Wild feelings

Что может быть хуже? Что может быть хуже заполненного вагона метро кучкой грязных людей, сваливающих с работы, в то время как Йен шел только на собеседование? Самое хуевое, что может только быть, так это «многообещающая» улыбка девушки, которая встретила Йена в своем кабинете на третьем этаже с чуть остывшим кофе. У нее была подтянутая фигура, словно у Эль Макферсон, а лицо красивее, чем у Скарлетт Йоханссон. Однако с грудью природа немного прогадала: максимум хватало на тройку. Хотя, из-за синего пиджака, скрывающего грудь, Галлагер мог бы, наверное, и ошибиться. У нее черные короткие волосы (чуть ниже мочки уха), глаза были накрашены синими тенями (на который навряд ли решились бы девушки, однако такой цвет придавал ее глазам некую выразительность), немного накрашенные ресницы и красная помада на губах. Цвета выбраны, конечно, ужасно, но видать эта девушка — экспериментатор, а Йен не разбирался в косметике и её сочетании. Встретила она Йена вполне милостиво и после обговоренных с ней вещей, допив кофе, они отправились к лифту, чтобы добраться до пятого этажа. Кстати, ее зовут Вивиан Хоггарт и сама она родом из Мексики, но в связи с некоторыми личными причинами (он не стал спрашивать только из вежливости, которую хотел показать девушке. Или во всяком случае только создать её вид), она переехала в Америку, в Сан-Франциско, как, собственно, и Йен. На вид она приятная и довольно общительная, но, благо, она захлопнула свой рот, когда подошел лифт. Йен не мог терпеть чересчур разговорчивых девушек. — Слушай, ты же Йен Галлагер, да? — переспросила Хоггарт, на что Йен незаметно для нее закатил глаза. Он уже в который раз убеждается, что у большинства девушек плохая память. По крайней мере, у Мэнди — точно. — Буду обращаться к тебе, как к мистеру Галлагеру. Сколько у тебя опыта работы в крупных компаниях? — Нисколько, — усмехнулся он. — Но разве отвечать наивным старикам, желающим сбить цену или провести сделку с вашей компанией и сообщать об этом начальнику — так сложно? Я думаю, нет. Хоггарт кивнула и молча проводила рыжего до кабинета начальника. Но прежде чем открыть дверь, она в очередной раз остановилась и посмотрела на него, вызывая у Йена из-за этого уже уставший вздох. Он хотел поскорее оказаться дома, а не стоять тут и выслушивать нотации секретарши со странными предпочитаниями в косметике. Йен, наконец, выронил легкое «что?», не понимая долгого взгляда с ее стороны. Он даже хотел пощелкать перед её лицом пальцами, тем самым проверив, не зависла ли она. — Если хочешь забрать должность себе, то веди себя аккуратней. Я имею ввиду, в разговоре. Наш начальник не потерпит грубости, хотя сам остр на язык, — сообщила девушка и постучала в дверь, прежде чем войти и позвать Галлагера жестом за собой. — Че? — бархатный голос дошел до уха рыжего и он почувствовал, как немеют его конечности. Голос был почему-то до жути знакомым, будто он уже встречался где-то с его обладателем, но Йен не мог вспомнить, кому он принадлежал и от этого становилось немного некомфортно. — К вам пришел желающий на должность заместителя, все бумаги с собой, — она прошагала к парню, в то время как Йен зашел в кабинет и удивился оттого, что увидел: за столом вальяжно развалился в кресле красивый парень, хмуро глядя на Вивиан, когда она подает ему его документы. Начальник еще не поднял на Йена глаза: он внимательно изучал информацию, написанную в документах, а тело рыжего отчего-то ему непонятного взяло в дрожь. — Хм… Йен Галлогер*, родом из Америки, Чи-ка-го… — по слогам произнес брюнет и поднял голову, чтобы посмотреть на пришедшего. — Извините, я Галлагер, — поправил Йен, при этом ощутив какой-то страх от взгляда голубых глаз. Начальник, безусловно, излучал от себя пугающей атмосферой, будто Йен стоял перед студентами, оглядывая каждого, прежде чем зачитать лекцию. — Да мне поебать, кто ты. Йен кивнул и мысленно забушевал от такой грубости со стороны начальника. Решившись, он все же сел на стул напротив брюнета. Парень все ещё смотрел на него, будто он был какой-то интересной статуей, и попросил через пару секунд, казалось, такого долгого взгляда, Вивиан оставить их наедине, на что та быстро кивнула и поспешила удалиться из кабинета. Вивиан вела себя вежливо, объяснила, что происходит в их офисе на постоянной основе, даже рассказала пару историй из серии «что не любит начальник». А еще успела рассказать почему прошлого заместителя выкинули, дав пинок под зад. Когда Йен увидел начальника, о котором уже было многое наслышано от секретарши, он был в немалом шоке, представляя себе до момента встречи лысого извращенца в коротких штанах, жирного и потного. Но нет. Он полностью ошибся. Парень был чуть меньше ростом Йена, судя по коротким плечам, с идеально уложенными гелем чёрными волосами, с пухлыми губами и голубыми глазами. Темно-синие брюки на ногах начальника смотрелись очень даже интересно и привлекающе, а красный галстук подчеркивал его важный вид. Если Йен думал, что в начальнике будет присутствовать хоть капля какой-никакой, а культорности, то сейчас он сомневался: а знает ли этот парень вообще значение слова «культурность»? Брюнет прочитал резюме рыжего, нахмурил свои тёмные брови и сказал: — У тебя че, вообще нет опыта работы? А хули приперся? Да, все-таки начальник представлял из себя грубого пижона. Йен коротко усмехнулся. Он и не сомневался, что его не примут на работу вот так вот сразу — разве что в гей-клубе, там, в Чикаго и далёком прошлом, но идти туда снова и красоваться своим телом не было ни сил, ни желания. — У меня красный диплом, — попытался защититься Йен. — Твой красный диплом не даёт мне уверенность, что ты шаришь в офисных делах, — отчеканил брюнет, посмотрев на него и сложив руки на столе, скрепив ладони в крепкий замок. — Но твое смазливое личико заставляет меня дать тебе испытательный срок. Будет хуево, если ты попрешься в гей-клуб лизать старые яйца. Выходи на работу завтра в семь утра. Опоздаешь — пойдешь нахуй. — Хорошо. Спасибо, — Йен встал из-за стола и вышел за пределы кабинета, после чего радостно вскрикнув.

***

Стоило ему только придти домой, как Мэнди накинулась на него с объятиями. Йен уже успел сообщить ей о том, что его взяли на работу сразу после того, как вышел из офиса, чему она была счастлива. Кажется, избавиться от парня на ее шее — было действительной радостью, потому что Йен жил и ел за её счёт. В Сан-Франциско у него не было ни друзей, ни знакомых, где его могли бы, так скажем, приютить. Они все уместили свои задницы в Чикаго и один раз за пять лет выезжали за границу. А то и вообще не выезжали, оправдываясь, что в родном городе комфортнее. И Йен им «охотно» верил на слово. Сказать Мэнди, что его приняли только на испытательный, и разочаровать Мэнди, он не собирался. И уж тем более говорить о том, что его начальник чертовски сексуальный — наверняка тоже. Это ему казалось вообще дикой мыслью, хоть Йен и знал, что Мэнди будет не против услышать о его новых романах. На часах уже показывало шесть вечера, поэтому Мэнди успела сделать ужин, накрыть на стол и открыть бутылку красного полусладкого вина. После каждого ужина у него создается ненавязчивое ощущение, будто Йен погостил в ресторане с пятью звездами. В плане готовки у Мэнди руки были просто золотыми. Галлагер уселся за стол, замечаяя, как укоризненно на него смотрит Мэнди, сложив руки на груди. Йен дернул бровью, якобы спрашивая, в чем дело и почему она не садится за стол, но только догадавшись, Мэнди уже озвучила своё недовольство: — Помой руки, ты весь грязный! — вообще-то, она была чистоплюем, и этим она его раздражала, может, самую каплю. Он ничего не имел против, если она гонит его мыться по утрам и перед сном, что он бы делал и без ее напоминаний, но что было в таком, что он не мыл руки перед едой? Йен не видел в этом ничего страшного, когда Мэнди — напротив. Ничего Йену и не оставалось. Он послушно поднялся, помыл руки с мылом, от которого исходил противный запах химии, и сел обратно за стол. Мэнди никогда не ела аккуратно, измазывая весь рот в соусе, и это выглядело даже забавно. — Как у тебя дела? — Йен попытался отвлечь ее от зрелища, как он ест, потому что он чувствовал себя немного неуютно. — Кто вообще, блять, так плохо гвозди в пол вбивает? — Мэнди злобно вздохнула ноздрями и взмахнула руками. — Из-за того, что я запнулась и уронила кофе на клиента, мне снизили зарплату. — Мэнди грустно хмыкнула, нахмурив брови, и уткнулась в еду, колупая вилкой спагетти, показывая все своё недовольство снаружи, закипая все больше и больше внутри. — Раз… Два… Три… — начал Йен тихо счёт, зная, что подруга вот-вот сорвется, судя по сильно поджатым губам. — Блять, это пиздец! — взорвалась Мэнди, громко откинув вилку в тарелку, на что та звякнула. — Я ещё и виновата в том, что их гребаные мастера с руками из задницы. — Ну же, Мэндс. Все наладится, — Йен дотянулся до её плеча и по-дружески похлопал, будто это было то, что могло бы помочь или успокоить девушку. И это её по правде успокоило. — Да плевать. Жаль, что я эти полгода буду получать зарплату меньше на десять долларов. А так все по-чесноку, — брюнетка накрутила на вилку спагетти и засунула в рот. — А ты как? — Новая работа подействовала на моё настроение. Я счастлив. И начальник… Мне кажется, моему члену будет трудно. — Твой член во все оружии? — Мэнди игриво улыбнулась и подергала бровями, состроив забавное лицо, на что парень засмеялся. — Может, и готов. Он молод. Я дал бы ему двадцать шесть. А ещё остр на язык. — Просто так и скажи: он тебе понравился, — Мэнди усмехнулась так, будто узнала секрет Йена. — Нет. Мы едва знакомы. Он даже не сказал мне своего имени, а на табличку на двери я не обратил внимания. — Ну, я лишь знаю, что мой брат владеет компанией тут, но я давно с ним не связывалась, — Мэнди даже как-то грустно вздохнула. — Так что если ты устроился в его компанию, то я просто буду в ахуе. — А почему вы не связываетесь? — Семья Милковичей разбежалась ещё года так три назад. Когда Терри посадили за решетку за наркотики и сутенерство, Микки был первым, кто сбежал из Саут Сайда. Я пыталась звонить, но он поменял номер. Потом уехала я, потому что застревать там — себя не любить. Тем более, мне выдался шанс, так почему я должна его терять и тухнуть в районе, полного одного дерьма? — Ты говорила, у тебя три брата в семье. Куда остальные делись? — удивленно спросил Йен. — А, один из них сейчас мотает срок вместе с папашей, а на Игги оставили дом. Я не уверена, что он все ещё там, в Чикаго, но может он привёл свою подружку и живёт теперь с ней. Потому что, я держу пари, Игги бы сдох от скуки и накосячил бы уже в первые дни нашего отсутствия. Знаешь, он любит играть в тупые игры на деньги, типа покера, так что ни он, ни мы не могли знать, как далеко это зайдет. Он за день мог проиграть дорогие украденные часы или ещё какое-то дерьмо. — Мэнди встала из-за стола и остановилась возле подоконника, открыв окно. Она взяла из пачки сигарету и подожгла её край, крепко затянувшись. — О, вот как…

***

Йен не опоздал на работу, догадываясь, что слова начальника про «пойдешь нахуй» — навряд ли были шуткой. Глупить в первый рабочий день не было никакого желания, так что он старался не ошибаться. Только вот настырность начальника — та ещё жёсткая штука. Милкович завалил его бумагами по голову, и сказал, пока Йен не рассортирует их по датам — он вообще не выйдет из кабинета. Проверять, правда это или же попытка его запугать, не хотелось. А, собственно, даже и возможности не имелось: оказалось, что начальник и заместитель сидят в одном кабинете, только немного подальше друг от друга. Начальник пялил на него каждую минуту и под взглядом голубых глаз Галлагер плавился как пластилин. Однако, и он не уступал своему начальнику — Йен также изучал его красивую внешность. Наверняка, он был богатым и у него была любимая девушка, иначе как мимо проходить таких красавчиков да ещё и с деньгами, девушки бы не посмели. Да, Йен констатировал себе факт: его начальник очень даже ничего. Но стоит открыть последнему рот — он больше не похож на неженку. — Я рассортировал, — рыжий положил стопку бумаг на стол начальника и встал у края стола, ожидая его реакции. Тот внимательно смотрел в монитор. — Я рассортировал. Могу теперь пойти на обед? — Подожди, Галлагер. Йен заинтересованно посмотрел на экран компьютера, даже не обращая внимания на то, что начальник удосужился назвать его фамилию правильно. — Вы пишете статью? Милкович медленно отстранился взглядом от монитора и посмотрел на парня, демонстративно закатывая глаза, видимо, пытаясь показать самым беспалевным вариантом, как Йен его уже раздражает, что влезает не в своё дело. — Ты какого хуя пялишь? Я тебе сказал подождать, но не сказал, чтобы ты как верная собачка был у моих ног. — Вы не ответили на мой вопрос, — Йен хотел возразить и поправить начальника, потому что он слишком грубо обходился с ним (и, наверное, с другими тоже, но Йен почему-то желал, чтобы он не был из этого списка), но вместо этого улыбнулся, сделав вид, будто ему это интересно. На самом деле нет — Галлагер просто хотел лишний раз надоесть своему начальнику, которого, к слову, звали Микки. И Йен убедился в том, что это брат Мэнди, но сейчас это его совершенно не трогало. — Ты не отъебешься? — Микки приподнял бровь, и, пожалуй, это выглядело довольно сексуально. Йен отрицательно мотнул головой. — Читаю статью о конце света. Теперь есть вопросы или ты, наконец, соизволишь отъебаться? — Конец света? Серьёзно? Ерунда, — хмыкнул Йен, мысленно улыбаясь тому, что начальник начал злиться. — Блять, сделай одолжение: просто заткнись, — Микки поднялся из-за стола, закрыв вкладку, и жестом руки позвал Йена за собой. — Обед. Шли до лифта они в молчании, не зная даже о чем и поговорить. По крайней мере, так думал Йен. Микки, судя по всему, даже не имел желания завязывать с ним разговор. Или вообще с кем-либо, но Йену казалось, что только с ним. Чтобы приостановить эту тишину, он вдруг сказал: — Я Йен. Милкович усмехнулся и дернул бровями, зайдя в лифт, пропуская и рыжего, нажимая после на кнопку третьего этажа. Именно там и находилась рабочая столовая, где обедали все работники офиса. — У меня вроде нет проблем с памятью, Галлагер. В резюме было написано. Выйдя из лифта и пройдя прямиком в столовую, они по очереди взяли поднос и набрали еды, сев далее за свободный столик у окна. Снова это гнетущее молчание давит на уши, и Милкович, фыркнув, наконец озвучил: — Можешь обращаться ко мне на «ты» наедине. Только сильно не охуевай и не еби мне мозг по мелочам, лады? Я это не люблю. — Знаю, — улыбнулся Йен, отпив от компота совсем немного, чтобы смочить горло, и он показался ему довольно вкусным. — Твоя секретарша рассказала мне предостаточно. Например, что ты младше меня на год. Я думал, тебе двадцать шесть, а оказывается, двадцать пять. — Вивиан то ещё трепло, я не удивлён, — Милкович хмыкнул. — А ты выглядишь на девятнадцатилетнего подростка с шилом в жопе. Йен наигранно скривил лицо в возмущении, на что оба несильно рассмеялись. Микки сейчас выглядел расслабленно и не так уж серьёзно; кажется, глупое напоминание о своём имени Микки повеселило. Либо Йен чересчур самоуверен. — Девушки часто встречаются с подобной чертой. Они слишком предсказуемы. — У тебя были девушки? Ну я, блять, в восторге, — Микки усмехнулся, а Йен приподнял брови и сделал губы трубочкой, понимая, что разговор принял шуточный оттенок. — Хочешь сказать, что я урод? — Может быть. — В смысле может быть?