Супердевушка

В назначенный для миссии день на базе «Овервотч» кипела работа. Агенты под руководством офицеров отрабатывали намеченный план, рабочие готовили снаряжение и технику, челноки к вылету, координировали работу базы. После завтрака Рени покинула главный зал и сразу же отправилась за снаряжением. По пути она намеревалась найти хоть кого-то из своей новой команды, назначенной Уинстоном, но, как ни странно, никого поблизости не было видно, и среди потока занятых людей Рени чувствовала себя одинокой и отстранённой. В пункте выдачи Рени получила от технического специалиста всё полагающееся ей снаряжение, а вместе с ним указания к дальнейшей работе. Руководство «Овервотч» снабдило всех агентов маячками в форме браслетов, которые помимо своей основной функции имели в своем арсенале ещё часы и трекер. Показания каждого такого включённого маячка можно было отслеживать как из командного центра, так и с помощью специально разработанного приложения, установленного на смартфон. Кроме того, каждому агенту выдали необходимый набор для операции — пару шприцев с обезболивающим и заживляющим раны лекарством изготовления Ангелы Циглер, — а также переговорные устройства. В итоге несколько часов ушло на то, чтобы настроить всё оборудование, пару часов — на проверку оружия, ещё парочка — на инструктажи. Под конец дня, когда золотой краешек солнца едва виднелся из-за горизонта, все были готовы и собраны, но при этом в напряжении. Рени наконец-то отыскала свою команду, и после инструктажей остаток вечера они провели в общем зале, где пили кофе и разговаривали. Часам к девяти в зал вошли Ана с Джеком и объявили общий сбор. Рени проверила крепление для мечей, потуже затянула пояс и бодрым шагом направилась за своей командой во главе с Джеком Моррисоном. Ровно в десять вечера два челнока, специально подготовленных к полёту для агентов, были подняты в воздух. Челнок, на котором летела Рени, был ей знаком. Это был тот самый челнок, пилотируемый весёлым парнем Крисом, на голове которого всё так же красовались очки-авиаторы. Джек как обычно занял место рядом с пилотом, остальная команда уместилась позади. Сидя в тесноте между Гендзи и Маккри, Рени чувствовала единение с ними. Скоро предстоит битва, в которой каждый из них будет прикрывать ей спину. Они были потрясающими людьми, неординарными, индивидуальными, однако преданными и добрыми. Работа в команде была для Рени в новинку, поэтому она нещадно себя изводила. С каждой минутой волнение усиливалось, но, к счастью, тишину прервал Маккри, который находил сидение на одном месте скучным занятием. Он постоянно подкалывал пилота и получал от него не менее колкие комментарии. Рени и Люсио, наблюдавшие за этой словесной баталией, время от времени заливались хохотом, пока Джек не пресёк беззаботное настроение в команде, приказывая всем сосредоточиться на миссии. Перечить ему никто не решился, кроме Маккри, который переключился уже на Джека, пытаясь вывести его из себя. Спустя время, когда Маккри оставил свои бесполезные провокации в отношении Джека, челнок зашёл на посадку и приземлился на пустыре в окружении складских помещений. Главное здание «АрмТех» находилось в паре кварталов от места их высадки. Чтобы не светить транспорт и самих себя в придачу, каждый из челноков высадился неподалёку от места операции. Челнок, на котором прибыла Ана с командой, высадился через улицу от места высадки команды Джека, и вместе они параллельно друг другу продвигались к пункту назначения. Солнце уже село за горизонт — двигались они в сумерках. Фонари решено было не включать, чтобы не привлекать к себе излишнее внимание, поэтому передвигалась команда, ориентируясь по своим ощущениям, осторожно ступая по земле. Команда Джека прибыла на позицию первой и ожидала сигнала от команды Аны. Джек жестом приказал всем занять позицию вокруг главного входа, а сам следил за периметром с позиции, откуда просматривались все возможные входы и выходы. Спустя время в голове у каждого послышался приглушённый голос Аны Амари. — Мы на позиции. Можно начинать. — Понял. База, мы готовы, — в голове у Рени послышался голос Уинстона. — Хорошо, на счёт десять отключаю сигнализацию. Каждая команда, установите со своего входа устройства взлома. Начинаем, — следом послышался голос Афины, ведущей отсчёт времени. Гендзи выбрался из своего укрытия и в прыжке оказался у двери. На счёт десять он прикрепил устройство, которое было похоже на паука, к электронной панели. Цепкие железные лапки проткнули защитный корпус замка и прикрепились к плате внутри него. Послышался едва заметный треск работающей программы, алгоритм которой перебирал комбинации всевозможных вариаций кодов. Затем тоненький писк и звук открывающейся двери. Гендзи забрал своего «паука» и спрятал его за пазуху. Джек жестом приказал Рени и Гендзи пробираться внутрь и разведать обстановку. Рени переместилась скачком к двери и прошмыгнула внутрь за Гендзи. Оба оказались в огромном атриуме, который состоял из двух этажей. В середине комнаты полукругом стоял пустой ресепшен. Ветер, нагоняемый с улицы, разметал бумаги на столе. Гендзи резко обернулся на шум, а Рени крепко сжала меч. Определив источник шума, оба с облегчением выдохнули. Рени жестом показала Гендзи направление, в котором собиралась пойти, он кивнул в ответ и отправился в противоположную сторону. Обойдя ресепшен с двух сторон, двое мечников проверили помещения второго этажа и встретились около лифта позади ресепшена. — Докладывайте, — в ухе с треском раздался голос Джека. — Всё чисто, — Рени и Гендзи прислонились спиной к стене, заглядывая за угол в направлении входа, где сидели в засаде их товарищи. — Понял. Послышались шаги и бренчание шпор на обуви Маккри. Хоть внутри никого и не было, команда старалась ступать как можно тише. После того, как все собралась у лифта, Джек сообщил Ане, что с их стороны всё тихо. Стоило ему об этом сказать, как в окна атриума ударил яркий свет, послышался гул вертолетных лопастей. — У нас гости. Всем приготовиться к бою, занять позиции. Джек отдал приказ и сам устроился в засаде. Рени переместилась гравитационным скачком на второй уровень атриума у входа и приготовилась атаковать. Обнажив мечи на половину из ножен, она крепко сжимала их в руках. Гендзи, последовав её примеру, забрался по стене на противоположную сторону и замер в ожидании. Джек отправил Люсио как можно дальше от начала боевых действий — за ресепшен к лифту. Знаменитый диджей хоть и хорошо сражался, нужен им был в качестве целителя, поэтому рисковать им и пускать его на передовую не имело смысла. Маккри кувырком нырнул за противоположную колонну от колонны, за которой сидел Джек, и потушил сигару, держа свой револьвер наготове. Оперативники «Когтя» не стали церемониться и вломились внутрь здания под звон бьющегося стекла. В темноте засверкали надствольные фонарики, послышались тяжёлые шаги. Нападавших было человек двенадцать. Рени и Гендзи с верхнего уровня показывали жестом своим напарникам и командиру их количество и направление, в котором они двигаются. Стоило группе штурма пройти чуть вглубь атриума, как Джек отдал приказ атаковать. По цепочке приказ разошёлся по всей команде, и в момент, когда приказ дошёл до последнего члена команды, Джек выскочил из укрытия и открыл огонь по оперативникам. Из-за неожиданности нападения сзади среди группы началась паника, которую быстро пресёк командир их отряда. Они развернулись к нападавшим и начали вести массированный огонь по Джеку и Маккри. Гендзи тихо спрыгнул с первого этажа и отбил атаку мечом. Рени последовала за ним, плавно спустившись на первый этаж, окутанная энергией, и выставила перед собой щит, прикрывая команду. Получив преимущество, Джек и Джесси вышли из укрытия и открыли ответный огонь. Пуля, отбитая Гендзи, попала одному из оперативников в плечо, и он упал прямо под ноги своему боевому товарищу, выбив того из равновесия. Маккри, обойдя противников с фланга, занятых боем с Джеком, Рени и Гендзи, кинул светошумовую гранату и попал ею прямо в голову одному из бойцов. За взрывом последовал выстрел — и ещё один боец упал замертво. Люсио, который всё это время отсиживался за стеной у лифта, выехал из своего укрытия и, ловко лавируя между бойцами «Когтя», пошёл в атаку. Поравнявшись с группой бойцов, звуковой пушкой он выкурил их из укрытия. Рени, поймав момент, ринулась скачком в центр их группы и ударила по земле энергией. Бойцы, придавленные силой гравитации, потеряли сознание. У одного из них пошла носом кровь. С текущей позиции Рени отправила волну энергии в ещё одну группу бойцов. Как только поле гравитационной энергии схлопнулось у них под ногами, они подлетели в воздух и повисли в невесомости. Джек и Джесси, не теряя времени, расстреляли врагов. Безжизненные тела, словно огромные тряпичные куклы, упали на пол. Пытаясь попасть по Люсио, который ловко кружился вокруг атриума, противники отвлеклись и не заметили, как им в тыл пробрались Рени и Гендзи. Оба обнажили мечи и точными быстрыми ударами вывели из игры ещё несколько бойцов «Когтя». Джек и Джесси расстреляли оставшихся бойцов, всех, кроме командира. Джесси подбросил тому светошумовую гранату. Ослеплённый, не имея и шанса против команды агентов «Овервотч», он был отправлен в нокаут прикладом винтовки Джека. — Так, с этими разобрались. Джесси, свяжи нашего нового знакомого, нам определённо с ним будет о чём поболтать, — приказал Джек и отошёл в сторону, чтобы связаться с Аной. — Понял, понял, — вздохнул Джесси и принялся за работу. — Ана, мы нейтрализовали угрозу со своей стороны. Захватили командира в плен. Доложите обстановку. На другом конце здания послышался запыхавшийся голос Аны Амари, выстрелы и выкрики. — У нас тут массированная атака. Сдерживаем их, как можем. Не помешала бы помощь. — Понял, — Джек стремительно развернулся к команде и выкрикнул. — Гендзи, Люсио, Джесси! Идите и помогите команде Аны. Затем возвращайтесь назад. Не исключено, что это только первая волна. Джесси закончил связывать командира и выдвинулся следом за Люсио и Гендзи, который уже вызывал лифт. Рени прохаживалась по атриуму, добивая уцелевших противников. Джек снова отошёл к дальней стене и переговаривался с командой Аны. Рени вытерла лезвия мечей о штанину одного из оперативников «Когтя» и отправила мечи в ножны. Краем глаза она заметила, как из ниоткуда появилась чёрная дымка и затем материализовалась в крупного человека под два метра ростом. Он был одет в чёрный плащ, на голову наброшен капюшон, на лице — белая маска из кости, напоминающая череп. Увидев Рени, он достал дробовик, двинулся по направлению к ней и без предупреждения выстрелил. — Джек! — крикнула Рени. Она едва успела выставить перед собой щит, но отдача от выстрела была такой силы, что её отбросило назад и она больно ударилась головой о стену. Из глаз посыпались звёзды. Рени почувствовала, как мир стремительно вращается вокруг неё. Она сделала короткий вдох, пытаясь унять подступающую к горлу тошноту. Рени пребывала на периферии сознания и полного забытья, борясь со слабостью; ей никак не удавалось подняться на ноги. Джек услышал крик Рени и выстрел, развернулся и на мгновение замер от неожиданности, но замешательство сменилось настоящей слепой яростью. — Рейес, ублюдок! Я убью тебя! — яростно выкрикнул Джек и снял винтовку с предохранителя. — Сомневаюсь, Джек, — ответил Рейес, почивший для общественности, ныне называющий себя Жнецом. Он развернулся к Джеку лицом и хрипло засмеялся. Джек открыл огонь по Жнецу без предупреждения. Одновременно с этим, Жнец растворился в воздухе и пропал из вида. В свете луны его едва можно было разглядеть. Он слился с тенями высоких колонн, украшенных хромом металла, подпирающих второй этаж атриума. Джек подключил на визоре ночное видение, регистрируя каждое едва заметное движение, и только поэтому смог вовремя среагировать, когда Жнец материализовался позади него и попытался вывести его своим излюбленным способом из игры, напав со спины. Джек блокировал удар и с разворота ударил Жнеца прикладом винтовки по костяной маске. По инерции он отклонился и сделал шаг назад. Воспользовавшись образовавшимся пространством, Жнец нанёс ответный удар. Удар за ударом, между бывшими товарищами завязался ожесточённый бой. Отбросив оружие в сторону, каждый из оппонентов бил другого со всей силой и яростью, на которую были только способны. Два солдата, прошедших улучшение и получивших множество генных модификаций, сражались на равных, не желая уступать друг другу. Однако один из них изначально не собирался драться честно. Выждав подходящий момент, Жнец отвёл руку назад, развернувшись вполоборота, и схватил дробовик, из которого не преминул выстрелить в Джека. Внезапный выстрел застал Джека врасплох. Не ожидая настолько подлого трюка, Джек не сумел уклониться от выстрелов, первый из которых пришёлся в область левого бока, а второй — в бедро правой ноги. Волна острой боли на несколько секунд парализовала тело, вынудив Джека прекратить атаку. Он припал на одно колено, зажимая ладонью кровоточащую рану на левом боку, и с усилием моргнул, пытаясь не терять сознание. Жнец хохотнул, ликуя после внезапной победы. Он ударил Джека по маске и переступил с ноги на ногу, на ходу разминая шею и плечи. Джек упал на спину и попытался отползти в сторону от Жнеца. Под ним образовалась ярко-красная лужица крови, стремительно увеличивающая в размерах от его телодвижений. Джек часто и прерывисто дышал, пытаясь взять себя в руки, чтобы подняться на ноги, но тело предательски тянулось к земле. Имея преимущество в виде ускоренной регенерации, Джек старался выиграть как можно больше времени, но был не уверен в том, что это сработает так, как надо, учитывая опыт прошлого сражения с Габриэлем. Резкая невыносимая боль волна за волной проходилась по телу Джека, а за ней и волна страха от осознания того, что всё именно так, как он и думал: регенерация не сработала, и он умирает. Оглянувшись на Рени, которая предпринимала попытку подняться на ноги, борясь с головокружением, Джек вперил взгляд в Жнеца и замер, пытаясь придумать хоть какой-нибудь план действий, чтобы выйти из того положения, в котором они с Рени оказались. Жнец сделал пару шагов в сторону Джека и присел рядом с ним, рассматривая его лицо в маске и склонив голову набок. Резким движением руки он сорвал с него визор, закрывающий лицо. За маской Джек казался рассерженным и встревоженным одновременно, но нисколько не удивлённым своим текущим положением. — Ничему-то тебя жизнь не учит, Джек. Всегда на одни и те же грабли. Сначала Каир, теперь — Гибралтар. Ты всегда был слаб. Для меня до сих пор остаётся загадкой то, как руководство смогло разглядеть в тебе командира, — издевательски произнёс Жнец. — А от тебя другого и не ожидал. Ты всегда играл грязно, предатель, — выдохнул Джек. Из-за невыносимой боли он едва ли мог говорить. На глаза наворачивались слёзы, лёгкие сковывало судорогой, заставляя его делать короткие, рваные вдохи. Услышав слово-катализатор, Жнец со всей силы схватил Джека за горло и начал его душить. — Я убью тебя, Джек, и поставлю точку в истории «Овервотч». Всё будет так, как и должно было быть, — с ненавистью в голосе протянул Жнец. Стоило ему это сказать, как в воздухе мелькнул голубой всполох — и Жнеца отбросило к стене с такой силой, что отовсюду посыпалась штукатурка. Над Джеком появилась Рени, закрывая его своим телом. Рени вложила в удар всю силу, но Жнец быстро пришёл в себя, с рычанием надвигался к Рени и Джеку. Рени была одновременно ошарашена и напугана этим, но вовремя сумела взять себя в руки. Она сконцентрировала в руке как можно больше энергии. Облако сменило цвет с синего, затем стало фиолетовым и сделалось чёрным. Получившийся чёрный шар она пустила в Жнеца. В воздухе материализовалась небольшая сингулярность. Пытаясь перебороть притяжение маленькой чёрной дыры, Жнец превращался в чёрную дымку и обратно, но побороть гравитацию ему не удалось. В конечном итоге сингулярность сделала своё дело, поглотила Жнеца и схлопнулась в пространстве, оставив после себя звенящую тишину. Рени затаила дыхание, прислушиваясь к посторонним звукам, а затем, убедившись, что Жнеца окончательно поглотила чёрная дыра и он не вернётся, обратила внимание на Джека. Осознав, что старый друг покинул их, он с облегчением выдохнул и откинулся на пол. — Господи, Джек, — Рени задрала его куртку, расстегнула ремень на поясе его штанов и дёрнула на себя. Дрожащими руками она туго затянула ремень выше места ранения на ноге. Пошарила в кармане и достала два шприца, которые ей выдали перед заданием. Содержимое одного шприца вколола вокруг раны на ноге, содержимое второго — вокруг раны на боку. Джек совсем не сопротивлялся и позволял делать с собой всё, что было необходимо. Облегчение от победы, хоть и с таким смазанным финалом, заставило его расслабиться и отпустить себя, проваливаясь в чёрную бездну небытия. — Нет, Джек! Не отключайся! Смотри на меня, слышишь? Ты мне нужен, — Рени принялась похлопывать его по щекам, приводя в сознание. Она взяла его лицо в свои руки, пытаясь сфокусировать его взгляд на себе. Добившись желаемого, одной рукой нажала на переговорное устройство. — Ана! Джек серьёзно ранен! Я не знаю, что делать! Кровь не останавливается, — дрожащим голосом крикнула Рени. — Рени, успокойся. Не паникуй. Выдвигаемся к вам, держитесь, — коротко и сухо ответила Ана. Рени взяла руку Джека в свою и уставилась на часы, которые шли в комплекте к браслету, отслеживающему местоположение, и принялась отсчитывать пульс. — Ты хорошо сработала, Рени. А вот я сплоховал, — Джек закашлялся, говорить ему было трудно, на губах выступила кровь. — Не говори. Не трать силы в пустую. — Ты дрожишь, — тихо сказал Джек. — Не волнуйся, Рени. Я и не из таких передряг выбирался. Просто дай мне немного времени, ладно? В глазах предательски заблестели слёзы, и, чтобы взять себя в руки, Рени кивнула в ответ и попыталась сосредоточиться на счёте пульса Джека. Эти минуты казались ей вечностью. Звенящая тишина, разрываемая рваным дыханием Джека, давила на уши. Сердце так бешено колотилось, что отдавалось болью в ушибленной голове. Рени сама едва не теряла сознание, и только страх за жизнь Джека не давал ей отключиться. — Не плачь, Рени. Не бойся. Всё будет хорошо, — после этих слов Рени едва не заревела в голос, потому что знала, когда кто-то, кто попал в беду, говорит, что всё будет хорошо, случается обратное. Джек поднял руку и утёр слезинку у её глаза. На периферии Рени услышала писк лифта и быстрые шаги, приближающиеся к ним. Ана шла во главе всей компании. Увидев Рени с Джеком, бегом направилась к ним. Команды обступили их со всех сторон, но Ана всех разогнала, кроме Рени, которую опрашивала о проведенных ею действиях в отношении Джека. Следом за Аной подбежала Ангела и легко опустилась на колени рядом с Джеком. Пока Ангела оказывала первую помощь Джеку, Ана запросила челнок и приказным тоном отправила встречать челнок Джесси и Гендзи. Спустя минуту оба притащили носилки, на которые помогли погрузить Джека. Убедившись, что Джек в надёжных руках, Рени на негнущихся ногах дошла до ближайшей колонны и осела вниз, обхватив руками голову. Ана приказала Ангеле сопровождать челнок, на котором транспортировали Джека, а сама занялась организационными вопросами и первым делом запросила ещё один челнок для оставшихся агентов. Убедившись, что всё под контролем, Ана опустилась на колени рядом с Рени и взяла её руки в свои. — Рени, как ты себя чувствуешь? Из меня плохой медик, но я могу попробовать тебя осмотреть, на всякий случай, пока Ангела занята, — Ана достала маленький фонарик и подняла голову Рени за подбородок. Проверила реакцию зрачков, показала два пальца. — Сколько пальцев видишь? — Два. — Уже хорошо. Тошнит? Голова кружится? — Болит. — Как вернёмся на базу, надо будет сделать рентгенограмму черепа, чтобы исключить трещину. Тебе нужен отдых. — Хорошо. — А теперь расскажи, что случилось. — Я не знаю. Как только ребята ушли, словно из ниоткуда появился человек в чёрном плаще. Он напал на меня, а затем они подрались с Джеком. Кажется, они были знакомы, словно старые товарищи. Ана на это только горько вздохнула и закрыла глаза, покачав головой: — Это никогда не кончится. Куда он подевался? — Его поглотила чёрная дыра, которую я открыла. Скорее всего, он умер. — Я бы поспорила с тобой. Наверняка, мы только на время его задержали. Не исключено, что он объявится снова, чтобы закончить начатое и отомстить. Теперь в его списке ещё и ты, Рени. Только этого нам не хватало, — с беспокойством в голосе сказала Ана. — Ана, это он ведёт охоту на агентов «Овервотч?» — Рени вперила свой взгляд в Ану, с замиранием сердца ожидая от неё ответа. — Да. — Кто он? — Наш старый друг, — грустно ответила Ана и опустила взгляд в пол, погрузившись в свои мысли. — Габриэль был одним из лучших. Всегда рвался спасать мир, но, в отличие от Джека, ему было наплевать на правила и общественное мнение. — По-моему, это правильная позиция. К чёрту правила, если они только мешают. Ана в ответ на это рассмеялась и покачала головой: — Прав был Джек, когда сказал, что место тебе в «Блэквотч». С Габриэлем вы бы сработались. — Он так сказал? — с тревогой вопросила Рени. — Это не меняет его отношение к тебе. Вас тяжело держать в узде, потому что у вас у обоих своё мнение касательно любой ситуации. Подчиняться приказам не ваш конёк. Рени тяжело вздохнула и задумалась. Пока она не давала повода усомниться в своей порядочности, но не ровен час, когда возникнет ситуация, при которой ей придётся выбирать как поступить: пойти на поводу у высшего командования и предать свои принципы или сделать так, как велит сердце. К Ане с Рени подошёл Маккри, и от его голоса Рени вздрогнула, оставив свою дилемму на неопределённый срок. — Ана, челнок готов к отправке. Ана кивнула подошедшему Джесси, подала руку Рени и помогла подняться ей на ноги. Поддерживая её, она направилась за остальными к челноку. Маккри волочил за собой командира отряда по земле. Он поднял того, как мешок с требухой, закинул его в челнок и запрыгнул за ним следом. За ним последовали и остальные. Как только второй челнок был загружен и пошёл на взлет, Ана приказала третьему челноку заходить на посадку. Как только челнок сел, она помогла Рени сесть в него, а затем жестом указала, чтобы садились оставшиеся агенты. Когда последний член команды занял своё место, Ана окинула взглядом место боя и запрыгнула следом. Челнок пошёл на взлёт. Рени, с невыносимой головной болью, пыталась взять себя в руки, но её до сих пор нещадно колотило, не говоря уже о том, что она была по локоть в крови Джека. Как только последний челнок на борту с Аной и Рени сел на посадочную площадку на базе «Овервотч», Ана целенаправленно отвела Рени в лазарет и поместила её в одну из палат. На Гибралтаре до сих пор стояла глубокая ночь, и рассветное солнце едва показалось из-за горизонта, окрасив облака вдалеке в нежно-голубой оттенок. Рени села на край койки и огляделась, прислушиваясь к тишине. За дверью в контрасте с палатой Рени слышалась торопливая возня. Инцидент в «АрмТех» поднял всех на уши, заставив врачей и персонал суетиться, словно пчёл в улье. Рени безумно переживала за Джека. Ранения, полученные им в бою, были крайне тяжёлыми, и не нужно было быть медиком, чтобы понять одну простую истину — он может умереть в любую минуту. Рени сделала глубокий вдох, пытаясь прогнать поступающее к сердцу чувство страха, и взглянула на свои руки, красные и липкие от его крови. Её не покидало стойкое ощущение того, что от провала их отделяло одно лишь мгновение. Ещё секунда — и Джек мог бы умереть. Если бы у Рени не хватило сил, она бы потеряла его, и эта мысль, укоренившись в мозгу, словно сорняк, никак не хотела покидать её и без того больную голову. Рени пребывала в ужасе и от того, что всё может стремительно приобрести иной оттенок: дружба — обернуться враждой, любовь — обратиться в ненависть, доброта — в жестокость и злобу. Глядя на то, как Ане больно смотреть за взаимоотношениями Джека и Габриэля, как они ненавидят и при любом удобном случае пытаются убить друг друга, Рени была потрясена. Что не говори — «Овервотч» был символом справедливости в мире, однако за любой организацией стоят люди, обычные живые люди, которые любят, ненавидят и сопереживают. Осознание этого заставило Рени проникнуться, а вслед за этим чувством возникло желание вступить в организацию, чтобы попытаться узнать об этом больше. Спустя время, когда Рени уже начало казаться, что все про неё благополучно забыли, пришли врачи и взяли её в оборот, заставив сделать рентген и все процедуры, чтобы исключить повреждение костей черепа и мозга. После всех манипуляций Рени на мгновение облегчённо выдохнула, ожидая, что ей наконец-то позволят покинуть лазарет и вернуться в свою комнату, но у медиков были относительно неё другие планы. Медсёстры выдали Рени больничную одежду и заставили смыть с себя всю грязь и кровь. Не переставая протестовать, Рени отправилась в душ и переоделась в больничную одежду. Весь маленький бунт Рени окончился в тот момент, когда в палату вошла Ана. Она коротко кивнула врачам и медсёстрам и под её внимательный взгляд все покинули палату. — Ложись в постель, Рени. Тебе следует отдохнуть. — В этом нет необходимости, Ана. Я нормально себя чувствую, — парировала Рени. — Я рада это слышать, но врачи хотят понаблюдать за твоим самочувствием. Переночуешь в лазарете, а завтра если всё будет также хорошо, то покинешь палату. Рени умолкла, не имея больше сил спорить с Аной, и коротко кивнула. Ана в ответ на это достала из кармана заготовленный заранее шприц с неизвестным содержимым. — Что это? — Успокоительное. Чтобы тебе было легче уснуть. Давай руку, — Ана обтёрла место укола антисептиком и легонько воткнула иглу в руку. Рени поморщилась от боли в руке, но за болью последовала сладкая слабость, и нега накрыла её с головой. Ана поддерживала её за голову, помогая ей принять горизонтальное положение. Накрыла одеялом и поправила подушку, чтобы ушибленной голове было удобнее лежать. — Спи, спи. Ты молодец. Джек жив благодаря тебе, — Ана погладила Рени по голове и устало вздохнула. Сегодня они чуть не потеряли друга, хоть и смогли выполнить операцию до конца. Однако в воздухе явно ощущалось напряжение. Воздух наэлектризовался, словно перед бурей, ожидая, когда небо разразится дождём. Ана испытывала мучительное чувство дежавю, будто была в подобной ситуации ранее. Они перешли Рубикон, точку невозврата, и хоть это было не таким явным, но ощущалось внутренне также отчётливо, как биение сердца в груди. *** Следующим утром Рени проснулась уже без головной боли. На затылке, как и следовало ожидать, выскочила громадная шишка. Рени осмотрелась по сторонам, прислушиваясь к посторонним звукам. Поднялась с постели, на цыпочках босиком вышла за дверь и оглядела коридор. Делать было нечего, возвращаться в постель не хотелось, а уходить, никого не поставив в известность, было нельзя. Рени пошла по коридору, просматривая таблички на дверях, ища кабинет Ангелы. Не найдя нужного, пошла в другое больничное крыло и попала в реанимационное отделение. Осторожно ступая по холодному полу, выстеленному белой плиткой, Рени заметила знакомый силуэт за приоткрытой дверью. Войдя внутрь палаты, она увидела лежащего на койке Джека, подключенного ко всем возможным аппаратам жизнеобеспечения. Мерный писк отсчитывал его пульс, лекарство из капельницы лениво поступало в кровь. Рени со вздохом внимательно взглянула в лицо Джеку и нахмурилась. Вид у него был изнеможденный, спустя время на лице проявились первые синяки, полученные в бою с Габриэлем. Рени на цыпочках подошла ближе и села на край его кровати. Чуть помедлила, но сжала в ладонях его руку. Спустя мгновение Джек глубоко вздохнул, но не проснулся, измученный потерей крови и полученными ранениями. Невольно Рени вспомнила вчерашний разговор с Аной относительно Габриэля и Джека и потупила голову, аккуратно поглаживая кончиками пальцев его руку. Ей было его так жаль и от осознания того, что ничего нельзя поделать, сердце сжималось от тоски. Неизвестно, сколько Рени просидела у постели Джека под мирное попискивание прибора измеряющего пульс, ведь время рядом с ним стремительно меняло свой ход. Несмотря на то, что он был без сознания, Рени не было скучно или одиноко. Она только с интересом вглядывалась ему в лицо, отмечая про себя, что видит его таким впервые — беззащитным и трогательным. Внутри Рени тёплым вихрем по венам разносилось желание прикоснуться к нему более открыто. Почувствовать, как бьётся его сердце, коснуться лица, пересекая шрамы. — О, так ты здесь. Я тебя везде ищу, — за спиной Рени раздался чистый голос Ангелы, и Рени вздрогнула от неожиданности. Едва взглянув на Ангелу, Рени отвела взгляд и густо покраснела, пытаясь как можно незаметнее убрать свою руку от руки Джека. В руках Ангела держала электронный журнал с показаниями. Обойдя с другой стороны койку, она сняла показания медицинских приборов и занесла в журнал. Рени всё это время молчала, не зная, что ответить. — Давно тут сидишь? Рени в ответ лишь коротко пожала плечами, стараясь избегать прямого взгляда с Ангелой, которая лучезарно улыбнулась Рени и бодрым шагом направилась на выход из палаты. Рени быстро поднялась со своего насиженного места и отправилась за ней, напоследок взглянув на Джека. — Не волнуйся. С ним всё будет в порядке. Он сильный, справится, — поспешила заверить Рени Ангела. Рени ничего на это не ответила и только торопливо шла за ней следом. — Могу я покинуть лазарет, Ангела? — Рени нагнала врача и внимательно взглянула ей в лицо. — Давай я тебя напоследок осмотрю. Так, на всякий случай. Если всё будет в порядке, то я тебя отпущу. Идёт? — Полагаю у меня нет выбора? — Рени в ответ на это нахмурилась, представляя себе все возможные экзекуции, которые ей в этом случае придётся пройти. Ангела в ответ улыбнулась и кивнула головой в сторону смотрового кабинета. Рени тяжко вздохнула и вошла в кабинет. Пройдя все возможные тесты, Ангела отпустила Рени, предварительно выделив ей таблетку от головной боли. Рени поспешно переоделась в свою одежду, захватила оружие и направилась на выход из лазарета. По пути она встретила Гендзи, и вместе они обсудили произошедшее накануне. Покинув лазарет, Рени ступила в круг света будничной жизни, наполненной суетой и заботами. Яркий свет бил Рени по глазам, заставляя её постоянно утирать выступившие на глаза слёзы и вынуждая её прятаться в тени. От жары и солнца у неё разболелась голова, а в теле угнездилась невыносимая слабость, из-за которой ей пришлось поспешно попрощаться с Гендзи и вернуться в свою комнату. Рени скрылась за дверью и вдохнула ставший привычным воздух. Первым делом вернула мечи на выделенное место на комоде, а затем неторопливо сбросила с себя одежду и улеглась на кровать. Холод простыней и свежий воздух без примесей антибактериальных средств и запаха лекарств успокаивал. Рени глубоко вздохнула и закрыла глаза, вспоминая измождённое лицо Джека и тепло его рук. И как бы Рени ни старалась, она не могла заставить его покинуть её голову. Ей было жизненно необходимо с ним поговорить, убедиться, что с ним действительно всё будет в порядке после того, что случилось. За всеми этим мыслями Рени не заметила, как уснула, а когда открыла глаза, в дверь настойчиво стучали. Рени поспешила одеться. Быстрым шагом она пересекла комнату до двери, попутно ища выключатель. Щёлкнув выключателем, Рени зажмурилась и по ощущениям принялась открывать входную дверь. На пороге стояла Ана. — Мне тут птичка напела, что ты затворничеством занимаешься. — Что? Нет, — заторможено ответила Рени. Она до сих пор пыталась прийти в себя после сна и потирала глаза, привыкая к свету. — Я уснула. — Быстро устаёшь? Что же, неудивительно, после такой-то травмы. Можно войти? — спросила Ана и с ожиданием взглянула на Рени. — Да, конечно, — Рени отошла в сторону, пропуская Ану внутрь. — Завтра намечается собрание. Будем обсуждать прошедшую миссию. Гендзи тебе не говорил? Маккри и я допросили нашего пленного. К сожалению, ничего толкового он не сказал, если не учитывать тот факт, что нас подставили, как и их. — Что? В смысле? — недоумённо вопросила Рени. Она никак не могла уложить в голове то, что только что рассказала ей Ана. Рени поспешно уселась на кровать напротив Аны, которая приземлилась на кресло за рабочим столом, и ожидала от неё внятного объяснения. — То и значит. Кто-то сообщил нам ложную информацию, якобы «Коготь» намеревается украсть чертежи оружия. На самом деле «Коготь» и знать не знал ни о каком оружии. Однако неизвестные доложили, что мы там будем на задании. То есть получается, что нас друг на друга кто-то натравил. Чей это противник, «Когтя» или наш, пока неизвестно. Как и то, чего этот человек или группа людей добивается. Рени была поражена услышанным. — Получается, всё было зря? Получается, что Джек чуть не умер, пытаясь защитить то, что по сути и не нужно было защищать? Это просто бессмыслица какая-то! — Рени подскочила с кровати и принялась расхаживать по комнате, пытаясь успокоиться. — Господи, я так зла! Если увижу этого шутника, убью его к чертям собачим! — Попридержи коней. Я полагаю, что этот Мистер Х не так уж и прост. Посуди сама: он смог обвести вокруг пальца две организации. «Овервотч» тоже не пальцем делан, несмотря на то, что сейчас у нас не так много ресурсов и нет поддержки ООН. Но «Коготь»? У них ведь такие ресурсы, данные и целая свора специалистов, а они ведь тоже повелись. Рени была подавлена новостями и не знала, что предпринять дальше и чем помочь «Овервотч». Эта новость никак не желала укладываться у неё в голове, и она молчала, пытаясь найти этому хоть какое-то логическое объяснение. — Кстати, хотела спросить. Ты надумала официально к нам присоединиться или всё-таки будешь работать одна? — спросила Ана и вперила в Рени свой взгляд, ожидая от неё ответа. Конечно, Рени хотела этого. Раньше у неё не было боевых товарищей, которые могли прикрыть ей спину, но, когда она повстречала и познакомилась с такими замечательными людьми, поняла, что больше не сможет работать одна: уж очень она привязалась к каждому из них, а учитывая последние новости, Рени должна была разобраться в деле с загадочным противником, из-за которого они чуть не потерпели крах. Ей нужно было время и ресурсы организации. — Конечно, я вступлю. Мне у вас очень нравится. Работа в команде замечательная, и я к вам очень привязалась за столь короткое время, — ответила Рени и тепло улыбнулась Ане. — Мы к тебе тоже привязались. Ты нам очень помогаешь, и мы хотим, чтобы так было и впредь. Хорошо, устроим официальную церемонию посвящения после того, как Джек поправится, — Ана встала со своего места. — Пойду скажу Уинстону, что у нас прибавление. А ты не сиди одна в четырёх стенах, мы теперь твоя семья и готовы выслушать и поддержать в любую минуту. Я понимаю, что ты в прошлую ночь многое пережила, но не стоит замыкаться в себе. Ана подошла к Рени и по-матерински погладила её по голове. — Я поняла тебя, Ана. — Если есть какие-то вопросы — задавай. Я отвечу по мере возможностей. Рени коротко кивнула в ответ. Ана внимательно оглядела Рени и ощупала её голову: — Ну и шишка у тебя на затылке. Тебе бы лёд приложить. Сходи в общий зал, попроси у поваров льда. — Сейчас же схожу. Ана дружески похлопала Рени по плечу и направилась на выход: — Не забудь про собрание. Завтра в десять утра, — напутственно сказала Ана. — Не забуду. Спасибо, Ана. Входная дверь тихо захлопнулась, и Рени осталась наедине со своими мыслями. На душе было неспокойно: нападение Жнеца, тревога за Джека, а теперь ещё и новый таинственный враг. Чего бы он ни добивался, он поставил под угрозу их жизни, а этого никак нельзя было простить. Рени охватила такая безысходность, что она принялась слоняться по комнате, словно загнанный в клетку зверь. От этих мыслей у неё снова разболелась голова, и ей ничего не оставалось, кроме как пойти в главный зал за льдом. Выскочив за дверь комнаты, Рени с облегчением глубоко вдохнула ночной воздух. Ночная прохлада приводила мысли в порядок, успокаивала головную боль. Когда Рени переступила порог большого зала, она обнаружила, что, несмотря на поздний час, в зале до сих пор ярко горел свет. За одним из обеденных столов в углу сидели Маккри, Лена, Райнхардт и что-то увлечённо обсуждали. Гомон голосов не стихал, каждый пытался перекричать другого. Подойдя к ним поближе, Рени поняла, что они играли в покер. Выиграл, судя по всему Маккри, которого остальные обвиняли в шулерстве. — Рени! Садись, сыграй вместе с нами. Может, ты сможешь обличить Маккри в обмане, — воскликнула Лена, подозвала жестом Рени и скинула со свободного стула ноги Джесси. — Эй, вообще-то всё было по-честному. И это мой стул. — Не наглей, Джесси. Уступи место даме, — поучительно обратился к Джесси Райнхардт. Без привычного доспеха он казался вдвое меньше. — Спасибо, ребята, я вообще-то мимо проходила. Не думала, что кого-то тут встречу так поздно, — Рени неловко переступила с ноги на ногу и указала рукой на поваров, суетящихся на кухне. — Всё равно садись, хоть посмотришь. Может быть, мы тебя уговорим, а? — не унималась Лена. — Погоди, Лена, мне нужно кое-что сделать. Лена любопытно задрала голову, чтобы рассмотреть, куда направляется Рени, и привстала со своего места, чтобы лучше видеть, но чуть не упала со своего стула. На кухне до сих пор слышалась какая-то возня: повара гремели кастрюлями и сковородками, подготавливая их к завтрашнему утру. Рени окликнула одного из поваров — улыбчивого мужчину сорока лет — и попросила лёд. Джерри, так звали повара, кивнул и направился к холодильнику, по пути достав из шкафа специальный пакет для льда. Рени подошла к одной из рабочих поверхностей, куда Джерри положил несколько форм. Ударив каждую об стол, он стал руками собирать лёд в пакет. Льдинки скользили по гладкой поверхности стола, и Рени с Джерри только и успевали, что ловить их, не давая соскользнуть на пол. Джерри наполнил пакет и отдал его Рени. Отблагодарив его, она вышла из кухни. Ребята подозвали к себе Рени и усадили её за стол. Лена принялась раздавать карты, отобрав их у Джесси. — Голова болит, да? — с беспокойством спросил Райнхардт, смотря, как Рени одной рукой держит лёд, прикладывая к затылку, а другой придерживает голову, облокотившись на стол. Рени покивала головой в ответ. — Здорово тебе досталось. — Да уж всяко больше повезло, чем Моррисону, — усмехнулся Джесси, затянулся сигарой и достал из-за пазухи флягу. — Эй, откуда это у тебя? Дай-ка глотнуть, — Лена перевесилась через стол и протянула руки к Джесси. — Детишкам такое пить нельзя, — Джесси открутил крышку фляги и с удовольствием глотнул содержимое. Протянул флягу Рени. — Не откажусь, — Рени приняла протянутую флягу и сделала пару глотков. От крепкого алкоголя зажгло горло, и она закашлялась. — А почему это мне нельзя, а Рени можно? — Лена обиженно надула губы и в отместку начала кидаться в Джесси фишками для игры. — Потому что. О, эту фишку я возьму, — Джесси схватил фишку номиналом в двадцать пять долларов, запутавшуюся в складках его пончо. — Отдай сейчас же! — воскликнула Лена и схватила Джесси за пончо, пытаясь дотянуться до потерянной фишки. — Что упало, то пропало. Всё. Это теперь моё, — сказал, как отрезал Джесси. — Ни черта подобного! Отдай! — закричала Лена в ответ. Рени с Райнхардтом переглянулись и засмеялись. Джесси, устав от посягательств на своё драгоценное пончо, схватил Лену за руки, пытаясь её угомонить. Рени так смеялась, что на глазах выступили слёзы. Несмотря на неприятности, ей нравилась такая беззаботность, а ещё больше нравилась компания, которая её окружала. Она совсем недавно присоединилась к ним, но уже успела их всех полюбить с невероятной силой, на которую способны только настоящие друзья. Наблюдая за тем, как Лена и Джесси препираются и дерутся, а Райнхардт от души смеется, Рени поняла, что хочет их всех защитить любой ценой. Сделать всё возможное, чтобы все были живы, здоровы и так же беззаботны, как сейчас. Сидя поздно вечером в компании ребят, она чувствовала себя необычайно комфортно, словно попала домой. Уходить или бродить в одиночестве наедине со своими внутренними демонами совершенно не хотелось. Яркий свет главного зала разгонял ночную тьму, согревал и поднимал настроение. Рени ещё долго сидела с ними, до поздней ночи, наблюдая за тем, как они играют и шутят. Фляга Джесси переходила из рук в руки и всё-таки попала к Лене. Джесси спустя десяток глотков сменил гнев на милость и дал распробовать напиток из своих закромов и ей. Спустя время её щёки порозовели, а движения стали заторможенными, словно она попала под воздействие изменения гравитации Рени. Спустя пару часов, когда остальные уже клевали носом, а все запасы Джесси иссякли, они не спеша отправились досыпать остаток ночи. Добравшись до своей комнаты, Рени разделась, умыла лицо и легла на кровать. Стоило её голове коснуться подушки, как она уснула, думая о новых друзьях, заботах и о том, что предстоит сделать в будущем.