Прости меня, любовь моя.

–Дарья, просыпайтесь. Мне нужно поменять вам капельницу.– прозвучал в тишине знакомый голос, медленно выводящий меня ото сна. Открыв глаза, я сразу же зажмурилась от слишком яркого солнца. Когда я просыпалась первый раз, было ещё довольно тёмно, так как было часов шесть, а может семь, от силы. Радует лишь то, что голова больше не болит. Скорее всего, подействовали лекарства, которые мне ввели. –Как самочувствие? – спросила женщина, меняя мне капельницу. –Намного лучше, спасибо.– улыбнулась я.– А как вас зовут?– добавила я, осознавая, что не знаю, как её зовут. –Марина.– быстро ответила она, не отрываясь от своего дела. Я улыбнулась и посмотрела в окно. На улице уже ярко светило солнце. Само окно было слегка при открыто, так как в палате было душно. На улице слышался гул машин и детский смех. “Он даже не приехал...” – пронеслось у меня в голове. Хотя, о чем это я. Кто я ему, чтобы он приезжал в больницу и переживал за меня? У него наверняка уже есть невеста. Так зачем же ему переживать за меня? На душе сразу же стало тяжело. В голове снова звучал Его голос, говорящий, что он любит меня, что он никогда не предаст меня, что все у нас будет по-настоящему. А потом это был голос, который делал предложение другой. Голос, который безбожно обманывал меня. –Ох, Дарья, я совсем забыла сказать, что в коридоре сидит молодой человек, который к вам в шесть утра приехал. – неожиданно вывела меня из раздумий голос Марины. –Было слишком рано, поэтому мы его не пустили, но он остался. Я же могу пустить его?– спросила она. –Да, конечно.– произнесла я. Почему-то я подумала, что это Никита. Ведь мы, если можно так сказать, почти помирились. Фактически он мой молодой человек, хотя все чаще меня посещают мысли о том, правильно ли я поступила, начав встречаться с ним. Марина улыбнулась и вышла из палаты. Я уже была готова увидеть Никиту, но каково же было моё удивление, когда в палату зашёл Паша. Он робко заглянул в палату, а потом зашёл, прикрыв дверь. Он был одет в джинсы, футболку белого цвета и серый пиджак. Волосы были слегка взъерошены. В руках он держал букет лилий. Он не проронил ни слова, а просто встал напротив кровати. Я молча смотрела на него, пытаясь увидеть в его лице хоть что-то. Казалось, что у него на лице изобразились миллион эмоций. В его глазах явно читалось волнение и тревога. Он переступил с ноги на ногу и посмотрел на меня. –Привет.– тихо произнёс он. Я долго собиралась с мыслями. Я просто молча лежала, не зная, что сказать. Я понимала, что должна поздороваться, но в горле как будто ком застрял. Внутри все начало жечь, будто меня подожгли изнутри. –Как ты?– все так же тихо спросил он. –Вы не обязаны переживать о моём...о моём состоянии.– так же тихо ответила я. Слова дались мне с большим трудом. Я не думала, что так тяжело будет сказать обычную, казалось бы, фразу. Я поняла, что сказав это, дала понять ему, что мы уже никто друг другу. Уверена, сейчас он облегченно выдохнет и уйдёт к своей невесте, которая, очевидно, и уговорила его приехать. Но нет. Он не выдохнул и не ушёл. Он слегка усмехнулся и Потер переносицу. –Даш, я думаю, нам нужно поговорить.– произнёс он. – Я сяду?– спросил он, кивая головой на стул. Я лишь кивнула. Говорить что-либо у меня просто не было сил. Я не могла не смотреть на него, не разговаривать с ним. Все это слишком тяжело для меня. Но не могу же я выгнать его. Он всё-таки тут с шести утра сидит. Паша положил цветы на тумбочку и сел на стул, стоящий справа от кровати. Он смотрел на меня с лёгкой улыбкой, но я сразу поняла, что она не настоящая. В глазах у него было что-то непонятное. –Ты так и не ответила на мой вопрос.– произнёс он.–Как ты? –Вы ошибаетесь, я ответила на ваш вопрос минуту назад.– ответила я, стараясь не смотреть на него, чтобы не разрыдаться прямо у него на глазах. –Даш, я понимаю, что виноват перед тобой во многом, но я переживаю за тебя. – произносит он, опустив глаза. –Не за того человека ты переживаешь.– прошептала я и почувствовала, как слеза тонким ручейком скатилась по моей щеке. Нет. Нет. Нет. Только не это. Я не должна лить слёзы перед ним. Он не должен этого видеть. –Что... Что ты имеешь в виду?– произнёс он и посмотрел мне прямо в глаза. Он увидел мои слезы, и на лице его отразилась такая боль, какую я ещё никогда не видела в его глазах. Он закрыл глаза и запустил руки в волосы, крепко сжав их в кулаки. Я никогда не думала, что буду переживать подобное. Никогда не думала, что человек, которого я искренне полюбила, предаст меня. Я слышала, что он что-то шептал, но я не понимала, что именно. Очевидно, он говорил это на своём родном языке. Он не поднимал голову. Я не могла понять его поведения. Не могла, а может просто не хотела. –Прости.– прошептал он и поднял голову.– Прости меня. Я... Я вел себя, как...как придурок. Прости, прошу.– шептал он, заглядывая мне в глаза. Я смотрела ему прямо в глаза и пыталась понять, врёт он или нет. Я пыталась найти в нем прежнего Пашу, которого полюбила. Хотела увидеть настоящего человека, который открыл свою душу чужой девушке на своём дне рождении. Да, я помнила тот вечер. Тогда я по-настоящему узнала его, как мне тогда казалось. Тогда я подумала, что он может измениться, но нет. Он никогда не изменится. Он всегда будет обманывать меня. –Прости меня.– вновь прошептал он. –Как часто слышу я эту фразу.– улыбнулась я, уже не скрывая слёзы.– И все время от тебя. –Даш, прошу, поверь мне.– произнёс он.– Я знаю, что это сложно, но ты должна. Я знаю, что вел себя, как полный идиот. В тот вечер, когда приехала группа, и когда начал встречаться с Софией. Был полным идиотом, но я... Я любил тебя. – на мгновение он замолчал.– София... Да, я был с ней. Да, я спал с ней, но... Это было не то. Я всегда хотел, что бы на её месте была ты. –На месте в постели?– спросила я, глядя на него. –Нет, на том месте, где она была вчера вечером. – совершенно серьёзно произнёс он.– Я люблю тебя, Даша. Пойми это. Я закрыла глаза и замотала головой. Я не верила ему. Не могла больше верить. Слёзы ручьями стекались по моим щекам. Я до сих пор слышала его голос, который делал предложение Софии. Видела его глаза, в которых была надежда на ее согласие. Сердце разрывалось от боли, которая медленно убивала. Я больше не могла терпеть, поэтому мне было наплевать, что он сидит здесь и видит моё состояние. Видит, что я мучаюсь из-за него. Видит, что мне больно. Я больше не могу терпеть. Не могу держать все это в себе. Я сдаюсь, я больше не могу. –Паша...– произнесла я, сглотнув ком в горле.– Вспомни, как мы познакомились. –Я помню.– улыбнулся он.– Ты же меня спасла тогда. –О, нет.– помотала я головой.– Самую первую встречу. Ты уволил меня, когда я ударила Алехина. Я говорила, что хотел... Что он лапал меня. Но ты поверил не мне, а ему. – на мгновение я замолчала.– Так вот, тогда ты не поверил мне, а теперь я не верю тебе. – я повернула к нему голову и увидела, как мне показалось, боль и сожаление в его глазах.– Я больше не могу верить тебе, а может просто не хочу. Вспомни, сколько раз ты говорил, что не лжешь мне, что любишь меня. Тогда я верила тебе, но ты сам же и убил эту веру. Сам сделал так, что бы я была с Никитой. – еще одна пауза.– Ты говоришь про тот вечер... Дело не в нем. Я бы простила за него, так как понимаю, что сама должна была рассказать о Никите. Ты сделал больно, но я бы простила ее, если бы ты извинился. А что сделал ты? – я выжидающе посмотрела на него.– Ты стал ухаживать за другой, ты забыл меня, наплевав на все те слова, которые ты говорил мне. А потом ты стал встречаться с ней.– я сглотнула слёзы и продолжила.– Помню, как увидела тебя тогда. Вы с Софией целовались в коридоре. – усмехнулась я.– Думаю, ты должен знать, что ту ночь, которую ты провел с ней, я провела с Никитой. С тех пор мы стали парой, но я почему-то не чувствовала к нему того, что чувствовала к тебе... – я замолчала, но потом добавила.– Ты сломал меня. Сам сломал. Да так, что уже не починить. Прости, но я не верю тебе. И никогда не поверю... – закончила я. Все это время Паша, не отрываясь, смотрел мне в глаза. Он не проронил ни слова, когда я замолчала. Он понял, что я никогда его не прощу. Понял, что уже слишком поздно. Понял, и поэтому молчал. Мне не было жаль его. Я не испытывала ничего, хотя до сих пор любила его. Да, после всего этого я любила его. Но это были лишь чувства, которые все равно пройдут. Они ничего не решают в данной ситуации. Абсолютно ничего. В палате воцарилась мертвая тишина, которую нарушал лишь аппарат, который постоянно пикал. Я не знаю, о чем он думал. Да я и не хотела знать. Одно я поняла точно – ему было больно от моих слов. Я видела это в его глазах. Я чувствовала это. Но я должна была сказать это, что бы разрушить между нами какую-либо связь. Я была уверена, что этот день будет последним, когда мы встретились. Я уже понимала, что уволюсь из отеля. Я просто не смогу видеть его, разговаривать с ним. Не смогу видеть, как он клеит очередную девку, чтобы скоротать с ней ночку. –Даша, я...– начал он. –Уходи. – перебила его я.– Уходите, Павел Аркадьевич. От этих слов он передернулся, будто его током ударили. Он помотал головой и закрыл глаза. –Нет, нет, нет!– почти закричал он.– Даша, я... –Дарья, к вам пришли друзья!– радостно провозгласила Марина, неожиданно распахнув дверь палаты. В палату буквально ворвались Никита и Юля. Они сразу бросились к кровати и принялись расспрашивать, как я. В их голосах слышались беспокойство. –Павел Аркадьевич, а вы че тут? Дашку навестить приехали?– спросила Юля, заметив серба. Он ничего не ответил. Он молча смотрел на меня, моля взглядом о прощении. Я же смотрела на него, пытаясь унять слёзы. Да, мне было больно, но если бы я не покончила с этим, мне было бы ещё больнее. –Даша, ты как? – произнёс Никита, присев на край кровати.– Даш, прости меня. Я люблю тебя и не хочу потерять. Я ничего не отвечала. Я смотрела на человека, которого люблю и которого ненавижу. Два эти чувства вместе создавали ураган эмоций, выпускать которые наружу будет опасно. Внезапно я почувствовала, как Никита наклонился ко мне, а его губы мягко накрыли мои. Он поцеловал меня нежно, но это был совсем не то, что было с Пашей. Последнее, что я видела, перед тем как снова потерять сознание, был Паша, который ушёл из палаты, хлопнув дверью...