Влюблённая в мёртвого

      Волна холода прошла по всему телу из-за чего я резко проснулась. Перед глазами ещё стоял туман, но я видела, как золотые лучи солнца освещали мою комнату. Я протерла глаза тыльной стороной ладони и вновь огляделась. Теперь я уже видела чёткие цвета и картину перед глазами: кровать была в пяти шагах от меня, а я была за столом.       Кажется, я заснула за столом. Щека так и пылала из-за того, что почти три часа провела на поверхности стола лицом.        Я потянулась вверх и зевнула настолько сладко, что была готова уснуть опять тут же, поэтому скорее встала на ноги и заметила пепел, что рассыпал по полу. — Чёрт, — тихо выругалась я и посмотрела на стол: кольцо безобидно лежало на столе. Пришлось немного напрячь мозги, чтобы вспомнить почему я заснула за столом. — Аарон…вампир…да, точно, — прошептала я и собрала пепел с пола. Ну, большую его часть.       Я посмотрела на часы: полшестого, есть шанс, что мама уже на ногах. Чтобы узнать это я приоткрыла дверь своей комнаты и посмотрела в коридор. Было тихо и темно. Окон в прихожей не было, поэтому единственным освещением был ночник, приколотый к стене, но сейчас он был выключен.       Неужели мама ещё спит?       Я быстро привела себя в порядок и убрала кровать, но вспомнила свой сон.       Ведь Аарон добр, он помог Доре, а что если он действительно спас Джонатана от Ральфа? Думаю, это уже не имеет смысла. Может, сходить к ним? Зачем? Они всё равно выставят меня за дверь, но сначала Аарон сотрет все мои воспоминания о нём. Хотя, что я теряю? Он заставит меня забыть всё это рано или поздно, а так я лишу его радости приходить к нам домой и пойду сама, хочу узнать хоть что-нибудь, прежде чем забуду: о каких врагах он говорил, почему так опасно всё это дело, хоть что-нибудь.       Я быстро переоделась, надела кольцо на палец и, захлопнув дверь, вышла на улицу. Ключи я нашла на тумбочке, значит мама действительно спит. Я завела мотор и поехала к братьям Фрейн.       Моя рука нервно постучала по деревянной двери, обшитой тёмной кожей и с вывеской «224-А». Дверь не меняла положения секунд пятнадцать, но вскоре тихо скрипнула и из тени я увидела два чёрных глаза. Они смотрели на меня из маленькой щели.       — Аманда? — удивился Ральф.       — Я понимаю… — промямлила я. — Ты в тени, потому что боишься солнца? — мучая своё кольцо на пальце спросила я.       — Мне два века с лишним, какое солнце?! — удивился он.       — Прости, знаешь ли, мой справочник о вампирах создан на основании фильмов с Паттинсоном, — промямлила я, заламывая себе пальцы от волнения и едва удерживая себя на ногах. Время от времени так и думала, что сейчас свалюсь тут, как мешок картошки.       — Что-то случилось? — спросил он и вышел ко мне. Теперь на нем была серая рубашка, заправленная в чёрные брюки с белым ремнем на поясе. Лицо его было бледное, глаза особенно светились от лучей солнца.       — Да, случилось. Например, я узнала, что вы вампиры и раз…раз Аарон хочет стереть мои воспоминания… — от волнения я проглатывала некоторые слова и казалось, что я несу какой-то бред. — Я пришла к Аарону, я хочу…поговорить.       — Перестань ты нервничать, — внезапно произнес он, что волна мурашек прошла по всему телу. — Заходи, — пригласил он меня внутрь.       С прошлого раза ничего здесь не изменилось, если не считать зловещей ауры вампиров по всему дому и другого ковра на полу. В тот раз он имел оттенок песчано-жёлтого, а сейчас был буро-красный.       — Персидский, — заявил Ральф, заметив, что я пялюсь на ковёр.       — Очень милый. — улыбнулась я и пожала плечами. Стоять в прихожей, как истукан было как-то не по себе, поэтому я последовала за Ральфом и прошла в гостиную.       Здесь стоял огромный диван, накрытый бархатным пледом темно-зеленого цвета. Перед диваном стоял кофейный столик кедрового цвета. На ней стоял графин с какой-то жидкостью и пустой стакан. На фоне дивана столик практически исчезал, лишь его необычный цвет заставлял его замечать вновь. Перед диваном стояла огромная тумбочка, на которой стоял огромный телевизор. На заднем фоне гостиной, возле окна, был книжный шкаф, в котором хранилось сотни книг. Позади дивана был ещё один стол, на котором стояла горшок с ПРИМУЛОЙ.       — Необычно, правда? — усмехнулся Ральф, когда заметил, что я с удивлением смотрю на цветы.       — Разве вы не…? — закончила я, резко отрезав.       — В этом есть своя ирония, — дернул он плечами и улыбнулся уголком рта. Окна были закрыты шторами бордового цвета. Поэтому комната была мрачной и все цвета приобретали тёмный оттенок, даже ярко-золотая скатерть на столе, была грязно-желтой.       — Почему бы не открыть шторы? — указала я пальцем на окно.       — Ну, мы же вампиры, пусть всё будет идти по твоему вампирскому справочнику для чайников, — произнёс он и, подойдя к столу, налил жидкость из графина в стакан, — Виски, — практически прошептал он. — Хочешь? — спросил и протянул стакан мне.       — Шутишь? — приподняла я бровь.       — Конечно, нет, — он выпил все до дна. — Аарона ещё нет. Можешь его подождать. Прости, но предложить чего-либо закусить не смогу, — немного печально произнёс он, но отвернувшись шумно усмехнулся.       — Ничего страшного, я не голодна, — пожала я плечами и расположилась на диване. На вид он был мягким, на ощупь оказался ещё мягче. Я практически утонула в нем.       — Специальный заказ, — указал он на диван. — Поосторожней с этой малышкой.       — Ты обращаешься с диваном в женском роде? — спросила я.       — Элизабет. Её зовут Элизабет, — с серьезным лицом произнес он и покосился на меня.       — Ты дал имя дивану? — ещё сильнее удивилась я и появилось даже желание встать с него, чтобы не повредить или испачкать.       — Это Стив, — указал он на кофейный столик.       — Ты же шутишь? — спросила я. — Скажи, что да, — умоляюще произнесла я.       — Конечно, шучу. — засмеялся он, но с Элизабет осторожней, — угрожающе произнёс он и вновь налил виски в стакан. — Ладно, успокойся, я пытаюсь подавить твой страх передо мной, — посмотрел он на меня спокойным видом. — Я чувствую как ты напряжена, но сейчас уже немного расслабилась.       — А я уже думала, что ты дал имя дивану. — выдохнула я и нервно усмехнулась.       — Она про Элизабет? — услышала я голос Аарона позади себя и испуганно оглянулась назад.       — Аарон? — удивилась я. — Привет, — я встала с места и поправила свою футболку. Он был в белой футболке и спортивных штанах, на ногах были кеды. Волосы были растрепаны и торчали в разные стороны, в руках он держал бутылку с водой, наполненный до половины.       — Привет, Аманда. Зачем ты пришла, я же сказал, что сам приду к вам, — он подошёл ко мне.       — Я подумала… — вновь начала я мямлить. — Что…       — Я ходил бегать, — быстро сменил он тему разговора. Одышки у него не было и этому, конечно, есть объяснение.       — Поймал чего-либо? — спросил Ральф и налил виски в стакан, протянул брату.       — Зайца, — одним словом ответил Аарон и принял виски с рук Ральфа, выпил всё одним залпом.       — Ты…ты съел зайца? — испугалась я.       — Я вампир, а не волк, — усмехнулся Аарон и поставил бутылку с водой на столик.       — Я пришла поговорить, — вспомнила я цель своего визита. — С вами, — посмотрела я на них.       Ральф стоял возле распахнутых штор со стаканом виски, откуда проникал солнечный свет и кидал тень от графина на пол и растягивал до краёв персидского ковра. Аарон сидел на кофейном столике, скрестив руки, поглядывая на меня. Я же сидела на диване и нервно дергала кольцо на пальце.       — Я понимаю, что вы не совсем люди… — я запнулась, — не совсем живые люди, — я смотрела сначала на одного, потом на второго. — Я помню, что ты, Аарон, сказал мне больше не вспоминать о тебе, забыть вас, но… — я вновь замолчала.       — Успокойся, — произнёс Ральф, выпив жидкость. — Ты дрожишь, как осиновый лист.       — Да, не бойся, — улыбнулся Аарон, пытаясь этой улыбкой хоть как-то успокоить меня. Только не думаю, что одной улыбкой тут можно снять напряжение.       — Мне стоит вас бояться, ведь вы вампиры, — напугано произнесла я.       — Не будем мы тебя убивать или иссушать, — произнес Ральф, только вот как-то не очень убедительно всё это прозвучало, конечно.       — Не бойся, ты пришла, а значит, что ты не боишься, — он дотянулся до моих рук и накрыл их своей ладонью.       — Мы уже ели, — добавил Ральф, после чего моё сердце пропустило пару ударов, а тело и вовсе задрожало.       — Ральф! — рассерженно рявкнул Аарон, посмотрев на брата. — Не слушай его,— посмотрел он на меня. — Ты знаешь, что мы не причиним тебе вреда.       — Да, — ответила я. — Я верю и тебе, — посмотрела я на Ральфа, — И тебе, — на Аарона. — Я знаю, что у тебя множество врагов, которые желают тебе зла, но я не хочу забывать тебя. Моя жизнь была скучной и серой, потом внезапно ты разбил коробку с примулой… — усмехнулась я. — Я же говорила, что ты разбил её не зря, — улыбнулась я.       — Это я виноват, что позволил себе такую слабость, — он встал с места и нервно зашагал по комнате. — Не стоило мне давать тебе надежд, я же знал, что рядом со мной ты всё время будешь в опасности, одной из которых буду я сам. Не стоило мне любить тебя, — вздохнул он.       — Даже если ты сотрешь мне память, где-то глубоко внутри я буду помнить тебя, любить тебя, — я встала и положила руку ему на плечо, пока он стоял ко мне спиной, прислонившись рукой о книжный шкаф. — Но почему ты думаешь, что я буду в опасности? Ты боишься, что сделаешь мне больно? — спросила я, на мой вопрос он лишь посмотрел на своего брата.       — Давай, расскажи ей увлекательную историю нашего обращения и о прелестях вампирской жизни! — махнул Ральф в мою сторону. — Думаю, ей будет интересно послушать, — вновь хлебнул он спиртное.

1835 год.

      — Отец, пришли гвардейцы из дворца графа! — вбежал семилетний мальчик с тёмными волосами и голубыми глазами. Он остановился перед рабочим местом своего отца и весь запыхался. Кажется, он бежал сюда сломя голову. Его угольные глазки так и искрились, то ли от страха, то ли от удивления.       Мужчина средних лет стоял за наковальней и мастерил очередное оружие. Морщины на его лице каждый раз дергались, как только молот сталкивался с железной наковальней. У него были длинные вьющиеся светлые волосы, соединенные с его густой бородой. Светло-голубые, как ночь, глаза так и искрились от блеска лезвия стали меча. Увидев вбежавшего мальчика, мужчина немного напряг свои мышцы на лице, а после вытер руки об свой передник. После чего полохматил волосы мальчишки.       — Аротел, беги домой и скажи матери, что я скоро буду, — приказал он слегка хриплым голосом мальчугану и вышел на встречу к гвардейцам.        Один из гвардейцев стоял на твердой земле, рядом со своей лошадью, другие же сидели на лошадях и о чем-то громко говорили. Стоило гвардейцу спереди увидеть кузнеца так он тут же сделал шаг вперед навстречу к мужчине.       — Феод! — радостно закричал он с фальшей. — Поражает, как много ты трудишься и получаешь от этого! Какие владения ты имеешь, но со стороны кажешься простым рабочим! — начал он восхвалять Феода.       — Рад вас видеть на наших землях, — Феод слегка кивнул головой в знак уважения и приветствия. — Граф пожелал ещё чего-то?       — Феод, ты же знаешь, чего хочет наш господин, я пришел за одной лишь вещью, — произнес он и встал поближе к Феоду.       — Это сложная работа, — утомленно произнёс мужчина и убрал капли пота со лба передником. — Я сказал вам, что мне нужно время до полной луны.       — У нас нет столько времени! — возразил тот и насмешка на лице тут же сменилась гневом. — Граф лишит нас головы, если до войны мы не принесем ему меч из серебра!       — Это уже ваши проблемы. — тихо хихикнул Феод.— Если вам не в силу ждать моей работы, может стоит обратиться к другому мастеру? —  гвардеец одним ловким движением вынул свой меч из ножны и направил острый конец оружия на Феода.       — Нам не нужны твои советы, кузнец, — прошипел он. — Я снесу твою голову раньше, чем это сделают демоны из преисподней, — прошипел рыцарь, словно змей, готовый выплеснуть свой яд.       — Отец? — подбежали со стороны сыновья Феода. Что помладше был единой копией отца: светлые, вьющиеся волосы, серо-голубые глаза. Старший сын был очень тёмным: чёрные волосы, и сине-чёрные глаза.       — Не смейте! — прошипел старший. Оба держали свои длинные клинки, что выковал им отец.       — Спрячь свой меч, подлец, — пригрозил младший.       — Рафаэль, Арагорн! — крикнул Феод. — Не вмешивайтесь! — сыновья кузнеца даже не услышали приказа своего отца, а лишь поскорее мечтали скрестить свои мечи с этими подлецами.       — Уходите! — крикнул Рафаэль. — Иначе…       — Что иначе? — перебил его гвардеец. — Убьешь меня? — спросил он и громко расхохотался. Двое остальных гвардейцев и не думали покидать своих лошадей, они так уверенно верили в своего главнокомандующего, что не желали даже заступаться за него.       — Если это понадобится… — Рафаэль сжал рукоятку и, точно нацелившись на гвардейца, кинулся на него с криком. Два клинка встретились и послышался звон стали. В разные стороны отлетели искры. Арагорн стоял впереди своего отца и защищал его.       — Феод! — напугано закричала женщина, где-то позади. Он прижимала Арктела к груди, наблюдая за тем, что же происходит.       — Маргарет, уходи! — крикнул он своей возлюбленной. Та подняла сына на руки и скрылась за домом.       Рафаэль уверенно держал меч и не думал сдаваться гвардейцу. Он отбивался от ударов врага и наносил удары сильнее. Его свободная белая рубашка не стесняла движения, что и давало ему преимущество перед нарядным гвардейцем.       Двое остальных сползли с лошадей и, заострив оружия, двинулись к Феоду и Арагорну. Арагорн сжал рукоятку клинка и направлял то в одного, то в другого. Феод дернул сына за плечо и повёл за собой в мастерскую. Рыцари побежали за ними. Рафаэль и старший из гвардейцев стояли скрестив свои клинки и пожирали друг друга глазами.       — Глупцы! Мы пытаемся вас защитить! — прошипел гвардеец. — А вы нападаете на нас.       — Вы не сможете защитить нас от демонов! — рявкнул Рафаэль. — Даже меч моего отца, что из серебра, не спасет наши шкуры! — он увернулся в сторону и напал на гвардейца со спины. Твердая сталь Рафаэля ударила железную спину мужчины, раздался треск железа, гвардеец упал на землю с грохотом.       Тем временем Феод и Арагорн вбежали в кузницу, сын остался защищать вход, пока Феод открывал свой тяжёлый железный сундук. Рыцари накинулись на Арагорна. Лёгкими движениями меча парень отбивал удары. Раздавались звоны стали, разлетались яркие искры. Феод открыл свой сундук и уставился на сверкающий, словно луна, длинный, словно ручей, меч. Рукоятка была стальной, на которой был выкован могучий олень, с ветвящимися рогами, стоящий на двух задних копытах и устремляющий свой взгляд куда-то вверх.       Арагорн не смог отбить удар и упал на спину, выронив свой меч. Рыцари накинулись на него, но тут Феод поднял над собой могучий, лёгкий серебряный меч. Меч засверкал, словно солнце во время рассвета, послышался едва звон. Гвардейцы зажмурили глаза, кожа в открытых местах начала гореть, распространяя запах гари. Арагорн с удивлением смотрел на погибающих гвардейцев. Те, кто защищал их сами являлись врагами.       Феод лёгкими движениями напал на гвардейцев и воткнул в них конец своего острого меча.       — Поможем твоему брату, сын, — Феод помог подняться Арагорну на ноги.       Тем временем Рафаэль держал клинок возле горла рыцаря.       — Сегодня я не стану отнимать у тебя жизнь. Отец отдаст вам меч, как только он будет готов, — заявил он.       — Наивный… — захихикал мужчина. — Вы даже не понимаете с чем имеете дело! — закричал гвардеец.       — Паршивый пес! — зашипел Рафаэль. — Я воткну меч и не стану думать! — он сильнее надавил свой клинок. Капля крови покатилась по лезвию клинка.       — Вы даже не представляете, насколько силен наш Лорд! !— Мне не страшен твой граф! Я все сделаю, чтобы защитить свою семью! — он убрал свой меч и спрятал в ножну.       — Граф никчемен и лишь жалкая пешка! — внезапно произнёс гвардеец.       — Что?! — удивился Рафаэль и отступил на два шага назад от гвардейца.       — Рафаэль, держи! — крикнул Арагорн и бросил брату серебряный меч. Рафаэль ловко поймал оружие и посмотрел на него.       — Серебряный меч?! — удивился он и посмотрел на брата с отцом.       — Он дьявол! — крикнул Феод. Рафаэль удивленно посмотрел на рыцаря. Глаза мужчины почернели, он быстро поднялся на ноги и направил меч на Рафаэля.       — Отдай меч! — приказал он. Его тяжелый голос охрип еще сильнее.       — Ни за что! — крикнул Рафаэль. — Мы защищаемся от дьявола, а ты сам стал им! — он накинулся на него, гвардеец сделал тоже самое. Против серебряного меча он был слабее, поэтому стоило только Рафаэлю отвернуться от удара мужчины, как он вонзил меч ему прямо в сердце. Демон завыл, изо рта потекла чёрная кровь.       Феод и Арагорн подбежали к Рафаэлю. Парень смотрел как демон перед ним погибает, пока полностью не сгорел под солнцем.       — Его прислал Люцифер, — уверенно произнёс Феод. — Нам нельзя здесь оставаться, он будет охотится на меч.       — Мы будем защищаться! — заявил Арагорн. — Они боятся серебра! Граф знал это, поэтому приказал тебе сделать из него меч!       — Никто не смог бы сделать его лучше, чем ты, отец, — похвалил Рафаэль отца.       — Найди мать и брата, наверное, они сходят там с ума. Перепугались, — попросил Феод Арагорна.       — Сейчас! — парень побежал искать мать и Аротела.       — Мы должны защищаться, у нас есть серьёзное оружие, — ловко помахал Рафаэль мечом.       — Нельзя, мы должны покинуть город. Он будет искать оружие, а с ним и его создателя, — смотрел он куда-то в даль.       — Если никто не узнает о том, что у тебя есть оружие против демонов…       — Вампиров, сын, — перебил Феод Рафаэля. — Не бойся называть их по имени.       — Против вампиров, мы сможем продолжить существование здесь. Неужели ты готов оставить свои земли, наследие наших предков ради того, чтобы убежать от вампиров? — удивился Рафаэль. — Для меня эти земли лишь пустое слово, если вы в опасности, — выдохнул мужчина, — Но нужно быть осторожными, — Рафаэль покрутил меч в руке и заметил могучего оленя на рукоятке.       — Ты знал, что это приспешники Люцифера, — смотрел он на рукоятку.       — Почему ты так думаешь? — Феод заметил, что сын любуется мечом, а особенно рукояткой.       — Наш Граф, конечно, идиот ещё тот, но он слишком любезен, он знал насколько это сложная работа. Он бы одобрил бы, что на изготовление уйдет больше месяца.       — Я не был уверен до конца, но подозревал, что что-то не так, — Феод тяжело вздохнул.       — Ты выковал оленя, чтобы все узнавали тебя, как могучего кузнеца? — Рафаэль вертикально направил меч и провёл рукой по лезвию клинка.       — На всех моих работах стоят наши герба, ты же знаешь, — усмехнулся он и направился в сторону дома.       — Он шикарен, — улыбнулся Рафаэль и последовал за отцом.       — Феод! — послышался ласковый женский голос. Мужчины увидели бегущую на них женщину. Длинные, темные волосы, убранные в аккуратный пучок. Немного полненькая, но вполне красивая. Такие же, как у Рафаэля чёрные, как ночь глаза. За женщиной шёл Арагорн, не выпуская из рук маленького Аротела.       — Маргарет! — обнял Феод свою жену.

2017 год. Бронкс.

      Я в удивлении слушала Аарона, иногда вставлял слова и Ральф, который давно закончил пить виски.       — Рафаэль? — указала я пальцем на Ральфа. Тот едва заметно кивнул.       — Арагорн? — теперь мой палец был направлен на Аарона, что стоял возле книжной полки. Он тоже кивнул мне головой. Я тяжело выдохнула. — Это немного сложно, — почесала я себе затылок. — А кто такой собственно этот Люцифер? — я заметила, как только произнесла это имя Ральф сжал пустой стакан в руке, тот слегка треснул в его сильных пуках. — Я слышала это имя раньше. Демон Ада, — я дернула плечом, показалось, что подуло холодным ветром.       — Он один из потомков падшего Ангела Люцифера, ну так считают многие, для меня же он лишь придурок, который возомнил себя Богом вампиром, — сказал Ральф и поставил стакан на столик.       — Это вы из-за него такие? — я посмотрела на расстроенного Аарона. — Вы можете не рассказывать мне, если не хотите, — я перевела взгляд на Ральфа, он опять наливал себе виски. — Не слишком много? Сейчас все-таки, — я поискала часы, но не нашла их. — Наверное, где-то полседьмого утра.       — Для вампиров алкоголь, как вода. Могу пить столько, сколько захочу, — подмигнул он.       — Через месяц… — начал внезапно Аарон.       — Может хватит? Она узнала достаточно, какой в этом толк, если в конце рассказа она всё равно все забудет? — спросил Ральф.       — Нет! — отрезала я. — Я хочу услышать, — я посмотрела на Аарона.

1835 год.

      — Ваша светлость, — склонил голову Феод перед графом.       — Я слышал про твой успех, кузнец, и скажу, что очень удивлён и восхищен тобой. — восхвалил граф старого кузнеца. Феод довольно улыбнулся и почувствовал себя весьма уверенно перед сыновьями, что стояли у него за спиной.       — Я очень тронут вашими словами, Ваша светлость.       — Я знаю про дьявола Люцифера. Именно с ним я и веду войну. Ради этого я и попросил тебя сковать меч. — граф встал с места. За ним растянулся длинный красный плащ из бахромы. На пальцах руки сверкали перстни и драгоценные кольца. Драгоценные красные рубины искрились на пальцах. Изумруды сияли ещё ярче, что украшали каждый сантиметр. — Хочу, чтобы ты сковал ещё сотню, тысячи таких мечей и клинков для моих гвардейцев! Я дам тебе столько золота, сколько ты весишь вместе с семьёй. Арагорн и Рафаэль радостно улыбнулись друг другу.       — Ваша светлость, я все сделаю, но позвольте оставить этот меч мне, — Феод сел на одно колено, что и сделали его сыновья.       — Твоя воля, кузнец. Желаешь ещё чего? — он обратно отправился на своей могучее кресло.       — Если можно, Ваша светлость? — Феод не смел поднимать своей головы.       — Конечно! — радостно отозвался граф.       — Хочу, чтобы моё имя было скрыто, не сообщайте никому о кузнеце, что ковал эти мечи.       — Твоя воля, кузнец, твоя воля, — Феод уверенно поднялся. — К закату мои солдаты доставят серебро к твоей кузнецкой. Сколько тебе нужно времени?       — Пять лун, Ваше Величество, всего пять, — уверенно произнес он.       — Очень рад слышать, буду ждать. Иди с миром, кузнец, — отпустил он их. — Постойте! — внезапно остановил он.       — Да, Ваша Светлость? — обратился Феод.       — Нам понадобиться любая помощь на войне, готовы ли твои сыновья, а может ты и сам встать в ряды моей армии для защиты нашего государства? — вежливо спросил граф.       — Готовы! — в унисон ответили сыновья Феода.       — Мои сыновья всегда рады защитить свое государство, — произнес Феод и посмотрел на своих сыновей.

***

      — Феод! Феод! — вбежала Маргарет к кузнецу, пока тот плавил клинок для метания.       — Что такое? — обеспокоенно посмотрел Феод на свою жену.       — Демоны! Они знают про твой меч и про твой заговор с графом! — вся в ужасе произнесла она.       — Как это случилось? — Феод сам испугался, что отложил свои дела и быстрее начал вытирать руки.       — Не знаю! Я была в городе и случайно услышала разговор двух гвардейцев! Возможно, среди прислуги были приспешники дьявола! — Маргарет прижалась к Феоду, даже не подумав об его грязной одежде.       — Успокойся, Маргарет, Успокойся! — попытался он успокоить свою жену. — Собери вещи, бери только необходимое и найди мальчиков!

***

      — Ты меня не одолеешь! — кинулся Арагорн на брата своим новым мечом.       — Уверен? — усмехнулся Рафаэль и ударил в ответ. Аротел с любопытством наблюдал за братьями и пародировал их движения своим деревянным мечом. Рядом шумела река, а по другую сторону был лес, на краю которого была тропинка, откуда горожане ходили в город.       — Победив одного вампира, ты не становишься героем! — засмеялся Арагорн и, увернувшись от меча брата, напал со спины, но Рафаэль успел среагировать и поймать меч брата своим, тоже новым мечом, что сковал им Феод для защиты не только от зверей, но и дьяволов.       — Сразитесь и со мной! — жаловался Аротел. — Я тоже хочу! — практически плакал мальчик. — Я все расскажу отцу! — он бросил меч и скрестил руки. Деревянный меч сильно ударился о землю и сломался пополам. Аротел посмотрел на свой сломанный меч и набрал слез в глаза.       — Вот дьявол, — простонал Рафаэль.       — Теперь нас точно отец заколит кочергой, — посмотрел Арагорн на старшего брата.       — Держи, — вытащил Рафаэль клинок из ботинка и кинул Аротелу. Тот поймал клинок и направил на братьев. — Защищайся, маленькая ябеда! — крикнул он и сделал вид, что нападет на него. Маленький Аротел закричал и напал на брата. Рафаэль сделал вид, что клинок коснулся его и упал на землю, громко стоная.       — Ох, Великий Аротел победил меня! — вскрикнул он.       — Ох, брат! — кинулся Арагорн на брата. — Ты повержен! Невозможно! — сделал он вид, что тоскует по брату. — Великий Аротел, ты могучий! — склонил голову Арагорн.       — Я победил! — ликовал Аротел. Рафаэль сделал последний вздох и упал намертво.       — Он умер? — обеспокоился Аротел и посмотрел на брата, что лежал без движения. Арагорн улыбнулся младшему брату и подмигнул.       — Что мы теперь будем делать без Рафаэля? — тосковал Арагорн. — Придётся теперь мне жениться на толстушке Гретель, которую отец выбрал невестой для Рафаэля, — грустно произнёс Арагорн.       — Что? — удивился Рафаэль, — Толстушка Гретель? — он был в ужасе. — Ты не врешь?       — Живой! Живой! — вскрикнул Аротел и запрыгал на месте.       — Лгуны! — засмеялся Рафаэль. Арагорн помог брату подняться.       — Мальчики! Мальчики! — кричала и бежала к ним напуганная мать. Юноши и маленький Аротел обеспокоенно посмотрели на нее.       — Что такое, матушка? — спросил Арагорн и придержал мать, что кое-как стояла на ногах.       — Демоны, они идут за нами! — напуганно произнесла Маргарет.       — Что? Как? — удивился Рафаэль.       — Они все знают! Отец сказал, что нам надо бежать! — Маргарет подняла на руки Аротела и повела сыновей за собой.

***

Арагорн бежал к дому первым, а за ним Маргарет и Рафаэль, что теперь держал на руках Аротела. Они вбежали во двор, но Феода не увидели.       — Возможно он в кузнецкой! — крикнул Арагорн и направился туда.       — Постой! — остановил его Рафаэль.       — Возьмите вещи и ждите здесь, — крикнул он.       — Матушка, ждите здесь, я вынесу вещи, — произнес Рафаэль.       — Хорошо, Рафаэль, — Маргарет взяла Аротела из рук сына. Рафаэль побежал в дом. Внутри было пусто. Дом у них, конечно, не был шикарен, но довольно приличным. Три комнаты, гостиная, кухня и зал для отдыха. Этого им хватало для тихой и мирной жизни.       Рафаэль чувствовал себя странно в этой угнетающей тишине.       — Отец? — отозвался он, но его голос ушёл эхом. Он прошёл на кухню, но нашёл там лишь лампу, которая слабо горела на столе. Не найдя его здесь, он кинулся в спальную комнату, где стояло две кровати, в которых спали братья: Арагорн и Рафаэль, а за занавеской была ещё одна маленькая кровать, где спал Аротел. Но и здесь отца он не нашёл. Он двинулся в комнату своих предков, уже на пороге, увидев следы крови его сердце дрогнуло, он побоялся заглянуть в комнату и увидеть там страшную картину. Но, надо было это сделать. Он осторожно вошёл в комнату и, увидев перед собой тело отца, заколотого на стену его же серебряным мечом, пошатнулся назад, оперившись о стену. Перед его глазами все помутнело, но он был в сознании. Он знал, понимал, что их нашли. Он осторожно подошёл к телу , но даже не успел его снять, как на улице послышались ужасные вопли и крики женщины, скорее всего его матери. Он быстро рванул на улицу, но никого не нашёл.       — Мама? Арагорн! Аротел! — крикнул он, внезапно что-то тяжёлое ударило ему в голову и он провалился во мрак.

***

Медленно или быстро, но картинки перед глазами восстанавливались. Рафаэль попробовал оглянуться и понял, что связан в своей же кузнецкой отца. Вокруг никого не было, лишь медленный огонь горел в печи. Но ещё он увидел мужчину перед собой, что сидел и любовался мечом из серебра. Мужчина был бледно смертен, средних возрастов. Длинные, светлые волосы лежали на плечах волнами. Зелёные глаза так и искрились, когда он касался меча и его кожа загорелась, но ни одна мышца не двигалась на его лице. Одет был он в лёгкую белую рубашку, поверх которой была жилетка из шкуры медведя. Свободные штаны были заправлены в ботинки.       — Люцифер… — прошептал Рафаэль, на что мужчина сразу обратил внимание и улыбнулся.       — Он самый, мальчишка, — гордо заявил он.       — Где моя мать?! Братья?! — грозно спросил Рафаэль.       — Не спеши, мальчишка, — засмеялся Люцифер и засиял своими белоснежными зубами. — Твой отец был великолепным кузнецом, какой меч он выковал! — он поднял высоко над собой меч.       — Только освобожусь, как воткну его тебе сначала в глотку, а после вырежу им твоё гнилое сердце, демон, — зашипел парень.       — Нет, мальчишка, я не демон. Я ДЬЯВОЛ! — засмеялся он.       — Тебе не жить, — грозно произнёс Рафаэль.       — Какие же вы все жалкие, люди, — закатил он глаза и, быстро оказавшись рядом с парнем, вонзил меч ему в сердце.

2017 год. Бронкс.

      — Ты погиб? — ужаснулась я. — Он тебя убил?! — вскочила я с места.       — Вроде того, — пожал он плечами и сглотнул последнюю каплю виски.       — Но я знаю как обращают в вампира, как же им стал ты? — в моей голове не укладывалось ничего.       — Я ничего не помню, — спокойно произнёс он. — Только это.       — После мы нашли друг друга через пару лет. — отозвался сзади Аарон. — Я проснулся обращенным. В лесу. — он подошёл к графину, но внутри не оказалось жидкости. Он посмотрел на брата обиженно, но тот лишь дернул плечом.       — А как же ваша мать? Ваш младший брат, Аротел? — спросила я.       — Мама превратилась в вурдалака, её я нашел когда уже ходил под солнцем. — произнёс Ральф и закрыл шторы.       — В вурдалака? — не поняла я. — А что или кто это?       — Как-нибудь расскажем тебе. — усмехнулся Ральф. — Это не очень приятное существо, — на его лице проявилась брезгливость.       — А ваш брат? Что с ним? — они замолчали. Оба. — Хорошо, не говорите, если вам так трудно, вы можете мне не рассказывать, — я обратно села на диван и задумалась.       Они, наверное, горят желанием отомстить этому вампиру, что убил их. Столько всего пережить и жить с этим чувством два века, тут любой может сойти с ума, а они до сих пор здраво мыслят. — И вот, — произнёс Аарон, — мы прожили два века с лишним, сменили имена.       — А зачем? Кажется, Рафаэль звучит лучше, чем Ральф, — усмехнулась я и посмотрела на Ральфа, на его лице тоже появилась улыбка, с двумя ямочками на щеках.       — Мы охотимся… — Аарон сел рядом со мной.       — На кого? — не совсем я поняла его.       — На Люцифера, конечно! — ответил Ральф на мой вопрос.