Избранная. История Луны.

Последнее время Луна ведёт себя странно. Она стала какой-то дерганой, и я даже замечал, как она разговаривает сама с собой. Пару раз я видел с ней какую-то странную рыжеволосую женщину. Все так удивились, когда узнали, что я её вижу. Однако после того случая я больше не видел её. Луне частенько становилось плохо, но она быстро приходила в себя. За эти две недели она стала выглядеть намного хуже, сильно похудела и все время была сонная. Эд всё не возвращался, и я уже начал переживать. Что если Луне станет лучше, и она снова набросится на меня? Больше никто, кроме него, не смог её остановить, а я ещё пожить хочу. — Не думал, что вампиры болеют, — пробубнил я, ковыряя свою кашу. НИКА хорошо готовит, но не люблю я овсянку. — А мы и не болеем, — меня начинает напрягать, что вампиры слышат намного лучше людей. В этом доме даже поворчать не дают спокойно. — Но что тогда… — Луна особенная, — этот дядька смерил меня таким взглядом, будто я сказал что-то непристойное. — Только мне от этого не легче, — зевая, Луна сошла с лестницы. Скоро синяки под ее глазами будут размером с мою голову. — Как Эд ушёл, так тебе стало плохо… — Да брось ты. Не в этом дело, — Луна перебила Диму, а тот и бровью не повёл. Почему к ней все так хорошо относятся, а я даже слова без чьего-то замечания сказать не могу? — А может, тебе за ним сходить? — предложил я, понимая, что на меня могут наорать. — Ага. Заглянуть к ним на чай, — сарказм так и выпирал. Неужели нельзя нормально ответить? Ох уж эти вампиры. — А малец дело говорит! — Дима хлопнул меня по спине своей механической рукой. Синяк останется. — Ты сам соображаешь, что говоришь? — Ну, ты же не беспомощный котёнок, в конце-то концов. Может, тебе действительно станет легче, когда вы с ним встретитесь. — Он приедет - тогда и посмотрим, — вампирша развернулась и пошла вверх по лестнице. — Луна, хватит! — Дима даже закричал. Он был действительно зол. — Ты же прекрасно знаешь, что он уже не вернётся! — Да, я знаю, — когда она повернулась, у меня аж ком в горле стал. У неё был такой измученный и печальный взгляд. Луны улыбнулась, но это была улыбка сквозь слёзы. Любому дураку было ясно, что ей очень плохо. В духовном смысле. — Может, это и к лучшему. Я и так изрядно попортила ему жизнь, — её голос дрожал. Мне впервые так жалко вампира. — Дура ты, — сдавленно выдохнул Дима после того, как Луна ушла из комнаты. — А ты чего уши греешь?! — резко обратился он ко мне, не слабо напугав. — А! Я ем! Ем я! — ответил я, набив рот остывшей кашей. Надо же, какая гадость! Вампир фыркнул и тоже куда-то ушёл. Он может быть куда страшнее Луны. — Ты уже поел? Хочешь десерт? — доброжелательно предложила НИКА. Хоть кто-то в этом доме не пытается меня напугать. — Нет, спасибо. Я прогуляюсь с Раварусом. Да, друг? — он посмотрел на меня ленивым взглядом и продолжил дрыхнуть. — Хватит бездельничать! Тебе тоже надо прогуливаться! — мой волк поднялся, развернулся и лёг ко мне спиной. И он туда же! — Раварус! — возмутился я. Ну это уже верх наглости! Наконец он поднялся и лениво поплелся к двери. Ну наконец-то! — Когда мне стоит вас ждать? — спросила НИКА, мило улыбаясь. Как жаль, что единственный нормальный человек в этом доме – это робот. — К обеду вернёмся! — крикнул я ей и выпихнул зевающего лентяя. — Ну что ты за волк такой? — Раварус что-то проскулил, ещё раз зевнул и пошёл позади меня. Эх! До приезда сюда, он был куда резвее. Через десять минут Раварус уже бойко бегал и лез, куда не надо. Луна живёт в хорошем месте. Тут не так много домов и людей. Дома, когда я гулял с Раварусом, на меня смотрели как на больного. Оно и понятно. Кто будет стоить серьёзный диалог со своим псом? А тут я могу расслабиться. И мне и ему тут гораздо спокойнее, хоть и вампиры под боком. — Эй, пацан! — грубо окликнули меня, когда мы уже собирались возвращаться. Обернувшись, я увидел пятерых мальчишек немного старше меня. Но что-то было не так. От них будто пахло псом. — Мы тебя здесь раньше не видели. Откуда ты? — спрашивал меня один из них, пока остальные окружали. Раварус рычал и был готов напасть, но не особо рвался в драку. — Ой, а что это за болонка? — Он волк! — крикнул я. Никто не имеет права оскорблять нас с Раварусом! Никто! — О! Неужели! Да он даже на кошку не тянет! — воскликнул один из них и все остальные засмеялись. На кошку, значит, не тянет? — Вам бы забить в нору, как кротам! — Заткнись! — кулак ныл от удара, а тот придурок валялся на земле с разбитым носом. — Ах ты скотина! — закричал кто-то из шайки и кинулся в мою сторону. Раварус вцепился ему в руку. Как только я обернулся, увидел перед собой раскрытую волчью пасть. Ещё секунда, и я труп. Не успел я опомниться, как напавшего на меня волка сжимал в пасти другой, более крупный. Он был намного больше меня, с серой гладкой шерстью. Как с картинки. — Совсем ума лишились!? — зарычал он так, что у меня ноги подкосились. Оборотни. Я столкнулся с оборотнями. — Господин Рем, но он... он... — скулил напавший на меня, пытаясь выбраться из-под лапы старшего. Остальные оставались позади в своём человеческом облике. Или они люди? Я обернулся посмотреть на них внимательнее и понял что они такие же оборотни. Не знаю, как я это понял, но я был полностью уверен в этом. Раварус прижал уши к голове, поджал хвост и так низко прижался к земле, будто хотел раствориться в ней. Как я его сейчас понимаю. Мне тоже очень страшно. — Он член клана Луны! Ты хоть понимаешь, что она может сделать с тобой?! Ты ещё щенок! Ещё одна такая выходка, и я даю слово, что самолично загрызу тебя! Уяснил?! — Д-да, господин Рем, — еле слышно проскулил оборотень и убежал, поджав хвост, как только его выпустили. Остальные так же разбежались. — Тебе не стоит так далеко уходить от дома, — оборотень принял человеческий облик. Теперь он не казался таким грозным и страшным. — Поблизости много таких, как они, а ты слаб. Щенки ещё не умеют думать наперёд. Как и дети, — при последней фразе он окинул меня неприятным взглядом. Не могу сказать, что плохим, но мне стало не по себе. После этого оборотень ушёл и очень быстро пропал из моего поля зрения. — Ну что, Раварус? Пошли домой? — устало спросил я, на что мне ответили кивком. — Наконец мы тебя нашли, мальчик, — какой-то гортанный полурык раздался прямо за мной, и горячим дыханием обдало затылок. Я даже обернуться не мог. Раварус тоже замер как вкопанный. Страх, испытанный только что от вида Рема, теперь казался совершенно глупым и ничтожным. Меня подняли, схватив за капюшон толстовки. — Какой маленький, — сказал мне прямо в лицо тот, кто держал меня на уровне своих глаз. Этот монстр был размером с медведя. Вы видели когда-нибудь Анубиса? Вот представьте, что вместо головы шакала – волчья, и он весь покрылся шерстью. Причём золотые украшения и набедренные повязки были точно такие, как в моём представлении о египтянах. — Его тоже забирать, Ринд? — голос второго был куда ниже. Он держал Раваруса на весу за заднюю ногу, а я даже пискнуть не могу. — Конечно, кретин! — тот, что держал меня, ударил второго лапой по голове. — Ну зачем ты меня опять ударила? Из-за тебя я вечно побит, — ударила?! Это женщина?! — Потому что ты придурок! Открывай портал! — тот, кого назвали придурком взял Раваруса подмышку и сорвал с украшения на шее какой-то камень. Похож на изумруд, но и ежу понятно, что это не он. Спутник Ринд кинул камень на землю, и в воздухе появилась дверь. Причём такая добротная. Двустворчатая дверь с рисунками, гравировкой и кучей драгоценных камней. — Пошли, Хрут. — Эй! Пустите меня! И Раваруса! — наконец я смог подать голос и начал брыкаться. — Ой, он задвигался. Я думала, что люди смирные и тихие. — В книгах писали, что люди своевольны и воинственны. — Не умничай, Хрут! Всем известно, что бараны не умеют читать! — Не я выбирал себе имя! И я не… — Заткнись и открывай врата! — Ага, — просопел Хрут и мы прошли через этот портал. Ну, как сказать, прошли? Нас с Раварусом пронесли. Я думал, что нас тащат в какое-нибудь жуткое и страшное место, наполненное жуткими тварями, но я ошибся. Мир по ту сторону врат оказался совершенно иным. Красивые луга, чистый воздух, много гор и овечки под ногами бегают. Кстати, другие… другие… женские особи… Да, именно они. Выглядели действительно женственно. И талия была, и грудь, и движения плавные. Не то, что убожество, которое меня несло. Может, это мужик такой странный? — Вы всё же нашли его, — у говорящей дамы голос был очень приятным. Слушал бы и слушал. Только вид был малость волчьим. Хотя, за последнее время я даже привык к такому внешнему виду. — Да, жрица. Куда нам его? — после столь изумительного голоса рычание Ринд (не знаю, склоняется ли это имя) просто раздирало уши. Жуть. — Отнесите их к Отару. После этого вы свободны. — Благодарим, жрица, — поклонился Хрут и раскорячилась Ринд в подобии реверанса. А может, у них принято так делать. Кто его разберёт? В любом случае, через несколько минут мои похитители застряли у какой-то двери. Топтались на месте долгое время, что-то рычали, и, в конечном счете, просто закинули нас с Раварусом внутрь. — Эти трусы не смогли зайти и просто закинули вас? — голос этого человека-волка (всё же надо их как-то называть) был даже ниже чем у Хрута и намного грубее. — Вот слабаки. Меня зовут Отар. Я тюремщик. И вы мои пленники. Будете себя хорошо вести, и я буду любезным. Так что сидите тихо и слушайте, что вам говорят. Понятно? — П-понятно, — выдавил я. Как можно пойти против этой горы мускул. Он больше Хрута раза в два, а о себе я вообще молчу. — Ну и хорошо, — с рыком выдохнул Отар и сгрёб нас со скулящим Раварусом в охапку. Он долго нёс нас по коридору. Тут много камер. — Теперь вы будите сидеть здесь. Это не королевские палаты, но камера самая хорошая. Не стоит ребёнку сидеть в сырости. Не шуми, — погрозил мне человек-волк, погладил Раваруса и, закрыв решётку, ушёл. Камера была словно высечена из камня, тут было светло. Свет бил из всех щелей и было много окон. Не в самой камере, а вообще вокруг. На одном из камней, что были в моей камере, достаточно обильно рос мох. Ещё были какие-то светящиеся цветы. Очень красивые, но коснуться их я не решился. Раварус лёг около одного из обросших зеленью камней. Да-а-а. Попали мы. Вляпались по уши. — Эй, парень! Ты же парень? — послышался знакомый рычащий голос, отталкивающийся от стен. — Кто это? — отозвался я. — Меня зовут Виви. Ну, точнее, Вивиан, но все зовут меня Виви, — я подполз к решётке и осмотрел коридор везде, где только мог. Обзор, признаюсь, был ужасным, но я увидел высунувшего морду через прутья человека-волка. — Я Саша, а это Раварус, — представился я и высунувшего морду волка. — Ты человек, да? — с явным энтузиазмом спрашивала меня Виви. Не знаю, на какой возраст как человека-волка она выглядела, но если бы она была человеком, то я бы сказал, что на 15-16 лет. — Насколько я знаю, да, — неуверенно ответил я, вспоминая, что вампирам показалось странным моя способность видеть некоторых личностей. — Никогда раньше не видела людей. Только в книжках читала. А ты взрослый или маленький? — Маленький, — всё так же неуверенно отвечал я. Признаться честно, я совершенно не ожидал, что со мной будут говорить, да ещё так заинтересованно. — А ты тут почему? — Я жрицу укусила, — в памяти возникла та женщина с прекрасным голосом. И тут у меня назрел вопрос. — Виви, а у вас у всех такие рычащие голоса? — Да. Только у жрицы, будь она неладна, более человечный. Мы же вервольфы и нам… — Погоди! Вервольфы?! Но ведь вы же должны иметь человеческий облик, разве нет? — удивился я. Я много читал про вампиров, оборотней и их родню. Да, эти существа похожи на вервольфов, но ведь они должны превращаться в такое, а не быть такими всегда. — Раньше так и было, но потом отчего-то мы утеряли эту способность. Никто не знает почему. Мы уже несколько столетий бьёмся за то, чтобы вернуть эту способность или хотя бы человеческий вид, — Виви помрачнела. — Только жрица смогла изменить свой голос, путём множества экспериментов и смертей. Из-за неё умер папа, — девушка вервольф совсем склонила голову и заскулила. — А моих родителей убили вампиры. — Вампиры? Это такие существа, которые выглядят как люди и пьют их кровь? — тут же заинтересовалась Вивиан. Начиная с этой фразы, мы разговорились и не смолкали до рассвета. — Так получается, что твоих родителей убили вампиры, но тебя спас вампир? — Нет, ты всё не так поняла! — Но ты же сам сказал, что если бы остался в деревне, то тебя бы точно убили. А Луна, насколько я поняла, вытащила вас оттуда и взяла к себе. К тому же, оборотень тебя защитил именно потому, что ты в её клане. А клан значит «семья». А в семье защищают друг друга. Или у вас, людей, всё не так? — Так, но… — Я думала, люди умнее. — Эй! Это обидно, знаешь ли! — Эй-йей! Хватит кричать, — раздался голос Отару, и только через пару минут показался он сам. — Не задирай мальчишку, Виви, — сказал он и погладил её по голове через решётку. — Отару, а когда будет завтрак? — спросила она его как своего доброго друга. — Не спеши. До него ещё час. — Но, Отару! Я есть хочу! — проныла Вивиан. — А это, потому что ты всю ночь не спала. Кстати, вот. Держи, — мне было плохо видно, что он ей передал, но это было похоже на книгу. — Вау! Мифы Японии! — Хрут принёс её для тебя, когда был на Земле. — Передай ему мою большущую благодарность! — восторженно восклицала Вивиан. — А вы идёте со мной. Надеюсь, жрица вас не покалечит, — вздохнул тюремщик и, открыв решетку, с лёгкостью поднял нас. — Эй, погоди! Я сам могу идти! — Не сомневаюсь, — прорычал он, пронося нас мимо камеры с Вивиан. Её шерсть был белая, как свежий снег, а глаза глубоко синие. Одно ухо было проколото и украшено золотым кольцом с какими-то мелкими украшениями. На ней была какая-то странная одежда, похожая на доспехи. Но вставок было уж слишком мало, впрочем, как и самой одежды. Виви говорила, что они используют золотые пластины и шёлковые ткани. Ну, с их шерстью и местным климатом им многого не надо. — Будь осторожен, — прорычала она мне вслед. Никак не могу понять, как они могут так понятно говорить. — Держи язык за зубами, не делай резких движений и не перечь ей. Твоя жизнь в её руках. Помни об этом постоянно, — говорил Отару, пока нёс нас к той самой жрице. — С ней сложно найти общий язык. Тебе даже пытаться не стоит. Просто постарайся выжить. — А почему ты со мной так добр? — Ты подружился с Вивиан. Она не простит мне, если ты умрёшь. Жрица убила её отца и моего хорошего друга. Кроме нас с тобой, у неё никого нет. Так что если умрёт единственный, с кем она может разговаривать после смерти отца, то я найду его в загробном царстве, и он пожалеет, что вообще родился. Ты меня понял? — Д-да, — понять я понял, но вот как можно подружиться за одну ночь я не знаю. Но мы с Виви чем-то похожи. Может, поэтому… — Ты долго, Отару! — раздражённо крикнула жрица, когда вервольф принёс меня в храм. Тут были свечи алтарь и полным полно всяких разностей, вид которых меня малость нервировал и даже пугал. — Простите моё невежество. — О-о-х, — вздохнула она и потёрла переносицу (ну или что там у них). — Поставь их и убирайся, — более спокойно, но всё же достаточно резко приказала жрица. — Как скажете, — Отару плавно поставил нас с Раварусом на пол, и тихо пожелав нам удачи удалился. Следующие несколько минут Жрица смотрела на нас как бабушка на помидоры на рынке. Ощущение было жуткое. Даже Раварус не рискнул издать звук, а я никак не могу унять столь громкое биение сердца. — Ты понимаешь, кто вы, мальчик? — прервала тишину она. — Я сын охотников на вампиров, а он, — я указал в сторону сидящего Раваруса, — … мой друг и защитник. Он волк. Правда, только наполовину. — Весьма правдоподобно. Но ты сильно ошибаешься, мальчик. — Что за… — Родился ты не человеком. И не перебивай меня, — это ещё кто кого перебивал. — Ты родился оборотнем, но две твои сущности разделили, — говорила жрица, копаясь в своих странных штучках, а я не мог поверить в то, что она говорит. Ведь, судя по её словам, Раварус – это я в облике волка, а я – это Раварус в теле человека. Но такого просто быть не может. — Вервольфы хотят превращаться, а ты ключ к решению нашей проблемы, — её человеческий голос, который показался в начале мне очень приятным, теперь наводил мурашки. А когда жрица взглянула на нас через плечо, то у меня аж кости промёрзли. Такого взгляда я не видел даже у оборотней. Он источал холодную жестокость, от которой кровь стынет в жилах. Именно о таком я читал в книгах. Я и представить не мог, что взгляд может быть настолько ужасающим. Раварус всё это время скалился и рычал, а я пытался найти что-нибудь, хоть что-нибудь, чем можно обезвредить жрицу и выиграть себе время. О! Я не знаю, что это, но эта штука тяжёлая. Должно сработать. Пока жрица рылась в своих мелочах, я поднял какую-то странную штуковину (я даже не могу описать, на что это похоже. Какая-то клякса с глазом) и кивнув Раварусу, как можно тише подобрался к этой жуткой тётке. Мой брат (или кто он мне теперь) вгрызся в ногу вервольфу, а я ударил её по голове это странной штуковиной. Как и ожидалось, жрица потеряла сознание. Мы времени не теряли и бежали на перегон, куда глаза глядят. Нас никто останавливать не стал и даже перед нами расступались. Я бы бежал ещё очень долго, но Раварус кинулся мне под ноги и мы упали. — Ты чего? — поднимаясь, возмутился я, на что мой волк потянул меня за рукав в сторону такой же двери, что мы видели, когда Хрут и Ринд переносили нас. Мы рванули туда. Я уже почти коснулся ручки двери, как в глазах потемнело. Очнулся я уже в камере. Первым делом я попытался отыскать Раваруса, но не мог найти. Его нет в камере! Его тут нет! Неужели его… — Твой хозяин очнулся! — радостно воскликнула Вивиан. Я подполз к решетке, чтобы увидеть её. Белого вервольфа я видел весьма хорошо, но не Раваруса. — Он в камере рядом, — сказала Виви, как будто зная мои мысли. Я услышал знакомый скулёж, и мне сразу полегчало. Я бы просто не пережил, если бы он умер. Я так испугался, когда его не увидел. — Как он? — Уж получше тебя, — голос Вивиан дрогнул. Только сейчас я осмотрел себя. Одежда изодрана, колени разбиты, весь грязный, да ещё и голова болит. — Отару принёс вас. Он сказал, что жрица на вас разозлилась и запретила находиться в одной камере. У него была сильно поцарапана спина. Я почти уверена, что это жрица постаралась. — Ясно, — выдохнул я еле слышно и уткнулся лбом в колени. Мы ведь почти убежали. Я коснулся двери. Ручка была такая холодная... словно лёд. Интересно. Луна нас вообще ищет? И если да, то, как скоро найдёт? — Парень. Эй, парень, — рычащий гортанный голос вытащил меня из беспокойного сна. Я лениво открыл глаза и увидел сидящего на корточках Отару. Он принёс еду. — Тебе нужно поесть. Ты уже пропустил один завтрак и ужин. Я принёс тебе двойную порцию. — Отару, это нечестно! — возмутилась Вивиан, и одновременно с ней завыл Раварус. Я непроизвольно улыбнулся. Пусть мы и не убежали, но мы всё ещё живы и можем попробовать снова. Еда тут вкусная, но НИКА делает лучше. Она ждала нас к обеду, а нас нет уже… уже… два дня. — Отару, а что у тебя со спиной? — спросил я, прожёвывая приличный кусок мяса. — Со спиной? — деланно удивился вервольф. — Вивиан говорила, что у вас царапины. — Вот оно что, — протянул, сторожил и вздохнул. — Вы когда бежали, слабо жрицу приложили. Она очнулась быстро и наколдовала вслед за вами каких-то монстров. В общем, должны будете. — Всё, что сможем! — радостно воскликнул я и подал Отару пустую тарелку. Он её любезно взял и, не спеша, пошёл к себе, махнув мне рукой. Он очень добр. Даже в тюрьме он умудряется поднимать нам настроение. Я прислонился к прохладной стене, на камне светились странные цветы, в углу капала вода, Раварус грыз решётку… Стойте! — Раварус!? — он грыз замок. И что вы думаете? Он погнулся! Раварус почти сгрыз замок! Поверить не могу! Он просто невероятен! Он… ЧТО!? Раваруса отбросило в сторону, он даже пискнуть не успел. — Не прекращаете попыток сбежать? — дрожащим от раздражения голосом прорычала жрица. Теперь её голос ни чем не отличался от других. Но почему она здесь!? Зачем она пришла!? — Что ж. Мне хватит и одного, — одного? В каком это смысле!? — Стой, нет! Не трогай его!! — надрывался я, пытаясь выбить решётку, пока этот монстр натравила других на Раваруса. Он скулил, рычал, бился, как мог, но вырваться не мог. И я не мог ему помочь. Никак. — Прекрати!! Хватит!! Отпусти его, грёбаная ты тварь!!! — я кричал, бился в решётку, пытался достать зверя, но ничего из этого не получалось. — Отпусти его!! Хватит! В тебе нет ни капли человечности, козья ты моча! — кричала Вивиан. Я видел, как Раварусу было больно, как он выл и как обессилил. Он упал, раздираемый пятёркой мелких монстров. Он смотрел на меня, словно извиняясь за что-то. Да за что ты можешь извиняться, идиот!? — Раварус, не смей умирать, слышишь!? Ты не умрёшь, брат! Я просто тебе не позволю! Равару-у-ус!! — он еле-еле проскулил и его глаза стали стеклянными. Нет! Он не умер! Он просто не мог, он… — Он оказался слабым. Надеюсь, ты сильнее его, — голос жрицы стал таким же, каким и был всегда. Он прополз в мою голову склизким червём и поселился там навсегда. — Да как ты…!! — меня прервал взрыв. Стена напротив разлетелась вдребезги, а за ней, в лучах солнца, отражающихся от граней ледяных глыб, словно Снежная Королева, стояла Луна. Её глаза святились. Один синим, как небо, а другой красным как кровь цветами. От неё веяло северным холодом. Она перешагнула через остатки стены и взмахнула рукой в мою сторону. Решётка вмиг покрылась льдом и по щелчку рассыпалась под ногами сверкающими осколками. Почему ты так поздно? Почему так поздно, Луна?! — Ты ещё кто!? — рычала жрица. Вампирша холодным взглядом окинула Раваруса и какое-то время смотрела на него. Как ты можешь так холодно смотреть на труп моего друга?! Даже сейчас?! Как можно быть такой бессердечной?! — Ты это сделала? — холодно, в буквальном смысле источая мороз, как из морозилки, спросила Луна, не отводя взгляда от волка. — Что ты о себе мнишь…?! — Ты это сделала? — громко, отчётливо, разделяя каждое слово, переспросила вампирша, медленно переводя взгляд с Раваруса на жрицу. — Ну я, и что!? — с вызовом и некой гордостью воскликнула уже человеческим голосом вервольф, приподняв морду. — Да как такой кусок дерьма как ты мог поднять руку на него? — Луна почти шипела, поворачиваясь всем торсом к убийце единственного члена моей семьи. — Да что ты… — Заткнись! — Луна взмахнула рукой, словно показывая, куда лететь жрице и та влетела в решётку, снеся её с петель и врезавшись в один из камней в камере. Всего один взмах рукой, а какой эффект. — Ты уже больше никогда ничего не скажешь, — голос вампира дрожал, так же, как и голос жрицы, когда она только пришла. Луна злилась. Она действительно злилась. Я бы даже сказал, она была просто в бешенстве. Один щелчок пальцами и из пасти жрицы полилась кровь. После этого ничего, кроме хрипа, от нее не было слышно. Луна ещё пару раз её пнула, и они скрылись из моего поля зрения. Зато я заметил напуганную Вивиан. Она сидела рядом с решёткой, словно замерев белым комочком. Я подбежал к ней и попытался открыть замок, но он не поддавался. Затем я услышал звук, какой делают в кино, когда вода быстро замерзает в лёд. Такой пощёлкивающий треск. Обернувшись, я увидел, как Луна стоит над упавшей на колени жрицей. Вокруг них много льда, и почти весь он испачкан кровью. — Я тебя покалечу так, что ты пожалеешь, что родилась, — Луна говорила каким-то резким, но всё же спокойным тоном. — Что она собирается делать? — еле слышно выдохнула Вивиан, а я всё никак не мог выпустить её. — Луна! — позвал я её, и как только вампир обернулась, все, что оказалось позади неё, а именно, жрица и красный от крови лёд, вспыхнуло синим пламенем и почти сразу стихло. Льда больше не было. Осталось немного воды, а жрица… Это существо с обрубленными ногами, без языка, без шерсти и с приличными ожогами, хрипя, упало в одну из луж. Она не умерла. Я видел, как она дышала. — Что нужно? — Эм, — я перевёл взгляд на лицо Луны. На её бледной коже виднелось несколько капель крови, глаза уже не так ярко святились, но они были неестественно яркими. Волосы были растрёпаны. Она были растрёпаны еще когда она только появилась, но я не обратил на это внимания. — Понятно всё, — Луна схватила замок правой рукой, для чего ей пришлось неудобно извернуться. Левой бы было удобнее. Она крепко взяла этот большой кусок металла и дёрнула. Не могу сказать, что она приложила большое усилие. Скорее она даже не напрягалась. Она просто оторвала кусок решётки. Да-да. Оторвала. Как кусок от пластиковой плёнки. — Пошли, — коротко сказал она, и направилась к дыре в стене. — Куда? — не понял я, и, сделав несколько шагов за ней, остался поражен. Она поднимала Раваруса. — Домой, — ответила она немного грустно. С еле ощутимой ноткой боли в голосе и вышла из этого здания. — Это и есть Луна? — спросила меня Вивиан, немного напугав. Я коротко кивнул и перешагнул остатки разломанной стены. Ледяные глыбы, выросшие на зелёной траве, постепенно таяли, а между ними проходила дорожка из крови. Крови Раваруса. Может, он ещё жив, и я просто этого не заметил? Да! Точно! Он жив! Иначе зачем Луне его подбирать? Я просто глупый ребёнок! Конечно же, он жив! — Вы возьмёте меня с собой? — Виви посмотрела на меня молящим взглядом. Я не знал что ответить. Ответ зависел не от меня. — Простите за разгром. Я спешила, — извинялась Луна перед Отару. Поверить не могу! Она извинялась! — Вы принесли городу больше, чем отняли. Однако, не могли бы вы выполнить мою просьбу? Заберите с собой Вивиан. Ей не место здесь. Духом она на Земле, — Отару кивнул в нашу сторону. Луна застряла взглядом на белом вервольфе стоящем рядом со мной и кивнула нам головой, чтобы мы шли к ней. — Спасибо вам. Приношу свои соболезнования. Мы подошли к краю обрыва и Луна крикнула в неё: "Горыныч!". Мне это показалось даже немного смешным. Однако оттуда вылетел совсем не смешной дракон. Гигантский красный дракон с шипами и чешуёй. Такой, каких я видел на картинках. Он взлетел, сделал круг, и Луна спихнула нас на него. Он снова облетел город, и на него запрыгнула вампирша с волком на руках. — Ты вылечишь его? — зачем-то спросил я. — Я не могу возвращать мёртвых, — не оборачиваясь, ответила мне Луна. Я отчего-то разозлился и закричал: — Но тебя же вернули! Ты же вернулась из мёртвых! — И ничего хорошего из этого не вышло. Поверь мне, я знаю, о чём говорю, — Луна обернулась, и я увидел в её глазах слёзы. Они не катились каплями по ее щекам, но её глаза блестели, и казалось, что вот-вот из уголка покатится слезинка. Зачем я задал тот вопрос, я не знаю. Ведь где-то в глубине души я понимал, что Раварус мёртв, что его вылечить невозможно, как и оживить. Но я наделся на что-то, сам не знаю на что. Виви положила свою лапу мне на плечо. Она ничего не сказала, просто посмотрела на меня, но я разревелся. Слёзы не прекращали течь из моих глаз, а дракон медленно летел домой. Мы уже летели довольно долго, когда я всё же решился спросить, как скоро мы прибудем на место. Я уже было подался вперёд, и открыл рот, как увидел стягивающиеся в единый шар языки пламени. Они возникали из ниоткуда и соединялись точно напротив нас. — Держитесь крепко, нас немного потрясёт, — со странным задором сказала нам Луна и подмяла тело Раваруса под себя так, чтобы он не упал. Мы с Виви схватились за шипы на теле этого дракона. Я уселся ближе к голове, и прекрасно видел, что происходит перед нами, а где была вервольф, я не знаю. Луна что-то шепнула, прижавшись к голове Горыныча и нас действительно затрясло. Оказывается, он был огнедышащим! Вы представляете! Огнедышащий дракон! Он выдохнул гигантское количество пламени, которое понеслось навстречу с остальным огнём. И как только он слился в единый шар, он превратился в большую хищную пасть из языков пламени. — Пошёл! — крикнула Луна дракону, и он полетел настолько быстро, что я не мог вздохнуть. Огненная пасть приближалась так быстро, что это всё могло показаться сном. Мы влетели в неё на этой огромной скорости и она захлопнулась за нами, после чего я услышал удивлённый вой Вивиан. Оказывается, она сидела по другую сторону от Луны. Дракон практически остановился, и я смог вдоволь надышаться. Однако воздух был каким-то тяжелым, и пахло так, будто где-то рядом одновременно сгорела тысяча спичек. Ну, или что-то вроде этого. Небо переливалось разными оттенками красного, а вниз я предпочёл не смотреть. — А теперь держитесь так, чтобы даже если бы нас перевернуло, вы бы не свалилась, — снова предупредила нас Луна, и я вцепился в шип дракона так сильно, как мог, и мы полетели вниз, петляя между скалами. Горыныч резко менял направление полёта, несколько раз переворачивался, резко останавливался и набирал скорость. Потом вроде бы всё успокоилось, и мы летели спокойно. Я даже расслабился. И зря я это сделал. Дракон резко набрал скорость и перевернулся. Я в жизни так не пугался. Я увидел это жуткое небо и понял, что руки скользят по шипу, и я просто не могу уже сжать их сильнее. Похожее чувство я испытывал рано утром, как только просыпался. Даже при всём желании руку сжать невозможно. Я настолько испугался, что даже закричать не смог. Я просто полетел вниз. Я летел вниз и смотрел на небо. Дракона я уже не видел. Пока летел, стукнулся о скалу и перевернулся. Теперь я падаю лицом вниз и вижу... Земли я не видел. Только острые кончики скал и темноту в глуби. И тут меня пробил леденящий ужас. Лучше бы я разбился о твердую землю, чем нанизался на скалу, как шашлык на шампур. Я уже было распрощался с жизнью, но резко остановился сантиметрах в двух от кончика скалы, и выдохом сдул с него немного песка. Боль в области рёбер мешала мне дышать, но постепенно она отступала и я... я куда-то полетел. — Я же просила держаться крепко! — донеслось сверху, и, подняв голову, я увидел красный живот дракона. — Мы почти приехали! — снова крикнула Луна, и дракон опять полетел, петляя и кувыркаясь. Несколько раз он пронёс меня рядом со скалой, что я думал, что меня раздавит. Я даже закрыл глаза и попытался получить удовольствие, но у меня не получилось этого сделать, так как дракон разжал лапу, в которой держал меня, и я ударился о землю. Место, в которое мы прилетели, было похоже на пещеру в скале из рыжего камня. Очень сухую пещеру с факелами. Дракон прилёг рядом, и Луна с Вивиан спрыгнули с него. — Я думала, вас будет двое! — послышался недовольный женский голос из глубины пещеры. — Я тоже так думала, — ответила Луна, и к нам вышла девушка, как две капли воды похожая на неё. Только волосы вьются, и одета она была в коротенькое жёлтое платье. Насколько я помню, её зовут Аида. Я видел её у Луны дома. — О! Наш хулиган поранился! — воскликнула Аида, потянув меня за руку, с которой стекала кровь. Я наверно поранился, когда падал. Даже не заметил. А рана не пустяковая. — Сестрёнка, ты меня пугаешь. Зачем таскать с собой трупы? — обратилась она уже к Луне. — Его надо похоронить, — пожала плечами вампирша, пока Виви стояла, разинув пасть. — После воскрешения ты изменилась к лучшему, — хмыкнула девушка в жёлтом, и тут же переключилась на мою новую знакомую. — Ах, какой прелестный вервольф! Не часто встретишь таких красивых. А какая мягкая шерсть! — ещё сильнее завопила она, когда коснулась макушки Виви. — Её зовут Вивиан, и она тебе не щенок! — прикрикнула Луна, дав сестре подзатыльник, и та промычала что-то невнятное. — Горыныч, душенька, они тебя не обижали? — обратилась Аида к дракону (оказывается, он принадлежит ей) и погладила по морде, на что он отозвался чем-то средним между рычанием и мурлыканьем. — Кончай нянчиться со своей зверушкой и проводи нас домой, — проворчала Луна, сняв Раваруса с дракона. — Ты, вообще-то, у меня в гостях! — возмутилась Аида, но, не выдержав молчаливого давления сестры, сдалась и повела нас вглубь пещеры, выйдя из которой, мы оказались в гараже Луны. — Невероятно! — подпрыгнула Вивиан, трогая стену за нами. — Пошли в дом, — ласково позвала нас вампирша. В доме она положила Раваруса на кровать с периной, сделанную специально для него, отчего у меня подошёл ком к горлу. НИКА сказала, что ей очень жаль, но она же робот. Я знаю, что ей всё равно. Дима промолчал и увёл куда-то Вивиан. Луна тоже куда-то исчезла, а я... Мне было жутко плохо. Я сжался в комок, рядом с остывшим телом моего лучшего друга. Только сейчас я понял, насколько мне одиноко. Раварус всегда был рядом со мной. Всегда, сколько я себя помню. Он защищал меня, смешил, утешал в трудную минуту… А теперь его нет. Он умер, пытаясь спасти меня. Он же не хотел тогда идти гулять, но я потянул его. Если бы не я... Если бы я его не потащил, он бы выжил. Это всё моя вина… — Эй! — вытащи меня из мыслей голос Луны. Она стояла передо мной с двумя мечами в руках. — Чего тебе? — спросил я, пытаясь быть спокойным, но голос предательски вздрогнул и слеза, вырвавшись из уголка глаза, скатилась по щеке. — Пошли. — Никуда я не пойду! — Пошли! — настояла она и потянула меня куда-то. Мы поднялись на второй этаж и зашли в большое помещение похожее на спортивный зал, пол в котором был засыпан песком. — И зачем ты меня сюда приволокла?! — Чтобы хорошо владеть мечом, необходимо твёрдо стоять на земле, — серьёзно сказала она, кинув мне один из мечей, который я успешно упустил. — Мне это не нужно. — Ты должен уметь за себя постоять, — сказала она, заглянув мне в глаза. Луна не просто посмотрела в них, она будто коснулась моей души, и это, признаюсь, было не самое приятное чувство. Дальнейшие полчаса она мучила меня боем на дурацких мечах. Да как я могу заниматься чем-то, когда Раварус мёртв?! — Чего ты от меня хочешь!? — не выдержал я, после очередного болезненного удара. — Ты ещё худший монстр, чем я думал! Мне показалось, что ты хорошая, но это не так! Ты думаешь только о себе! Раварус мёртв! И всё по твоей вине! Ты должна была прийти раньше! Я тебя ненавижу! Ненавижу!! НЕНАВИЖУ! — я аж запыхался, выговаривая ей всё это, а она только поставила свой меч к стенке и спокойно ушла. Она просто ушла! Ушла ни ответив ничего! Да как она может!? — Саша? — вошёл в комнату чистокровный парой минут позже ухода Луны. — А тебе чего?! — Ты правда ненавидишь её? — А какая разница?! — Ты сделал ей больно. — Тогда она это заслужила! Она совершенно не думает обо мне! Раварус... — Луна дважды потеряла всю свою семью, — перебил меня Дима. — И оба раза все, кто ей дорог, погибали у неё на глазах. Она прекрасно понимает, что ты чувствуешь. — Тогда зачем она устроила весь этот цирк? — Она говорила мне, что, если бы ей не помогли, она бы точно сошла с ума. Она не могла отвлечься от своей боли. И из-за этого она лишилась эмоций на целых десять лет. — Я не знал. — Она полюбила вас с Раварусом. Действительно полюбила. Хочешь - верь, а хочешь - не верь, но она сразу забеспокоилась, как только ты запоздал к обеду. Её ищейки обшарили всю Землю, но не нашли вас. Она места себе не находила, пока Шанна искала вас по всей вселенной. И когда нашла, Луна помчалась к вам на всех парах. Ты её ещё не знаешь, но она сейчас очень подавлена. Верь ей. Она хочет тебе добра. Луна пытается помочь пережить тебе всё это. — Я совсем её не понимаю, — заныл я, утирая сопли. Меня действительно прорвало. — Я её терпеть не могу, но она... она... — больше я ничего не смог сказать. Я просто разревелся в голос. — Понимаю. Она та ещё стерва, но мы все её любим, — тихо сказал Дима и дал мне выплакаться. Как бы я ни ненавидел вампиров, но эта шайка... Они теперь моя семья. И как бы плохо я о них не думал, я их люблю.