Анна и частный детектив

Шарлотка удалась на славу. За столом текла неспешная беседа. Стас поздравил молодоженов, познакомился поближе с Анной. Спустя минут пятнадцать стало понятно, что гость готов переходить к делу, ради которого он пришел. Анна переглянулась с мужем, поднялась из-за стола и сказал: - Я вас оставлю. Не буду мешать разговору. -Анна, оставайтесь, - попросил ее Стас. – Вы ничуть нам не помешаете. Правда, я во всей этой ситуации полным дураком выгляжу, но что уж тут. Анна вновь взглянула на мужа. Яков в ответ только слегка пожал плечами, и она с удовольствием вернулась за стол, поскольку ее, разумеется, грызло любопытство, что же за дело привело к Якову сына его покойного друга. - Яков Платонович, у меня на работе неприятности, - прямо начал Стас. - Рассказывай, - распорядился Штольман. - Полгода назад я сменил работу. Перешел в одну довольно крупную фирму, занимающуюся поставками промышленного оборудования. Я, как вы знаете, айтишник. Отвечаю там за техническую безопасность. Вчера я проводил стандартную ежемесячную процедуру. Проверял работу системы, обновлял программное обеспечение, делал всякие резервные копии и еще кучу всего. В общем, это рутинная процедура, но из-за нее может сбоить компьютерная сеть и элементы системы безопасности. Поэтому я специально занимаюсь этим в пятницу вечером после рабочего дня. Вчера все прошло как обычно, а сегодня утром мой коллега обнаружил, что в это самое время с его компьютера был скопирован важнейший файл – база клиентов. - Как и почему он это обнаружил? – уточнил Штольман. - У него на этот файл навешана защита и оповещения на любые манипуляции с ним. Ему сообщения сразу на телефон приходят. Но из-за моих вчерашних действий компьютерная система затормозила, и сообщение ему ушло не сразу, а через несколько часов – ночью. Утром он проснулся, обнаружил оповещение – ну и понеслось, - уныло закончил Стас. - Тебя обвиняют в копировании файла? - Не совсем. В оповещении указано точное время копирования – двадцать часов одиннадцать минут. А я в этот момент был в курилке. Поставил систему на очередную перезагрузку и пошел покурить. Там встретил коллегу, с которым и поболтали. Он как раз и запомнил время и обеспечил мне алиби. Он пришел в курилку около пяти минут девятого – я там уже был, а ушли мы вместе – минут через пятнадцать. То есть в момент копирования я точно был с ним. - Постой, так ты сидишь в том же кабинете, что и другой айтишник, у которого скопировали файл? - Ну да. Причем компьютеры мы не выключаем, а из-за этой моей проверки отключилась блокировка и все компьютеры в кабинете стали доступны. - А как в кабинет кто-то чужой попал? Тут у Стаса на лице появилось выражение, как будто у него зуб ноет. - В этом-то все и дело, - вздохнул он. – Я когда пошел покурить, кабинет оставил открытым. Подумал, что в офисе все равно почти никого нет, а курилка – рядом. Ну и вот… - Молодец, - с откровенным ехидством в голосе прокомментировал Штольман. – А что с видеонаблюдением? Оно у вас есть в офисе? - Есть. Только оно тоже перезагружалось как раз эти пятнадцать-двадцать минут и не работало. - М-да. Положение у тебя, действительно, хуже губернаторского. И главное, все логично. Выглядит так, что ты отключил систему безопасности, организовал себе алиби и позволил сообщнику сделать копию документа. - Именно так, - мрачно подтвердил Стас. – Сегодня наши пытались разобраться что к чему – генеральный и директор по безопасности. В понедельник собираются обращаться в полицию. - Ну, может быть, полиция разберется? – предположила Анна. - Вряд ли полиция будет заниматься этим делом плотно, - покачал головой Штольман. – Скопирован документ, представляющий корпоративную ценность, но не более. Они, конечно, формальности выполнят, но если ничего не найдут, ну и ладно. Зато у Стаса репутация навсегда будет испорчена. - Да, - подтвердил Стас. - В сфере, где я работаю, рынок довольно узкий. Информация распространяется моментально. Эта история мне наглухо резюме испортит. - Стас, я могу попробовать разобраться, - деловым тоном прямо заявил Штольман. – Но без содействия твоего начальства и официального доступа в ваш офис это будет весьма затруднительно сделать. - Я понимаю и уже обо всем договорился, - торопливо сказал Стас. - И что, твое начальство так легко разрешило какому-то неизвестному частному сыщику вести расследование у них к конторе? – удивился Яков. - Ну, не то чтобы легко, но разрешило. Они же и сами понимают, что для полиции это дело несерьезное. Ну, подумаешь, базу клиентов скачали. Мы же не «Газпром». А для фирмы эта утечка может оказаться роковой. Так что они кровно заинтересованы в том, чтобы выяснить, кто скопировал файл и куда он утек. А тут я им предлагаю профессионального детектива, чтобы доказать свою невиновность. - Хорошо. Одной головной болью меньше. Ну что ж, тогда завтра начну. - А можно я с вами? – в кухне неожиданно раздался голос Анны, которая была, очевидно, заинтригована всей этой историей и умоляюще смотрела на Штольмана. На ее вопрос раздалось сразу два ответа мужскими голосами. - Нет, Аня, это неразумно. - Конечно, это отличная идея. Первый ответ, разумеется, принадлежал Штольману, а второй – Стасу. Яков крайне выразительно посмотрел на молодого человека, который стушевался от возникшей неловкости. - Извините, Яков Платонович, - пробормотал он. – Я просто подумал, что Анна может оказаться полезна. Штольман вновь взглянул на жену, которая смотрела на него умоляющим взглядом, раздраженно мотнул головой: - Что ж с тобой поделать? Ладно, завтра вместе туда поедем. Он оказался вознагражден радостным восклицанием Анны, а также ее крепким поцелуем в щеку. Кажется, это стало неожиданностью для нее самой, так как она слегка смутилась от произошедшего и сделала вид, что ничего особенного не происходит. Штольман заставил себя вновь переключиться на дело: - Так, Стас, теперь рассказывай подробно, как вчера было дело. На следующий день с утра Штольман с Анной приехали к бизнес-центру, где работал Алексеев. Тот их встречал у входа. - Я обо всем договорился и еще раз все подтвердил. Вы можете вести расследование. В полицию пока обращаться не будут. Всем будет дано указание общаться с вами. Правда, сегодня воскресенье и в офисе никого. Все будут в понедельник. - Ничего, - отмахнулся Штольман. – Сегодня я просто изучу место происшествия, а опросами займусь завтра. На этом он и сосредоточился. Следующие несколько часов Стас с Анной наблюдали, как Штольман перемещался по офису, разбираясь в расположении помещений, кто где находился в момент кражи и в причинах присутствия в офисе в тот момент. - Кто знал, что ты в этот вечер будешь проводить эту проверку? – спросил Яков у айтишника. - Все, - пожал плечами тот. – Я накануне общую рассылку сделал с предупреждением. - Это нормально, что в пятницу вечером столько народу еще было на рабочем месте? Пять менеджеров, главный бухгалтер, генеральный директор… - Обычно нет, но они там срочно какой-то проект заканчивали. Вот и засиделись. - Что в офисе делала дочка генерального? - Катя? Да она частенько вечерами тут сидит. У нее рядом танцевальная школа, куда она ходит, и чтобы вечером одной не ехать транспортом, она приходит в офис и ждет отца, чтобы с ним вместе уехать на машине. - У вас уборка офиса вечером или с утра? - Утром. - То есть уборщиц в офисе не было. - Нет. - Где хранятся запасные ключи от кабинета айтишников? - У офис-менеджера. Но она к тому времени уже ушла. А почему вы спрашиваете? - Потому что похититель, зная, что ты куришь, мог надеяться, что ты выйдешь из кабинета во время всей этой процедуры, но он никак не мог быть уверен, что ты не запрешь дверь, - пояснила Стасу Анна, до сих пор тихо наблюдавшая за работой Штольмана. - Логично, - восхищенно улыбнулся Стас. – Аня, тебе тоже нужно в сыщики податься. - Да ладно тебе, - отмахнулась, улыбаясь, польщенная Анна. Штольман мрачно взглянул на Анну, которая за какой-то час совершенно непринужденно перешла с Алексеевым на «ты», но та была настолько увлечена разговором с ним, что даже не заметила этого. Уже дома, когда они вернулись домой и сели пить чай, Яков с некоторым облегчением подумал о том, что этот день закончился, а завтра ему не придется брать с собой Анну и наблюдать ее общение – явно с взаимным удовольствием – со Стасом. Однако сама Анна все еще переживала новый для нее детективный опыт. - Яков Платонович, так что вы думаете? Кто это был? – азартно спросила она Штольмана. - Пока еще рано делать выводы, - покачал головой тот. - Мне кажется, что к делу причастна Катя Стрелецкая, - поделилась Анна своими наблюдениями. - Да? – переспросил Яков, и с легкой иронией поинтересовался. – И какой же мотив красть информацию у собственного отца у тринадцатилетней девочки? - Ну, я не знаю, - экспрессивно развела руками Анна. – Но там явно что-то есть! - Где? – уточнил Яков. - Ну, сами посудите. Тринадцатилетняя девочка три раза в неделю по несколько часов по вечерам сидит в офисе фирмы, хотя ей до дому две остановки метро. - А ты откуда узнала, что две остановки метро? – насторожился Штольман. - Мне Стас рассказал, - пожала плечами Анна. - А он откуда это знает? Он в курсе домашнего адреса генерального директора? - Ну, я думаю, что у него есть доступ к этой информации, но в данном случае ему сама Катя это рассказала. Ей же в офисе скучно, вот она и болтает с теми, кто еще на работе. - А ты права, это действительно интересно, - признал правоту жены Яков, а затем, размышляя вслух, задал вопрос в воздух: – Интересно, как давно Катя стала после танцев вместо дома в офис отца приходить? - Всего два месяца, - поставила его в известность Анна. Штольман взглянул на нее с уважительным удивлением. - Ну, мы со Стасом болтали сегодня, и я у него это узнала, - пожала плечами Анна. - Аня, я… - начал Штольман, сам не понимая, что хочет сказать. - Что? – прервала Анна затянувшуюся паузу. - Я… я надеюсь, что ты будешь благоразумна при общении со Стасом. - Я не понимаю, о чем вы говорите, - настороженно сказала она. - Я говорю о том, что ты… даже не желая того… бессознательно… можешь… - Что я могу? – еще более холодно спросила Анна. - Можешь… можешь дать ему необоснованные надежды, - заставил себя ответить Штольман. - Вы говорите, что я… я веду себя непристойно? – взорвалась Анна. - Не то, что непристойно, но мужчина может неверно понять твое поведение. - Да как вы смеете! – взвилась Анна фурией, выскочила из-за стола и вылетела из кухни. Штольману осталось только громко грохнуть кружкой об стол, чтобы выместить свое раздражение. Был уже поздний вечер, когда он пошел принять душ перед сном. Неожиданно в дверях ванной он столкнулся с Анной, которая выходила оттуда. Она, видимо, рассчитывала быстро проскочить в свою комнату, так что вместо привычного халатика на ней была только ночная сорочка. Сорочка была в ее фирменном стиле – длинная, с длинными рукавами и глухим воротом. «Где она только такие берет?», - в сотый раз подумал Штольман. Вот только сегодня ворот у нее не был закрыт до конца. Пара верхних пуговичек была расстегнута. Вьющиеся волосы струились у нее по плечам. От неловкости встречи они с Яковом никак не могли разойтись в нешироком коридоре, несколько раз натыкаясь друг на друга. Когда, наконец, Штольман вошел в ванную комнату, в ней пахло мятой от зубной пасты и тонким цитрусовым ароматом, явно от геля для душа Анны. Яков оперся на раковину и постоял так около минуты. Потом он поднял глаза и взглянул на себя в зеркало. В нем отразились горящие глаза, еще сильнее выделившиеся на лице скулы и сведенная судорогой шея с проявившимися на ней венами. Он сделал глубокий вдох, разделся, встал под душ и включил кран. С холодной водой. Анна спала. Яков осторожно открыл дверь и вошел в комнату. Подойдя, он тихо скользнул в постель. Он легко поправил разбросанные по подушке длинные вьющиеся волосы, а потом склонился к нежной белой шее. Он коснулся ее легким поцелуем. Анна во сне вздохнула и слегка повернулась, открывая ему более удобный доступ. Яков продолжил цепочку поцелуев вниз по шее. Осторожно расстегнул две верхние пуговички ночной сорочки, приоткрывая себе путь дальше. Анна во сне пошевелила рукой и та оказалась у Якова на плече. Он осторожно коснулся пальцами белой кожи в приоткрывшемся вырезе ночной сорочки, а потом его ладонь спустилась чуть ниже. Анна во сне выгнулась, предвкушая, как ее грудь сейчас ляжет в его руку. Когда это случилось, от остроты чувств, она не выдержала и очнулась ото сна. Анна подскочила на постели. Тяжело дыша и ощущая во всем теле томление, она огляделась. В темной комнате она была одна. Дверь спальни была закрыта. Подняв руку к горлу, она обнаружила, что ворот рубашки застегнут на все пуговицы. Восстановив дыхание, она вновь легла. Закрыв глаза, Анна позволила себе в мельчайших деталях вспомнить сон, который ей только что приснился.