По следам Смерти

Пролог. Солнечные зайчики бегали по песчаной дорожке парка, пробиваясь через густые кроны деревьев, и скользили по кудряшками Аннабет, затем переползали на хмурое лицо и загорелые руки. Перси не мог оторвать взгляд от своей девушки, ему до сих пор не верилось, что он встречается со своей напарницей вот уже почти год. Они прошли долгий путь, и он ни за что не упустит свое счастье. Весна постепенно переходила в лето, улицы расцвели, Аннабет шла рядом, так что настроение у Перси было прекрасное, даже несмотря на убийство. — Хватит глазеть, мы на работе, — возмутилась девушка. — Это сложно, ты слишком красивая, — невозмутимо ответил Перси, не пряча ухмылки. Аннабет сердито посмотрела на него, думая, что на это можно ответить, когда к ним подошел подтянутый мужчина лет сорока. — Здравствуйте, — отвлеклась девушка, — Я агент Чейз, а это мой напарник агент Джексон. — Я офицер Купер, тело там, — махнул рукой полицейский. Он отвел их в сторону от тропинки, где в траве лежал человек. Это был почти еще мальчишка, скорее всего студент. Кожа неестественно бледная, глаза закрыты, в волосах засохла кровь, а в правой руке пистолет. — Расстался с девушкой или завалил сессию? — спросил Перси. — Не знаю о чем вы, сэр, но похоже на самоубийство. — Зачем тогда вызвали ФБР? — девушка присела, разглядывая тело. — Я настоял, — произнес низкий голос за спиной Перси. — Чарли! — парень резко развернулся, расплываясь в улыбке. — Давно не виделись, как Силена? Скоро ли поздравлять с пополнением? Перед ним стоял коренастый темнокожий мужчина всего на пару лет старше. Это был его старый друг Чарльз Бекендорф, они втроем учились в академии. Вскоре после выпуска Чарли женился, отказался от идеи работать в ФБР и пошел в полицию Нью-Йорка, желая быть ближе к семье. — Джексон, откуда ты уже все знаешь? — искренне удивился Чарли. — Гроувер разболтал, — на этих словах брови Чарли поднялись выше, и парень добавил. — Знаю, вы ему не говорили, но это же Гроувер. Он чувствует такие вещи и заявляет, что никогда не ошибается. — Поздравляю, Чарли, — улыбнулась Аннабет, — но у нас тут работа, если вы помните. — Ты права, — тут же посерьезнел Бекендорф. — Жертву зовут Кларк Миллер, 20 лет. Студент на факультете информатики, очень способный, как мне пояснили. Сначала я решил, что это самоубийство, только вот парень живет в Массачусетсе. Зачем ехать в другой штат, чтобы убить себя? И еще, конечно, вот это. Нашли во внутреннем кармане куртки. Он передал Перси сложенный блокнотный листок. Кривым маленьким почерком было написано: «В случае моей смерти позвонить Анне Вайт. Я себя не убивал». — Что ж, хороший аргумент, — пробормотал Перси, передавая записку напарнице. — Кто эта Анна? — Пока не знаем. Телефон не нашли. В общем, передаю это дело вам, связывайтесь с полицией Бостона, что-то мне подсказывает: одним убийство здесь не обошлось. *** Глава1. Бледный худощавый мальчишка стоял перед большим столом и пытался что-то объяснить высокому мужчине в дорогом костюме, который сидел в кресле и разбирал бумаги, переодически делая какие-то пометки. В комнате было тускло, так как тяжелые бордовые шторы плотно закрывали окна, и единственным источником света служила настольная лампа. От этого лицо мужчины казалось еще мрачнее, а мальчишки бледнее. Их окружала громоздкая, но утонченная мебель, которая не предавала месту ни капли уюта, а впрочем она и служила не для уюта, а скорее была способом заставить чувствовать посетителей себя маленькими и незначительными. Когда мальчик закончил, хозяин кабинета произнес: — Нет, Нико, мое решение окончательно. — Это нарушение моего личного пространства! — повысил голос Нико, хотя тон его был скорее умоляющим, чем агрессивным. В нем бушевало множество эмоций, но злобы среди них не было. — Прожил же пятнадцать лет нормально и дальше смогу. — Тебе угрожали, и я должен позаботиться о твоей безопасности. — Ты хотел сказать <i>тебе</i> угрожали. Это все твой бизнес. Эти "почти законные" дела. Я здесь не при чем. Со мной и так в классе никто не разговаривает, не то чтобы мне очень хотелось, но если меня везде начнут сопровождать телохранители, будет только хуже. Аид наконец поднял взгляд от бумаг и с нескрываемым раздражением посмотрел на сына: — Будет так, как я сказал. А теперь уходи и не мешай мне работать. Нико хотел сказать еще много чего по этому поводу, но увидев, как отец открывают очередную папку, глубоко вздохнул и вышел. У машины Нико ждали три человека. Первой была девушка с длинной черной косой и величественными чертами лица. Она казалась похожей на испанскую принцессу, и потертые джинсы с фиолетовой блузкой не портили этот образ. Рядом с ней стоял мужчина лет двадцати с небольшим. Его волосы были коротко подстрижены, а на носу сидели очки, отчего он выглядел не как телохранитель, а как пай-мальчик или ботаник. Третьей была девочка с афроамериканской внешностью, ее непослушные кудряшки торчали во все стороны, а за спиной висел чересчур большой для нее рюкзак. При его появлении губы девочки растянулись в улыбке, и Нико улыбнулся в ответ. Его младшая сестра, хоть они и познакомились относительно недавно, стала для него самым близким человеком на земле. Хейзел Левеск — внебрачная дочь его отца, о которой Нико не имел ни малейшего понятия, пока полгода назад Аид не привез ее домой. Мама Хейзел погибла во время землетрясения, и отец забрал девочку к себе. На следующей неделе ей должно было исполнится только тринадцать, но не смотря на это она уже была очень умна, прекрасно чувствовала людей и понимала брата лучше, чем он сам. — Меня зовут Джейсон Грейс, — первым представился мужчина, — а это Рейна Рамирес-Ареллано. Мы будем охранять вас и мисс Левеск. Дорога прошла в неловком молчании. Хейзел периодически  поглядывала на брата, но говорить при посторонних не решалась. Джейсон пару раз пытался начать разговор, на что получил несколько невразумительных комментариев и беседа закончилась так и не начавшись.  Беспокойные мысли занимали Нико. Мнение одноклассников его мало волновало, но идея, что отцу будет известно куда он ходит и что делает, была пугающей. И, конечно, Хейзел. Бедняжке и так не просто. Среди сверстников у нее была репутация «прокаженной», толи от того что раньше она жила на Аляске,  толи от того что она порой вела себя так, словно была родом из прошлого века, да и неприятности сопровождали ее одна за другой. Худшим был тот раз, когда она выронила гантелю на физкультуре, и та упала на ногу однокласснице. Девочка отделалась трещиной, которая достаточно быстро зажила, но та раздула из этого целый скандал, жаловалась, что Хейзел сделала это нарочно. Родители девочки даже говорили с директором, требовали, чтобы Хейзел исключили или хотя бы перевели в другой класс подальше от их дочери.  Нико все это ужасно злило, но саму Хейзел ситуация, казалось, совсем не обидела. Наоборот, она очень переживала, что из-за нее кто-то пострадал, самым искренним образом извинилась перед одноклассницей и долго винила себя.  Закончилось все тем, что Аида, как опекуна, вызвали к директору. Тот был не в восторге, но когда понял, что Хейзел исключат, пришел, что очень удивило Нико. Отец ни разу не появлялся в школе. Нико знал, что телохранители не прибавят Хейзел популярности. Вокруг нее итак витала аура племянницы Аида, что лучше, чем статус его сына, но ненамного. Отец по какой-то причине решил никому не говорить, что Хейзел его дочь. Возможно, это была попытка уберечь ее от его дел, возможно он не хотел признавать внебрачного ребенка. Нико не имел ни малейшего понятия, что ближе к правде. Так что не так уж сильно она нуждалась в охране, и ей только удалось подружится с мальчиком по имени Фрэнк, не хотелось бы, чтобы все это отпугнуло его. С другой стороны, если угроза реальна, и с Хейзел что-то случится… Нико не мог даже думать об этом. Может для нее так и лучше. Отвлекся он от своих противоречивых размышлений только, когда они оказались в школе (Джейсона и Рейну внутрь не пустили, хоть какое-то облегчение), потому что Хейзел повернулась к нему и произнесла: — Нико, не переживай, все обойдется. — Конечно. Сестра ободряюще улыбнулась ему и направилась прочь по коридору. В классе как всегда царили неразбериха и шум. Одноклассники затеяли какой-то спор. Девочка с короткими каштановыми волосами, ее звали Лу Эллен, ругалась с Джулией, пока Коннор Стоул с ухмылкой делал что-то у учительского стола. — Это невероятно глупая шутка! — возмущалась Лу.- Верните все обратно! — Расслабься, Эллен, — отвечала Джулия, переглядываясь с Коннором.- Тебя все равно не накажут. — Я не поэтому, — пробормотала девочка, краснея, — просто это действительно глупо! Кто-то же должен был вам сказать! — Радуйся, что мы отказались от затеи с жуками, — бросил Коннор. Нико сел на свое место и, стараясь игнорировать гвалт, стал листать учебник, надеясь хоть что-то запомнить, так как сейчас должна была быть контрольная по биологии. От этого занятия его отвлек Уилл Солас, новенький парень с соседней парты, которому все время мешала его копна светлых волос. Он повернулся к Нико и со смехом в голубых глазах протараторил: — Коннор и Джулия напечатали стопку поддельных тестов по биологии и подменили ими настоящие задания. Там разные дурацкие вопросы в адрес мистера Льюса и оскорбляющие варианты ответов. Они имели неосторожность показать их Лу, ну и вот что из этого вышло. — Спасибо, Уилл, но разве тебе не нужно готовится? — огрызнулся Нико. — Готовиться? Я сомневаюсь, что сегодня что-то будет. — Мистер Льюис покричит немного, а потом распечатает задания снова. Я собираюсь повторять и тебе советую заняться тем же, — парень злобно посмотрел на одноклассника, надеясь, что тот наконец отстанет, но Уилл ничуть не смутился. — Нет, Джулия поменяла пароль на компьютере. Я спрашивал как, но она не говорит. Так что так просто распечатать не получится. — Пароль: льюис64. У него стикер рядом с компьютером висит, видимо, он боится забыть эту сложную комбинацию. Уилл улыбнулся и хотел что-то добавить, когда дверь распахнулась и учитель вошел в класс. Каким-то образом и Коннор и Джулия уже были на своих местах. Мистер Льюис поднял со стола стопку листов: — Здравствуйте, дети. Это контрольная по всему, что мы проходили на протяжении года. Чтобы получить тройку вы должны безупречно ответить на первые пять вопросов. Любая работа с ошибками в этих пяти вопросах больше чем тремя баллами не оценивается. В классе послышались смешки, и Нико вдруг с удивлением понял, что тоже наслаждается ситуацией. Мистер Льюс был одним из самых противных, дотошных и требовательных учителей, с ярко выраженной аллергией на детей, так что насолить ему в тайне мечтал каждый. Учитель принялся раздавать работы, что посеяло еще большее количество смеха, кто-то даже стал что-то отмечать на своих листочках. Нико, получив свой, тоже усмехнулся. Уилл бы прав: вопросы и правда дурацкие. В первом из них интересовались причиной вони в кабинете, во втором — как давно «съехала крыша» у мистера Льюса по шкале от «живет в школе» до «совершает ежемесячные жертвоприношения учениками, завалившими тестирование» и далее в подобном духе. Лу прожигала злобными взглядами Коннора и Джулию, но говорить не решалась, боясь попасться под горячую руку. Мистер Льюис тем временем недоумевал, почему в классе такое веселье, и чем больше он недоумевал, тем сильнее ухмылялись ребята, а чем сильнее они ухмылялись, тем раздраженнее становился мистер Льюис: — Что за смех во время контрольной, — прикрикнул он.- Слишком легкие задания? — Нет, просто тут вопрос сформулирован некорректно, — совершенно серьезно ответил Коннор.- Сами посмотрите. Мистер Льюис заглянул пареньку в листок и тут же выхватил его. Он пробежался по страницам взглядом, затем скомкал работу, и, издавая громкие сопящие звуки, принялся отбирать листки у других учеников. — Я не могу выбрать, — продолжал Коннор.- Все варианты подходят. — Твоих рук дело, Стоул? — уставился на него учитель, вероятно, уже продумывая свою месть. — Вы о чем? — невинно поинтересовался Коннор в ответ. — Это же Вы раздали нам работы, — вставила со своего места Джулия. Мистер Льюис подозрительно оглядел класс, очевидно, понимая чья эта затея, и надеясь, что кто-то выдаст шутника. Все молчали. Тогда старик сел за свой стол и продекламировал: — Ваших родителей, Стоул, я буду ждать завтра утром. — За что это? — За грубость с учителем, — он начал набирать что-то на клавиатуре. — Вы отняли у класса драгоценное время на выполнение контрольной, всем теперь придется ждать, пока распечатается 24 работы. И со звонком все должно лежать у меня на столе. Черт! Учитель стал яро стучать по кнопкам, очевидно, пытаясь набрать пароль. — Стоул! Что ты сделал?! — прокричал мистер Льюис, испепеляя парня взглядом. — Я не трогал ваш компьютер, — Коннор едва заметно улыбнулся Джулии, — честное слово. — Встаньте, Стоул, мы пойдем к директору. Парень повиновался, сделав серьезное лицо, однако стоило учителю отвернутся, и он тут же принялся пародировать его, заставляя смеяться большую часть класса. Остальные уроки прошли и в половину не так хорошо, как биология. Когда атмосфера всеобщего веселья стихла, начались обычные будни. Кто-то подкинул Нико на парту журнал, раскрытый на странице со статьей о его отце. Весьма не лестной. В ней строились какие-то догадки, обличались сделки и выставляли Аида чуть ли не последним мерзавцем. Нико знал, что большая часть этого ложь, что газетчики  раздуют скандал из чего угодно, но некоторые люди верят им. Особенно болезненным был абзац про Марию ди Анджело, который просто не мог быть правдой. Стоило ему хоть на секунду вспомнить ее, и он уже не мог выгнать мамин образ из голов. Статья уже неделю постоянно находилась на заднем плане его мыслей. Лишние напоминания об этом были не нужны. Он со злобой оглядел окружающих, пытаясь понять, кто бы мог это сделать. Все вели себя как обычно. Кто-то болтал, кто-то делал домашнее задание. Коннор, смеясь, рассказывал Джулии и всем желающим, про беседу с директором. Лу читала учебник, делая вид, что не слушает его. На столе у нее лежал букетик из ромашек, который Коннор подарил ей в знак примирения. Уилл объяснял Миранде, как правильно накладывать повязки. Никто не выдавал себя, так что Нико просто выкинул журнал.   День был почти закончен, худшее было позади. Солнце припекало сквозь черную одежду. Вокруг с криками и писком носились друг за другом первоклассники. Нико только вышел из школы, когда рядом с ним мелькнула темная фигурка. Джейсон молниеносным движением преградил ей путь. Девушка нахмурилась:   — Мне нужно переговорить с этим пацаном, — бросила она.   — Вы знаете ее?  — спросил Джейсон, не сводя с девушки глаз.   — Э-э, да, — соврал он. Джейсон дал незнакомке пройти и, подозрительно смотря на парня, отошел в сторону. — Тебя зовут Нико ди Анджело? — спросила девушка, и Нико кивнул. — Анна, очень приятно. Анна была примерно на голову выше, ее темные волосы с красными прядками были стянуты в высокий хвост и смотрелись очень контрастно на фоне бледной кожи. Она улыбнулась, но улыбку тут же поглотила тревога. — Мне нужно, чтобы ты передал вот это агенту Джексону или агенту Чейз. Она раскрыла руку, в которой лежала маленькая флешка. — Что на ней и почему я должен ее кому-то передать? — Сама я не могу, меня заметят, — девушка нервно огляделась по сторонам.- Они скоро сами к тебе придут. Это очень важная информация, она поможет вернуть тебе кузину. — Что? — в груди у Нико похолодело.- С Хейзел что-то случилось? — Скоро ты сам все узнаешь. Просто возьми ее. Анна вложила флешку ему в руку и скрылась за углом, но Нико это не волновало, страх за сестру накрыл его с головой. Он должен был проверить ее, увидеть ее, прямо сейчас. Судорожно набирая номер Хейзел, он побежал по покрытому трещинами асфальту в сторону художественной школы, где она должна была быть. Сзади раздался окрик Джейсона. Хейзел не отвечала. Повороты, дворы полные детей, снова повороты, машина, выехавшая из неоткуда. На земле вырисовывается фигура, слишком большая, чтобы принадлежать Хейзел. Джейсон нагоняет Нико и хватает за руку: — Мистер ди Ан…- он осекся.- Рейна? — Она без сознания, — полушепотом ответил парень, — а это значит, что Хейзел нужна помощь.