Проклятье Чаки

      «Почему этот тип всё ещё преследует меня?!» — кремового оттенка кошка, заметив незнакомца, идущего буквально по её следам, прибавила ход.       Она, ловко маневрируя среди прохожих, пыталась скрыться от назойливого преследователя в общем шумном потоке толпы зверей. На очередном повороте Китти резко свернула в переулок и быстрым шагом буквально пролетела до конца, чуть не сбив по дороге пару мусорных баков. Перед её глазами открылся металлический забор, часть которого была загнута так, что в образовавшуюся щель можно было пролезть среднего роста зверю.       Остановившись около преграды, кошка хотела было двинуть обратно, но застыла, учуяв чей-то запах. Погода на улице резко изменилась. К ощущению чьего-то присутствия добавился шум ветра и шелест листьев. Постояв секунду, Китти глубоко вздохнула и обернулась назад, заметив в свете дорожных фонарей чей-то темный силуэт. Неприятный холодок предчувствия прошёлся по всему телу. Недолго думая, кошка пролезла через щель в заборе.       Она оказалась на какой-то стройплощадке. На небольшом участке земли стоял заброшенный двухэтажный дом. Около него находилась строительная техника: экскаватор, на ковше которого был подвешен шар для сноса зданий, и трудяга трактор. Вся эта красота была огорожена таким же забором, в щель которого недавно проскочила Китти. Постояв с секунду, кошка пошла дальше, взглядом пытаясь найти выход. Она хотела выйти на какую-нибудь улицу, найти прохожего и, «прицепившись» к нему, пройти к автобусной остановке, а там на автобусе или так рвануть домой.       Но желаниям кошки препятствовали закрытая калитка и замок, надёжно держащий дверцы металлической преграды. Взглянув через просветы между железными прутьями на пустующий двор, Китти быстро обернулась и облегчённо заметила, что сзади никого нет. Кошка, оглядываясь по сторонам, пошла вдоль забора, стараясь не шуметь. В такой ситуации она оказалась впервые, это сильно её волновало. Всю проделанную до этого места дорогу она постоянно оглядывалась назад. Ей в голову лезли образы типичного маньяка с неприятной внешностью и ножом в лапе. Китти пыталась побороть себя, взять в лапы уверенность, но никак не получалось — страх завладел ею.       Нагибаясь, панически просунувшись через щель, Ля-Блан оказалась в проёме между домов. Выглянув из-за угла, кошка, убедившись, что путь чист, вышла из проулка. В загривок подул холодок, а в животе всё как будто съёжилось от страха. Улица как назло пуста. Не хватало прохожих, чтобы хоть немного успокоиться, дойти до безопасного места, но на тротуаре Китти стояла одна.       Найдя в маленькой сумочке мобильник, она хотела связаться с кем-нибудь из знакомых. Телефон, жалобно пискнув, отключился.       — Чёрт, — тихо выругалась кошка, смотря на потухший экран.       Целый день на работе с мало заряженным телефоном, да ещё и полное поглощение офисной рутиной дали свое — самка осталась без связи. Положив неработающий аппарат в сумку, кошка двинулась с места. Через несколько минут появился прохожий, который, по-видимому, тоже шёл к ближайшему транспорту. Китти на пару секунд удостоила его взглядом, заметив хорошо выделяющееся неполноценное левое ухо.       Тротуар неожиданно закончился. Не заметив уступ за бордюром, Китти покачнулась, ощутив, что вот-вот клюнет носом асфальт; она громко ойкнула и, выставив вперёд передние лапы, приготовилась к падению, но… её вовремя схватили за талию и рывком поставили в вертикальное положение.       — Спасибо, — через секунду пробормотала кошка, смотря на своего спасителя.       — Всегда пожалуйста, – вежливо ответил лис породы кросс-фокс. — Вы, наверное, о чём-то задумались, раз не заметили, что дошли до проезжей части? Хорошо хоть у меня реакция хорошая, и я успел Вас поймать.        — Да, хорошо, — скомкано согласилась Китти, не зная что ответить и заодно рассматривая собеседника.       У незнакомца чёрно-рыжий мех, чёрный нос, голубые глаза. На передних лапах имеются белые пятна меха. Лис одет в дешёвую, старую, но при этом глаженную белую рубашку, поверх которой был накинут простенький серый пиджак, и серые брюки. Типичный офисный работник среднего пошиба — именно такое впечатление он мог бы создать, если бы не разорванное ухо. Оно бросалось в глаза, создавая причудливый контраст с приятным голосом и ухоженным внешним видом.       — Скажите, пожалуйста, а Вы не знаете, где ближайшая остановка? — поинтересовалась кошка. — Я не часто гуляю по городу, некоторые районы не знаю.       — Она недалеко, — куда-то в сторону кивнул лис. — Я могу Вас до неё проводить, если, конечно, Вы не против.       — Ну если Вам со мной по пути, то почему бы и нет, — согласилась девушка. — Кстати, меня зовут Китти, Китти Ля-Блан.       — Приятно познакомиться с Вами, Китти, а меня зовут Чарльз, — улыбнулся лис, — Чарльз Ли-Рей.       — Знакомая фамилия, — задумалась кошка. — Только не вспомню, кому она принадлежала. Мне попадалось много зверей, все фамилии просто перемешались.       — Это не так уж и важно. Пойдёмте, а не то автобус уйдёт.       — Хорошо.       Лис двинулся с места, кошка словно на невидимой цепочке пошла вслед за ним, потихоньку сбрасывая с себя напряжение. Двигаясь чуть ли не в одном ритме, звери перебирались от одного оранжевого солнышка-фонаря к другому, попутно переговариваясь между собой. Китти сама не заметила, как окончательно расслабилась, рассказывая незнакомцу свою историю, больно уж охотно и необъяснимо правильно он отвечал ей.       Так в приподнятом настроении они добрались до остановки, правда, на автобус не успели. Двери с тихим шипением ехидно закрылись перед их носами. Длинное транспортное средство, фыркнув на прощание выхлопными газами, отправилось дальше по маршруту.       — Эх, если бы чуть-чуть раньше пришли! — разочарованно констатировала факт кошка, от досады дёрнув хвостом и покосилась на лиса. — Вам, наверное, тоже надо было уехать?       — Нет-нет, я тут живу недалеко. Прямо вон в том доме. — Ли-Рей кивнул в сторону неприглядного белого строения, расположившегося на противоположной стороне дороги. — Мы можем посидеть пока у меня. Я вызову Вам такси, и Вы уедете домой.       — Я… ну, даже не знаю.       — Ну а что Вы будете делать тут ночью, одна? Насколько я могу судить, телефона у вас нет. Да и в тепле, за чашечкой чая или кофе ждать куда приятнее. Ну так что, идёмте?       — Ладно, — согласилась девушка.       Небольшой пятиэтажный белый дом словно айсберг стоял возле унылых, серых небоскребов. Его фасад был отделан причудливыми узорами, массивные двери поражали своей мощью и красотой. А чистый, ухоженный подъезд говорил о том, что за зданием следят. Когда они поднимались по ступенькам наверх, лис слегка замялся, а затем, виновато посмотрев на собеседницу, признался:       — Это, правда, не моя собственная квартира. Я снимаю её у одной пожилой оленихи.       — У меня тоже не своя жилплощадь, — решила поддержать Китти. — А много ли Вы платите за жильё?       — Достаточно. — Лис достал ключи и открыл входную дверь.       Перед глазами кошки появился небольшой коридор, плавно перетекающий в две комнаты: кухню и общую комнату. Кошка с интересом принялась рассматривать интерьер квартиры, подмечая не только простоту, но и некоторую изысканность жилья нового знакомого. Сама она живёт в квартире гораздо большей по размеру, чем эта. Да кухонька у этого парня по габаритам могла вместить лишь парочку зверей. Но в целом квартира хорошая, чистая. Такое ощущение, что тут живёт ещё один хозяин, а точнее — хозяйка. Уж больно всё аккуратно разложено по своим местам.       — Чай или кофе? — Голос лиса вывел кошку из раздумий, она машинально ответила:       — Кофе, пожалуйста.       Через пару минут к лапам Китти пододвинули ароматный напиток. Втянув идущий от кружки пар, кошка довольно замурчала. Кофе — её самый любимый напиток. Она — кофеман и никогда не откажется от кружки. Подув на тёмную жидкость, хищница отпила немного, заметив какое-то сладкое послевкусие.       — Вы добавили сахар? — спросила она, вспомнив, как Ли Рей насыпал одну ложку белого порошка из металлической банки.       — Да. Простите, по привычке положил. Моя знакомая так пьёт, и я всегда ей делаю кофе, когда она ко мне приходит.       — Ничего страшного, — улыбнулась кошка и продолжила пить, про себя сказав: «Хм, знакомая. Ну-ну.»       Она не любила сладкие напитки, но отказаться по такой незначительной причине от кофе на глазах у услужливого зверя не решилась.       — Так скажите, если не секрет? У вас… — Китти широко зевнула, затем попыталась договорить фразу, но у неё не получилось.       Кошка посмотрела на морду Ли Рея, она стала плыть, веки в мгновение потяжелели. Кошка старалась держать глаза открытыми, смотря, как окружающее пространство затягивается пеленой. Всё тело стало ватным, передние лапы легли на стол, а рот растянулся в протяжном зевке. Мысли путались, будто она употребила лишний стакан спиртного. Единственное, что Ля-Блан сделала перед тем, как погрузиться в сон — ещё раз открыла рот в попытке крикнуть.       Только крика не последовало. Кошка незамедлительно уснула.

***

      Небольшое помещение два на два освещалось несколькими восковыми свечками, тусклый свет которых расходился по комнате, освещая сидящий напротив ванны силуэт. Лис с интересом ждал, когда проснётся его собеседница, смотря на её умиротворенную морду. Время совершить то, что он хотел, у него, конечно, было, но все же каждая минута была дорога. И вот, наконец, лис на мгновение отстранился от края ванны: она не должна его пока видеть.       Китти стала понемногу приходить в сознание; она широко зевнула, пытаясь потянуться. Раз дёрнув передними лапами, она нахмурила лоб и когда раскрыла глаза, то удивилась, увидев белый потолок. Ещё одно движение лап, лёгкая паника. Кошка слегка дёрнулась, наконец понимая, что связана. Ля-Блан недоуменно принялась осматриваться по сторонам, заметив, как над ванной склонилась знакомая морда. Длинная пасть растянулась в довольной улыбке.       — МММ… — промычала кошка через липкую, клейкую ленту скотча.       На её реакцию Чарльз тихо засмеялся, проведя тыльной стороной ладони по щеке дергающейся кошки. Ля-Блан, не понимая, почему с ней так поступают, недоуменно уставилась на своего мучителя. Тот в свою очередь продолжал улыбаться. Его лапа отстранилась от щеки кошки и легла на ручку крана. Кошка снова замычала, отчаянно дёргая всем телом. Она стала корить себя за совершенную глупость. Пойти с незнакомым зверем, ведь ей когда-то в детстве говорили те, кто удочерил её — нельзя ходить с незнакомцами. Она попалась на крючок прохожего, он её уболтал, заставил доверять себе. Но некоторые вопросы не давали покоя: зачем он связал её и затащил именно в ванную? И самое главное: что он с ней сделает?       — Ты думаешь, за что? — Тихий голос лиса заставил девушку вздрогнуть. — За всё «хорошее», Китти. Ты, как все остальные, поплатишься за совершённое. И расплата твоя будет заключаться в этом.       Лис повернул ручку, из крана полилась холодная вода. Замычав, кошка интенсивно дёрнулась, стараясь подняться. Вторая лапа Ли-Рея прижала хрупкое тело самки ко дну эмалированной ёмкости. Отрегулировав поток воды, лис стал наблюдать за своей жертвой, ощущая, как под его лапой дрожит стройное тело Ля-Блан, как она в попытках спастись елозит по дну спиной. Кошка старалась порвать бельевую верёвку когтями, отчаянно мычала, надеясь, что хоть кто-нибудь услышит. Страх затуманил голову, все мысли девушки заняли надежды спастись. Краем сознания она понимала, что лис её не отпустит. Она даже не понимала, за что ей так мстят, за что она должна расплачиваться.       Каждая минута, казалось, тянулась целый час, а вода словно текла все быстрее, постепенно заполняя эмалированную могилу. Сердце кошки колотилось, отбивая бешеный ритм и, казалось, оно вот-вот пробьет грудную клетку. Дыхание участилось, она никак не могла надышаться, будто воздух куда-то исчезал.       Лис по-прежнему держал девушку, ему нравилось ощущать дрожь жертвы, смотря на её сопротивление, наблюдать, как карие глаза расширяются от ужаса, а мордашка кривится в гримасе страха и отчаяния. Он чувствовал себя хозяином судьбы Ля-Блан, он распоряжался её жизнью, решая, жить ей, или, что более вероятно — умереть.       Ли-Рей принялся тихо напевать мотив одной песни. Правда Китти его почти не слышала из-за воды в ушах. Она уже устала биться, с подъемом уровня воды надежда потихоньку угасала. Конечно, в душе кошка ещё надеялась на спасение, но разумом понимала — ей конец. Ля-Блан ненавидела воду. Конечно, она становилась под душ, чтобы привести себя в порядок, но делала это по мере необходимости.       Сердце продолжало отбивать быстрый ритм, ноздри забирали всё больше воздуха в лёгкие. Кошка чувствовала, как жидкость подбирается к её глазам. Она в последний раз взглянула на улыбающуюся морду Ли-Рея, безмолвно прося пощады. Тот медленно из стороны в сторону покачал головой.       Кошка закрыла глаза; она больше всего хотела сейчас вобрать в себя побольше воздуха, чтобы ещё немного продержаться. Ля-Блан перестала двигаться, но лапа Ли-Рея продолжала держать её тело: лис не верил, что она сдалась.       Ещё пару секунд и кошка сделала последний глубокий вдох, прежде, чем её нос покрывает вода. Китти уже не чувствовала холода, она привыкла, но не свыклась с ощущением нахождения в прозрачной жидкости. Ей очень хотелось оттолкнуть лиса, выскочить из ванной и выбежать из этой проклятой квартиры. Страх ещё присутствовал, но вера в жизнь пропадала. Кошка стала задыхаться, ей не хватало воздуха. Она терпела, не хотела пускать в лёгкие воду. Хотя что ей ещё оставалось?.. Погибнуть мучительной смертью или… Додумать она не успела. Лис, резко сжав пальцы у неё на груди, рывком вынул ее из воды. На мгновение оказавшись на воле, кошка выдохнула. Ей даже показалось, что лис передумал, но…       — Прощай, Китти, — быстро сказал Ли-Рей и снова бросил кошку в воду.       Не успев нормально вдохнуть, Китти хлебнула воду. Легкие скрутил спазм, она закашлялась, все еще находясь под водой и захлебываясь еще сильнее. Наконец кошка обмякла, а затем вовсе перестала двигаться.       Лисья лапа отпустила неподвижное тело. Спустя секунду на морде Чарльза прорезалась довольная и несколько жуткая ухмылка, последовал тихий смех. Лис, отряхнув лапу от воды, наконец-то почувствовал некое удовлетворение от содеянного.

***

      Небольшой по размерам кабинет едва вмещал в себя столько тел. Полицейские, сидя за столами, вразнобой о чём-то переговаривались. Весь этот гам голосов перебил не менее громкий бас вошедшего. Грузный бегемот в тёмно-синей форме ещё раз прокричал:       — Смирно! — Послышался резкий звук отодвигаемых стульев.       Не дожидаясь, пока звери встанут со своих мест, бегемот протопал к своему стулу. Через секунду в кабинете появилась ещё одна массивная фигура. Все сотрудники замерли, глядя как шеф, топая копытами, проходит к трибуне. Положив на верхушку деревянной конструкции принесенные папки, он сначала окинул толпу взглядом, ища нужного ему в данный момент зверя.       — Вольно! — прокричал басом начальник отдела полиции. — Сэвидж!       Молодой кролик, не успев опуститься на сиденье большого дубового стула по команде начальника, снова вытянулся по стойке смирно. Длинные уши принялись улавливать каждое слово шефа. Джек догадывался, о чём хочет спросить его конь, и у него было, что ему ответить.       Коричневого окраса жеребец средних лет, секунду побуравя его взглядом, задал интересующий его вопрос:       — Есть какие-нибудь сдвиги по убийству Монтгомери Бернса?       — Да, сэр, есть. Я как раз получил зацепку и иду по следу убийцы.       — Так идёшь, что на стул от усталости присел? - В комнате послышались сдавленные смешки.       — Провожу оперативные мероприятия, сэр, — невозмутимо ответил кролик. — Пока они проходят стадию планирования.       — Сэвидж, от реализации твоих мероприятий тебя сейчас отделяет крайне тонкая черта, называемая «добрый настрой», но этот настрой имеет свойство пропадать. Так что если не хочешь получить ускорение, то уши в лапы и бегом приступать к реализации планов. Приказ ясен?       — Абсолютно, шеф!       — Вот и отлично. Итак, на повестке дня очередное убийство. Молодая пара, вернувшись из отпуска, обнаружила у себя в ванной незваного гостя. А точнее, труп этого гостя. При теле был документ, удостоверяющий личность. Некая Китти Ля-Блан.       — Китти Ля-Блан, — тихо повторил кролик, а затем громко спросил: — Шеф, разрешите мне взять это убийство? Я чувствую, что оно как-то связанно с моим делом.       — Да? Ну валяй. Только смотри, если эти два дела повиснут, то ты без вопросов собираешь свои вещи. Ясно?!       — Да, шеф!       Кролик получив одобрение, сел на своё место и принялся размышлять над делом, пропуская мимо ушей слова шефа, адресованные другим сотрудникам.

***

      После планерки молодой полицейский сразу направился к стойке диспетчера, по дороге проверяя, всё ли необходимое у него с собой. Да! Нужная, как ему казалось, зацепка: фото, найденное в заброшенном детском доме, лежало в нагрудном кармане.       Подойдя к округлой конструкции, кролик уставился наверх, прямо на спокойно жевавшего свои пончики гепарда.       — Привет, Бен, — громко и чётко сказал кролик.       Торопливо доев свой последний сладкий кругляш теста, гепард наконец-то ответил:       — Джек? — большой кот, опираясь лапами о край стойки, вытянулся, чтобы посмотреть вниз. И тут же его округлая морда растянулась в фирменной приветливой улыбке. — Ты что-то хотел?       — Да. Мне нужен адрес, с которого сегодня поступило сообщение об убийстве.       — Значит, тебе нужна от меня информация?       — Нужна, очень.       — За коробку пончиков всё, что угодно.       Джек продолжал молча стоять с безразличной мордой.       — Ну ладно-ладно, сейчас, — гепард, скорчив унылую гримасу, забарабанил пальцами по клавиатуре и через минуту принтер выплюнул лист бумаги с нужным текстом.       Бен, сложив листок пополам, протянул его кролику. Джек, коротко сказав «Спасибо», вышел из участка и сел в служебную машину — несуразно большой для такого маленького зверя пикап. Помедлив секунду, зверёк, нагнувшись, повернул ключ зажигания. Большая машина загудела огромным двигателем, приготовившись к поездке. Положив лапки на специальные накладки на руле, Сэвидж, выжав поднятую на необходимую высоту педаль сцепления, дернул рычаг коробки передач и, плавно надавив на газ, выехал на проезжую часть. Дорога до нужного здания заняла десять минут. Пока он маневрировал в потоке машин, кролик обдумывал всё происходящее.       Ещё в начале своей карьеры Джек даже не мечтал, что ему достанется такое сложное, но в то же время интересное дело — убийство среднего возраста гиены, самого Монтгомери Бернса.       Получив в лапы папку и приехав на место преступления, Джек нашел в углу довольно худощавое мертвое тело, которое было привязано к стулу; на его глазах лежали монетки.       Об этом еще долго никто бы не знал, если бы не местная детвора, которая лазила по заброшенным домам и в один момент наткнулась на труп.       По утверждениям криминалистов, на шее жертвы были обнаружены еле заметные следы удушения, в районе затылка виднелся след от удара тупым предметом, а пасть была забита денежными банкнотами. Специалисты утверждали, что смерть настала от удушения: некто подстроил всё так, чтобы Бернс подавился собственными деньгами. Это утверждение подкреплялось тем, что под ногами жертвы валялся его собственный кошелёк с вышитыми на нём инициалами «M.B.»       Был ещё один момент: около тела погибшего нашлась та самая фотография. На снимке был изображён сам Монтгомери в детстве. Около него находились зверята. Вся эта небольшая группа выстроилась в линейку. Кролик не отдал фото криминалистам, он оставил его у себя. И не зря. Покопавшись в полицейском архиве и послушав говорливого диспетчера — гепарда, — он выяснил, что до гиены были ещё убийства с разной изощрённостью, причём именно тех, кто запечатлён на снимке. Создавалось такое впечатление, что кто-то по цепочке убивает детдомовцев.       За Бернсом стояла кремового оттенка кошка. Записав контактный телефон и координаты её жилища, кролик сначала пытался связаться с ней по мобильному, но ничего не вышло. Тогда Джек немедленно поехал к ней на квартиру.       Кошки там не оказалось, ее соседка по лестничной клетке сказала, что она давно уехала.

***

      Кролик нажал на педаль тормоза и машина, скрипнув тормозами, остановилась около нужного подъезда. Выйдя из своих раздумий, Джек зашёл внутрь здания.       Взбираясь по ступенькам, Сэвидж услышал, как на нужной лестничной клетке раздаются голоса.       Солнечный свет, проникая сквозь окно подъезда, освещал два силуэта: один высокий, кошачий, второй низкий, с иголками. Молодая пума нервно разговаривала с пожилой дикобразихой.       — Здравствуйте. Вы здесь живёте? — спокойно спросил кролик, перебив их беседу.       От неожиданности собеседницы вздрогнули и одновременно повернули головы на полицейского. По выражению их морд можно было понять, что они удивлены необычному окрасу зверька. Чёрные полоски на светло-серой шерсти, ещё несколько на мордочке. Полосы остриями заканчивались у тёмного носа, глаз и бровей. Голубые глаза хорошо сочетались с такой мордочкой, делая кролика ещё милее. Но самое невероятное было то, что зверек был в полицейской форме.       Джек понял, что собеседницы занялись рассматриванием его внешности. Несколько раз шёлкнув пальцами, он привлек их внимание.       — Кто из вас вызывал полицию? — поинтересовался кролик.       — Эм… я, — ответила пума.       — А я — соседка снизу, — вмешалась дикобраз и, слегка помявшись, задала нескромный вопрос: — Простите, а Вы действительно полицейский?       — Да. Могу показать удостоверение, если не верите.       — Нет, спасибо...       — Хорошо, миссис… — Джек обратился к пуме.       — Кроули, — дополнила большая кошка, — Эмма Кроули.       — Миссис Кроули, расскажите о том, что произошло утром.        Эмма нервничала, её мелко трясло. Откашлявшись, она неуверенно, нервно начала говорить:       — Ну… мы с мужем вернулись с отпуска, и не успели дойти до нужного этажа, как нас поймала соседка… — Эмма указала лапой на пожилую дикообразиху. — Она сказала, что у неё с потолка капает вода. Дело в том, что наша квартира находится над её, но мы же не могли затопить. Никто в нашей квартире не жил, и… когда мы поднялись к себе, то обнаружили, что дверь открыта, в квартире пахнет вишней, а в ванне плавает труп.       — Всё?       — Да.       — Хорошо. Мисс Кроули, я осмотрю место преступления?       — Да, конечно.       Кролик зашёл в квартиру, где уже находились криминалисты и работники скорой. Слова пумы насчёт странного запаха подтвердились, когда полицейский учуял лёгкий аромат вишни.       Труп уже запаковали. Джек подошел к криминалистам и, представившись, попросил разрешение взглянуть на погибшую. Открыв плотный чёрный мешок, кролик увидел морду жертвы. Длинные уши опустились, он стал с грустью рассматривать её. Печально осознавать, насколько несправедливо иногда поступают с простыми мирными жителями его города. Перед собой он видел ту самую кошку, что была запечатлена на старом снимке, а значит его догадки подтвердились.       — Ничего. Найдём мы вашего убийцу, — тихо прошептал ей кролик, продолжая смотреть в закрытые глаза кошки.       Его взгляд опустился ниже, заметив на груди самки распоротую ткань нежно-зелёной кофты. Вытащив из кармана телефон, коп сделал снимок жертвы, после чего направился в ванную. В нос сразу же ударил особенно сильный запах вишни, из-за него было трудно дышать и концентрироваться на деле. Хорошо, что один из криминалистов, невысокий олень, додумался открыть окна, чтобы проветрить помещение.       К счастью для офицера, в небольшой комнатке с мокрым полом никого не было. Видимо, специалисты уже закончили осмотр этого помещения и сейчас «хозяйничают» в других частях квартиры.       Внимательно осмотрев каждый угол ванной, кролик уцепился взглядом за разбитый флакон из-под духов, едкий аромат которых вызывал сильное желание покинуть это помещение, но просто так уйти, ничего не осмотрев, он не мог.       Выудив из кармана заранее взятый пакет, кролик аккуратно подобрал осколок от флакона. Ещё раз, тщательно осмотрев помещение, офицер спрятал улику и сразу же направился к окну, чтобы подышать свежим воздухом. Вдыхать настолько сильный запах духов с ароматом вишни он не хотел. Всё равно криминалисты собирают улики и отправят это всё в лабораторию. Вот тогда он узнает поподробнее о личности убийцы. И самое главное — ещё немного продвинется в этом деле. Кролик, по крайней мере, надеялся на это.       Попрощавшись со всеми, Джек вышел в подъезд. Лестничная клетка пустовала. Две самки разбрелись кто куда. Пума, скорее всего, вышла на улицу: наверно, теперь в квартире ей было находиться неприятно.       — Псс… офицер?.. — за спиной послышался тихий голос старушки.       Кролик обернулся, увидев торчащую из-за приоткрытой двери игольчатую голову. Старушка посмотрела по сторонам и кивком головы подманила Джека к себе.       — У меня есть кое-какая информация, которая может вас заинтересовать, — так же шёпотом сказала дикобраз. — В подъезде рассказывать не буду. Пойдёмте ко мне в квартиру.       — Хорошо, — согласился Джек.       Кролик последовал за ней, стараясь не дышать часто. В квартире витал так называемый «старческий запах». Прихожая была завалена пустыми коробками, газетами и прочим хламом, который хозяйка утаскивала к себе домой. Видимо, она любила коллекционировать всякие нужные и, в особенности, ненужные вещи: что поделать, возраст. За прихожей следовала спальня, также забитая почти доверху. Дикобраз свернула на кухню и любезно предложила кролику кофе. Тот отказался под предлогом занятости.       — Так что вы хотели рассказать? — спокойным тоном спросил Джек.       — Ну вы же знаете, какие в таких домах стены картонные? Всё хорошо слышно, кто и что говорит, даже кто и что делает. Так вот, сижу я вечером, пью чай, и вдруг слышу голоса в подъезде, а потом в квартире сверху. Ну, я подумала, что хозяева с морей вернулись, отдохнули там. Мне бы так, но я не могу, пенсия не позволяет… — с грустью проговорила бабушка, а затем, переведя дух, продолжила. — Так вот, только я стала прислушиваться к разговору, как меня отвлекли. Звонила сестра из другого города, а разговор с ней затягивается на часы. Ну, мы с ней поболтали о том, о сём. Она хвастается достижениями своей дочки, внучки, а мои… тьфу, разъехались и не звонят, одну бросили…       Кролик почувствовал, что старушка сменила тему разговора и поспешил оборвать не очень-то интересный ему рассказ:       — Пожалуйста, можно ближе к теме.       — Эх, да… конечно, офицер, — бабуля осеклась. — Когда я закончила говорить с сестрой, наверху притихли. Я, конечно, пыталась прислушаться, но ничего не услышала. Пожав плечами я решила заварить ещё чая. В комнате было душновато, поэтому я открыла окно и заметила на улице одного типа. Дело в том, что моё окно — самое крайнее к выходу из подъезда. Я успела увидеть, как эта личность выходит на улицу.       — Можете описать внешность зверя?       — К сожалению, на улице было темно и я без очков плохо вижу, но по силуэту это была лиса, темноватого окраса.       — Темноватого, говорите?       — Да.       — Случайно не такого? — кролик показал фотографию.       — Наверное… не знаю. Я видела только частично… но, наверное, да.       — Понятно. Хорошо. Спасибо за содействие.       — Пожалуйста, — старушка выжидающе посмотрела на полицейского.       Тот поспешил откланяться. Попрощавшись, он вернулся в машину и достал из бардачка блокнот с маркером. Ещё раз взглянув на фото, Джек стал искать записанный адрес нужного зверя, надеясь на то, что хоть на этот раз не опоздает. Уже убитых кролик помечал красным маркером, а оставшихся в живых пытался спасти.       Джек отправился в путь. Время поджимало, а потому медлить было нельзя. Стараясь ехать как можно быстрее, кролик лавировал среди других автомобилей и местами проскакивал на жёлтый свет.       Как и догадывался Джек, дома Майонза не оказалось, на его работе никто о нём ничего толком не сказал, и лишь один доброжелательный лось подсказал несколько любимых мест его коллеги. Поиски койота заняли почти весь день.       Доехав до нужного дома, кролик припарковал машину и внезапно заметил, как нужный объект удаляется в закоулок. Причём койот шел не один, а с ещё одним зверем. Кролик мельком заметил одну деталь, которая связывала зверя, запечатленного на фотографии, с тем, кто шел в компании Майонза. У обоих животных была одна общая черта — светлая шерсть на лапах, да и внешне они были очень похожи. Быстро выбравшись из машины, коп направился в тот же переулок.       Проходя между домов, кролик прислушивался к голосам впереди. Через несколько секунд показался металлический забор, часть которого была согнута, образовывая проход. За преградой слышались удаляющиеся голоса. Кролик пролез в щель в заборе, и первое, что предстало перед его голубыми глазами — двухэтажное здание без окон, огороженное со всех сторон железной оградой. Дом явно был заброшен, казалось, что его собираются сносить. Недалеко от входа в здание стояли два зверя — койот и лис. Их встреча именно в этом месте навевала некоторые подозрения, и то, что произошло дальше, эти подозрения подтвердило.       Сначала ровный диалог зверей довольно резко перешёл на повышенные тона. Кролик даже подумал было вмешаться в этот спор. Шагнув вперёд, Джек хотел было открыть рот и попытаться успокоить двух разбушевавшихся зверей, но тут лис резко завёл лапу за бок, вытащив из-за пазухи пистолет. Всего пары секунд хватило, чтобы не успевший опомниться койот обзавёлся дыркой между глаз, а его тело, дернувшись, упало на землю.       Первоначальные слова застряли в горле. Шокированный кролик, достав табельный пистолет и нацелив его в сторону лиса, крикнул:       — Стоять, полиция! — и тут же отскочил в сторону, так как преступник, мгновенно повернувшись, выстрелил в него.       Воспользовавшись эффектом неожиданности, лис успел добежать до забора, когда Джек рванул за ним. Чарльз спрятал свой пистолет, а затем выбежал на дорогу. К его удаче, улица была заполнена ночными гуляками, и он направился прямо в самое оживленное место, пытаясь прикрыться от оружия невинными зверями, а также потеряться в толпе от преследователя. Джек тоже вернул свой пистолет в кобуру: вести огонь в таком оживлённом месте опасно, да лишняя паника была ни к чему. Ушастый следовал за лисом, пытаясь его не потерять из виду. По пути Сэвидж вынул рацию и чётко, коротко сообщил диспетчеру суть происходящего. Получив краткое «Подкрепление выезжает», кролик ускорился, стараясь не отрываться от преследуемого.       Спустя короткое время толпа начала рассеиваться. Оба зверя вышли на тихую ночную улицу. Холодный ветер распушил шерсть на загривке Чарльза. Вдохнув живительный воздух, лис, поняв, что просто так избавиться от назойливого преследователя ему не удастся, достал пистолет, намереваясь, наконец, застрелить наглого кролика.       Обернувшись назад, преступник приметил ушастого, который держался ближе к стене, держа лапку около рукоятки табельного оружия. Прицелившись, Чарльз нажал на спуск, но снова промахнулся: ушастый успел спрятаться за стоящую рядом с ним машину.

***

      Погоня продолжилась, заведя обоих зверей на улочку, с двух сторон окруженную торговыми точками. На мгновение потеряв кролика из вида, лис бросился к первому попавшемуся магазину. Он уже подумал было, что оторвался, когда снова увидел знакомый силуэт в свете ночных фонарей.       Ли-Рей решил проникнуть в магазинчик, чтобы покончить наконец с надоедливым копом. Когда преследователь зайдет в здание, лис убьёт его на месте.       Выстрелив из пистолета по замку, Чарльз услышал вой сигнализации и зашёл в маленький магазин, заполненный всевозможными игрушками. Лис, держа оружие наготове, прошел вглубь здания, после чего спрятался между стеллажами.       Спустя секунду в магазин вошёл кролик. Джек, прежде чем двинуться на поиски, стал осматриваться, пытаясь зрительно найти преступника. В кармане затрещала рация, полицейский на том конце хотел выявить координаты местонахождения своего коллеги. Коротко сказав адрес, Сэвидж решил пока оставаться около входа. Подмога скоро приедет, преступника нельзя выпускать из магазина.       «Чертов кролик вызвал подкрепление!» — выругался про себя лис, понимая, что его надежды выбраться «сухим из воды» тают на глазах. — «Но ничего, просто так не возьмете!».       В голове лиса тут же возник примерный план действий. Он не станет дожидаться, пока приедет подмога, ему надо действовать здесь и сейчас. Проверив магазин пистолета на наличие патронов, хищник про себя ругнулся, поняв, что остался без помощи огнестрельного оружия.       Отложив бесполезный кусок стали, лис принял решение об использовании собственных сил — клыков и когтей, для достижения поставленной в данный момент цели — убрать с дороги травоядного, стоящего на его пути к свободе.       Встав на все четыре лапы, лис намеревался как дикие предки наброситься на свою жертву. Скрипнув выпущенными когтями по паркетному полу, кросс-фокс двинулся с места и на всех четырёх побежал к своей добыче. Сэвидж, уловив взглядом в темноте приближающегося противника, встал в боевую позицию, держа пистолет наготове. Ещё секунда и лис, оттолкнувшись задними лапами, полетел прямо на кролика.       Тяжестью своего тела Чарльз повалил на пол замешкавшегося Джека, пистолет в выставленной вперед кроличьей лапке упёрся хищнику прямо в грудь; второй лапой Сэвидж схватил лиса за горло, чтобы тот не смог сомкнуть свои клыки на его морде. Когти Чарльза в мгновение проткнули не покрытую тёмно-синей тканью шкуру на запястье офицера. Лис намеревался отобрать пистолет у противника, но кролик держался, терпел боль.       На улице послышался вой полицейской сирены. Разозленный Ли-Рей свободной лапой схватил кролика за шею. Джек, осознав, что сейчас может случиться, рефлекторно нажал на спуск. Раздался громкий хлопок и вскрик лиса. Чарльз ослабил свою хватку. Воспользовавшись этим, кролик, рывком задних лап с силой оттолкнул от себя хищника.       Быстро поднявшись на лапы, Сэвидж увидел, как лис, кое-как встав, зажимает лапой рану на груди. Тяжело дыша, он смотрел на кролика, скаля от злости белоснежные клыки.       Полицейский пристально смотрел на свою цель, лапа с пистолетом снова вытянулась вперёд. Дрожа от волнения, Джек двинулся было с места, но его попытка оборвалась резко открывшейся входной дверью. Отступив на несколько шагов назад, молодой коп, споткнувшись, упал на пятую точку. Он схватился за вспыхнувшую болью голову. Всё тело гудело, голова отказывалась нормально работать, задние лапы после удара безвольно лежали на полу, а правая передняя лапа очень сильно болела.       Открыв глаза, Джек увидел перед собой огромный расплывчатый силуэт. Чьи-то мощные лапы трясли его за плечи; чей-то низкий голос слышался словно сквозь подушку.       Спустя какое-то время кролик наконец-то пришёл в себя. Изображение стало чётким. Хоть тело и продолжало болеть, Джеку уже стало гораздо лучше. Помотав головой, Сэвидж увидел перед собой Носорожеца, который взволнованно смотрел на него в упор.       — Ну, ты как? В порядке? — спросил носорог, но кролик пропустил его слова мимо ушей. Для него было важно другое.       Посмотрев на дверь, полосатый коп с облегчением заметил, что Носорожец закрывает собой вход. Значит, преступник всё ещё в здании. Надо его брать. Решительно поднявшись, Джек кратко отдал команду «Пошли». Носорогу не понравился такой тон кролика, но он всё равно вместе с маленьким копом направился искать лиса.

***

      Воспользовавшись тем, что кролика оглушили, Чарльз бросился вглубь магазина, с трудом добравшись до ближайшего стеллажа с какими-то куклами. Лисьи уши уловили грубый голос, который раздавался вдалеке. Ли-Рей даже усмехнулся тупости этой самой подмоги. Рана на груди отдавалась резкой болью, из пасти начала течь кровь. Лис нечаянно прокусил свой собственный язык, пока сжимал клыки, и теперь испытывал жгучую боль. В голове Чарльз начинал осознавать, что умирает — он схватил роковую пулю и теперь должен немедленно действовать, чтобы его дело не умерло вместе с ним.       Попытавшись сделать шаг, лис покачнулся, но не упал. Он всеми силами старался удержаться на месте — нельзя, чтобы его обнаружили раньше времени. И вот, услышав слова «Прости, я этого не хотел», Чарльз понял — чёртов кролик пришёл в себя.       Посмотрев на коробки с рыжими куклами внутри, лис, криво улыбнувшись, схватил одну из них. Вынув копию маленького хищника, Ли-Рей, приложив лапу ко лбу пластикового сородича, начал произносить заклинание.       Его слова уловил кролик, повернув длинные уши в сторону звука.       — Туда, — Краткая команда Джека заставила носорога насупиться.       Как этот новичок смеет командовать ему — специалисту, проработавшему в полиции не один год?!       — Туда! — громко повторил Носорожец и тут же поймал на себе гневный взгляд маленького зверька. — Я здесь буду командовать.       Сэвидж, махнув лапкой, двинулся в сторону преступника, «играя» наперегонки со своей подмогой, которая, возомнив о себе лишнего, старалась вырваться вперёд.       Голос и заметная дорожка из крови на полу привели их в самый конец магазина, туда, где в основном располагались куклы. Оглушительный звук заставил кролика с носорогом на мгновение остановиться. За стеклянной крышей сверкнула молния. Опомнившись, Джек рванул с места. Голос Ли-Рея на мгновение замолк, а затем молния, разрушив крышу, ударила в пространство между кроликом и лисом. Ударная волна отбросила Сэвиджа на Носорожеца, тот, тоже не удержавшись, повалился на пол.       Стихия перестала бушевать так же неожиданно, как начала. В том месте, куда совсем недавно ударила молния, занялся небольшой пожар. Дыхание кролика стало ровным, он оправился от удара и сполз с распластавшейся на полу туши носорога. Огибая стеллаж с противоположной стороны, Джек подошел к лису. Сердце кролика стало биться чаще, коп замер.       Перед офицером лежало безжизненное тело Ли-Рея. Лис, лёжа на боку, смотрел на застывшего копа, его открытые глаза словно пронзали насквозь, а из груди продолжала вытекать кровь. Около левой лапы лежала рыжая кукла.       Сзади раздался грубый голос, заставивший кролика встрепенуться. Носорожец, достав рацию, вызвал скорую. Джек, сглотнув застрявший ком в горле, бессильно привалился к стеллажу.       Кролик не мог поверить, что убил живое существо. Пусть это плохой зверь, но всё же. Сэвидж корил себя за слабость, за то, что получилось в итоге. Теперь, глядя, как двое быков под руководством антилопы упаковывают тело лиса в черный мешок, полосатый кролик чувствовал себя убийцей.       Доктор, проводив своих подчиненных, подошла к Сэвиджу. Кролик покосился на врача, когда та взяла в свои копыта его правую лапку. Джек увидел на своём запястье багровые пятна и тут же вспомнил, как Чарльз нависал над ним, когтями протыкая его лапу. Кролик также ощутил боль в районе шеи.       Антилопа приказала помощнику принести свой ящик с медикаментами, а затем стала аккуратно закругленными ножницами выстригать испачканную кровью шерсть, после чего промыла перекисью водорода участки вокруг раны.       Придирчиво осмотрев свою работу и самого кролика, антилопа, помедлив с минуту, вынесла вердикт.       — Надо подождать, пока рана подсохнет. Завтра я жду вас в Городской больнице номер один. Там я дам Вам специальную мазь, да и просто Вас ещё раз осмотрю. А так, пока всё. Удачи.       Помахав копытом, грациозная антилопа развернулась и исчезла за деревянной дверью магазина. Джек, проводив её взглядом, почувствовал, как на его плечо легла тяжёлая лапа носорога. За то время, пока врач обрабатывала рану маленького копа, Носорожец доложил о случившемся по рации, и теперь оповестил Сэвиджа о том, что шеф хочет видеть их обоих в участке.

***

      Конь Джеймс, находясь в слегка раздраженном состоянии, наворачивал круги по своему кабинету, ожидая прихода подчинённых. Ему и так с самого утра все нервы вытрепали, а теперь ещё поступило сообщение об убийстве полицейским преступника. Причём виновником происшествия оказался кролик, тот самый новичок, который с самого своего появления стал удивлять коня своим поведением. Не то, чтобы ушастый вёл себя странно, просто Джеймс — шеф полиции — за весь свой рабочий опыт не встречал ещё такого уникального персонажа. Кролик был упрям и иногда лез на рожон, заставляя шефа чуть ли не выдёргивать волосы из собственной гривы, наблюдая за действиями полосатого новичка. Но всё же что-то в Сэвидже было такое, за что даже чёрствый шеф готов был гордиться им, если бы знал, чем именно.       В дверь кабинета постучали. Крикнув «Войдите!», шеф увидел тучную фигуру, которая появилась перед его глазами. Пухлый гепард, стоя на пороге, держась за дверную ручку, отрапортовал:       — Носорожец и Сэвидж прибыли, сэр!       — Впусти только Сэвиджа, с носорогом я поговорю потом.       — Есть, сэр! — гепард поспешно исчез, и в кабинет вошёл кролик.       Джек, с опущенными длинными ушами, встав по стойке смирно, хмуро посмотрел на коня.       — Вызывали, шеф? — сухо и как-то скомкано произнёс кролик.       Джеймс, уловив в голосе подчинённого нотки печали, один раз кивнул и, жестом указав тому на стул, двинулся в сторону своего стола.       Усевшись на старый скрипучий стул, шеф подождал, пока кролик вскарабкается на отведённое для него место. Один раз соскользнув с пластиковой поверхности, Джек, держась лапками за спинку, со второй попытки взобрался на стул.       Голубые глаза уставились снизу вверх на хмурую морду шефа. Кролик понял, что конь не доволен его поступком. Впрочем, капитан не был рад и его появлению в полиции, с первого дня намекая кролику, что ему не место здесь.       Джеймс со скептицизмом относился к маленькому зверьку. Он считал кроликов трусливыми существами, которым самое место на морковной ферме или где-нибудь на не столь опасной работе.       — Ну-с, я тебя слушаю, — спокойно проговорил шеф, соорудив из собственных копыт подставку для своей головы.       — Я… я не собирался его убивать, моей целью было остановить преступника. Прямо на моих глазах он пристрелил какого-то зверя. После этого я погнался за ним. Он забежал в магазин, я, естественно, за ним… — кролик стал рассказывать всё, что происходило в том самом злосчастном магазине. — …Он не оставил мне выбора, напав на меня. Я машинально, как на тренировках в Академии, выстрелил.       Кролик, чувствуя ком в горле, вспомнил мертвое тело лиса, чьи безжизненные глаза смотрели прямо на него.       Сэвидж дёрнул головой, пытаясь отогнать воспоминание.       — Значит, не хотел, да? — Джеймс внимательно наблюдал за реакцией копа. Он часто видел такое состояние у тех, кто сами сознались в совершённом ими преступлении.       — Д-да, — прерывисто ответил Джек. Он чувствовал себя мерзко, хотелось забыть то, что было.       — Ну… ты поступил… относительно правильно.       Кролик недоуменно уставился на шефа. Тот, немного помолчав и собравшись с мыслями, продолжил:       — Не считай, что мне нравится совершённое тобой, но, как я понял, у тебя было два выхода: либо застрелить, либо быть убитым. Так?! — шеф устав держать собственную голову, просто положил копыта на стол. Со стороны шеф напоминал неподвижную статую какого-нибудь президента, которая восседала на мраморном троне около важного здания страны. — Я думаю, любой на твоём месте поступил точно так же. Но! Убийство — это ужасно. Я вижу, что тебя съедает совесть. Я понимаю, — последние слова ввели Джека в ступор. Кролик поднял взгляд на начальника, а тот промолчав секунду, продолжил:       — Мне тоже в своё время, в молодости, когда я ещё был желторотым новичком, пришлось совершить нечто такое, что совесть жрала меня долго. Какой-то ушлый тип хотел навредить моей любимой. Сначала я пытался всё уладить мирно, но когда он наставил пистолет на мою Бетти, мне пришлось выстрелить в него. Помню слова моего тогдашнего шефа: «Если нет иного выбора, как убить, лучше убей, чем смотри, как убивают твоих родных». И теперь я согласен с ним. Тот червяк совести уполз, осталось чувство того, что я смог защитить родного зверя, пусть и таким жестоким путём. Сейчас мне сорок три. У меня есть любимая жена и двое детей. Я порву любого, кто их хоть когтем тронет. А у тебя, Сэвидж, есть родной тебе зверь?       — Да, — в голосе кролика послышались теплота и забота. Именно в этот момент он вспомнил о своей Скай. Той самой, которая каждый день заставляла радоваться его жизни.       — Так вот, я очень сильно сомневаюсь, что её бы обрадовало сообщение о твоей смерти, — сказал конь, и кролик поежился, представив, как у Скай от такой новости наворачиваются слёзы. Он не хотел, чтобы она страдала.       — Понимаешь, иногда жизнь подкидывает такие ситуации, в которых каждое решение, действие на вес золота. Нужно понять, какое решение, какое действие в критической ситуации предпринять, — шеф сделал короткую паузу. — Давай посмотрим с другой стороны. Ты остановил преступника, который совершил, как минимум, одно убийство, рисковал собственной жизнью. Да! Факт совершенного тобой убийства не будет давать тебе покоя ещё долго. Но с другой стороны, любой другой поступил бы на твоём месте точно так же, был бы у него пистолет.       Договорив, шеф замолк. Сделав глубокий вдох, он снова сомкнул копыта вместе. Отведя взгляд от кролика, шеф посмотрел на дверь кабинета. Джеймс знал, кто по ту сторону стоит. Он заметил в щёлке между полом и дверью мелькнувшую тень. Гепард, забыв об осторожности, чтобы лучше слышать примкнул к двери. Через секунду пятнистый, осознав, что его могут заметить, отлип от деревянной перегородки, но было поздно.       Мысленно махнув на любопытного подчинённого копытом, Джеймс внезапно заговорил на другую тему.       — Скажи мне, офицер Сэвидж, почему ты выбрал работу в полиции?       Опять эти слова, снова притеснение со стороны начальства. Джек хоть слышал о себе такое почти постоянно, но привыкнуть к такому не мог.       — Я пошёл по стопам отца, — продолжил шеф. — Меня с малых лет тренировали для службы в органах. А тебя что сподвигло на такой шаг? — каждое сказанное слово Джеймс произнёс чётко, пристально смотря на кролика.       Джек на мгновение застыл, он прикрыл глаза, мысленно возвращаясь в тот самый день. Стиснув зубы, сжав кулаки, кролик резко распахнув глаза и уверенно начал рассказывать. Складывая слова воедино, стараясь передать всё те чувства, которые он испытывал тогда:       — Это был солнечный день. Мы вместе с другими детдомовцами и воспитателем поехали в город. Нанятый автобус с водителем должен был нас доставить в городской музей Метрополии. Всем было весело, мы смеялись. Я разговаривал со своей подругой Клэр, водитель одновременно вёл автобус и смеялся, разговаривая с нашей воспитательницей о своём, — кролик замолк, собираясь с духом. — На въезде в город автобус резко остановился. Впереди стоял инкассаторский фургон с приоткрытой передней дверью. Недоумённый водитель стал сигналить, но из машины никто не вышел. Дорога была узкая, автобус не смог бы объехать фургон, поэтому разгневанный водитель вышел, — Джек шумно вздохнул и с шипением выдохнул. — Когда водитель подошёл к открытой двери, то внезапно замер. Задние двери полностью раскрылись, и из фургона выскочила пара вооружённых зверей в масках. Один из них застрелил водителя, а второй направился к автобусу. Когда он вошёл, дети вместе с воспитательницей притихли. Бандит стал проходить по автобусу, смотря на всех и диктуя свои указания. Когда он остановился почти в самом конце, раздался глухой звук. Один из наших ребят от страха нечаянно выпустил тяжёлую книгу из лап, она со шлепком упала на металлический пол, испугав преступника, отчего тот случайно выпустил небольшую очередь в крышу автобуса. Началась паника, дети с криками пытались выбраться из автобуса, разъяренные бандиты стали стрелять. Когда один из них наставил свой пистолет на Клэр, я попытался защитить её, но у меня ничего не вышло. Отлетев от удара лапы в сторону, я приземлился прямо на осколки от стекла. Потом я услышал вой полицейской сирены, стражи порядка, прибыв на место, всеми силами старались остановить негодяев. Имея преимущество в числе, часть копов осталась ловить преступников на улице, а двое вошли в автобус. Бандит, конечно, пытался справиться с двумя большими животными, но имея малый вес, он просто решил пострелять, из-за чего схватил себе пулю в ногу. Правда, один из копов тоже пострадал. Несколько детдомовцев было убито, многие ранены. Я смотрел на отважных стражей порядка, восхищался ими и тоже хотел стать частью системы безопасности. Восстанавливать порядок в городе.       — Вот как. Только вот одному порядок не восстановить, — с грустью сказал шеф. — Я тоже хочу спасти этот гнилой мир, но коварная тварь под названием «преступность» пожирает его. Я желаю, чтобы моя семья жила в нормальном мире, чтобы я был спокоен за них. Но пока эта тварь живёт, я иной раз не нахожу себе места.       Кролик промолчал; он, опустив голову, обдумывал слова, сказанные капитаном. Он прав, совершённое убийство, пусть не по своей воле, всё же будет преследовать его долго, и Джек сам это понимал. Возможно, в следующий раз, когда он будет опытнее, старше, такую ситуацию можно будет решить по-другому. А пока кролик будет набираться опыта, раскрывать всё новые дела.       — Так, с тобой разговор закончен, — голос коня заставил Сэвиджа поднять на него голову. — Но ты ещё не можешь идти домой. Посиди в холле, а я пока переговорю с носорогом.       — Да, шеф! — на автомате отрапортовал кролик. — Разрешите идти?       — Иди, — одобрил шеф. Кролик спрыгнул со стула и, развернувшись, направился было к выходу, но остановился, услышав слова Джеймса. — И да, ты больше один работать не будешь. Я даю тебе напарника.       Кролик, стоя в пару сантиметрах от двери на мгновение застыл, слегка удивившись такому решению шефа, но спустя пару секунд ответил:       — Да, шеф!       Когда кролик вышел из кабинета, гепард успел отойти на пару шагов, но скрыться из виду у него не получилось. Тучная фигура застыла около одной из стен. Заметив диспетчера, Джек даже улыбнулся — как забавно это со стороны выглядело: смотреть на того, кто пытается делать вид, что никого не подслушивает. Через секунду из кабинета донесся рёв начальства, и Бен, от неожиданности подскочив на месте, побежал на свое рабочее место.       Вообще, этот пятнистый любитель пончиков — единственный зверь в этом участке, который немного лучше относился к кролику, чем остальные.

«Ночь»

      Спустя час кролика отпустили домой. На улице уже давно наступила ночь. Лишь один зверь шел по ночным улицам, уверенно идя вперед по дороге, залитой светом уличных фонарей. Холодный ветер так и норовил заползти под одежду, и кролик, обхватив себя собственными лапками, шел вперёд. В голове держалась только одна мысль — дойти до тёплой, уютной квартиры. Улицы были пустыми, а по дороге редко проезжали одинокие автомобили, почти все звери находились дома и уже давно спали.       Пройденный отрезок пути казался настоящим испытанием: мерзкий, холодный ветер дул прямо в мордочку, его свист залетал в длинные уши, которые как флаги развевались на ветру. Спустя пять минут вдали стал виднеться его дом. Кролик прибавил ход, желая побыстрее оказаться дома.

***

      Молодой коп, открыв входную дверь, вошёл в квартиру. Сразу с порога в нос проник приятный аромат, исходящий из кухни. Джек непроизвольно улыбнулся, заметив выглядывающую из дверного проёма довольную приходом кролика Скай. Лисичка была в розовом домашнем халате, поверх которого надела нежно-голубой фартук.       — Так и знала, крольчонок, что ты придёшь так поздно. Хоть ужин не придётся разогревать, — проговорив это, Скай улыбнулась. — Как день прошёл?       К слову сказать, «крольчонком» Скай Джека называла, когда у неё было очень хорошее настроение. Иногда «Джеки». Реже Скай употребляла слово «кролик», а когда сильно злилась, то выкрикивала «Сэвидж!» и со злым выражением на морде дожидалась прихода виновника.       — Да так, нормально, — без настроения ответил Джек.       — Что-то случилось? — взволнованно поинтересовалась Скай.       — Всё в порядке. Я закрыл своё первое дело.       — Ух, у тебя получилось? Я в тебя верила, поздравляю! Это надо отметить.       — Спасибо, но отмечать, по сути, нечего.       Скай грустно взглянула на неразговорчивого Джека. Поймав на себе недоумённый взгляд лисицы, кролик продолжил:       — Просто… преступника я не поймал, а застрелил, — в его голосе послышались нотки сожаления, — поэтому, собственно, дело на этом закрыли.       — Ах… это, — Скай замолкла, стараясь подобрать нужные слова. Быстро это сделать не получилось и она сказала, как есть: — Послушай, Джеки… для начала расскажи, что произошло?       — А произошло то, что я испугался, Скай, — Джек грустно вздохнул и взглянул на подругу. — На меня накинулся бешеный лис, я рефлекторно, как на тренировках с мишенями… всадил в него пулю. Я должен был что-то другое предпринять, но просто… я испугался.       — Послушай, Джеки, мне важно, чтобы ты вернулся домой живым. — Скай подошла к кролику и, обняв его, взяла на лапы.       — Что ты задумала, Скай?       — Сейчас я тебя буду успокаивать и утешать, — ласково и с игривыми нотками ответила хищница.       Скай прошла в спальню и усадила Джека на кровать. Поудобнее сев рядом с ним, она начала расспрашивать его:       — А теперь расскажи подробнее об этом.       Кролик, немного помолчав, вкратце рассказал недавно приключившуюся с ним историю.       — Значит, тебе пришлось гнаться за маньяком? — уточнила лиса; кролик кивнул. — Вот деби… идиоты, — в голосе Скай прозвучали агрессивные нотки по отношению к начальству. — Они не должны были так поступать. Отправлять новичка на такое опасное задание...       Скай, поняв, что может сказать лишнего, замолкла. Затем, собравшись с мыслями, продолжила:       — Извини, но кролик против психованного лиса — это… это не то, — лиса прижала к себе начавшего пытаться вставить свои аргументы кролика и, стараясь перебивать его возгласы, продолжила.       — Я знаю, что ты у меня храбрый крольчонок. Я знаю, что ты не отступаешь, даже глядя в морду опасности… Но если бы я узнала, что из-за них ты пострадал, я бы этого не пережила! Пойми, ты поступил правильно, и ты не струсил, ты защитил себя. Так что ты — мой герой!       Лиса залезла полностью на кровать, притянула к себе Джека и укрыла задние лапы кролика своим хвостом. Её изящные пальцы принялись поглаживать опущенные длинные кроличьи уши. Джек расслабился в объятиях любимой. Ему очень нравились её нежные прикосновения, ласка, доброта. Ото было то, что кролик ценил в ней, помимо своеобразного характера и занятия, казалось бы, не женским делом — ремонтом разной техники.       Скай же ценила его за храбрость, честь, честность и, конечно, доброту. Самцы лисиц, с которыми она когда-то встречалась, не так сильно впечатляли её как этот кролик. В них была алчность, хитрость.       Помимо характера, Скай также нравилась внешность Джека. Его необычный окрас шерсти, нежно-голубые глаза, как у неё, длинные ушки, которые хотелось трогать часами. Короткий хвостик, манящий к себе, чтобы его потискать. И… у Джека была ещё одна черта, отличающая его от представителей кроличьего семейства — это небольшие клыки, да и когти более выражены, чем у других кроликов. Во время поцелуя, Скай нравилось проводить языком по острым кончикам клыков, при этом представляя, как целуется с маленьким хищником.       Под мерное биение сердца любимой, нежного поглаживания ушей её лапой, кролик начал засыпать. Из дрёмы его вывело то, что Скай принялась расстёгивать пуговицы на кителе его полицейской формы.       — Скай? — Кролик развернулся к ней мордочкой, встретился с её милой улыбкой, на мгновение замолк, а затем спросил: — Ты хочешь прямо сейчас?       — Да! Теперь я тебя буду утешать, — миг, и тёмно-синяя рубашка полетела на пол. Туда же отправился и розовый халат лисицы.       Белая хищница остановилась, заметив обработанную рану на запястье кролика, но решила не зацикливаться на этом моменте. Скай продолжила то, что задумала. С брюками пришлось сложнее, нетерпеливая хищница, чертыхаясь, пыталась быстрее стянуть нежеланный предмет одежды с партнёра.       — Сейчас я тебя отблагодарю за твою храбрость, — говорила она, нетерпеливо облизываясь.       Она, наклонившись, сначала лизнула раненый участок тела Джека. Потом её язык стал хозяйничать на лапе кролика, подбираясь всё ближе к мордочке и уже в конце концов лиса слилась в поцелуе с Сэвиджем. Тот, в свою очередь, принялся гладить её по спине, медленно спускаясь от лопаток до упругой попки полярной хищницы. Лиса, заурчав от такого релакса, нехотя прервала поцелуй. В лисий нос ударил запах гари, да и Джек его тоже почуял. Скай забыла про ужин — еда так осталась в духовке.       Соскочив с кровати, лиса прямо голышом полетела на кухню. Кролик, разочарованно посмотрев ей вслед, лёг на мягкий матрас. Смотря на белый потолок комнаты, Джек проговорил про себя:       «А не так уж всё и плохо».