Изгои

(Туманность Титана. Система Гаскинс)

      — Говорит Ипсилон-ку-десять, — передал по воксу Вик. — Сканеры ближнего действия засекли в десяти минутах от нас космическую станцию малых размеров — не более четырех сотен метров длиной.       — Принято, брат, — ответил Хасис, добавив по общему каналу: — Зарядите оружие и проверьте экипировку. Будем штурмовать объект по протоколу «Калабария». Альфа, конец связи.       — Как интересно звучит! — сказал Гектор, обратив взор к Вику. Псайкер Альфа-Легиона, вертикально зафиксированный в капсуле, проверял легкость хождения затвора своего болтера. — Что означает протокол «Калабария»?       — Стандартный набор тактических маневров и приемов при зачистке закрытой территории в ситуации, когда отсутствуют данные о диспозиции противника, — сухо ответил космодесантник, не отрываясь от занятия.       — Как будто я и без тебя этого не знал, — фыркнул Гектор. Видя, что собеседник не намерен продолжать разговор, колдун и сам занялся подготовкой к бою, но другой: он читал запретные строки, которые позволяли чернокнижникам концентрировать хаотичную энергию Эмпирея. Хотя связи с Темными Богами Гектор лишился, оставались его собственные силы, которыми он обладал задолго до впадения в ересь.       — Ипсилону-ку-десять, — Хасис связался с Виком по личному каналу. Псайкер ничего не сказал, лишь несколько раз сжал маленький цилиндр во рту, вмонтированный в нижнюю челюсть на месте зуба мудрости. Электрические импульсы приняли вид, схожий с азбукой Морзе.       — «Альфа, вас слышу», — можно было трактовать их. Вик находился по соседству с Гектором, отчего не использовал голос.       — Следуй за колдуном, не своди с него взгляда. Не позволяй ему идти замыкающим. Конец связи.

***

(Топливная станция)

      Контрабандист Имран Аббас проклинал свою жадность и недалекость. Будучи выращенным в трущобах города-муравейника, он с детства знал цену деньгам, тратя свои силы и здоровье на любых подработках, способных прокормить его многочисленных родственников. Каждый вечер он поднимался на крышу малого двухэтажного дома, в котором жили три семьи, включая его. И оттуда он взирал на небоскребы, доходящие до облаков — сверкающие металлом и стеклом, настоящие произведения инженерного искусства. И он решил, что когда-нибудь выберется из этой помойки и будет смотреть на весь мир с верхнего этажа такого же небоскреба.       Но жизнь внесла свои правки, и Имрану пришлось выбирать одно из двух: либо долгим и упорным трудом идти к своей цели, либо идти к цели же, но быстро и не совсем законно. Он выбрал второе. Легкие деньги текли к нему в руку, пока он переправлял товары с Земли инопланетным заказчикам и наоборот. Спрос в разы превышал предложение, цены поднимались до невообразимых величин. Особенно выгодным выходил сбыт оружия и наркотиков.       И хотя после Войны Первого контакта прошло всего-то несколько лет, особо предприимчивые люди успели создать торговые сети, в том числе и незаконные. Но у каждой медали есть две стороны. Имран знал, что рано или поздно ему придется иметь дело с законом, и поэтому не жалел денег на взятки и личную охрану. Однако случилось то, до чего, он надеялся, дело не дойдет — на хвосте повис Спектр.       Информаторы контрабандиста доложили о том, что некий турианец очень уверенно копает под него, при этом работал он лучше и «чище» наемных убийц. Скорее военный, чем ассасин. Имран решился на засаду. Он запустил ложные данные о том, что на топливной станции в системе Гаскинса будет происходить крупная сделка по продаже красного песка, а сам нанял Синие светила и стал ждать. Кем бы ни был этот турианец, на месте его неминуемо бы ждала смерть от рук двух десятков наемников. Работники станции не возразили и покинули топливный склад. Ведь сложно сказать «нет», когда тебе в лицо тычут винтовкой, а в руку суют карточку с кредитами.       Ожидая Спектра, Имран исходил вдоль и поперек всю небольшую территорию станции. На три четверти её занимали топливные емкости, резервуары с охлаждающей жидкостью и прочие места, подходить к которым без спецзащиты запрещали предупреждающие надписи. Синие светила рассредоточившись, патрулировали местность. Состав группы был колоритным: четверо людей, семеро турианцев и девять батарианцев.       Внезапно станцию сотрясли два синхронных удара. Синие светила быстро схватили оружие и поспешили увести Имрана в комнату управления станцией. В тех местах, откуда шел звук, не было наемников, но они и не спешили рассредотачиваться. Два отряда по десять человек намного легче уничтожить, чем единое подразделение. Центурион-турианец занял позицию на одном из решетчатых балконов под потолком станции, оглядывая площадку сквозь оптику снайперской винтовки. То же делали и другие Синие светила. Слишком много укрытий и ходов имелось для наемников и их противников. Вскоре по станции прошлись звуки сварки и грохот падающих листов металла.       — Докладывает Сигма-тэ-семь, под нами чисто, — отрапортовал космодесантник, наставив тяжелый болтер на прожженный мельтой проход. — До пола пять метров.       Перед ним выпрыгнул другой легионер, и пол под воином взвыл от нагрузки, едва не прогнувшись.       — Во второй зоне высадки чисто, — доложил он, озираясь по сторонам. Альфа-легионер стоял посреди коридора, вдоль стен которого шли многочисленные трубы.       — Активировать ауспексы, — скомандовал Хасис по общему каналу. — Ищите тепловые следы и наблюдайте за любым движением. Радары на полную мощность — мне срочно нужна схема этой станции.       Имран с ужасом прислушивался к громоподобным звукам десантирования Астартес, доносящимся из другого конца станции. После двенадцатого удара всё затихло. Он позволил себе подойти к огромному окну, занимающему лицевую сторону помещения. Комната немного возвышалась над большой площадкой, на которой засели Синие светила.       — Отойдите в укрытие, — попросил, нет, приказал батарианец. Имран посмотрел на его нижнюю пару глаз и увидел презрение, граничащее с отвращением. Разумеется, батарианец не мог признать человека над собой. Имрана это мало беспокоило, лишь бы этот четырехглазый урод выполнял свою работу. Уйдя от окна, мужчина спрятался за столом, присев на корточки.       Тем временем три турианца с винтовками наперевес двинулись растянутой цепью к одному из коридоров. Место простреливалось другими Светилами и любой враг, выскочивший перед троицей, поплатился бы головой. Буквально. Центурион со снайперской винтовкой смотрел над шлемами разведчиков, держа когтистый палец на спусковом крючке. Вдруг на них опустилась кромешная тьма: осветительные приборы функционировали исправно, но некая невидимая стена не пропускала их свет. Командир наемников активировал прибор ночного видения. Нет эффекта. Тепловизор — без изменений. Инфракрасный и ультрафиолетовый режимы также не помогли. Неестественная тьма скрыла трех турианцев от команды.       — Ланик? Кантилус? — окликнул их один из батарианцев. Тьма рассеялась, а разведчики просто исчезли. Напряжение усилилось.       — Не сводите глаз с проходов! — крикнул центурион.       Вентиляция тихо гудела, нарушая царившую тишину. Звук будто усиливался стократ, а снайпер ощутил мандраж, распространившийся на пальцы рук. Вдруг безмолвие нарушил голос, звучавший будто по архаичной рации:       — Сдавайтесь, ничтожества, и ваши жалкие жизни не оборвутся самыми болезненными способами! — распространился он эхом по станции. Странно, но язык был турианский, хотя голос принадлежал явно представителю другой расы.       — Лучше покажись, ублюдок! — нервно крикнул центурион. — Кто ты такой? Спектр?       Внезапно турианец ощутил позади себя нечто — ауру смерти и ненависти. Резко обернувшись, он выстрелил в того, кто стоял напротив. Пуля рикошетом отлетела от груди незнакомца. Центурион медленно поднял свой взор на то место, где должна была находиться голова этого гиганта. Кроваво-красные глазницы выражали лишь холодную злобу, а по респиратору, заменяющему рот, стекала синяя кровь, падая на черный нагрудник. Парализованный страхом турианец сразу угадал, кому она принадлежала — Ланику и Кантилусу.       — Я — Альфарий, — произнес гигант, оглушив центуриона усиленным в несколько раз голосом. Турианец на миг взял контроль над телом, чтобы сделать новый выстрел, но гигант одной рукой схватил его за голову и сдавил как яичную скорлупу, разбрызгивая на металлический пол череп и мозги пришельца.       Синие светила не успели отреагировать: внезапные выстрелы болтеров, материализовавшихся, казалось, из теней, выкашивали наемников сквозь кинетические шиты — у них просто не хватало емкости для должной защиты. С хирургической точностью бойцы Альфа-Легиона целились в головы и сердца врагов, не делая различий между ксеносами и людьми. Через три мгновения всё закончилось. Ни вспышек болтеров из тьмы, ни криков умирающих наемников, которым снаряды ломали ребра и разрывали внутренности. Раненых также не осталось. Двенадцать Астартес собрались у входа в логово Имрана — последней линии обороны.       — Прострелите стекло и бросьте светошумовые гранаты в окно, — скомандовал Хасис двум легионерам, а сам направился к центральному помещению станции. Дверь была сделана из тонкого металла и заперта на обычный замок. Командор Альфа-Легиона усмехнулся: с таким же успехом этот человек мог спрятаться за фанерной перегородкой.       Посмотрев на двух бойцов с зажатыми в руках гранатами, он едва заметно кивнул им. Стекло разбилось, осыпаясь крупными осколками, и через пару секунд прозвучали громкие хлопки. С первой же попытки дверь поддалась, ввалившись внутрь помещения. Хасис с цепным мечом в правой руке влетел в комнату. Первый удар отделил голову батарианца от шеи. Перекатившись, воин сделал выпад и насадил человека в синем доспехе на клинок. Активированные зубья разодрали нагрудник и ребра, обдав пол слоем из деформированных керамитовых пластин, костной муки и внутренностей. Третий удар широкой змеевидной дугой опустился на плечо последнего наемника, отделив руку от тела, и остановился у солнечного сплетения. С хлюпающим звуком Хасис вынул меч из тела врага, отбросив тушу сильным пинком в живот.       Наблюдающий за этим Имран, забился в угол, согнувшись в позу эмбриона. Вскоре в комнату вошли другие гиганты, закованные в черную броню с желтыми полосками на наплечниках. Тот, что расправился с охраной, подошел к контрабандисту и взмахнул перед ним клинком, забрызгав торговца жизненными соками и плотью Синих светил. Имран вскрикнул, вытирая лицо. Но то, что произошло дальше, вызвало тихий ужас у контрабандиста.       Гигант повесил свой клинок на пояс и снял с себя шлем. К удивлению торговца под, ним оказалось не монструозное лицо, а вполне человеческое: выбритая голова, маленькие серые глаза, округленный нос и невыразительный подбородок. Обычный человек, такой же, как Имран. Нет, не обычный — в его взгляде чувствовалась сталь. Секунду назад этот гигант порубил трех охранников, но его лицо не демонстрировало ни радости, ни сожаления. Гиганту было всё равно, для него убийство — это нечто обыденное, не заслуживающее внимания.       Великан подошел к трупу человеческого охранника. Подняв бездыханное тело левой рукой, правой он впился пальцами в его горло, с силой сдавив, и вырвал трахею мертвеца. На бронированную перчатку тут же полилась струя артериальной крови. Бросив взгляд на побелевшего от страха контрабандиста, он поднес губы к теплому красному потоку, который стремительно наполнял его рот кровью. Имран выблевал обед на свои штаны, согнувшись пополам.       — Я рад, что мне не пришлось общаться с тобой на языке ксеносов, — произнес Хасис, отбрасывая тело наемника за ненадобностью. Омофагия быстро обработала воспоминания и генную информацию Синего светила. — Ты ведь понимаешь меня, Имран? Сгорбленное существо казалось, уменьшилось в несколько раз. Астартес подошел к нему, грубо схватив за волосы, и поднял на ноги.       — Давай я кое-что проясню. Ты отвечаешь на вопросы, и я отпускаю тебя. Если будешь молчать или лгать мне, я начну ломать твои кости. Итак, я повторюсь: ты понимаешь меня?       — Да, — выдавил из себя человек, руками хватаясь за голову.       — Тебя зовут Имран?       — Да.       — Хорошо, что у нас складывается разговор. Чем ты занимался на этой топливной станции, Имран? И каков род твоей деятельности?       — Я-я торговец, — заикаясь, молвил человек, и Хасис сильнее сдавил основание его волос. — Торгую контрабандой! Не убивай, прошу, я же не вру.       — Но и правду не до конца рассказываешь. После увиденного ты действительно думаешь, что мне есть дело до твоих товаров? По-твоему мы относимся к органам правопорядка?       — Нет, я так не считаю и не знаю, кто вы! — умоляюще сложил он ладони.       — Разумеется, не знаешь. Повстречаться с Альфа-Легионом и выжить — это подвиг для такого маленького человека. Кто за тобой охотится? На кого была засада?       — Спектр. Это…       — Я знаю, кто такие Спектры, — произнес мужчина, прикоснувшись к виску. — Эта информация содержалась в памяти твоего телохранителя. Ещё я знаю, что у тебя заканчивается полезная для меня информация. Ты становишься ненужным.       Рука Хасиса опустилась на эфес цепного меча.       — Нет! — заорал Имран, вцепившись в кисть воина. — Проси что угодно — я могу дать все, что пожелаешь! Деньги, оружие, наркотики, влияние…       — Посмотри на меня и скажи, нуждаюсь ли я в перечисленном? — лукаво спросил Хасис.       — Я же сказал, что готов на всё!.. Не может быть такого, что тебе ничего не нужно.       Командор Альфа-Легиона мысленно усмехнулся. Сейчас.       — Найди убежище для меня и моих воинов. Такое, из которого я мог бы дотянуться рукой до любого уголка в галактики, при этом находясь в тени.       — Омега! — Имран и не догадался, что Хасис сам его подтолкнул к подобному ответу. — Да, да, да! Я найду для тебя такое место на Омеге. У меня есть люди, услугами которых ты сможешь пользоваться.       — Червю вроде тебя полагается обращаться на «вы», — Астартес бросил торговца на пол. — Я принимаю твое предложение, человек. Отвези нас на Омегу.       Контрабандист застыл с надеждой на лице, но тут вмешался Гектор.       — Тебе два раза повторять надо, отброс?! — вокс искажал его голос до нечеловеческого, почти демонического. — Или хочешь, чтобы я содрал с твоей спины ленты кожи, сделал из них хлыст и подгонял им тебя?! Шевелись, выродок!       Имран, подгоняемый колдуном, побежал к стыковочному доку, где было пришвартовано его судно, а следом быстрым шагом выдвинулись другие Астартес. Замыкали строй Хасис и Вик.       — Милорд, может, нам стоит подождать этого Спектра? — псайкер также отведал крови мертвого охранника, впитав часть его памяти.       — Нельзя убивать его — привлечем излишнее внимание. Вместо этого мы взорвем эту станцию. На первое время это отвлечет и замедлит Спектра, а дальше мы разработаем верный план.       — Тут хранится топливо, проблем с этим не возникнет. У Фарола есть взрывчатка — он пополнил запасы перед эвакуацией с «Кровопийцы». Для этой дыры должно хватить.       Через двадцать минут транспортное судно покинуло туманность Титана, используя ретранслятор. Спустя триста секунд топливный склад взорвался и исчез в ослепительной вспышке и облаке огня.       Когда Спектр Сарен Артериус прибыл в систему Гаскинса, то несколько раз сверил данные сканеров с теми, что имелись в экстранете. Позже его судно засекло обломки топливного склада, и тут же все встало на свои места. Сначала очень неправдоподобная сделка, напоминающая засаду, а теперь подрыв целой станции? — Очевидная попытка замести следы и сбросить хвост. Жертва засекла охотника и сбежала. Впрочем, ничего нового. Однако Сарен готов был поклясться, что человек с таким дилетантским подходом даже не догадается убрать данные со сканеров у ретрансляторов. Стоит Спектру потребовать эти данные у местных властей, как ему без вопросов покажут, куда и когда этот корабль летел.