Прости меня, любовь моя.

От лица Паши Я видел его. Видел Никиту, который целовал Дашу. Мою... Давно уже не мою. Я видел, как она смотрела на него. Она же не любила его. Я сразу понял это. Она ведь даже не обрадовалась его приходу. Хотя она и мне была не рада. Я ушёл, увидев, как он целует её. Я не мог видеть это, поэтому и ушёл. Было больно видеть все это, но ещё больнее было слышать все те слова, которые она мне говорила. Я предчувствовал, что так все и будет. Знал, что она не простит меня, но я все же надеялся на один маленький шанс. Но она не дала мне его... Выйдя в коридор, я не сдержал эмоций. Крик отчаянья вырвался из меня, за которым последовал удар в стену, а потом ещё один. Кулак превратился в кровавое месиво. Боль разъедала меня изнутри. Душевная и физическая боль, от которой было не спрятаться. –Идиот!– крикнул я.– Какой же я идиот! Медсестра, проходящая мимо, в испуге шарахнулась от меня. Я медленно опустился на пол и положил голову на колени, зарывшись руками в волосы. Я понимал, что сам все разрушил. Она правильно сказала, что я сам её сломал. Сломал её веру ко мне. Разрушил все, что только можно. –Молодой человек?– кто-то потрепал меня по плечу.– Молодой человек, вам плохо? Я поднял глаза и увидел врача, которая и пустила меня к Даше. Марина, кажется. Она смотрела на меня, пытаясь понять, что со мной. –Да, мне плохо.– произнёс я, поднявшись с пола.– Я потерял девушку, которую люблю. Как думаете, плохо мне или хорошо?– добавил я и пошёл к выходу. Мне было наплевать на то, что эта женщина крикнула, что мне нужно обработать рану на руке. Мне было наплевать на все. Единственное, что я сейчас хотел, это напиться. Напиться и все забыть. Я вышел из больницы, и меня обдало свежим воздухом. На мне было тонкое пальто и длинный шарф, которые совсем не грели. Но даже на это мне было плевать. Лучше я замерзну, чем буду видеть перед глазами Дашу, которую целует Никита. Лучше вообще не жить, потому что без неё я уже не смогу... Я медленно побрел в сторону отеля, так как был без машины, а вызывать такси не хотелось. Я шёл, а в голове звучал её голос. Такой нежный голос. "Я больше не могу тебе верить." Эти слова засели у меня в голове. Боль с новой силой ударила меня. Никогда я подобного не испытывал. Я сам много раз причинял девушкам душевную боль, не звоня им, пользуясь ими. Я даже причинил боль Даше. Девушке, которую действительно люблю. Поступил с ней, как самый настоящий подонок. А теперь это все бумерангом вернулось ко мне. Теперь мне тоже больно. Теперь я тоже почувствовал то, что чувствовала она. Боль, разрывающая изнутри. Боль, убивающая моё сознание. "Ты сам сломал меня..." Господи, как же она права. Если бы она знала, как сильно я ненавижу себя за это. Я действительно сломал её. Убил все её чувства ко мне. Оставил только одно – ненависть. Она ненавидит меня, в этом я уверен на все сто процентов. Зачем я тогда придумал эту песню? Зачем опозорил её? А самое главное – почему я не извинился? Если подумать, то я ведь даже не пытался, а ведь она простила бы, если бы я сделал хотя бы одну попытку. А зачем потом начал встречаться с Софией? Да, мы сблизились. Да, она показалась мне интересной и мудрой женщиной, но я ведь не любил её. Страшно подумать, но это было желание отомстить. Отомстить Даше за Никиту. И я отомстил. Я провёл ночь с Софией. Но откуда возникло это странное желание, сделать предложение Софии. Я помню, что когда Комиссарова говорила мне о своём человеке, я думал о Даше. Именно о ней. Я знал, что она – мой человек. Но что я сделал? Предложил стать моей женой Софии, чем добил Дашу. Довел её до нервного срыва. И что, собственно, я хотел после этого? Я помотал головой и плотнее запутался в пальто. Навстречу мне шла одна пара. Они держались за руки и просто молчали. Парень с нежностью смотрел на девушку, а у неё в глазах будто слёзы блестели, которые она тщательно прятала. –Прости...– произнесла она и отпустила его руку. Я заметил, как парень только улыбнулся и ушёл от неё. А девушка села на скамейку и облегчённой выдохнула, улыбнувшись, хотя слёзы тонкими ручейками бежали из её глаз. Я понял только то, что парень отпустил её. По его глазам было видно, что он любил её, но не она его. Я вздохнул и завернул к Отелю. Может быть, и мне будет проще, если я отпущу Дашу? Вот так же, с улыбкой, как тот парень. Хотя, я не смогу отпустить её. Никогда. Я снова завоюю её доверие. Я должен это сделать. От лица Даши –Даша.– чья-то рука потрепала меня по плечу.– Даша, просыпайся. Я поморщилась и приоткрыла глаза. Первое, что я увидела, это лицо Юли, которая склонилась надо мной и обеспокоенно смотрела мне в глаза. –Юля?– спросила я.–Ты чего? –Ты уже часа три спишь, а перед этим сознание потеряла.– ответила она. Я посмотрела на часы, которые стоят на тумбочке. Они показывали половину второго. Я осмотрелась и поняла, что Никиты нет. От этого я облегченно выдохнула. Не хотела его сейчас видеть. Не хотела, что бы он говорил, как сильно он любит, потому что тогда бы мне пришлось врать ему, а этого я не хотела. Не сейчас. –Даш, я вообще извиниться хотела.– немного нервничая, произнесла Юля.– Я погорячилась. Просто тогда на нервах была вот и наговорила тебе всего. Ты не уезжай...пожалуйста. Живи у меня, как и раньше. – добавила она. Я посмотрела на подругу и невольно улыбнулась. В этом вся Юля. Извиняется, хотя на самом деле она не виновата. –Юль, ты не виновата.– произнесла я.– Я не должна была рассказывать все Вове. Если б я не рассказала, то он бы не ушёл от тебя. –Не напоминай, прошу. – поморщилась Юля.– Просто давай забудем. Я лишь кивнула и улыбнулась. Я очень рада была тому, что мы с Юлей помирились. Сейчас это было очень важно для меня. После всего произошедшего Юля сможет поддержать меня, а это очень важно для меня. Перед глазами резко возник Паша. Я помнила его взгляд, который истощал болью. Его лицо сразу переменилось, когда Никита поцеловал меня. Уверена, он надеялся, что я прощу его, что мы снова будем вместе, что я просто забуду обо всем. Но я не смогу. Даже если скажу, что прощу, то это будет ложью, за которую буду расплачиваться всю жизнь. –Даш, а что тут Павлик Аркадьевич делал?– неожиданно спросила Юля. –Он приходил узнать, как моё самочувствие.. – ответила я. –Именно поэтому он там в коридоре стену дубасил и орал на всю больницу, что он идиот?– усмехнулась подруга. –Что с ним?!– взволнованно спросила я. Я буквально подскочила на кровати, благо от аппарата и капельницы меня уже отключили. В глазах резко потемнело, а голова закружилась. В голове уже нарисовались самые страшные образы, какие можно только представить. Отрицать то, что он все ещё не безразличен мне, я просто не могу. –Да в порядке все с твоим Павликом.– успокоила меня Юля.– Ушёл, даже руку не дав обработать. –А что с рукой?– не поняла я. –Говорю же, стену он дубасил. Там аж вмятина осталась. – усмехнулась подруга. Я облегченно выдохнула и легла обратно на подушку. Я мысленно одергивала себя не волноваться за него. Не думать о нем. Теперь у него есть тот человек, который будет переживать за него. Или нет? Он говорил, что любит меня. Он приехал ко мне... Хотя, София могла просто отказать ему. Да, конечно. Вот поэтому он и приехал. София просто отказала ему. –Он прощения просил.– неожиданно тихо произнесла я.– Говорил, что любит. Говорил, что понимает, что он вел себя как... Как... –Как подонок он себя вел.– закончила Юля.– Простила?– добавила она. –Нет, я бы не смогла. – ответила я.– Не простила. И никогда не прощу.– прошептала я. Юля вздохнула и присела на край кровати. Она взяла меня за руку и посмотрела в глаза. –Дашк, однажды одному человеку я уже говорила это.– произнесла она.– В нашей жизни ещё много потерь будет, но самая страшная потеря – это потеря своего человека. Я уверена, что Он – это и есть твой человек, которого ты теряешь.– увидев мои протесты, она добавила.– Я не говорю, что ты должна его прощать. Это твоё дело, только твоё. Я говорю о том, что не делай все с горяча. Не увольняйся и не уезжай в свой Волчанск. И самое главное.– на мгновение она замолчала.– Не начинай встречаться ни с кем от злости. Это все плохо заканчивается, поверь мне. – улыбнулась она. Я улыбнулась в ответ и сжала её руку. Я понимала, что все равно не прощу Пашу. Но одно я поняла точно. Увольняться из отеля я не стану. Пожалуй, лучше просто перетерпеть, чем мучится там, в Волчанске.