- Влюбилась в меня? - С какой это стати? - А разве нужен повод?

- И что? У вас всё получилось? Вы теперь вместе? Да? Да? Да-а-а?! – надоедливая Юля уже трясла из меня информацию, в прямом смысле. - Нет. - Как так? Вы же обнимались… - И что? Юль, я стала тряпкой, а мне нельзя раскисать, даже если я когда-нибудь чисто случайно стану его девушкой, а он моим парнем. - Для тебя что, ты любимая важнее любви? - Ну как ты не понимаешь, Юлька?! Во-первых, всё слишком быстро, во-вторых, мы же просто обнимались. - Ты думаешь, он после всего этого не понял, что он тебе не безразличен? - Он же тупой как пень. - Тем не менее. - Нет. Мне нельзя такой быть. Вот ты любишь своего Женю, а всё равно гром-баба, а я и без отношений пострашнее тебя буду. А если в отношениях, то что, я должна быть тряпкой? - Ладно. Подавись. Становись ты со своей гордостью снова гром - бабой, которую никто никогда не полюбит. - Он, по-моему, в меня втрескался. - Да эт понятно… - Так стоп! А ты что…. Всё знала?.. – Лиля широко раскрыла глаза. - Ну…. А что. Вы были бы хорошей парой, но, учитывая твои заскоки по поводу твоего поведения с ним, явно не пара. - Ты ему рассказала что ли?! - Про что? - Не строй дуру! Ты дура, я умная, поэтому вижу твоё враньё насквозь. - Ну, рассказала. Я случайно, честно. - Конечно, ты ж дура. Как специально то? Специально никак. - Да, я дура… - И я тебя сейчас убью. - Вот зараза ты, Лиль. Умная, с живой логикой, влюблённая зараза. - Да! И тебе капец! – Лиля дала подруге пощёчину, что отдалась звонким хлопком по квартире. - Я, лучше, пойду. – Юля быстро убежала из квартиры подруги. - Сучка… - Лиля поджала губы. Достав из верхнего ящика дневник, Лиля стала наблюдать за тем, что происходит на улице, через широкое окно. «Восход солнца. Уже понемногу освещает жилые дома, девятиэтажные, пятиэтажные, гаражи, будки и даже отражается в той большой луже, что видна с балкона прямо под большим клёном, который заснул на зиму. И зимой у нас есть лужи, все застыли. А эта никогда не застывает, даже зимой. Не покрывается льдом, даже тонким слоем. Будто, её греет что-то из-под земли. I just wanna run… Il suffit de courir... Et de ne pas regarder... À toute personne de ne pas voir, ne pas entendre... Fuir tous les...» - Никто не поймёт… – всхлипывая от слёз, которые она не сдержала. (Ещё один грех с её стороны) – Никто не увидит…. Никто не скажет…. Как это…. Быть и одной, и как бы в окружении родных…. Друзей… Подруг… Захлопнув дневник и бросив его на пол, Лиля надела наушники и стала слушать музыку из папки «Triste» - что в переводе с французского, «грустное». А действительно, как это? Быть с друзьями, в сердце жива частичка любимого человека, а ты одна…. Как бы одна…. Одна подруга практически предала, парень, которого любишь - …. Вкратце, с ним нельзя. Иначе Лиля становится просто тряпкой. Уже стала… Как это, действительно? Быть тем, кем тебе что-то внутри не позволяет. Говорят правильно, что не мы меняемся, а нас меняют люди. Андрей сделал её просто тряпкой…. Безвольной, бесхарактерной, лишил её того, чем она защищалась от таких людей, которые безразличны. Которые предают. Которые не ценят никого. А как это, действительно? Стать другой. Такой мягкой, которая больше не может защитить свою честь. Которая больше не может сопротивляться ему. Которая больше не может терпеть то, как с ней обходится судьба. Больше не иметь защитной оболочки, которую нагло сняли и выбросили, как мокрую тряпку грязную. А как это, действительно?..