Анна и частный детектив

В комнате отчетливо висела атмосфера неловкости. Анна осторожно произнесла: - Я вроде помню, как ты с меня ночнушку снял. - Да? – мрачно уточнил Яков. – А вот я этого уже не помню. В комнате снова настала несколько напряженная тишина. Затем раздался задумчивый голос Штольмана: - Интересно, что более позорно для мужчины: если во время секса с ним засыпает женщина или он сам? Тут супруги переглянулись и дружно расхохотались, мгновенно разрядив тем самым сгустившуюся атмосферу. - Не могу поверить, - всхлипывая от смеха, с трудом выговаривала Анна, - что мы оба уснули на самом интересном месте. Это вызвало новый приступ хохота у Штольманов. Шампанское, выпитое на пустой желудок, недосып и усталость, сыграло с ними злую шутку, и столь интригующе начавшаяся ночь в амстердамской гостинице обернулась для них полным фиаско. Они оба просто заснули. А попытка после пробуждения с утра восстановить в памяти ход событий указывала на то, что произошло это, судя по всему, в разгар любовной прелюдии. - Кстати, хочу предупредить, - продолжая смеяться, сказал Яков, - моя мужская самооценка катастрофически пострадала от произошедшего, и я очень рассчитываю, что ты поможешь в компенсации причиненного ей ущерба. Тут Анна перестала хихикать, стала серьезной, нависла над мужем, позволяя своим распущенным волосам падать ему на грудь, от чего Яков даже прикрыл глаза из-за остроты ощущений. Потом она склонилась к нему и прошептала: - О, ты можешь в этом не сомневаться. Я все исправлю. Она была готова прильнуть к его губам, как с прикроватной тумбочки донесся громкий и требовательный звонок телефона. У обоих Штольманов вырвались разочарованные междометия. - Извини, родная, я должен ответить, - виновато улыбнулся Яков, чмокнул жену в подбородок и потянулся за аппаратом. На экране высветилось имя Коробейникова. Яков бросил быстрый взгляд на часы. В Амстердаме не было еще девяти утра, значит в Москве скоро одиннадцать. - Доброе утро, Антон Андреевич, - ответил на звонок Штольман. - Доброе утро, Яков Платонович, - голос Коробейникова был открыто взбудораженным. – Вы извините, что я вас беспокою… - Не извиняйтесь, - прервал его Яков. – Раз звоните, значит у вас важные новости. Рассказывайте. Яков бросил взгляд на Анну. Она тоже вся встрепенулась и внимательно прислушивалась к разговору мужа, параллельно надевая сорочку. - Вы правы. Новости действительно есть. Вчера пообщался с четырьмя выпускниками «Нового пути», все оказалось безрезультатно. А сегодня с утра с первого же раза попадание. Я сейчас поговорил с Эльмирой Ахметовой. Она выпустилась из детдома в позапрошлом году. Учится по компьютерной части. С месяц назад к ней обратился один бизнесмен. Она с ним пересекалась на какой-то тусовке, которую устраивал Разумовский пару лет назад. А тут он вышел на связь и предложил работу. Написать некий компьютерный код. - Что за код? – отрывисто спросил Штольман. - Код, взламывающий систему безопасности. Судя по всему, сложную систему. - А он объяснил девушке, зачем ему вдруг это понадобилось? – поинтересовался Яков. - Объяснил. Сказал, что их фирма делает огромный аттракцион-квест… Ну, знаете эти модные сейчас игры-загадки в реале… в заброшенных домах и типа того… И там участникам якобы надо будет вскрывать сложную систему безопасности. - Да, Антон Андреевич, я понял, о чем речь. И что было дальше? - В общем, девушка купилась на его объяснения и сделала его фирме этот код. Сдала работу неделю назад. Но при этом ее мучала странность этой работы и подозрение, что там дело вовсе не в квесте. В общем, стоило мне ее спросить, как она мне все это рассказала. Вопрос в том, что теперь делать, как лучше поступить? Возможно, ее программа уже использована при совершении преступления… - Антон Андреевич, дайте мне пару секунд подумать, - вновь прервал сотрудника Штольман. Он сосредоточенно соображал несколько мгновений. Анна вслушивалась в разговор мужа и одновременно любовалась им. Она поражалась, как ему удается выглядеть и звучать совершенно по-деловому, сидя абсолютно обнаженным на постели. - Антон Андреевич, сделаем так, - прервал нескромные мысли жены уверенный голос Якова. – Вы сейчас с Эльмирой поедете к моему адвокату – Алексею Смирницкому. Я ему позвоню и предупрежу. Его контакты и адрес возьмете у Лидии Николаевны. Алексей Михайлович поможет Эльмире составить заявление в полицию так, чтобы там не было ничего, за что ее потом можно было бы привлечь. Потом Эльмира в сопровождении адвоката пойдет в полицию. Вы, впрочем, тоже можете составить им компанию. Смирницкий отвезет ее к отличному полицейскому, как раз по этому профилю в центральном аппарате МВД. Там девушка подаст заявление. Адвокат будет ее все время сопровождать. Чтобы там с самого начала знали, что у девушки отличный юрист и не пытались на нее повесить всех собак. А то вечно найдется кто-нибудь ретивый, проявляющий избыточное служебное рвение. - Понял, Яков Платонович! - Так что я сейчас наберу Смирницкому, а вы звоните в офис Лидии Николаевне. - Договорились. Спасибо! Яков отключился от разговора и сообщил Анне новости о том, что разработка Разумовского по линии выпускников также, похоже, дала первый результат. После чего Штольман стал набирать адвоката, а Анна, пока он был занят, взяла планшет. Разговор со Смирницким оказался недолгим. Опытный адвокат быстро понял, что от него требуется и пообещал все сделать, как попросил Штольман. Только Яков отключился и вознамерился вернуться в постель к жене, как трубка снова зазвонила. На этот раз звонок был от его секретаря. Штольман закатил глаза – в качестве компенсации за вчерашний день, когда его вообще не дергали по телефону, сегодня, видимо, все решили отыграться. - Доброе утро, Лидия Николаевна, - ответил он на звонок. - Доброе утро, Яков Платонович, - раздался в трубке знакомый женский голос. – Вы извините, что я вас беспокою в зарубежной командировке, просто возник срочный вопрос… - Да-да, Лидия Николаевна, я действительно дал поручение Антону Андреевичу… - начал было Штольман. - Нет-нет, Яков Платонович, я по другому вопросу, - прервала его секретарь. – С Антоном Андреевичем мы все решили. Меня интересует, что говорить журналистам. - Каким журналистам? - Ну, просто за последние полчаса поступило уже пять звонков, а прямо сейчас у нас на крыльце разворачивается съемочная группа… - Лидия Николаевна, о чем вы говорите? – в полном непонимании спросил Штольман. В этот момент он услышал, как у него за спиной Анна то ли охнула, то ли сдавленно вскрикнула. Яков резко обернулся и обнаружил, что жена с мертвенно-серым цветом лица и распахнутыми как блюдца глазами смотрит в планшет. - Лидия Николаевна, подождите секунду, - отрывисто бросил он в трубку, и весь переключился на жену: - Аня, что случилось? В чем дело, Аня? Анна, явно потерявшая дар речи, просто развернула к нему планшет, на экране которого Яков увидел заголовок газетной публикации. Даже его небольшого знания английского языка хватило для понимания написанного: «Русский детектив нашел 500-миллионный клад колумбийского наркобарона» На мгновение Штольман застыл в ступоре, пытаясь осмыслить происходящее. Затем вновь обратился к трубке. - Так, я все понял, Лидия Николаевна, - отрывисто сказал он. – Делаем следующим образом. Журналистам говорите, что меня нет в Москве и, когда я буду, вы не знаете. А на все остальные вопросы отказывайтесь от комментариев. – затем Яков заметно смягчил тон и продолжил с улыбкой у голосе: - Ну, и держите оборону. Желаю удачи. Похоже, она вам сегодня понадобится. Яков отключил смартфон, сел на кровать со стороны Анны и мягко спросил: - Ну, что там? - Там все, - полумертвым голосом ответила Анна. – Огромная публикация в «Дейли Мейл». Это самый большой и популярный таблоид в мире. В статье полное изложение событий вчерашнего дня и куча фотографий. Там же вчера была куча народу. Видимо, кто-то сделал снимки и продал подробности истории журналистам. Там наши имена и фотографии. Фотографии не очень хорошего качества. Наверное, снимали на смартфон и достаточно далеко. Хотя твой снимок есть и приличный. Возможно, взяли с какого-то официального источника. Я не могу понять, почему они пишут про пятьсот миллионов. - Да это как раз понятно, - вздохнул Штольман. – Петр Иванович сказал, что сто миллионов – это минимальная оценка этого клада. Журналисты просто раздули цифру по максимуму. Он на мгновение задумался, а потом резко встрепенулся: - Надо срочно позвонить родителям. Предупредить их. Эта история уже докатилась до России. Их начнут донимать. Однако стоило Якову это сказать, как телефон снова зазвонил. На этот раз это был Яковлев. - Степан Игнатович, добрый день. Вы, видимо, уже в курсе? – мрачно спросил Штольман. - Да, в курсе. Более того, боюсь, это вы не все знаете, - ответил Яковлев. - В чем дело? – напрягся Штольман, хотя больше, казалось, уже некуда. - Из-за найденного клада на сайте «Затонского телеграфа» час назад вышла статья о вас и Анне Викторовне, и о вашей связи с Затонском. Я отправил в редакцию своих ребят, чтобы они договорились о снятии публикации. Но Рябушинский устроил скандал, что это покушение на свободу слова и послал всех куда подальше. Надо отдать должное этому писаке, - усмехнулся в трубку Яковлев, - за дело свое он горой стоит. В общем, прямо сейчас сайт «Телеграфа» висит. Явно от наплыва посетителей. Но это не решит проблему. В ближайшее время вас будут полоскать в СМИ. Пусть Анна Викторовна будет готова. - Понял. Спасибо, Степан Игнатович. У меня будет к вам просьба. - Слушаю. - Мой офис уже начали осаждать журналисты. Подозреваю, что они могут попытаться достать и Мироновых в Затонске. Не могли бы вы своей службе безопасности поручить присмотреть за ними, чтобы Мироновых не доставали. - Не волнуйтесь. Сделаем. Плюс попрошу, чтобы у их дома полиция подежурила. - Спасибо, Степан Игнатович. - Вы когда думаете возвращаться? – поинтересовался клиент. - Пока не знаю. Все зависит от того, когда нас отпустит нидерландская полиция. Я очень надеюсь, что это случится сегодня, и тогда мы вылетим в Москву уже вечером. - Понял вас. Тогда до… Подождите минуту, Яков Платонович. Яков услышал на том конце связи невнятные голоса, а потом отчетливо послышалась замысловатая трехэтажная матерная конструкция явно в исполнении Яковлева. - Яков Платонович, вы еще тут? – вновь раздался в трубке голос клиента. - Да, Степан Игнатович, - подтвердил Штольман. - Тут такое дело… - в обычно твердо-хладнокровном голосе Яковлева отчетливо ощущалась то ли растерянность, то ли расстройство. – Мне только что сообщили. На «Лайфе» вышла огромная статья о вас с Анной Викторовной. С фотографиями и инсайдерской информацией. Похоже, Рябушинский продал вашу историю федералам. С фотографиями и прочим. В общем, пусть Анна Викторовна постарается не переживать. Яков отключился и обратился к жене, все еще погруженной в статью в «Дейли мейл». - Аня… Но не успел он продолжить, как раздался очередной телефонный звонок. На этот раз от Миронова-старшего. - Доброе утро, Виктор Иванович, - поприветствовал Яков тестя. - Добрый день, Яков Платонович, - голос Миронова был открыто встревоженно-раздраженным. –Вы с Анной в Голландии? Что это за история с кладом? Что вообще происходит? - Виктор Иванович, мы с Аней на самом деле в Нидерландах. Должны скоро вернуться. Мы действительно оказались вовлечены в историю, о которой пишут в газетах. Хотя там очень многое преувеличено и не соответствует действительности. Просто прямо сейчас я не могу вам все объяснить. Я прошу вас успокоить Марию Тимофеевну. Скажите, что у нас с Аней все в порядке. А мы вам все объясним, как только появится такая возможность. Извините, но я сейчас не могу говорить. Анна смотрела на мужа, который говорил все это самым серьезно-деловым тоном, стоя по-прежнему абсолютно голым посреди их гостиничного номера. Картинка была настолько комичной, что она хихикнула и расстройство от статьи в таблоиде даже слегка отступило. Яков отключился от очередного звонка и сосредоточился на жене. - Ты как? – ласково спросил он ее. - Да ничего, - вздохнула Анна. – Вроде прихожу в себя. - Дай, пожалуйста, мне планшет. Яков сел на постель и начал что-то искать в интернете. Через тридцать секунд он с шипением выругался, и в ту же секунду у него за спиной раздался вскрик Анны, которая наблюдала за его действиями из-за плеча. На раскрывшейся странице главного российского таблоида красовалась статья под огромным заголовком: «ГЕНИАЛЬНЫЙ СЫЩИК И МОНАХИНЯ-МЕДИУМ НАШЛИ КЛАД В ПОЛМИЛЛИАРДА ДОЛЛАРОВ» Под заголовком шел коллаж из фотографий Штольманов – наверняка из фотоархива Рябушинского. Яков был сфотографирован в какой-то момент летом в Затонске и выглядел элегантным щеголем со своим кейсом-саквояжем и тростью. Зато Анна… Анна была изображена в своем послушническом образе – в бесформенном платье и с платком на голове. Рядом со Штольманом она выглядела невероятной замухрышкой. Яков обнаружил, что жена сжалась в позу эмбриона посреди кровати и готова разрыдаться. Он привлек ее к себе, усадил на колени и крепко обнял. А сам начал читать журналистское творение Рябушинского для федерального СМИ. Там было все: сверхъестественные способности Анны, семь лет в монастыре, спасение Яковлева от тюрьмы, скоропалительная свадьба, и последние новости – о нахождении сокровища колумбийского наркобарона. Формально все факты были верны, и привлечь Рябушинского за клевету не было никаких шансов, но изложены они были в таком буйном и красочном стиле, что создавалось впечатление, что жизнь Якова и Анны – один сплошной приключенческий роман. Например, решение Анны покинуть монастырь было подано так, будто Штольман ее едва ли не похитил с церемонии пострига – и увез сразу в загс. «В этом щелкопере пропадает романист», - злобно подумал Штольман, а вслух пробормотал: - Я убью Рябушинского. Анна глубоко вздохнула, почти всхлипнула и еще крепче прижалась к мужу. Она тоже явно читала статью. Тут Яков пролистнул статью дальше, и Штольманы оба замерли. В статье была размещена еще одна их фотография. На этот раз общая – со свадьбы. Видимо, фотограф редакции, не допущенный на само мероприятие, делал снимки, где мог. На этой фотографии они выходили из церкви после венчания. Яков просто окаменел. Он до сих пор не мог думать о том дне, вернее о том вечере. Они с Анной так и не говорили о том, что тогда между ними произошло. Все свидетельства того дня – от Анниного платья до свадебных фотографий – Яков тщательно упрятал, чтобы они не попадались им на глаза. И вот теперь воспоминание о том дне просто выпрыгнуло на них со страницы издания. Сначала статья о них в «Дейли мейл», потом – в «Лайфе», а теперь еще и фотография-напоминание об ужасном дне в жизни Анны. Яков не знал, что сказать или сделать, и почти испуганно ждал реакцию жены. Анна же подтянула к себе планшет и пальцами увеличила фотографию, приблизив лица. Она долго молча смотрела на снимок, а потом произнесла тихим и абсолютно спокойным голосом: - Я была очень счастлива в этот момент. Яков как будто очнулся от морока и взглянул на фотографию новыми глазами. Он увидел невероятно красивую невесту, которая распространяла вокруг себя сияние и освещала своим счастьем все вокруг. А потом он увидел себя. На фотографии он смотрел на свою новобрачную, с которой только что обвенчался, с восторгом и восхищением. А еще в его взгляде была открытая любовь. Любовь, о которой он сам тогда и не подозревал. - Я тоже, - тихо сказал Яков в ответ. - А сейчас? – поинтересовалась Анна, слегка повернувшись в его объятиях, чтобы взглянуть Якову в глаза. - А сейчас я очень-очень счастлив, - ответил он. - И я, - призналась она. Штольман отложил планшет в сторону и уложил жену обратно на кровать. Они долго просто смотрели друг на друга. А потом Яков потянул сорочку на жене, осторожно снимая ее. На этот раз им никто и ничто не помешало.