Тихоня

      Гул. Овации. Аплодисменты. Восхищённые крики поклонниц. Все это вампир не раз слышал и видел в своей жизни и на работе. Это стало для него привычным делом — пользоваться своей популярностью и красотой, чтобы зарабатывать на этом деньги, а иногда даже пользоваться восхищённостью и наивностью своих фанаток. Многие девушки хотели быть с этим идолом, даже не зная его настоящую натуру.       Мало кто знал, что за этой наивной маской милоты и привлекательности скрывается настоящий вампир-садист, который всегда привык получать то, чего хочет и не терпит отказов в свою сторону. Каждый раз, когда к нему сбегались фанатки, Коу только усмехался и, оставляя автографы, в очередной раз убеждался в наивности и легкомысленности смертных девушек. И он этим пользовался.       Пользовался этой легкомысленностью, вбивая своим несчастным поклонницам о вечной любви, богатстве и счастье рядом с ним, а те, в свою очередь, верили ему и наивно строили планы на будущее, даже не догадываясь, что он использует их, как кукол, только ради своих нужд. Он считал это нормальным, ведь за все те годы, что он прожил в облике вампира, он сделал для себя вывод, что кроме любви к своим родным, никакой другой любви не существует. Ведь единственное, кого он по-настоящему ценил и уважал — своих названных братьев. Несмотря на их некую вредность и редкие ссоры, они многое вместе пережили и готовы постоять друг за друга горой. Хоть иногда они могут подраться из-за какой-нибудь мелочи, но Коу это даже иногда забавляло. Он понимал, что никакие бытовые ссоры не смогут разрушить их крепкую дружбу. По крайней мере, он раньше так думал. Теперь появилось большое «но»…       С недавних пор в школу «Рётэй» перевели новую ученицу. По непонятным истечениям обстоятельств её перевели именно в тот класс, где обучался молодой идол. Она весьма отличалась своей скрытностью, чрезмерным спокойствием и пофигизмом, чем смогла привлечь внимание юноши. Обычно он всегда покорял сердца новых особ. Стоило ему только посмотреть им в глаза, как тут же они «таяли» от его пристального взгляда синих глаз и после этого делали все, чтобы привлечь его внимание, что, собственно, и забавляло вампира. Но от этой особы, как бы он не старался, особого внимания с ее стороны не получал. После неудачных попыток привлечь к себе внимание, она лишь спокойно и с некой неприязнью смотрела на него, а после этого уходила, уткнувшись своим взглядом в учебник. Одновременно это и злило, и нравилось вампиру. Эта чрезмерная скрытность еще больше возбуждала у него интерес к ней. Она не была такая, как все его фанатки. Не такая наивная, легкомысленная. За все то время, что она у них училась, она ни с кем не общалась и не перекликалась ни с кем даже парой слов. На все подколы Коу, она просто спокойно уходила, что-то бурча себе под нос.       Внешностью она не отличалась от других: длинные русые волосы, доходившие ей до лопаток. Прямой, аккуратный нос. Нежные, алые губы. Большие, зеленые глаза, в которые он не раз хотел прямо посмотреть, ведь их красота завораживала даже издалека. Вроде обычная девушка, а столько загадок в себе таит, которые Коу хочет разгадать. И разгадает, чего бы ему это не стоило.       В очередной раз уклоняясь от воплей своих поклонников, которые его, порядком, за все время своего сегодняшнего выступления начали раздражать, вампир медленно шёл в гримерную в раздумьях. В последнее время он стал слишком много думать об этой «девушке-загадке». Что-то щёлкнуло в груди молодого человека после её появления в школе. Но что, он сам не понимал. Он не замечал, как стал часто думать о ней, следить за ее действиями, поведением, даже следил за ней до самого её дома. Её там радостно встречали пятеро маленьких детей, а она, в свою очередь, искренне им улыбалась, и после они все вместе заходили в дом. Вампир предположил, что это могли быть ее братья и сестры. Тогда он впервые увидел ее улыбку. Такая искренняя, добрая и красивая улыбка. Вампир невольно поймал себя на мысли, что хочет, чтобы и она так же ему улыбалась. Без упреков, без холодности, а действительно теплой и настоящей улыбкой. В школе она никогда не улыбалась. Коу вечно заставал её уткнувшуюся в учебник по какому-нибудь предмету, а её лицо не выражало никаких эмоций, кроме задумчивости. Она не показывала своих эмоций при людях, но с близкими она была тепла и нежна.       Она не могла вылезти из головы Коу, он постоянно думал о ней, даже не замечая этого сам. Почему она так прочно засела у него в голове? Чем его так зацепила эта, вроде бы простая девушка? Что это: симпатия, влечение или же… влюбленность? Юноша на время замер перед входом в гримерную, обдумывая эту мысль. «Бред» — помотал головой он, отогнав эти мысли, и вошел в гримерную, закрывая за собой дверь.       Не успел он и шагу сделать, как его взору пала весьма интересная картина, заставляя его сначала замереть, а потом расплыться в лёгкой ехидной улыбке. На коленях спиной к нему сидела молодая девушка и, засунув руку под диван, пыталась что-то тщательно отыскать. — Кого к нам занесло. Кошечка, ты что-то потеряла? — не скрывая усмешки и ехидства в своем голосе, произнёс Коу, скрестив руки на груди. Услышав мужской голос позади себя, молодая особа вздрогнула и медленно повернула голову в сторону доносящегося звука. Ее светло-русые локоны упали ей на лицо, а челка чуть прикрыла левый глаз. Вампир расширил глаза в удивлении и чуть не раскрыл рот. Перед ним сидела та, которая уже около двух недель не выходит у него из головы. — Лия? — шокированным голосом спросил вампир. Девушка, вздохнув, встала с колен и отряхнулась. — Мураками Лия. Новая уборщица гримерных. Приятно познакомиться, — ровным и спокойным тоном ответила она и сделала что-то наподобие поклона. «К чему все эти официальности, если мы знакомы?» — про себя подумал Коу, рассматривая стоящую перед ним девушку.       Одета она была в обычный костюм уборщицы, состоящий из короткого черного платья выше колена с длинными рукавами, белого фартука, повязанного на талии, и черных балеток. Челка до сих пор прикрывала левый глаз, а светло-русые волосы плавно спускались с плеч. Выглядело это довольно завораживающе и красиво, что на минуту юноша замер, а в голову начали лезть не совсем приличные мысли. Но потом, глубоко вздохнув и прикрыв на секунду глаза, он снова ехидно усмехнулся. — Значит, ты наша новая уборщица, — протянул вампир, сделав шаг навстречу девушке, и так же ехидно усмехаясь. — И что же сподвигнуло тебя опуститься до такого уровня? — Я никуда не «опускалась». Работа как работа. А зачем я сюда устроилась — не Ваше дело. И да, я все уже убрала. Под диван залезала, потому что потеряла сережку. Уже нашла. Так что простите, Коу-сан, что застала Вас врасплох. Я уже ухожу, — отчеканила спокойно Лия и хотела было уже уйти, но ее внезапно взяли за запястье и резко прижали к стене. — Никуда без моего разрешения ты отсюда не уйдешь. Поняла, кошечка? — лицо Коу находилось на уровне лица Лии. Он смотрел прямо в зеленые глаза девушки, заставляя её отвести взгляд в сторону и немного опустить голову. Она попыталась вырваться, но все попытки были тщетны. Вампир сильнее её в сто раз. Вскоре она осмелилась и смело подняла глаза на юношу. — Во-первых, никакая я не «кошечка», заруби себе это на носу. Других, если хочешь, можешь так называть. Мне без разницы, но со мной этот фокус не пройдет. Во-вторых, а какое право ты имеешь меня задерживать? Да, не спорю, ты Звезда, но не пуп Земли, чтобы всё и все тебе подчинялись и вертелось все вокруг тебя. В-третьих, отпусти меня. Свою работу я здесь выполнила. Ты не один, у кого есть гримерная. Мне и другие нужно убрать, — с некой раздраженностью сказала Лия, смотря прямо в синие глаза вампира. — Мы уже на «ты»? Я и не думал, что ты такая дерзкая. Сколько помню, в школе ты всегда была чересчур молчаливой тихоней. Ни с кем не разговаривала, ни к кому не подходила. Единственное только выходила к доске. Но знаешь… — Коу наклонился к уху девушки и прошептал сладко-ядовитым голосом: — Такая ты мне даже больше нравишься…       Его горячее дыхание опаляло шею девушки, заставляя её от такого действия поспешно опустить глаза вниз, чтобы никто не заметил еле подступившего румянца на щеках. Все её решимость и смелость куда-то на время испарились, оставляя вместо себя какие-то новые ощущения. Внизу живота завязался какой-то узел, создавая неприятное и непонятное для девушки ощущение. Мозг начал затуманиваться только от одного его шепота и взгляда. Она сама не могла понять, что с ней происходит. В школе она вполне спокойно относилась к его подколам и пыталась всячески его избегать. Грубо говоря, он её жутко бесил. Она не понимала, как можно быть таким лицемерным эгоистом, так нагло манипулировать чувствами других и использовать беспомощность и наивность остальных ради своей выгоды. Её до предела раздражали такие люди. Коу относился к их числу, поэтому он Лию раздражал не меньше. Особенно, когда он пытался привлекать к себе её внимание. Для нее это выглядело довольно смешно и забавно: наблюдать за тем, как он всячески пытается покрасоваться перед ней. Но бесилась она не только из-за принципов.       В последнее время она сама стала не раз замечать, что начинает на него заглядываться и ревновать его к поклонницам. Да, поклонницы были не только на работе, но и в школе. Они почти каждую перемену со всех сторон окружали его, а идол, в свою очередь, извращенно улыбался и прожигал каким-то пошлым взглядом почти каждую из своих фанаток. Даже сама не зная почему, но ей это до жути не нравилось. Снаружи она этого не показывала, но в глубине души она хотела вырвать волосы всем, кто к нему так липнет, в том числе и самому Коу. Она и ненавидела его, но в то же время он её чем-то зацепил. А чем? — непонятно даже самой русоволосой. Возможно, это была не только симпатия, но… Нет. Она не из таких, которые сразу бросаются на шею таким, как он. Она не станет поддаваться какому-то влечению. Она не из простых. — А вот ты мне не нравишься. Лучше отпусти меня, иначе пожалеешь. Я тебе это обещаю… — со злобой произнесла русоволосая, снова подняв смелый взгляд на вампира и пытаясь вырвать руки из его стальной хватки. Тот лишь ехидно усмехался, наблюдая за действиями девушки. — Скорее пожалеешь ты, кошечка, если не будешь подчиняться мне. Просто делай все так, как я скажу. Тогда ты не пострадаешь, — блондин, ухмыляясь, наклонился к шее русоволосой и облизнул выпирающую вену. По телу девушки прошлись стая мурашек. Внутри бушевало много эмоций. Она не знала, что можно ожидать от этого наглого и двуликого идола, но держалась вполне спокойно и стойко. — Если ты решил меня укусить, то ты выбрал не совсем подходящее место. В незапертую гримерную могут ворваться твои наглые фанатки, если, конечно, охрана их не сможет удержать, — тихо, но вполне спокойным тоном сказала Лия. Вампир от такого заявления вздрогнул и на время застыл на месте. Почти никто не знал о его настоящей сущности, так как она догадалась? Коу поднял недоуменный взгляд на девушку. — Что? Думаешь, я не знала изначально, что ты вампир? — девушка подняла правую бровь вверх и также посмотрела на юношу. Тот встал в некий ступор. Он в упор, с немного приоткрытым ртом смотрел на девушку не в силах ничего сказать. Он посмотрел в глаза русоволосой, пытаясь найти ответ на мучавший его в этот момент вопрос: «Откуда она об этом знает?» — Я научилась их различать за все время моей жизни. Читала много книг по мифологии. По критериям ты больше всего был похож на вампира. Бледная, почти белая кожа, слишком яркие и выразительные глаза, чуть выпирающие клыки, — разве не очевидно? — ответила Лия на безмолвный вопрос Коу. — Так ты поэтому меня избегала? Боялась меня? — внезапно вампир расплылся в ехидной улыбке и еще больше сжал запястья юной особы, что та недовольно шикнула от резко нахлынувшей боли. Ему всегда нравилось наблюдать за реакциями людей, которые, когда узнавали его реальную сущность, пытались найти пятый угол в надежде скорее скрыться от этого «монстра», как они выражались. Это и забавляет вампиров. Коу заглянул глубоко в глаза девушки. В них не читалось ни капли страха, а только уверенность и некая неприязнь в его сторону. — Тебя? Бояться? Велика честь. Ты просто меня тупо бесил, как и твои долбанные фанаты, да и сейчас бесишь. «Ой, Коу-сан, можно Ваш автограф? Листика нет, а можно на руке или лифчике? Можно с Вами сфотографироваться?» — бесите! — буквально выплюнула Лия, до сих пор стараясь выпутаться из лап юноши. Тот лишь еще больше расплылся в самодовольной улыбке. — Да ладно? Неужели котенок ревнует меня к другим, м? — с долей игривости протянул вампир, опалив горячим дыханием ее лицо. От такого заявления девушка на секунду замерла. «Ревнует»? Ей неприятно смотреть, как он общается и заигрывает с другими. Но действительно ли это ревность? Если она его ревнует, то получается, что и… любит? Лия незаметно помотала головой в стороны, приводя свои мысли в порядок, и снова подняла взгляд на ухмыляющегося парня. — Тебя? Ревновать? Серьезно? Слишком ты высокого о себе мнения, хотя это уже ни для кого не секрет. Чтобы в тебя влюбиться, какой уровень тупости надо иметь? Тем более, я знаю таких, как вы. Хладнокровные существа, которые никого не щадят. Вы пользуетесь наивностью и беспомощностью людей ради своей выгоды и высасываете из них жизни. Вам неведомы никакие чувства, например, как: милосердие, щедрость, сочувствие, жалость, душевная боль, любовь, в конце концов. Вы не знаете и не чувствуете ничего, а только портите жизни других! И я не удивлюсь, если половина твоих несчастных фанатов уже давно лежат в могиле! — со злобой прошипела девушка прямо ему в лицо. Эти слова сильно задели парня. Его разум будто помутнел, он уже будто не ручался за свои действия и будто не понимал, что делает и говорит. Снова сжал её руки и резко притянул к себе так, что их губы находились в миллиметре друг от друга. — «Ничего не чувствуем», значит? А вы, люди, способны на какие-нибудь реально настоящие чувства? Вы же сами не лучше. Вы же все скрываете под масками безразличия и эгоизма. Ничего настоящего не показываете, везде и всюду одна фальш. Сколько я не наблюдал за вами, вы становитесь только хуже, алчнее и эгоистичнее, -буквально прошипел вампир прямо в ее губы. — Да? Плохо смотрел. Мир также не без добрых людей. И они способны меняться в лучшую сторону в отличие от вас, а вы навсегда останетесь такими же холодными и без чувственными тва… — не успела девушка договорить, как юноша впился страстным поцелуем в ее губы. Та расширила глаза в удивлении и снова попыталась вырваться из его объятий, начав бить маленькими кулачками в его грудь, но ему было все равно. Он сминал ее губы жадно, настойчиво, страстно и даже как-то отчаянно. Случайно задев клыком её нижнюю губу, оттуда сразу потекла алая жидкость, что полностью свело с ума Коу и заставило его еще больше углубить поцелуй, высасывая желанную жидкость и проникая языком в рот. Девушка глухо простонала. Она прикрыла глаза и всячески пыталась прогнать язык этого напыщенного индюка из ее рта.       Одна рука юноши грубо обхватывало талию Лии, а другая спустилась вниз по ноге и обхватила ягодицу, сгиная ее ногу в колено и прижимая к себе. Воздуха катастрофически стало не хватать, но это его не остановило. Оторвавшись от сахарных и таких манящих губ, он спустился к шее и начал целовать там, оставляя после этого красные пятна. Затем, приметив место, где выпирает вена, он резко укусил туда и начал с жадностью большими глотками выпивать кровь. Девушка простонала от боли, прикусив губу, и впилась ногтями в его плечи, запрокинув голову назад. Она сжала пиджак вампира и пыталась не закричать от боли, тем временем как вампир спускался ниже, к ключице, оставляя красные метки и укусы на ее теле. Лия прерывисто дышала, приоткрыв рот в безмолвном крике, и сжимала бедную ткань парня в руке. — Отпусти. Хватит… Что ты делаешь? — еле прохрипела она, поджав губы и зажмурив глаза, сдерживая слезы боли. Она не могла плакать, не в ее принципах плакать перед кем-то. Она не собирается показывать свою слабость, тем более перед ним. Не могла… Не сейчас. — «Хватит»? Нет, котенок, я только начал. Ты слишком смелая и дерзкая, пора бы тебя проучить и показать, что будет, если дерзить мне, — прошептал вампир на ухо «жертве», опалив дыханием ее кожу. Свободной рукой он провел по ее ноге вверх, немного задирая подол юбки. От такого глаза девушки еще больше расширились, и она снова попыталась вырваться из хватки вампира, начиная сильнее брыкаться и кричать. Коу зажал ее руки над головой одной своей рукой и снова впился в ее губы властным поцелуем. Русоволосая буквально завыла в его губы, все еще не подавляя попытки оттолкнуть от себя вампира, что-то невнятное мыча и пытаясь пинать его ногами. — Да, кричи… — вампир снова прокусил ее шею. — Зови… — до крови прикусил мочку уха, слизывая кровь. — Никто тебя не услышит… — укус в запястье руки. — Сейчас ты полностью в моей власти… — Хватит! Отпусти! Зачем ты это делаешь?! Тебе мало своих фанаток в школе и на работе?! Мало видеть мучения других людей?! Ненавижу! Не трогай меня! — Лия вырвала свои руки из хватки парня и обессиленно упала перед ним на колени, опустив голову вниз. В глазах застыла пелена слез, выпускать которые девушка не хотела, но они будто не слушались и предательски покатились по щекам.       Кисти рук ныли от недавней хватки, возможно, что там скоро появятся большие синяки, раны от укусов нестерпимо жгли и из некоторых до сих пор стекала кровь. Было больно и… обидно. Именно обидно. В глубине души она давно для себя поняла, что возможно влюбилась в этого садиста. Глупо и по-дурацки влюбилась, становясь еще одной влюбленной и помешанной на нем дурой, очередной игрушкой, куклой в его руках. Сейчас она хотела просто исчезнуть, раствориться, провалиться сквозь землю, лишь бы лишний раз не заглядывать в эти синие и такие манящие, но такие холодные глаза.       Коу на минуту замер, смотря на нее. Волосы спадали и прикрывали ее мокрое от слез лицо. Плечи невольно вздрагивали при каждом безмолвном всхлипе. Одежда уже была вся пропитана ее кровью. Лия сильнее прижалась к стене и обхватила себя руками, словно запуганный и забившийся котенок, все так же понурив голову. Сейчас она не была похожа на ту бесчувственную и неприступную «глыбу», которой она была всего несколько минут назад. Коу схватился за голову, а в его голове вертелась только одна мысль: «Зачем? Что я наделал? Я ведь не хотел…»       Вампир медленно опустился перед ней на корточки, подняв ее лицо за подбородок и посмотрев ей в глаза, из которых, не переставая, медленно скатывались слезы. — Что тебе нужно от меня? Неужели нельзя просто оставить меня в покое? — еле слышно прохрипела русоволосая, захлебываясь в собственных слезах. Парень большим пальцем руки смахнул дорожку слез с ее щеки. — В покое я тебя не оставлю, хочешь ты того или нет. — Почему?! Что я тебе сделала?! — уже срываясь на крик, спросила Лия. — «Влюбила, чертовка…» — мысленно ответил юноша, с какой-то печалью глядя в заплаканные глаза молодой особы. После, тяжело вздохнув, встал с корточек. Девушка, изредка всхлипывая, подняла на него непонимающий взгляд, ожидая ответа на свои заданные вопросы. — Прости… — единственное, что произнес он перед тем, как исчезнуть, оставив русоволосую в недоумении сидеть на холодном полу и с новой силой зареветь от физической и душевной боли…

***

      Следующий день в школе не отличался ничем особенным, за исключением того, что Муками не являлся ни на какие уроки, что немного нервировало Лию, но свою напряженность она скрывала и никому не показывала. Девушка, как ни в чем не бывало, задумчиво сидела за партой, наблюдая за усиливающимся дождем и прокручивала в голове вчерашнее событие. Ее пальцы руки невольно коснулись шарфа, за которым скрывались укусы от клыков. Конечно, в школу в таком виде ходить запрещено, но молодая особа сослалась на то, что у нее просто болит горло, чему учителя и директор с трудом, но поверили и разрешили ходить в таком виде, но в первый и последний раз. Синяки на руках после вчерашнего все-таки остались, но, к счастью для девушки, длинные рукава пиджака скрывали и их. После того, как он исчез и оставил ее одну в гримерной, она еще около получаса просидела на холодном полу, прокручивая его последнюю фразу в голове: «Прости…» «Он никогда раньше не перед кем не извинялся. Чересчур уж велика его гордость и самовлюбленность, чтобы перед кем-то так „опускаться“. Так с чего передо мной вдруг решил? Да и почему остановился? Другой бы на его месте высосал всю кровь до последней капли и прикончил, не мешкая. Странный и неправильный все-таки вампир. Да еще пропал, блин, куда-то, на уроки не является. Где его носит? Цепляет очередную пассию где-нибудь в клубе? И вообще, почему я о нем думаю? Он всего лишь напыщенный и избалованный индюк, таких у нас, вон, полкласса. Меня вообще не должно волновать: где он и как он? Он вообще меня бесит, а после вчерашнего я вообще теперь его ненавижу. Какое он право имел ко мне прикасаться? Я вообще на работе была, как и он, а ему вдруг приспичило поразвлекаться. Не был бы вампиром, треснула б в его самодовольную рожу. Пусть катится на все четыре чертовы стороны, шляется, где хочет, когда хочет и с кем хочет. Он меня не волнует. Черт, тогда почему в душе такое чувство опустошенности?» — размышляла русоволосая, медленно продвигаясь на перемене по коридорам школы, сложив руки на груди и опустив голову вниз. Внезапно она услышала чей-то голос. Лия остановилась, подняв голову вверх и прислушиваясь к звукам. Звук доносился с другого конца коридора, и невольно ее ноги будто сами повели ее к этому звуку.       С каждым шагом голос усиливался, пение становилось все четче, но кроме пения можно было различить еще искусную игру на пианино. Русоволосая будто завороженная приблизилась к открытой двери в музыкальную комнату и замерла, не в силах больше пошевелиться. За пианино сидел сам Коу, устремив взгляд в окно и напевая какую-то песню. Пальцы искусно и профессионально скользили по клавишам пианино. Его голос звучал очень красиво и завораживающие, будто с рождения он занимался вокалом.       Девушка облокотилась о косяк двери и незаметно начала подслушивать его игру, скрестив руки на груди, завороженно наблюдая за тем, как его пальцы плавно скользят по клавишам, играя звонкую, но спокойную мелодию. Внезапно он резко перестал играть и петь, что невольно Лия вздрогнула, все так же смотря на него. Его взгляд все так же задумчиво был устремлен в окно. «Неужели заметил?» — мысленно спросила себя девушка, медленно и тихо пятившись назад, в надежде поскорее скрыться и уйти из этого места, пока он не обернулся. Но Коу все так же сидел неподвижно, смотря в окно и скрывая незаметную улыбку на лице. — Бесплатно понаблюдала за представлением и даже не поаплодировала, а сразу решила увильнуть. Котенок, а тебя с детства манерам не учили, я смотрю, — он повернул голову в ее сторону, ехидно усмехаясь. — Почему тебя на уроках не было? — проигнорировав его заявление, задала вопрос русоволосая. Парень поднял одну бровь вверх, непонимающе посмотрев на нее, но потом снова улыбнулся, вставая из-за пианино и убирая с него какие-то листы с нотами. — С каких пор тебя это заботит? Неужели волнуешься? — усмехаясь, спросил Коу, не поворачивая на нее взгляда. — Больно ты мне нужен. Просто учителя спрашивали, — пряча лицо под шарфом, ответила девушка, скрестив руки на груди и опустив взгляд вниз. Да, врать она никогда не умела, да и всегда считала, что вранье ничем хорошим не заканчивается, поэтому всегда говорила все людям напрямую. Но сейчас она не хотела, чтобы этот напыщенный идол узнал правду. Ведь она действительно переживала, пусть и не показывала этого… Вампир перевел на нее взгляд. — Просто не хотел, — беззаботно ответил он, пожав плечами, убирая эти листы в свой рюкзак. — Полшколы не хотят ходить в школу, однако ходят. И то, что ты поп-звезда, не убирает тебя от ответственности ходить в школу и получать образование, потому что ты «просто не хотел». Это неправильно, — сказала девушка, подняв на него взгляд. — А врать тоже неправильно, однако же ты это делаешь, — ехидно усмехнулся парень. Лия вздрогнула, немного расширив глаза то ли в испуге, то ли в удивлении, но потом поспешно приняла спокойный вид. — Ты это о чем? — вполне спокойно спросила она. Да, настоящая леди всегда знает, когда вовремя включить дурочку. Вампир начал медленно подходить к девушке. — Брось, Лия, неужели ты реально думаешь, что я поверю в то, что ты пришла сюда только по прихоти учителей? Да и тем более, они знают о моей работе, и я могу, даже не предупреждая, уходить с уроков, когда меня внезапно вызывают на концерты и мне за это ничего не будет, — усмехался вампир, медленно приближаясь к русоволосой.       Та же, в свою очередь, пятилась назад, пока не почувствовала преграду за своей спиной в виде злосчастной стены. Коу это сыграло на руку, и он выставил руки по обе стороны от ее головы, преграждая всякий путь к побегу. Снова зажата им. Снова их лица находятся в миллиметре друг от друга. Снова эта ехидная улыбка и непонятные искры в глазах.       Девушка прикусила нижнюю губу, с трудом отводя взгляд от этих пристальных синих глаз. Снова спрятала свое лицо за шарфом и зажмурила глаза, будто ожидая каких-то плохих действий с его стороны. — Кошечка, я не разрешал тебе отводить от меня взгляд. Ну же, посмотри на меня, — внезапно как-то ласково попросил он, убрав шарф и снова подняв ее лицо за подбородок, повернув в свою сторону. Лия, тяжело вздохнув, медленно открыла свои зеленые глаза и посмотрела на него. — Вот, уже намного лучше. — Скажи, зачем ты все это делаешь? Я прошу тебя, оставь меня в покое. Давай просто забудем, что было вчера и вернем все в прежнее русло. Ты дальше будешь бегать от своих фанатов, давать автографы и красоваться перед ними, а я спокойно буду работать и учиться. Ты не прикасаешься и не трогаешь меня, я не трогаю тебя. Все обоюдно, — выпалила Лия, вжимаясь в стену, потому что вампир начал все ближе приближаться к ее лицу. — Я же еще вчера сказал тебе, что в покое тебя не оставлю, хочешь ты того или нет, кошечка. Неужели до тебя все так туго доходит? — выдохнул парень в лицо девушки, опалив его теплым дыханием, отчего по телу прошлись стая мурашек. — До меня-то все нормально доходит в отличие от некоторых. Ты так вчера и не ответил: почему? — А вот это тебя не касается. — Почему? — Потому. — А конкретнее? — Потому что. Не будь надоедливой, котенок, и не задавай глупых вопросов. — Это я еще «надоедливая»? Чья бы корова мычала! Это не я тебе вчера прохода не давала, да и сейчас не даю. И я нормальные вопросы задаю. — Достала… — выдохнул вампир и снова впился в ее губы. Девушка снова расширила глаза в удивлении, даже не в силах пошевелиться. Он снова зажал ее руки над головой, а одну свою ногу выставил между ее двумя, зафиксировав полностью движение. Парень отстранился и посмотрел на нее. — Так ты более спокойнее. А теперь ответь на мой вопрос: что ты ко мне чувствуешь? — спросил Коу, смотря прямо ей в глаза, будто гипнотизируя ее взглядом. Девушка замерла от такого резкого вопроса, немного раскрыв рот. Он будто надавил на самое больное. Задал тот вопрос, на который она никак не хотела отвечать. Лия молчала, немного опустив голову, не в силах сказать ни слова. — Я задал вопрос и жду на него ответа. Повторяю: что ты ко мне чувствуешь? — повторил парень, выжидающе смотря на русоволосую. Та молчала, будто проглотив язык и потупив взгляд в сторону. — Лия, я по сто раз повторять не буду. Хорошо, давай, если ты сейчас ответишь на этот вопрос, то я от тебя отстану, обещаю. Повторяю в последний раз для особо одаренных: что ты ко мне чувствуешь? — Ничего! — резко выпалила девушка, вскинув голову вверх и уверенно посмотрев в глаза идола. По крайней мере, она пыталась смотреть уверенно. Парень замер, немного шокировано и даже как-то разочарованно смотря на нее. Усмешка пропала с его лица. А чего он ожидал? Что она кинется к нему, как это делают большинство девчонок, видя его? Он уже давно понял, что она не из простых. Да и вряд ли полюбит такого монстра, как он. — «Ничего», значит? — задумчиво протянул Коу, потупив взгляд в сторону. В его душе будто что-то оборвалось. Сердце, которое по сути уже ничего не чувствует, внезапно пропустило маленький удар. Он медленно опустил руки и отошел на два шага назад, открывая русоволосой путь. — Иди.       Лия непонимающе посмотрела на него, подняв одну бровь вверх. Вот так просто? Возьмет и отпустит? На минуту она почувствовала какой-то подвох, но его взгляд был как никогда серьезен. — Ну чего стала, как статуя? Я же обещал отпустить, как только ты ответишь на этот вопрос. Ты ответила. Я отпустил. Можешь идти. Больше я тебя не побеспокою, — спокойно сказал вампир, запустив руки в карманы брюк и отведя взгляд в сторону. Но девушка продолжала стоять, задумчиво и в упор смотря на него. «Может, попробовать и его об этом спросить? Ну, а что? Попытка — не пытка ж, верно?» — пронеслось у нее в мыслях. Закусив губу и тяжело выдохнув, она решилась и спросила: — А что ты ко мне чувствуешь?       Коу от такого резкого вопроса вздрогнул, немного расширив глаза. Она издевается? К чему уже такие вопросы, если и так ясно, что она его ненавидит? Зачем ей уже знать о его чувствах? — Это неважно, — ответил он, снова переведя на нее взгляд. — Нет, подожди. Я ответила на твой вопрос, теперь, будь добр, ответить и на мой. Что ты чувствуешь ко мне? — не унималась русоволосая. — Я же сказал, это неважно. Неужели непонятно с первого раза? И вообще, мне уже пора. Я пошёл, — резко он развернулся и вышел из помещения, снова оставив девушку в раздумьях, и в недоумении смотреть ему вслед. Он всегда так будет увиливать от разговора? «Он издевается…» — подумала она, тяжело вздохнув.

***

— Лия! Ты вообще меня слушаешь?! — размахивала рукой перед лицом русоволосой шатенка, пытаясь привлечь к себе её внимание. Та же ходила, устремив задумчивый взгляд вперед, но все-таки заметив перед собой руку, перевела взгляд на свою одноклассницу. — А? Тора, прости, я просто немного задумалась… — выдохнула девушка. Из ее головы все никак не выходил этот самовлюбленный идол. Крутилось много вопросов, ответов на которые просто не было. Почему он так резко ушел от разговора, когда она заговорила о его чувствах к ней? Неужели он что-то к ней чувствует? А способен ли? Лия всегда считала вампиров хладнокровными существами, которые не способны вообще ни на какие чувства, но заметив некую печаль в глазах Муками, когда она резко предъявила ему о том, что не любит его, стала сомневаться в правдивости этого факта. Поэтому она и солгала. Боялась, что он просто будет насмехаться над ней, подшучивать, если бы она сказала ему правду. Зачем пополнять его копилку разбитых сердец еще и ее разбитым сердцем? Правильно, незачем, да и она не хотела. Так просто не дасться… — Да ты почти неделю задумчивая ходишь. А ну-ка, рассказывай, что стряслось? Что ты от меня скрываешь? — прищурилась одноклассница, подозрительно смотря на русоволосую. Лия лишь обреченно вздохнула, закатывая глаза. Тора была единственной подругой, с которой она успела познакомиться за все время проведенное в школе, но чересчур любопытная. Хоть зеленоглазая и ценила дружбу с ней, но ее упрямство и любопытство ее иногда сводит с ума. Она вечно сует свой нос не в свои дела и из-за этого иногда у нее могут возникать проблемы, которые разгребают потом почему-то они вдвоем. Лия не хотела просвещать ее в курс всех недавних событий, хоть и понимала, что долго не продержится под любопытным натиском одноклассницы. — Ничего я от тебя не скрываю. Не говори ерунды, — спокойно ответила она, все так же идя вперед по коридорам школы. — Ага. Вижу я, как ты «ничего от меня не скрываешь». Может тебе понравился кто-нибудь и ты мне рассказывать не хочешь? — не унималась шатенка, нагоняя девушку. — Тора! — Ну что? Ходишь какая-то задумчивая постоянно, даже меня не слушаешь. Вечно на уроках пялишься в окно и вздыхаешь, как принцесса, запертая в башне и ждущая своего принца. Что я должна еще подумать? Я же вижу, что с тобой что-то происходит, — говорила девушка, глядя на Лию. — Что угодно, но только не это. Запомни: все парни — козлы и бараны. И я никогда и ни в кого в жизни не влюблялась и не собираюсь влюбля… — резко она остановилась, устремив немного шокированный взгляд вперед. «Головная боль» и зачинщик всех её проблем стоял сейчас перед ними и прижимал к стене какую-то очередную пассию, нашептывая ей на ухо какие-то словечки, что та немного краснела и хихикала, что-то шепча ему в ответ. Свою руку он держал на ее бедре, а вторую выставил около ее головы.       Почему-то в груди зеленоглазой больно кольнуло. Она не сводила глаз с этой парочки, а те будто совершенно не замечали их, продолжая заниматься своим делом. «Как был бабником, так и остался. Как я вообще могла влюбиться в этого козла? И еще сомневалась, думала: может я ошибалась в нем? Идиотка… Вампиры не меняются, а такие, как он, тем более» — пронеслось у нее в мыслях, наблюдая за этой картиной. Тора проследила за взглядом подруги, переводя взгляд то на нее, то на эту парочку. — Лия, ты… — Мне пора. Скоро на работу собираться, а мне еще маме помочь нужно. Не обижайся, но домой я дойду одна. Встретимся завтра, — как ни в чем не бывало, протараторила с добродушной улыбкой девушка, разворачиваясь и направляясь к выходу из школы. Шатенка непонимающе посмотрела ей вслед, оставаясь на том же месте. «Дура, дура, дура…» — мысленно наговаривала на себя Лия, скрывая за волосами еле подступившие слезы на глазах.

***

      Очередной рабочий день, не предвещающий ничего интересного и необычного. Снова вопли очередных поклонников, звон которых уже начинал давить на уши. Лия выходила из гримерной очередной звезды, потирая виски и прикрыв глаза. Она облакотилась о стену и устало вздохнула. Голова и так ужасно болела, а еще крики фанатов просто сводили ее с ума. Хотелось просто оторвать себе голову, лишь бы не выслушивать ничего этого и избавить себя от всех раздумий. «В следующий раз надо взять с собой наушники или вату» — в мыслях подумала она, беря в руки швабру с ведром и направляясь к лифту.       Да, здание было многоэтажное и достаточно большое. Сюда приезжали идолы со всех стран Мира, не только из Японии или Китая, поэтому гримерных и комнат для гостей было огромное колличество. Конечно, и уборщиц было не меньше, но каждая из них убирала по десять, а то и больше гримерных в день, не считая ещё специальных комнат и сцены. Поэтому сил на это уходило очень много.       Войдя в лифт и нажав на кнопку нужного ей этажа, девушка стала около стены, глядя в пол, но не успел лифт тронуться с места, как его дверям помешала чья-то нога и, не церемонясь, чья-то фигура быстро зашла в лифт. Лия поначалу и глазу не повела, всё также смотря в пол, но любопытство взяло верх, и она подняла скептический взгляд на того, кто это был. Но стоило ей лишь встретится с его взглядом, как глаза юной особы расширились с новой силой. Снова он. «Судьба, ты издеваешься…» — обреченно вздохнув, подумала девушка, глядя во все те же усмехающиеся синие глаза. — Ну снова здравствуй, котенок, — не скрывая ехидной улыбки, произнес Коу, скрестив руки на груди. — И тебе не хворать, — буркнула русоволосая, переведя взгляд на двери лифта, будто с нетерпением ожидая, когда он прибудет в нужное ей место, чтобы лишний раз не сталкиваться с этой самодовольной рожей. — Манерам ты так и не учишься. Особенно не учишься тому, как нужно вести себя с настоящей звездой, — хмыкнул блондин, прожигая взглядом зеленоглазую. — Не вижу смысла тратить всю свою вежливость на тебя. С тобой манеры ни к чему, — спокойно ответила девушка, даже не повернув на него взгляда.       Внезапно лифт затрясло, и он резко остановился. Лия от резкости вздрогнула, чуть не упав на пол, но ее талию вовремя придержали сильные мужские руки. — И что это было? — будто саму себя спросила девушка, но осознав, кто её сейчас держит за талию, быстро убрала его руки и отошла немного в сторону. Коу на это лишь усмехнулся, переведя взгляд на кнопки лифта.  — Тупизма тебе не занимать. Неужели не ясно? Похоже, мы застряли, — нажимая какие-то кнопки, ответил идол. «Как „застряли“?! Мне же ещё пять гримерных убирать! Да еще, как назло, с ним. Ну почему именно он?! С кем бы угодно, но только не с ним! За что?!» — мысленно паниковала зеленоглазая, облокачиваясь о стенку лифта и прикрыв глаза. Судьба будто специально играет с ней злую шутку. Оказаться один на один с существом, к которому ты испытываешь смешанные чувства — типичный закон Подлости. — Служба диспетчера слушает, — послышался немного грубоватый женский голос откуда-то с того конца линии. — Девушка, мы в лифте застряли. Будьте добры вызвать мастера, — своим привычным, немного певчим голосом произнес идол. «Небось, снова соблазнить намеревается, чтобы скорее вытащили. Тётке-то лет сорок будет, а ему на вид лет семнадцать. Чем он вообще думает, если с обществом слиться хочет? Бесит…» — в мыслях фыркнула зеленоглазая, скрестив руки на груди. — Через два часа все починят. — А поскорее как-нибудь нельзя?! — взорвалась девушка, резко подскочив на месте. — Можно было бы скорее, работали бы скорее. Ждите, — как отрезало, сообщила женщина, резко сбрасывая вызов.       Лия обреченно вздохнула, кинув швабру куда-то в сторону и осев на пол, поджала под себя ноги. Вампир на это лишь хмыкнул, облокотившись о стену плечом, глядя на девушку. Несколько минут было гнетущее молчание, которое начинало давить на уши. Недавно русоволосая просто жаждала этой тишины, пытаясь заткнуть уши от воплей очередных поклонников звезд, но сейчас эта тишина ее просто начинала бесить. Да еще чересчур пристальный взгляд идола ни на минуту не оставлял её в покое. Будто он пытался просверлить в ней дырку, заглянуть в глубину зеленых глаз, протолкнуться в душу, чтобы что-то для себя выискать и разузнать то, что она так тщательно пытается скрыть. Невыносимо. — Может перестанешь на меня так пялиться? — наконец не выдержала девушка, подняв свой взгляд на вампира. Тот усмехнулся, не отводя своего взгляда от нее. — Хочу и пялюсь. Не тебе мне приказывать: что мне делать, а что нет? — спокойно ответил Коу. — Ну тогда делай это как-нибудь незаметнее, а то у меня складывается впечатление, что ты меня загипнотизировать пытаешься, — девушка обхватила свои ноги руками, немного опустив голову. — Неплохая идея, кстати. — Чего?! — Неплохая идея, говорю! Давно хотел узнать, о чём ты думаешь, — усмехнулся вампир, как-то по-ребячески пожав плечами. — В свою голову впускаю только своих тараканов, а напыщенным, самовлюбленным баранам и индюкам там не место, — съязвила русоволосая, отведя взгляд в сторону и устремив его в стену лифта. — Ну хоть не отрицаешь того факта, что у тебя реально тараканы в голове. Уже что-то, — выдохнул Коу, так же сев на полу и облокотившись о стенку с противоположной стороны от девушки. — А не боишься, что твои тараканы когда-нибудь доведут тебя до психушки, если ты постоянно будешь их слушать? — По крайней мере, они не кровососущие монстры, готовые вот-вот наброситься на тебя и высосать жизнь. А психушки я уже не боюсь. Я и так в дурдоме живу, — прошептала зеленоглазая, пялясь в одну точку, даже не поворачивая взгляда на парня. — Какой пессимистичный взгляд на жизнь. Котенок, пора бы менять свои взгляды на нее, а то так скорее превратишься в дряхлую старушку, которая постоянно ворчит и жалуется на свою жизнь, — усмехался парень, глядя из-под челки на юную особу. — Уж лучше дряхлой старухой, чем расфуфыренной и самовлюбленной дрянью, которую ты сегодня в школе так старательно прижимал к стене, а потом наверняка затащил куда-нибудь в укромный уголок, чтобы утолить внезапно вспыхнувший приступ страсти. Понравилось с ней, видимо, развлекаться, не так ли? И сколько раз повторять, я не «котенок»! — не выдержала девушка, резко переведя на него немного гневный взгляд.       Вампир тупо уставился на внезапно разгневавшуюся Лию в маленьком шоке, переваривая в голове смысл только что сказанных ею слов. Но потом он снова ехидно улыбнулся во все тридцать два зуба, будто сделав для себя какой-то окончательный вывод. Он медленно и незаметно придвинулся к ней ближе и сел рядом, не отводя от нее прожигающего и изучающего взгляда. Зеленоглазая вздрогнула и немного отодвинулась от него, поняв, какую глупость сейчас сморозила. Только сейчас она поняла, что-то, что она недавно сказала, звучало с нотками ревности. Она спрятала лицо за волосами и глазами в панике искала хотя бы крохотный угол, где можно было бы укрыться от этого взгляда синих глаз. Сейчас ей хотелось превратиться в маленькую мышку, стать крохотной букашкой, чтобы спрятаться где-нибудь в щель этого злосчастного лифта и больше никогда не смотреть в глаза тому, кто довел ее до такого состояния. — И все-таки ты ревнуешь, — утвердительно произнес вампир, улыбаясь. — Я не ревную… — буквально прошипела Лия, не поворачивая на него взгляда. — А судя по твоим действиям, ревнуешь. Котенок, чего ты так сжалась? В этом нет ничего постыдного. Каждому свойственно ревновать, особенно если дело касается того, кого ты любишь. — Совсем уже крыша поехала?! Я не… — Отрицание — первый признак правдивости факта, — не унимался блондин, все так же улыбаясь. — Да не ревную я! Достал уже! Ты вообще обещал оставить меня в покое, в итоге сейчас сидишь и тупо снова пристаешь! — вскипела Лия, отползая от него к другой стене. — Думаешь, я специально остановил лифт, чтобы поприставать к тебе, когда у меня там наверху уже как тридцать минут должен был идти концерт?! Неужели ты считаешь меня таким идиотом?! — произнес вампир, немного повысив тон. — А что? Всё может быть. Ты же у нас звезда! Имеешь связи! Может это как раз по твоей вине мы тут и застряли? — ответила девушка, посмотрев на парня и подняв одну бровь вверх. — Хватит меня потакать своими постоянными сарказными фразочками, вроде: «Ты же звезда!». Конечно, у меня есть связи, но я не такой дебил, чтобы из-за какой-то вредной девчонки ставить крест на своей карьере. — «Какой-то девчонки»?! Я еще и «вредная»?! — внезапно русоволосая вскочила с места, грозно и зло глядя на блондина, будто готова была его вот-вот взять и задушить на месте. — А какая ещё? Строишь из себя невинную и неприступную глыбу, которой все фиолетово, а на деле-то и в душе у тебя всё по-другому. Просто признай, что я тебе все-таки нравлюсь! И тогда в музыкальной комнате ты мне солгала! Хватит играть этот спектакль, будто тебе всё равно! — вампир так же вскочил с места, становясь рядом с девушкой, сложив руки. — А что же ты тогда ушёл от ответа, когда я задала тот же самый вопрос, а?! Кто из нас тут еще «спектакль играет»?! — не унималась Лия, повторив его движение и также скрестив руки на груди, грозно глядя в его глаза. — А, то есть, ты не отрицаешь тот факт, что я тебе нравлюсь? — ухмыльнулся парень. — Не уходи от ответа снова! — Нет, это ты не уходи от ответа, — резко он снова прижал юную особу к стене, зафиксировав ее руки над головой. — Хочешь узнать, что я к тебе чувствую? Хорошо, я тебе честно отвечу. С того момента, как ты переступила порог нашего класса, я чувствовал в тебе заинтересованность. Поначалу думал, что ты ничем от других не отличаешься, но потом, когда ты меня впервые отшила, этим ты еще больше пробудила во мне к себе интерес. Признаю, тогда ты меня удивила. Этой непокорностью ты ещё больше меня к себе притягивала, хотя сама об этом и не догадывалась. Я начал постоянно думать о тебе на работе и в школе. Как бы не пытался выкинуть тебя из головы, а ты все равно засаживалась туда, как паразитка, высасывала из меня все соки, заполняла все мои мысли собой. Я не знал никаких чувств до твоего появления. Хочешь знать, какое чувство я к тебе испытываю? Ненависть. Я ненавижу тебя за то, что заставила меня испытать ещё чувство безответной и невыносимой влюбленности. Да, я влюбился, как последний мальчишка и кретин. Смешно? Смейся, только мне было не до шуток, да и сейчас не до них. Мне впервые за всю мою вампирскую жизнь сделали больно, отвергнув мои настоящие чувства, — честно признался он, заглядывая в её зеленые глаза.       Девушка стала в шок от внезапной искренности с его стороны. Её будто ударило током, сердце пропустило электрический удар. Она тупо стояла, в упор глядя на вампира, будто пытаясь найти в его глазах какой-то подвох, но там читалась лишь одна искренность и что-то еще. Любовь? Только сейчас, заглядывая в омут и глубину этих синих глаз, можно было отчетливо увидеть это чувство. Но кроме этого там читалась еще и боль, которую она причинила ему не так давно. Чувство вины поселилось в её сердце. Только сейчас она поняла, что во многом виновата сама.       Она опустила голову вниз, не в силах больше смотреть в эти глаза. Почему-то сейчас ей стало неимоверно стыдно. Казалось, она так легкомысленно с ним поступала, делала о нем преждевременные выводы, даже не понимая и не зная, что творится у него в душе. Из-за своей гордости и стереотипов она мучила и себя, и его. Сглотнула подступивший ком в горле. Стыдно. Виновата. Самой больно. — Может ты все-таки что-нибудь скажешь? Меня бесит, когда ты молчишь. Я вампир, но не экстрасенс и не телепат, чтобы по твоим жестам и мыслям тебя понимать, — сказал Коу, прожигая макушку девушки взглядом. — А как же та девушка, которую ты сегодня обнимал? — еле слышно прохрипела русоволосая, но вампир её услышал. Он поднял одну бровь вверх, посмотрев на юную особу так, будто она сейчас сказала самую наиглупейшую фразу в Мире. От одного её вида и тона произношения хотелось расхохотаться в голос, ведь сейчас она больше походила на в чем-то пронившегося ребенка, а не на ту боевую особу, которой она была несколькими минутами назад. — Серьёзно думаешь, что у меня было с ней что-то серьёзное? Да она сама ко мне приставала, я просто подыграл, чтобы она скорее от меня отстала. Меня не привлекают девушки такого типажа, они все на один вид и вкус. Меня привлекает только одна. И она сейчас стоит передо мной, — усмехнулся парень, опустив одну руку на талию девушки и прижав её к себе. Но на этот раз она не сопротивлялась, а наоборот, с некой неуверенностью обвила его шею руками. К чёрту эту гордость. К чёрту все эти маски и обман. Она любит и хочет его во всех смыслах этого слова. Она хочет быть всегда рядом с ним, стать той, ради которой он мог бы свернуть горы.       Блондин сначала был шокирован такими действиями с её стороны. Он-то ожидал, что она снова будет вырываться, орать, устраивать истерики и скандалы, а она наоборот поддалась вперед. Подозрительно. — Это значит, что я был прав, и я всё-таки тебе нравлюсь? — ухмыльнулся вампир, не отводя взгляда от зеленоглазой. Та тяжело вздохнула, зарывшись носом в его грудь. — Можно считать и так. Но ты всё равно самовлюблённый кретин, идиот, баран, нарцисс и пара… — не успела молодая девушка договорить, как её рот заткнули властным поцелуем. Но на этот раз Коу целовал её со всей нежностью, на которую только был способен, передавая в этот поцелуй всю любовь и те чувства, которые он так долго от неё скрывал, прижимал к себе девушку так близко, что между ними вообще не оставалось никакого расстояния. Лия прикрыла глаза и также ответила на поцелуй, зарывшись руками в его мягких волосах. Но резко он прервал поцелуй. Его лицо озарила немного самодовольная, но счастливая улыбка. — Я понял тебя, котёнок. Я тоже тебя люблю, — ехидно усмехался парень. Впервые за всё это время русоволосая смутилась и опустила глаза вниз. — Я же сказала, не называй меня так, — недовольно буркнула она, сдерживая улыбку, которая вот-вот готова была показаться на её лице. Внезапно лифт резко тронулся с места и поехал наверх. Поломка устранена.       Муками шире улыбнулся, зарывшись носом в её шелковистых волосах, будто не заметив того, что лифт уже поехал и скоро прибудет в назначенное место. — Ты права. «Котенок» — тебе теперь мало подходит… — вдохнув запах её волос, прошептал он с улыбкой. — Теперь ты «мой котенок».