Анна и частный детектив

- Аня. - Яков Платонович… - Аня, это все очень серьезно. Мне казалось, что между нами установились отношения, когда мы можем доверять друг другу. Я никогда не давил на тебя, не требовал, чтобы ты мне рассказала, чем занимаешься дни напролет, когда я работаю. Я был уверен, что ты сама мне однажды расскажешь. И я просто ждал. Но знакомство с Разумовским – это серьезно. Я должен знать, где и при каких обстоятельствах это произошло. Мне это надо знать, чтобы попытаться понять цели, которые он преследует. - Яков Платонович, да наше знакомство с ним – чистая случайность! - И все-таки, Аня, я настаиваю, чтобы ты мне все рассказала, - решительно сказал Штольман, потом сделал небольшую паузу и мягко спросил: - Так чем ты занимаешься с тех пор, как мы приехали в Москву? Анна выдохнула и негромко ответила: - Да ничего особенного. Я просто работаю волонтером. - Но почему ты это скрывала от меня? – удивился Яков. – Это замечательное благородное дело. Ты много волонтерила в Затонске – и в монастыре, и потом. Я это знал и всегда восхищался тобой за это. Почему ты молчала? Тут у Анны на лице появилась слегка виноватая гримаса. - Я боялась, что вам не понравится место, в котором я работаю, - призналась она. - А что это за место? – насторожился Штольман. - Детский хоспис, - совсем тихо выдохнула Анна. Реакция мужа даже превзошла ее опасения. Яков буквально посерел и изменился в лице. На несколько секунд он просто потерял дар речи, а потом выдохнул: - Господи, Аня… - Яков Платонович, да, это очень особое место, - горячо заговорила Анна, - но вы сами понимаете, что этим детям нужна вся возможная помощь. Не только медицинская, но и просто человеческое тепло и участие. - Я понимаю, - растерянно сказал Штольман. – Просто это такое тяжелое место. А ты такая… - Работа там помогла мне справиться с тем, что на меня навалилось. Среди этих деток я поняла, какая, в сущности, ерунда эти мои проблемы, - она взяла Якова за руку, - там я осознала, насколько важно то, что есть между нами. Но я знала, что вам не понравится, что я там работаю, поэтому и молчала. Яков молча переваривал информацию, которую ему сообщила жена, нежно перебирая ее пальчики. Наконец, он прервал молчание. - Так значит, ты познакомилась с Разумовским в хосписе? – уточнил он. - Нет, - покачала головой Анна. – Неделю назад меня руководительница хосписа попросила заняться другим делом. В детском доме нужен был волонтер с педагогическим образованием. - Детский дом «Новый путь»? – поинтересовался Яков. - Да. Вы о нем знаете? – удивилась Анна. - Только то, что это крупный проект, который финансирует благотворительный фонд Разумовского. До его внимательного рассмотрения у меня руки пока не дошли. - Это совершенно замечательное место – детский дом для одаренных сирот, - с жаром начала рассказывать Анна. - Их по детдомам по всей России собирают и привозят туда. Там созданы все условия для их развития. При детдоме специально создана школа с особыми программами. У выпускников стопроцентная поступаемость в вузы, причем самые лучшие и сложные для поступления. Кирилл Владимирович дает этим детям уникальный шанс. - Похоже, он произвел на тебя сильное впечатление, - с холодком в голосе сказал Штольман. Анна слегка смутилась: - Это действительно замечательный проект. И как-то странно, что человек, который его создал, может быть бандитом. Разумовский на такого совсем не похож. - Так значит, ты попала на работу в этот детдом, потому что тебя об этом попросила руководитель хосписа? - Ну да! Она – чудесная. И подозрение, что она участвовала в каком-то заговоре – просто абсурд! - А много в этом детдоме еще волонтеров? – поинтересовался Штольман. - Больше никого, - пожала плечами Анна. - Очень удобно, - саркастическим тоном прокомментировал Штольман. – Цепочка случайных событий, чтобы в итоге ты не менее случайно познакомилась с Разумовским. И не было никакой необходимости в заговоре. Учитывая, что Разумовский – крупный благотворитель, ему было достаточно попросить о любезности директрису хосписа – чтобы она направила тебя в его детдом. Кстати, что он от тебя хотел? - Да ничего он от меня не хотел! – окончательно взвилась от гнева Анна. – Мы просто познакомились. Он приходил сегодня на мероприятие, которое проходило в детдоме, и нас представили друг другу. Мы поговорили пятнадцать минут – и все! У вас просто профессиональная деформация – вы всех в чем-то подозреваете. Это глупость полная! - Это не глупость, а крайне вероятное объяснение произошедшего, - резко ответил Штольман. – И теперь я обязан заняться еще и этим вопросом. Необходимо выяснить, какие планы у Разумовского на тебя. Анна в ярости подскочила из-за стола. Она набрала полные легкие воздуха, явно готовясь выпалить гневную тираду, но ее планы нарушил неожиданно раздавшийся звонок. Звонили в дверь. Супруги с легким удивлением переглянулись. Они никого не ждали. Штольман направился в прихожую. Анна из кухни услышала, как щелкнул замок и раздались приглушенные мужские голоса. - Штольман Яков Платонович? - Да, это я. - Московский уголовный розыск. Судя по доносившимся звукам, два визитера предъявляли документы. - Чем могу помочь? – донесся до Анны голос Штольмана. - Вы сегодня общались с Геннадием Савельевым? - Да. У нас была встреча. - Когда? - К чему эти расспросы? - Он мертв. И судя по имеющейся информации, вы были последним, кто его видел живым. Вам придется проехать с нами. - Конечно, - хладнокровно ответил Штольман. Раздались звуки, как будто он обувался и одевался. Тут Анна не выдержала и выскочила из кухни в коридор. - Яша, в чем дело? – взволнованно спросила она, настороженно глядя на посетителей. - Все в порядке, - мягко ответил Яков. – Умер человек, с которым я сегодня разговаривал. У полиции возникли ко мне вопросы. Я могу задержаться сегодня, так что ты не жди меня. - Яша… - голос Анны дрогнул. - Не волнуйся, - улыбнулся ей Штольман, взяв за плечи. – Все будет хорошо. Он привлек Анну к себе и легко поцеловал, а затем вышел из квартиры с полицейскими. Он не вернулся ни поздно вечером, ни ночью. Анна пыталась лечь спать, но поняла, что все равно не уснет, и ночь провела в гостиной, свернувшись калачиком на диване и глядя на медленно движущуюся стрелку часов. Настало утро. Яков по-прежнему не вернулся. Анна как лунатик бродила по квартире. Она даже не знала, куда, в какое отделение или подразделение увезли Якова, где его искать. Когда стукнул полдень, а от мужа по-прежнему не было вестей, она поняла, что уже просто не может выносить безвестность. Она сделала единственное, что пришло ей в голову – позвонила отцу. Виктор Иванович молниеносно вник в ситуацию и попросил дать ему время попробовать выяснить, что случилось. Он перезвонил спустя двадцать минут. Его бывший однокашник по юрфаку, а ныне большой полицейский начальник, смог выяснить, что Яков Штольман задержан на сорок восемь часов по подозрению в убийстве. Он же сообщил, где именно тот содержится. Анна едва дослушала. Спустя несколько мгновений она уже вылетела из квартиры и помчалась по адресу, сообщенному отцом. Через полчаса она была на месте, и потянулись часы полицейской неразберихи и волокиты. Анна уже пять часов сидела на неудобном стуле в коридорчике в полицейском управлении. Она, в конце концов, добилась информации о том, что Штольман задержан и находится именно тут. Однако во встрече с ним ей отказали. Следователь, занимающийся делом, отмахнулся от нее. Но Анна твердо сказала, что никуда не уйдет, пока не увидит мужа, так что она просто уселась в коридоре. За эти несколько часов она уже стала частью местного пейзажа. Дежурный полицейский, сначала раздраженный ее присутствием, теперь поглядывал на нее с явной симпатией. Был уже восьмой час вечера, когда из глубины здания на проходную неожиданно вышел Яков в сопровождении какого-то немолодого мужчины. Штольман выглядел уставшим и встревоженным. - Яша! – вскрикнула Анна. - Аня! – изумился и одновременно обрадовался Штольман. Он бросился к ней, но им пришлось подождать еще несколько секунд, пока дежурный открыл для него вертушку. - С тобой все в порядке? – почти плача спросила Анна, изо всех сил обнимая мужа. - Со мной все хорошо, - твердил Яков. - А вот ты почему на звонки не отвечала? Я с ума целый день сходил. Я попросил Алексея Михайловича тебе позвонить, сообщить про мои обстоятельства, а ты трубку не брала. - Я телефон дома забыла, - чувствуя себя полной дурой, призналась Анна. – А Алексей Михайлович это кто? - Это я, уважаемая Анна Викторовна, Смирницкий Алексей Михайлович, - церемонно склонил голову мужчина, сопровождавший Якова. – Я – адвокат Якова Платоновича. Он попросил меня позвонить вам и успокоить, но я не смог этого сделать. - Так что случилось? – пытаясь обрести твердую почву под ногами, спросила Анна. - Я тебе дома все расскажу, - пообещал Штольман. – Сейчас скажу только, что все хорошо, и все подозрения с меня сняты. У Анны с сердца свалился тяжеленный камень. - Слава Богу, - прошептала она, прижавшись к мужу. - Яков Платонович, моя миссия выполнена, так что я вас покину, - деликатно кашлянув, вмешался в их разговор Смирницкий. - Конечно, Алексей Михайлович. И еще раз спасибо за все, - крепко пожал руку адвокату Штольман. Они уже собирались уходить, как Якова окликнул дежурный полицейский, которому нужна была подпись на каком-то документе. Дежурный еще раз внимательно проверил документ, а потом как будто невзначай уронил: - Повезло вам с женой, Яков Платонович. Штольман бросил на него короткий взгляд, а потом серьезно ответил: - Я знаю. Они молча ехали на заднем сиденье такси. Анна прильнула к мужу, чувствуя как ее отпускает дикое напряжение последних суток и наваливается огромная усталость, а Яков целовал ей то пальцы, то висок, то ухо. Подъехав к дому, они вышли из машины и направились к подъезду, как вдруг услышали за спиной знакомые голоса. - Анна! Яков Платонович! - Мама? Папа? Дядя? – растерянно сказала Анна. - Виктор Иванович? Мария Тимофевна? Петр Иванович, и вы здесь? Какими судьбами? – поразился Штольман. - Мы узнали от Аннетт, что произошло, и приехали, - сообщил Петр Миронов. - Анна, почему ты весь день не отвечала на телефон? Я чуть с ума не сошла! – возмущенно начала выговаривать Анне мать. - Мама… - чувствуя, что теряет почву под ногами, пробормотала Анна. - Мария Тимофеевна, ей нельзя было пользоваться телефоном в полиции, - пришел на выручку жене Штольман, а потом обратился к тестю: - Подождите, Виктор Иванович, то есть вы все приехали из Затонска, просто узнав, что у меня неприятности? - Конечно, - пожал плечами Миронов. – Ведь мы – семья.