Над пропастью во тьме

Скрип двери эхом раздался по непривычно пустым коридорам института. Даже когда время переваливало за полночь, это место не спало. Но, видимо, сегодняшний день был исключением. Бесшумно пройдя в библиотеку, Лайтвуд, умиротворенно выдохнул, предвкушая бессонную, но захватывающую ночь. Он расправился со всеми поручениями и без зазрения совести мог посвятить себя чтению книг. Только он хотел взять одну с полки, как его чуткий слух уловил едва различимый шорох страниц и чье-то невнятное бормотание. Алек медленно пошел вдоль стеллажей, желая увидеть, кого все-таки занесло сюда в столь поздний час. Голос женский, но Лайтвуд не мог понять, кому он принадлежал. Только бы не… «Барнетт» Ее взгляд пугал, поведение отталкивало, а безразличие к происходящему даже бесило немного, однако при этом ее действия шли в разрез с ее отношением. Невозможно было понять, о чем думала, и тем более невозможно было предугадать, что она выкинет. И это все, как не странно, до жути раздражало самого Алека. К тому же, немалую роль тут играли кошмары с ней. Алек поймал себя на мысли, что не очень-то хотел пересекаться с ней. Но как назло сейчас пыталась достать книгу с верхней полки, шипя под нос ругательства, кто? Айви. Конечно, как же иначе. Алек бесшумно подошел сзади, охотница была так увлечена, что заметила его только тогда, когда он достал нужную ей книгу. На обложке были начертаны странные символы и надпись на латыни, словно вырезанная ножом, Лайтвуд не успел разобрать ее — Айви резко выхватила книгу и взглянула на него снизу вверх убийственно леденящим взором. — Любопытство до добра не доводит. — процедила Барнетт до жути спокойным голосом. — Неужели. — сухо произнес Алек, невозмутимо взирая на нее. — Пожалуйста, кстати. — Я твоей помощи не просила. — тихо, но отчетливо сказала Айви, да еще так, будто бы осуждала его. Обойдя Лайтвуда, она направилась на выход. — Извини? — удивленно вскинул бровь, поразившись такой наглости. — Извинения приняты. Спокойной ночи. Алек чуть не задохнулся от возмущения, но возразить ничего не успел — она исчезла, оставив после себя легкий аромат духов. Он шумно выдохнул, в полной мере ощутив то, о чем говорили Иззи и Джейс.

****

Барнетт сбавила шаг только на подходе к своей комнате. Ступив за порог своей новой обители и пнув сумку с вещами ногой, охотница подошла к окну, распахнув его настежь. Она глубоко вздохнула и, откинув голову назад, подставила лицо под прохладные потоки воздуха. Простояв так какое-то время, Барнетт положила книгу на тумбочку и села на кровать. Окинув беглым взглядом комнату, Айви задержала взгляд на зеркале, стоявшем неподалеку. Луна освещала комнату серебряным светом, из-за чего Барнетт была похожа на призрака в отражении. Ей даже показалось, что это и не она вовсе. Хотя… может это и есть ее истинный облик? Безмолвный призрак с мертвыми глазами, потерянная душа, которая не могла найти себе пристанище. Кто знает? Впрочем, Айви не была бы собой, если бы подобные вещи ее волновали. Барнетт из тех людей, чье внутреннее равновесие сложно было нарушить, ну… так могло показаться на первый взгляд. Как и сказал Фейд — привычка не показывать своих чувств въелась настолько, что стала инстинктом. Внутренний дискомфорт никак не должен был отражаться на внешнем спокойствии — этому научила жизнь. И даже будучи наедине с собой, Айви не давала волю чувствам — не может или не хочет одному Богу известно. Но факт оставался фактом — сегодня произошло то, что смогло пошатнуть внутренний покой и посеять сомнения в ее душе.

****

Немногим ранее, в обшарпаном доме Этот отвратный дом снаружи казался гораздо больше, но на деле в нем оказалась пара несчастных потрепанных комнат. Следуя по узкому темному коридору Барнетт и Лайтвуд пришли к выводу, что здесь все не так просто. Преодолев потайной коридор, они вышли в просторную полукруглую комнату со сводчатым потолком. Ее освещала огромная люстра, на стенах были выцарапаны зловещие символы, явно демонические. Прямо под люстрой, в центре комнаты была пентаграмма. — Неужели… — процедил сквозь зубы Алек. Что же, глупо было надеяться, что здесь ничего нет. — Не думал, что все настолько плохо. — он покосился в сторону стола, где на разделочной доске гнили чьи-то внутренности. — Смотри. — Айви уже опустилась на колено рядом с пентаграммой. — Здесь та же самая руна, что и на теле того отреченного. — Иззи что, восстановила ее? — Лайтвуд устало потер переносицу. Детали странного происшествия не радовали. Совсем. Айви коротко кивнула и, перестав созерцать пентаграмму, поднялась на ноги. — Думаю, больше здесь делать нечего. Давай сообщим Конклаву и… Эм… — Барнетт хотела проследовать к выходу, но вместо этого врезалась в широкую грудь Лайтвуда. Запрокинув голову назад, она взглянула ему в глаза. В ее же глазах читалось привычное безразличие. Алек всматривался в ее лицо, пытаясь отыскать хоть тень эмоций, но безуспешно. Абсолютное безразличие, хотя от этого она не была менее красивой. Стоп, что? Красивой? Лайтвуд отшатнулся, шумно выдохнув, и едва заметно затрясся, словно в лихорадке. Противоречивые чувства обожгли грудную клетку, вытеснив воздух. Барнетт что-то говорила, но он не слышал ее. Единственное, что сейчас хотелось, это убежать от внезапно нахлынувших странных ощущений. — Вот это да… у вас тут весело. — протянула Иззи, заходя в комнату, следом за ней появился и Джейс. — Вас слишком долго не было, поэтому мы решили проверить, не случилось ли чего. Алек приложил руку к лицу, пытаясь собрать мысли в кучу. Что это было? Впрочем, сейчас не время думать об этом. Но эта тяжесть уже ощущалась физически, медленно растекаясь по мышцам и заглушая рациональные мысли. — Ты очень бледный, тебе плохо? — спросил Вейланд, положив руку ему на плечо. — Неудивительно, это место очень угнетает. — тихо сказала Изабель. — И еще этот запах… — Все нормально. — хрипло возразил Алек. — Идемте отсюда. — ВЫ НЕ ВЫЙДИТЕ ОТСЮДА ЖИВЫМИ. — раздался громогласный голос, отражаясь эхом от стен. Все вокруг начало трястись, символы на стенах зловеще засветились красным, как и пентаграмма. Лайтвуд почувствовал, будто его пронзили клинком в самое сердце. Ноги перестали держать, а тело накрыло волной режущей боли. Он бы рухнул на пол, если бы Джейс и Айви не подхватили его. — ДЕТИШКИ НЕФИЛИМОВ… — с презрением произнесло существо, стоящее в центре пентаграммы. У него было длинное склизкое тело, скрюченное под невообразимым углом, сломанные перепончатые крылья на спине, а также тараканьи лапы вместо рук. На вполне человеческой голове была грязная повязка, закрывающая глаза, точнее, скрывающая их отсутствие. — Откуда здесь взялся чертов демон?! — закричала Изабель, схватившись за оружие. — МЕНЯ ПРОБУДИЛО СИЛЬНОЕ ЧУВСТВО… — ухмыльнулся он. Лайтвуд схватился за голову, едва не согнувшись от боли. Воздух в комнате потяжелел, а свет замигал. Демон набирал силу. — Надо срочно вывести его отсюда. С демоном потом разберемся, он не выйдет за пределы пентаграммы. — сказала Айви, взяв Лайтвуда за подбородок и решительно заглянув ему в глаза. — Ты еще соображаешь? Алек шумно выдохнул, как только ее прохладные руки коснулись разгоряченного лица. Разум слегка прояснился, стиснув зубы от боли, охотник слабо кивнул. — Без глупостей. Джейс мрачно кивнул, решив на время отбросить свою неприязнь. Они подхватили Лайтвуда под руки, и уже собирались уйти, как со стороны Изабель раздался яростный крик. — Оставь моего брата, мерзкое отродье!!! — Иззи сорвалась с места, размахивая хлыстом. В ее глазах ярким огнем разгорелась ненависть. Это чувство словно питало демона, наслаждение на его лице намекало на это. — Изабель, нет, не переступай пентаграмму! — воскликнула Барнетт, но было поздно. Ей не осталось ничего, кроме как побежать за Лайтвуд. Айви схватила ее за локоть, когда та уже одной ногой ступила за границу. Потянув со всей силы, Барнетт отшвырнула охотницу назад. Иззи рухнула на пол, далеко за пределами пентаграммы, она была в безопасности, но… Раздался смех демона. Барнетт резко развернулась и схватилась за рукоятку меча, но вытащить из ножен его не успела. Демон смахнул кровавую повязку, обнажив черную пустоту, что была вместо глаз. Очертания комнаты постепенно смазывались, и Айви видела перед собой только ухмыляющуюся тварь. Его рот растянулся в подобие улыбки, и он засмеялся еще громче. — ПОКАЖИ МНЕ СВОИ ВОСПОМИНАНИЯ… Я ХОЧУ УВИДЕТЬ ТВОЮ БОЛЬ… Айви застыла словно статуя, не в силах шелохнуться, демон проник в душу, вскрывая старые раны и пробуждая воспоминания из прошлого. Барнетт всеми силами пыталась прогнать его из мыслей, но сознание только больше тонуло в непроходимых образах из памяти. Она всячески пыталась закрыть свою суть от него, не поддаться его воле и отстоять права на свою память. Но мерзкое отродье было непреклонно. — А ТЫ СКУПА НА ЧУВСТВА… — разочарованно прошипел демон. — СТОИТ ПОСМОТРЕТЬ ГЛУБЖЕ… Айви тихо вскрикнула, голову словно дробили отбойным молотком. Перед глазами внезапно предстала картина из далекого прошлого, но… все было неправильным. Это не ее воспоминания… Совсем чужие, неестественные… Айви почувствовала, как ее затягивало в водоворот чужих эмоций и событий. Она видела себя, но в то же время это была не она. В этих воспоминаниях Барнетт была частью чего-то зловещего и мрачного. Чего-то, что вызывало у нее отвращение и страх. Чудище, словно кукловод, манипулировал ее восприятием, показывая ей то, что хотел показать, искажая реальность. Внезапно какофония образов прервалась, и демон пронзительно завизжал — ему в плечо угодила стрела, в следующую секунду еще одна пронзила его горло. Барнетт наконец смогла двигаться, и, не медля ни секунды, она схватила меч и одним точным ударом снесла ему голову. Как только кровь окропила пентаграмму, тварь исчезла, оставив после себя запах гнили вперемешку с гарью. Символы на стенах перестали светиться, и только люстра слегка покачивалась, нарушая воцарившуюся тишину. Айви приложила руку ко лбу и сжала меч так, что побелели костяшки. — Я просила без глупостей. Она вонзила стальной взгляд в Изабель. Лайтвуд все еще сидела на полу, словно в трансе. Алеку уже стало лучше, но он все равно выглядел так, будто из него душу вытрясли. Он помог сестре встать, и Иззи, не говоря ни слова, вылетела из зловещей комнаты. Похоже, демон смог оказать на нее какое-то влияние. Джейс пошел за ней, одарив Барнетт нечитаемым взглядом. — Ты в порядке? — спросил Алек, повернувшись к Айви. — Хуже пренебрежения — мнимое беспокойство. Оставь эти любезности. - раздраженно отозвалась она. — Пошли отсюда. — Не решай за меня. Мы теперь команда, если я что-то спрашиваю или говорю, то не просто так. — сурово заявил он, преградив ей дорогу. Лайтвуд критически осмотрел охотницу на предмет повреждений или ранений. Барнетт закатила глаза, но в этот раз спорить не стала. После вторжения демона ее беспокоила пульсирующая и навязчивая боль в голове, поэтому Айви решила отложить пререкания до лучшего момента. Алек внезапно усмехнулся, чем привлек внимание охотницы. — Что? — требовательно спросила она. Лайтвуда повеселило внезапное открытие — кажется, у Айви в спектре эмоций была одна, которую она проявляла чаще, чем сама того хотела. Сейчас, конечно, не время и не место для таких наблюдений, но все же он не смог удержаться от легкой улыбки. — Ни-че-го. — вопреки всему бодро отозвался он. — Пошли, ходячее раздражение. Айви скривилась, и даже не удостоила его взглядом, когда они шли рядом.

****

— Ты вообще меня слушаешь? — возмущенно воскликнул Джейс, прислонившись спиной к стене, прожигая Алека взглядом. — Извини, я немного задумался. — Лайтвуд натянул тетиву, напряженно всматриваясь в мишень и попутно размышляя о «нелегкой» участи Ходжа. Бедняга проиграл Барнетт в рукопашном бою, а так как дрались они на желание, то теперь он обязан найти для Айви какие-то особые книги в библиотеке. На самом деле ничего ужасного в этом как бы не было, но Ходж уверял, что ему долго придется рыться в старых архивах, может даже не один день. Айви затребовала нечто невообразимое. Правда, что именно, Ходж так и не сказал. Алек отпустил тетиву, и стрела со свистом пролетела мимо цели. Промахнулся. Снова. И, кажется, он в который раз прослушал, что сказал Джейс. — Я знаю… Да… Нет… Хорошо, я знаю… Нет, не нужно… Не надо я говорю… Хорошо… Да… — это Барнетт, говорила по телефону где-то в коридоре. Ее голос приглушенно долетал из-за дверей. Интересно, а что за книги ей понадобились? Черт, почему все мысли сходятся на ней? Снова. Это раздражало. Айви раздражала. А еще он не мог попасть в гребанную мишень, и это тоже выводило из себя. Александр резко натянул тетиву, так сильно, что она больно врезалась в пальцы. Лайтвуд оттянул стрелу еще сильнее, видя перед собой лишь мишень. Охотник не услышал, как заскрипела дверь и раздались шаги, он выдохнул и отпустил стрелу. Сердце замерло. Айви. Прежде, чем кто-то что-либо понял, Барнетт молниеносно отбила стрелу клинком отточенным ударом. — Если хочешь меня убить, сделай это менее тривиально… — невозмутимо сказала Айви, подбирая стрелу с пола. — Каким образом она… — дернулся Джейс. — Ты в порядке?! — Алек в мгновение ока подлетел к ней. — Успокойся, я сама виновата. Это мог быть хороший выстрел… — задумчиво сказала она. — Нет, я должен был быть внимательнее… — Не бери в голову, все обошлось. — резко прервала его Айви и протянула стрелу. Лайтвуд смиренно принял ее, радуясь, что Барнетт не злилась. Хотя, стрелу почему-то не отпускала. — Но все же, если вдруг и правда надумаешь меня убить, выбери другой способ. Ненавижу лук и стрелы. И стрельбу из лука. — процедила охотница и отпустила стрелу, с презрением покосившись на нее. — Что?.. Что ты имеешь против стрельбы из лука? — Алек опешил, ее слова странно задели ту часть его души, что с трепетом относилась к стрельбе. Айви уже шла к стеллажу с тренировочным оружием, чтобы вернуть на место ножи для метания, но после его слов резко остановилась. — Расскажу, если победишь меня в ближнем бою. — с вызовом бросила она. — Идет. — без раздумий ответил Лайтвуд. — Надеюсь, хотя бы ты не разочаруешь меня. В этом институте, похоже, нет достойных партнеров для спарринга. — Кхм. Может с высоты своего роста ты не заметила, но я здесь, и я достаточно… — с усмешкой сказал Джейс, но его прервал прилетевший в стену нож, вонзившийся по самую рукоятку рядом с его блондинистой головой. Айви колкость про рост не оценила и уже собралась метнуть второй, но Вейланд магическим образом испарился.

****

Алек всегда старался подходить к любым проблемам и вопросам с холодным расчетом, но сейчас... Было чувство, будто он совершил нечто необдуманное и импульсивное. И осознал это слишком поздно. Как он мог поддаться на эту откровенную провокацию? И слишком поздно одумался: в тот момент, когда Айви чуть не заехала ему в лицо. Ходж сказал, что она крайне грубо ведет бой, не стесняясь драться в полную силу, и если тебе прилетит удар в голову, скажи «привет» сотрясению. К тому же, она все время пыталась запутать, заставить оступиться, чтобы нанести сокрушительный удар. Собрав мысли в кучу, Алек соизволил вернуться к спаррингу, и вовремя — Барнетт едва не сбила его с ног. Чудом увернувшись, он попытался поймать ее в захват, но она ловко избежала его атаки и быстро переместилась ему за спину. Чтобы не получить удар сзади, Лайтвуд резко развернулся и увеличил дистанцию между ними. Айви снова попыталась сбить его с ног, но охотник отскочил в сторону. Ее в конец достало, что он только и делал, что уходил от ее выпадов. Она пошла в лобовую атаку, Алек ухмыльнулся — как бы сильна она не была, так открываться ей не стоило. Лайтвуд бросился контратаковать — отличный момент, чтобы ударить, но Айви обхитрила его. Черт возьми, он сам открылся, и она воспользовалась этим! Алек попробовал вновь уйти от атаки, но было поздно. Удар в грудь выбил воздух из легких, прежде чем он пришел в себя охотница сбила его с ног. — Неплохо. — выдохнула Айви. — Ты продержался дольше других. Наверное потому, что не болтал. — бесстрастно заключила она, даже не взглянув на Лайтвуда. — Черт. — сквозь зубы процедил Алек. Он не мог глубоко вдохнуть — каждый такой вдох отдавался режущей болью слева. — Ты сломала мне ребра. По крайней мере так ощущается. — Что? — Ничего. — огрызнулся Лайтвуд и попытался подняться. Айви опустилась на колени и заставила его лечь обратно. — Мне не нужен акт милосердия с твоей стороны. — Странно, я ведь дралась вполсилы… и била в солнечное сплетение… Может, промахнулась. — тихо рассуждала Барнетт, не обращая внимания на его тон. — Вполсилы?! Да ты… — Алек зажмурился от боли, тяжело выдохнув — Айви нагло и бесцеремонно ощупывала его ребра. — Давай, еще поязви мне тут. Ты не в том положении. — она недовольно закатила глаза и расстегнула свою кофту. — Что ты делаешь? — изумленно прохрипел он, но охотница всего лишь достала стило из внутреннего кармана. — Если ты не против… — она неуверенно потянула его футболку. Кажется, это было впервые, когда Барнетт чувствовала себя неловко. Когда чувствовала хоть что-то… Лайтвуд сам задрал футболку, ощущая себя мало того, что нелепо, так еще и беспомощно. Айви осторожно выводила линии исцеляющей руны, а Алек старался не смотреть на нее. На него накатила странная волна жара, которая в сочетании с холодными прикосновениями вызывала необычное ощущение во всем теле. Он не мог понять — нравится ли ему это, или нет. Тем не менее, Барнетт наконец закончила и, убрав стило, села рядом с ним. — Я не хотела ломать тебе кости. — сказала она, обхватив колени руками и уткнувшись в них подбородком. — Ерунда, я чуть не убил тебя. — боль постепенно утихала, и Алек уже дышал полной грудью. Украдкой взглянув на Айви, он поразился тому, какой удрученный у нее вид. Такая холодная и равнодушная, казалось, она стоически переносила все плохое, что с ней происходило. Но, видимо, что-то все-таки ее тревожило. Но что могло волновать такую как Барнетт? Ее даже мысль о собственной смерти не пугала. Хотя… Алек подозревал, что все это, возможно, лишь отличная актерская игра. Барнетт нацепила на себя маску безразличия, обманывая других и скрывая истинные чувства. Но как можно понять, так ли это?.. — Что тебя беспокоит? — озвучил он вопрос. Айви замерла, казалось она и вовсе перестала дышать, и, по всей видимости, этот вопрос застал ее врасплох. А когда такое случалось, она обычно молчала, не утруждая себя поиском достойного ответа. Так что, Алек уже и не надеялся услышать от нее хоть что-то. Но он ошибся. — А что беспокоит тебя? — не поворачиваясь, она перевела на него взгляд. — О чем ты? — теперь его застали врасплох. Не понимая, что Барнетт имела ввиду, он решил, что она пыталась его запутать, чтобы отвертеться от вопроса. — О том, как ты себя ведешь. — пояснила охотница, склонив голову и мрачно взирая на него. — Как только я захожу в комнату, ты пулей вылетаешь, а если это невозможно — стоишь и игнорируешь мое присутствие. Когда прохожу мимо — шарахаешься словно от огня. — поведала она. — Меня это раздражает, потому что я не понимаю, что сделала не так. Ты… с самого первого дня сторонишься меня. — ее голос был спокойным и тихим, но Лайтвуд различил в нем едва уловимые нотки печали. — Ладно, тогда, я вела себя… вызывающе, но что потом? Иззи и Джейс прожужжали тебе уши? — Нет! — воскликнул Алек, эти слова подействовали, как отрезвляющая пощечина. — Все не так, на самом деле… — на самом деле, кошмары с ней давили на него. Он избегал Айви, наивно полагая, что это поможет избавиться от их влияния. Ведомый столь эгоистичными порывами, Алек и не догадывался, что таким образом ранит Барнетт. Но… как ей это сказать, чтобы она не посчитала его полным кретином? Немного помявшись, Алек отбросил сомнения и выдал все, как есть. — Надо же… ты не поверишь, но… ты тоже снился мне до нашей встречи. Это был не кошмар, а просто странный сон, и я не предала ему значение. Хотя удивилась, увидев тебя потом. Впрочем, сейчас кошмары меня не преследуют, только воспоминания, что показал демон. — Ты поэтому попросила Ходжа найти книги? Хочешь узнать про того демона? — Не только о нем. — она сжала кулаки. — Но… неважно. — Извини. — он ощущал острое чувство вины, не только за игнорирование, но и за демона. — За что? — За то чувство, если бы не я, демон не появился тогда. — Айви повернула голову и уставилась на него. Ей прежде не приходилось слышать, чтобы кто-то извинялся за свои чувства. — И что это было за чувство? — их взгляды встретились, Алек ощутил, будто его снова обдало жаром. Барнетт смотрела на него совершенно спокойно, без тени безразличия. При таком раскладе в ее глаза хотелось смотреть очень долго, не отрываясь. Так странно, ее глаза не были слишком темными, но все равно резко выделялись на фоне бледной кожи и белых волос. Внутри, где-то глубоко на дне взгляда, пряталась ее суть. Какова же она на самом деле? Алек не понимал, почему этот вопрос начал волновать его. На фоне других проблем он казался абсолютно неуместным, но в то же время притягательным. Алек ощутил, как его сердце забилось быстрее, когда он погружался в эти мысли. Осознав, что Айви все еще ждет ответа, он спохватился. — Я… я не знаю. Никогда не испытывал подобного прежде. — сконфуженно проговорил Лайтвуд. — Когда узнаешь — расскажи. Айви не стала больше допытываться, просто прикрыла глаза и тоже легла на пол. Она привыкла держать свои эмоции под контролем, но присутствие Алека начинало разрушать ее защитные барьеры. Его искренность и уязвимость пробудили в ней необычные чувства, немного недосягаемые, но манящие. Странно, что и Александр почувствовал тоже самое.