всегда пистолет берешь? - А ты? - съязвил тот. И Джин даже не нашелся, что сказать. При нем тоже табельное было. - Не выходи из дома. Можешь пока перекусить. Решительности в чужом взгляде было хоть отбавляй. Яблоко какое-то буквально на ходу схватил и пошел дальше, снова к выходу, держа в руке пистолет. Жужжание прекратилось чуть позже. Тогда же примерно, когда Джин, смачно проматерившись сквозь зубы, достал свое оружие и последовал прямо за ним. Ни в какие ворота не шло. Сейчас оставалось только поучаствовать в чужих распри. Пистолет, правда, пришлось спрятать в тот же момент, как нога за порог дома этого распрекрасного переступила. И стараться просто держать его где-нибудь рядом. Напротив Намджуна Чимин стоял. Собственной гадкой персоной. Тот самый Чимин. Тот самый Пак, за которым они и гонялись. И из-за которого, к гадалке не ходи, был убит отец Чонгука. Его, Джина, напарник. Оружие он в руке посильнее сжал. А потом вышел. Чимин на него сразу же внимание обратил, к слову. - А это у нас... - и взгляд его, словно сканер, по Джину прошелся. Показалось на миг даже, что он и пистолет заметил в его руке. - Не имеет значения, - проговорил Джун. И сказано это было так, будто реально не имело. Покоробило с этого знатно. - Он уже уходит, - и повернувшись: - Такси вызвать или сам? И сейчас вообще, казалось, кто-то все легкие Джина пережевывать начал. Те просто-напросто отказывались работать. Взгляд напротив металлом отдавал. - Сам. - Я предупредил тебя, Намджун, - продолжил Чимин, мило улыбнувшись следом. Резко он интерес, надо сказать, к Джину потерял. Разом. - Давай не будем ссориться. Нам это совсем ни к чему. - С моего участка, будь добр, съеби. Там и поговорим. - Позвони мне. В следующий раз я не буду выкраивать время, чтобы сюда приехать. Джин пистолет, как только мог, спрятал. Причем именно таким образом, чтобы ни одна присутствующая здесь живая душа того не заметила. Но как только Чимин, отступив, прошел мимо Намджуна, странно снова обратив на него внимание, снова захотел в то оружие вцепиться, лишь бы просто уже покончить со всем этим. Пак остановился буквально в метре от него, присмотревшись. А потом улыбнулся. Так лучезарно, что сердце в лед заковало. - Подвезти тебя? - спросил он, кивая на рядом стоявший хаммер. Джин перевел взгляд, осмотрел рядом стоявший автомобиль, потом самого Чимина. И тут реально вспомнил. То, например, как это громадное чудище черного цвета забрало тогда Тэхена. Тот день вообще сложно было забыть: Ким редко долги свои отдавал. - Ну же, не стесняйся. Я не настолько груб по крайней мере. - Ты там с моего участка думаешь убираться или нет? - злее на сей раз из уст Намджуна это вышло. Чимин только на него внимания почти не обращал. - Или тебе тоже на такси дать, дорогой? - Обойдусь, - кинул тот, даже не обернувшись. Зато на Джина смотрел пристально: - Ну так? - Думаю, - произнес Джин, вообще взгляда от этих глаз напротив не отрывая, - я тоже обойдусь. - Жаль. Заходи как-нибудь в Маккао, если передумаешь. Момент на всю сотку был. Вытащить пистолет и просто застрелить этого говнюка, что успел подпортить жизни немереному количеству людей. Джин об этом за одну, наверное, только секунду успел подумать раз сто. Чимин прошел дальше, мимо него, садясь в свой громадный автомобиль и захлопывая дверцу. И так зыбко стало, что Джин снова почти не задохнулся. Не было у них ничего на него. Не было. Чимина можно было только за этот хитрющий взгляд и посадить. Но за красивые глазки, увы, не сажают. Следом за хаммером и он вышел, садясь на лавочку рядом и собираясь по маленьким кусочкам. Пока черная громадина не исчезла с горизонта, Нама не было. Он вышел уже позже. Ровно в тот момент, как Джин снова, уже в который раз, пытался найти свой старенький телефон, который пришлось выкинуть. - На, - протянул он белую модельку, которую сам где-то и приобрел. - Но тут нет симки. Как и у тебя, впрочем, возможности отсюда уехать. Джин поднялся очень даже быстро. И обернулся, зло смотря в искрящие глаза. Тот будто из одного другим становился. Раз, и уже другое существо перед Джином было, незнакомое. - Что так задело, Джин? Что я сказал, что ты никто? - спросил он, все еще держа в руке телефон. - Почему просто разок нельзя меня послушать и остаться там, где я говорю? Стольких бы проблем избежали... - И чем мне поможет телефон без сим-карты? - Он не должен был знать, - твердо произнес Нам, вообще игнорируя предыдущий вопрос. - Только не то, что у меня кто-то есть. Думал, полицейские поумнее стали. А тут, как оказалось, та же лажа. Поэтому ты не должен был носа из моего дома показывать. Не смей так больше делать. Никогда. - Слишком много на себя берешь, Ким Намджун. - Сел бы ты с ним в машину, я бы на месте тебя пристрелил, - без всякой задней мысли произнес тот. И вот сейчас по взгляду напротив даже угадать было невозможно, врет ли или правду говорит. Слишком реалистично то звучало. Слишком пронзительно. - Так и знай. И делай с этой информацией, что хочешь. И походу, тот реально не врал. Потому что только сейчас, доставая оружие, поставил то на предохранитель.