Грустный стёб и весёлая драма

Когда проклятие пало, и все вспомнили друг друга, Уивер (на самом деле Румпель, но фальшивое имя ему даже нравилось и точно было благозвучней настоящего) ожидал, что внучок найдёт для него пару тёплых слов. Ну или хотя бы Ронни, вновь ставшая Реджиной, обнимет по-семейному. На Алису особой надежды не было, её однорукого папку увозила скорая, а возлюбленная сжимала девушку в своих объятиях так, словно собиралась раздавить… Хотя чего кривить душой, «старый дурак», всё же надеялся, что найдутся объятия и для него… пусть не такие крепкие. Как оказалось, надеялся зря. Так что, полюбовавшись немного на всеобщее ликование, он с тяжёлым сердцем отправился в участок. Там, в комнате с уликами, его ждала его прелесть, его кинжал. Ох, как чудно изгибалось лезвие, красивое и смертельно опасное. Даже когда в этом предмете не таилась магия, он был идеальным орудием для убийства: волнистые, острые точно бритва края были созданы, чтобы разрывать плоть… Узор, в который были так изящно вплетены буквы его настоящего имени, завораживал, казался лабиринтом или головоломкой. — Ты рад, что магия к нам вернулась, — проворковал Уивер склонившись над крисом. — Я рад. Теперь я смогу защитить тебя от всех, и никакой Фасилье не встанет между нами… Клинок тускло поблёскивал в электрическом свете и никак не выдавал своего отношения к происходящему. Уивер сжал рукоять, бывшую ему как раз по руке, и выставил оружие перед собой. — Ты сердишься, что я хотел отдать тебя Алисе? Но ведь не отдал же! Тёмный-детектив сокрушённо покачал головой. — Нельзя быть таким злопамятным. Теперь я знаю, что ты меня любишь и бережёшь. И я буду беречь тебя… Найду для тебя местечко по укромнее… А хочешь, буду носить у сердца? Кинжал молчал, но Уивер чувствовал, что он отвечает ему взаимностью. Где-то далеко, на задворках памяти, всё ещё сохранялся образ его возлюбленной жены. Но она была мертва и воспоминания о ней причиняли ему боль, а магия кинжала была рядом — такая тёплая, живая, утешающая и проникающая в самое сердце. Что ж, Уивер знал, что делать. Найти в одном из магических миров необитаемый уголок, где они будут только вдвоём. Выстроить там замок, запутать следы, может быть, даже сменить имя, чтобы никто из так называемой «семьи» не смог его найти… А об остальном позаботится магия. — Ты же позаботишься обо мне, моя прелесть? — спросил он, и ему показалось, что буквы, складывающиеся в заковыристое «Румпельштильцхен», загорелись ярче в знак согласия.