33 причины полюбить тебя.

Весь день мы гуляли по улочкам Праги, вплоть до Карлова моста, на котором мы стоим минут 20. Прага была необыкновенно строга, чарующе темна и устрашающе светла одновременно. Сказать, что мне понравилось что-то определённое: улица, дом, кафе или же мост - нельзя. Мне нравилась она полностью, вплоть до культурных бомжей, которые распевали песни на своём языке. Егор, как завороженный маленький мальчик, смотрел на город влюблёнными глазами. Мне казалось, что если бы не его работа и семья, он переехал именно в эту страну, хотя он был искренним патриотом России, как и я. -Ты замёрзла? Ледяные руки Булаткина коснулись моих рук и я вздрогнула. Я знала, что это дружеские объятия, поцелуи, к которым ему не привыкать, однако для меня были каждый раз новые эмоции и новые ощущения. После Александра было ужасно непривычно ощущать с мужской стороны ни чем неоправданную нежность. Но это щемящее чувство, что кому-то нужна, хоть и как друг - было настолько лестно, что табун мурашек проходил каждый раз по телу, как впервый. -Всё в порядке, - повернувшись к нему корпусом я внимательно изучала голубые глаза, а те, в ответ изучали мои, - будешь кофе? У тебя губы посинели. Протянув бумажный стаканчик на котором было написано незатейливое "my girl", я получила благодарный взгляд Егора и тихое, едва уловимое: "спасибо" Я всегда любила людей, которые видят радость в мелочах, потому что сама была такой. Егор импонировал мне, как минимум, как человек. Да! Я наконец-то нашла точное описание блондина, он - человек, мужчина. Это редкое описание, которое я могу дать людям. В моём мире есть люди, а есть мужчины и женщины. Они отличаются принципиально, хотя бы тем, что мужчины и женщины делают что-то человечное, а не существуют в современном мире, как все люди. -Знаешь, - блондин внезапно заговорил со мной, - я так давно хотел сюда попасть. И у меня даже подбирались компании, однако это всё не то. Мне нужен человек, с которым будет уютно. Не просто смешно и комфортно, а именно уютно. Это один из двух отпусков в году и тратить его на попросту я не люблю. От чего-то захотелось прижаться к его груди и просто помолчать. Прикрыв глаза и удобно разместившись, я чувствовала, как Булаткин тяжело дышал мне в затылок, а после обнял двумя руками и чмокнул в висок. Это было спокойствие и умиротворение.

***

В отеле было совсем темно, наверное, потому что перевалило далеко за полночь. Лишь мы, смеясь и хохоча на всю Прагу, пытались пройти к своему номеру. В безуспешных попытках открыть номер, мы нарвались на щелчок и внезапное появление пожилой пары в проёме. -Молодые люди, Вы к кому? На чистом русском спросили постояльцы, а я пытаясь сообразить, что мы попали не в тот номер, поспешно взяла за руку напарника. -Извините, мы ошиблись. Наконец-таки добравшись до своего ложа, мы обессиленно рухнули на кровать и стали смотреть на белый, как январский снег, потолок. -Егор, вали на пол, а? Блондину такая идея не пришлась по-нраву и он лишь захватил меня в охапку, прижимая к себе. -Поиграем в правду или действие? С огромным любопытством спросил блондин, даже не смотря в мои глаза, а я с тем же любопытством утвердительно закивала головой. Мы удобно умостились на прикроватном коврике номера и начали игру. -Правда ил действие, малышка? Не долго думая, я решила выбрать правду, потому что дико боялась желаний Егора. -Правда, Егор. Он коварно улыбнулся, готовясь завалить меня самым каверзным вопросом, а я уже была готова убить себя за собственный выбор. Егор странно прищурился и наклонил голову набок, что говорил о его игривости в данный момент. Возможно, алкоголь в его крови сделал своё дело, а, возможно, он просто усмехался над моими пунцовыми щёчками. -Расслабься, я же не собираюсь тебя покусать, - он мягко толкнул меня кулаком в плечо и вновь вернулся в сидящее положение, - когда и с кем ты потеряла девственность? Я онемела от слов голубоглазого, хотя сейчас его глаза не были бездонной пропастью моря, они были темны и устрашающе неприятны, по крайней мере в эту минуту. Я не знала, что ответить, точнее просто боялась. Я превратилась вновь в немую рыбку и начала глотать слёзы от накатившей волны истерики. Сукин сын. Он знал, что с 18 лет я была заложницей обстоятельств и лишь давил на больное сильнее и сильнее. Не выдержав натиск его глаз, вопроса и присутствия самого блондина, я, как ошпаренная вылетела через распахнутую дверь в номере на балкон. Давящие слёзы душили меня с нестерпимой силой. Мне хотелось завыть от собственной беспомощности и неприязни к себе, Егору, да ко всёму этому чёртову миру. В эту минуту меня не могла спасти даже ночная умиротворённость Праги. Меня не могло спасти ничего. Лишь отодвинувшись от края балкона, почувствовала скрип двери и присутствие блондина. Я онемела от слов голубоглазого, хотя сейчас его глаза не были бездонной пропастью моря, они были темны и устрашающе неприятны, по крайней мере в эту минуту. Я не знала, что ответить, точнее просто боялась. Я превратилась вновь в немую рыбку и начала глотать слёзы от накатившей волны истерики. Сукин сын. Он знал, что с 18 лет я была заложницей обстоятельств и лишь давил на больное сильнее и сильнее. Не выдержав натиск его глаз, вопроса и присутствия самого блондина, я, как ошпаренная вылетела через распахнутую дверь в номере на балкон. Давящие слёзы душили меня с нестерпимой силой. Мне хотелось завыть от собственной беспомощности и неприязни к себе, Егору, да ко всёму этому чёртову миру. В эту минуту меня не могла спасти даже ночная умиротворённость Праги. Меня не могло спасти ничего. Лишь отодвинувшись от края балкона, почувствовала скрип двери и присутствие блондина. Отчётливым рыком он двинулся на меня, от чего стало вновь страшно. Страшно от того, что я начала доверять ему, а он хочет разрушить моё доверие к нему. Грубо намотав мои волосы на кулак, он приспустил мою голову на уровень ниже, открывая доступ к моей шее и губам. Шершавые от укусов и ветра губы коснулись моей шеи, плавно переходя на губы. Он видел и слышал меня. Слышал мои всхлипы, видел мои слёзы. И делал своё, разрушая стену нашей дружбы напрочь. На долю секунды Егор застыл надо мной, но быстро оторопел и опустил свой взгляд и губы на мои. Он жадно целовал каждый миллиметр, а тело было неподвластно мне и содрагалось от его действий. Так же быстро, как это нашло начало, его действия нашли конец. Отпустив меня, даже не заметив того, что я покачнулась и чуть не упала. Егор устремился к выходу из номера, о чём оповестило характерное звяканье карточек и писк, который оповещал о закрытие двери. Я упала на балконный кафель и свернувшись клубочком прямо в шёлковой пижаме, закрыла глаза.

***

Приду домой. Закрою двери. Оставлю обувь у дверей. Залезу в ванну. Кран открою. И просто смою этот день.

***