Дорога в никуда.

Вскоре у меня начали появляться и другие клиенты. Кто-то навещал меня регулярно, кто-то приходил лишь единожды выпустить пар и получить свою долю платного удовольствия. Вторых я меньше всего понимал. Они не были извращенцами, заказывали обычный секс, ванильные ласки, массаж их интимных частей тела, который я делать откровенно не умел, но им и достаточно было, чтобы их просто полапал за член большой волосатый мужик, или просили минет. Ничего интересного. Кто-то просто хотел попробовать с мужчиной - такие мне нравились. Состоятельные, ухоженные, пугливые, словно девственники. Но сговорчивые и с охотой пускавшиеся в эксперименты. В восторг такие приходили буквально от всего, как малые дети, получившие новую яркую игрушку. Они трахали меня, а я трахал их. Получал свои чаевые и благодарность и больше никогда их не видел. И был рад, что это всего лишь на один раз. Обычный секс, пусть даже и чувственный, меня не прельщал. Я искал нечто другое. Драйва, экстрима, того, от чего бы сносило крышу, будь то боль, отвращение, унижение или наслаждение. В конце-концов все оборачивалось для меня наслаждением. Сразу или немного погодя. В процессе работы или когда я в одиночестве вспоминал моменты, мелькавшие передо мной, как черно-белые картинки. Курил и анализировал то, что со мной происходило. И в такие минуты те вещи, которые мне казались отвратительными, становились для меня привлекательными. Оборачивались зудом в члене или в заднице. А я шел удовлетворяться в душ. Вообще, любил подрочить в душе, используя подручные предметы. Так однажды в моей заднице оказалась маленькая мочалка, которую я запихал в себя интереса ради. Ничего так, приятно щекотало. Но сильно я этим не увлекался. Были и моменты затишья, когда клиентов не было вообще целыми неделями. Тогда я тупо слонялся по борделю из угла в угол, сидел в баре, в котором пялился на приходящих в бордель новых людей, смотрел, как пьют другие шлюхи или как они себя продают, разговаривал с барменом и снова курил. Потом появилась интересная парочка в моих постоянных клиентах. Они приходили редко. Всего 3-4 раза за месяц. Но всегда приходили парой. Пара извращенцев-эксгибиционистов. Пожалуй, это все, что в них было интересного. Негр и испанец, с внушительными членами и столь же большими и толстыми кошельками. Они не скупились ни на чаевые, ни на оплату своих потех, ни на дорогое вино, которым нередко поили меня, пока я сидел и наблюдал, как они трахаются. Трахались они всегда долго, горячо, катались по постели, словно одержимые. Затевали свои игры так, будто боролись за право овладеть первым задницей друг друга. Мускулистые, стройные, широкоплечие, покрывавшиеся потом от своих потех, они возбуждали своим видом. Но я не был эстетом и больше удовольствия находил в вине, чем в наблюдении за ними. Мне совершенно не нравилось быть сторонним наблюдателем. Я хотел внимания к себе. К своему телу, к своему члену, к своей заднице в конце-концов. Что иногда смотрел на этих двоих и скрежетал зубами от того, что они заняты друг другом и совсем не замечают меня. Зато я все прекрасно замечал. Было даже забавно смотреть, что испанец в их играх всегда оказывался снизу - конченный пассив, сколько бы он не пытался показаться брутальным и агрессивным. И стонал, извивался под негром, как девчонка. Что мне становилось смешно и тошно одновременно. А я сидел с каменным лицом и с пафосом потягивал вино прям из бутылки. Знаете, это как смотреть дешевое порно с молодыми актриссками, которые играют школьниц, а потом заходятся наигранными стонами невпопад, что приходится выключать звук и дрочить в тишине. Вот, это было такое зрелище. Конечно я не всегда был только наблюдателем. Я часто участвовал в их сценах. И точно знал, когда пора мне включаться. Негр нагибал испанца всегда одинаково - ставил раком. Вот это и был сигнал к моему выходу на сцену в их порнухе. Я быстро оказывался рядом и брал член испанца в рот, пока испанец наигранно верещал, а негр в него долбился. А я сосал член. Иногда яйца. Но больше член. Иногда очень долго, иногда нет. Но с этой парой член мне светило получить только в рот. Я и получал, не возмущался. Мне нравился член испанца - увесистый и красивый. Еле помещавшийся в мою глотку, что после него челюсть болела. Но сосать его было в кайф, насаживаться на него открытым ртом, глотать, давить в себе рвотные позывы, когда головка упиралась в глотку так, что слезы текли, а негр его при этом еще и подталкивал сзади в жопу. В прямом смысле в жопу. И нравилось глотать его сперму, когда он кончал завывая на особо высокой ноте. Давиться ею, собирать терпкие белые капли с губ и высасывать остатки из его члена. А потом уже меня в рот долбил негр, который никогда не успевал кончить в своего любовника. Именно что долбил. Насаживал мою голову на ствол с таким рвением, что я не мог даже слюну сглотнуть. Просто оказывался перед ним с открытым ртом, мокрым подбородком и шеей, и принимал его огромный член, побывавший только что в заднице его любовника, в горло. Даже дышать иногда было трудно. Но чертовски приятно, что я там и сам мычал, как заправская порнозвезда, пытаясь проглотить его член. И кончал он мне всегда на лицо. Спермы было много, много слюней, глаза заливало, щеки, губы, подбородок, грудь. И я сидел, стоял или лежал перед ним обкончанный, задыхающийся и с горящими похотью глазами. Я требовал продолжения! Мой член ныл от напряжения. Но продолжения никогда не было. Иногда они вдвоем трахали меня в рот. По-очереди. Или пытаясь запихать мне оба члена одновременно, поставив меня перед собой на колени. Иногда так увлекались этим, что забывали потрахаться сами, а просто имели меня, дергая за волосы от одного члена к другому. Вот тогда я торжествовал! Зная, что мой рот горячей, чем их тяга друг к другу. Это чертовски чесало мое самолюбие. Прям чувствовал себя богом. Богом с двумя хуями во рту. *** А потом в моей жизни стал слишком часто появляться хозяин сего благороднейшего блядушника. С хозяином борделя у меня были особые отношения, как и почти со всеми работниками здесь. Мне никто из них не нравился. Склоки были частыми. Иногда я просто специально нарывался на скандал, доставал других шлюх, получал в морду или же сам разбивал чужой нос, когда мне было некуда деть свою энергию. Может, я ревновал, что есть другие шлюхи, а не только я один такой прекрасный и всеми востребованный. Может, я просто искал на ком бы выместить свои обиды и неприязни. Ведь с клиентами никогда не позволял себе хамства. А тут не клиенты, а коллеги, на которых мне насрать. А хозяина я особо не любил. Серьезно. Такая вся пафосная стародревняя цаца в костюмчике, которая нередко вмешивалась в мои склоки с другими шлюхами и отвешивала мне люлей. Хотелось его загрызть. Да и с первой встречи он мне не понравился и не нравился с каждым разом все больше. По необъяснимым и непонятным мне причинам. Хотелось с ним пересекаться как можно реже. А вот он считал иначе. И раз в неделю обязательно вытаскивал меня к себе на ковер, отменяя на этот день всех моих клиентов. Вот уж не знаю, чем я ему приглянулся. Может, задницей своей? Или безропотностью в общении с ним? Нет, не безропотностью. Огрызаться с ним было особым удовольствием. Но все равно слушался. Не вдавался в подробности, не анализировал почему так происходит. Да и не хотел. Просто стоял однажды в его кабинете, голый, когда он вытащил меня вечером из ванны. Именно, что вытащил. Чуть ли не под локоть схватив и отведя мокрого в свой кабинет. Еле кран с водой успел закрыть, чтобы не перелилась. А я ведь даже ничего не сделал - не нахамил никому и не подрался в этот день. - Да чтоб тебя! - только и успел возмутиться, как получил пощечину. Пришлось заткнуться и испепелять этого мудака злобным взглядом. Что, зачем, почему? Что этому мудаку вообще от меня надо именно сегодня? Доктор и тот вел себя со мной нежнее, хоть и унижать любил. Зато всегда предлагал водку. А тут ни тебе предложений, ни спасибо, ни пожалуйста - одно говно. Долго он со мной тоже не церемонился, запирая кабинет на ключ. А меня поставив посередине по стойке смирно. Голого, мокрого, ничего не понимающего. Хотя, мне так насрать было, в одежде ли я или без нее. Холодно только было, и мне это не нравилось. И лишь гадал, к чему вообще все это. А потом испытал некое недоумение, когда хозяин вытащил ремень из своих брюк. Широкий, толстый, кожаный... - Серьезно? Ты собрался меня пороть, как школьника? - мне даже в голову и мысли не пришло не дерзить. А вот посмеяться над ситуацией хотелось. Ой, ремень! Ой, напугал! Я усмехнулся, облизав губы, с вызовом глядя на него. - Заткнись, - вот и весь его комментарий, когда ремень со всей дури огрел мои ягодицы. Я чуть не улетел! Так неожиданно и резко подался вперед, что еле удержался на ногах. Дыхание сперло, а судя по ощущениям этот мудак только что сломал мне копчик. Или я ошибаюсь. Но было по-настоящему больно, а ремень оказался чертовски тяжелым. Честно признаться, меня вообще никогда не пороли ремнем, даже в детстве. Потому я стоял и удивленно пялился на него, словно овца какая. И вместо ответа я получил очередной удар, теперь уже повалившись вперед, не удержав равновесия. И встал как раз в самую охуенную сейчас позу - жопой кверху. Шииик... Еще и язык себе прикусил, так что болела не только задница. Но нет, даже не не вскрикнул, года он еще пару раз прошелся ремнем по моему заду. Даже не подумал. Воздух просто застрял в моих легких, а лицо начало гореть не меньше, чем задница. Я только уползти попытался под стол, но хозяин быстро вернул меня на место и придавил ногой, наступив между лопаток. - Ах, ты ж сука...- прохрипел я, понимая, никуда спрятать свой зад не получиться уже. Вырваться тоже. Побрыкался так для виду, помахал руками. Но его ногу с себя не скинул, хотя мог бы легко это сделать. Я не знаю почему. Иногда мой больной мозг делал все наоборот, вопреки логики и инстинктам самосохранения. А начальник порол меня ремнем, не давая времени думать или передохнуть. Ну конечно, удобно пороть по подставленной заднице! Боль пульсировала, отдаваясь даже в кости. В мозгу все кипело. Я ничего не понимал, ни что от меня надо, ни за что это все. И что это, черт подери, за тупая игра! Избей своего работника до полусмерти? Новое испытание? Или какого хуя вообще тебе надо, господин мудоначальник? С глаз невольно слезы катились градом, а в душе засела такая дикая обида. Уйду отсюда. Хватит. Буду сам себе искать извращенцев - на улице их ничуть не меньше, а деньги мне не так важны. И тут он, наконец, прекратил! В нужный момент, действительно. Еще чуть-чуть и я бы расхныкался, точно. Но он убрал ногу с моей спины, схватил меня за волосы, не дав моим мыслям оформиться до конца, задрав мне голову и оторвав от пола. И тут я сел на пятки своей горящей заднице. Блять! Лучше бы я этого не делал, так как сразу подскочил, встав на колени. А этот мудак смотрел мне в глаза своим надменным взглядом и улыбался. Кажется, во мне вспыхнуло еще больше злобы, а он это видел, но продолжал улыбаться, подонок. - Знаешь за что? - вдруг начал он. Ну хоть какое-то подобие объяснений. Но мне было не интересно, а он продолжал. - Ты мне нравишься. Но ты слишком своенравный. Эгоистичный, жадный и упертый. Но сопливая тряпка при этом. Мне такие кадры в команду не нужны. Все понял? О как! Как будто тебя ебет, начальник, мой характер. Я не жить с тобой собираюсь. Я тут работаю, алле, чувак! Получаю бабло и извращаюсь, как только можно. Одно другому не мешает. И что, что я могу морду набить парочке твоих шлюшек? Клиенты на меня не жалуются. Это просто ты поехавший. Хотелось мне это прям так и сказать. А не сказал. - Как славно, - я почти выплевывал слова, цедя их сквозь зубы. - А ты мне не нравишься потому что больной ублюдок, - кратко, четко, лаконично. Надо было еще плюнуть ему в лицо. Я могу терпеть все загоны моих клиентов. Но не этой мразоты, доктора или любой шлюхи из этого борделя. Не считал их ни ровней себе, ни теми, с кем можно даже общаться. Да и нахера? Я не за общением сюда шел. А тот лишь смеется в ответ, вдруг треплет меня по волосам, отпускает, отвешивает мне дежурную пощечину. Даже не сильно и не унизительно. Будто погладить хотел. Это меня вводит в ступор. Достаточный для того, чтобы он отдал мне приказ расставить ноги, упереться лбом в пол, молчать и не двигаться. И я послушался, молчал, не двигался, переваривая злобу в себе. Грудью снова на полу, отставив свой зад. Пороть меня дальше собрался? Вбивать в мою голову нужное ему поведение через мой зад? Ну ладно, на этот раз я был уже морально готов. Вытерпеть, поулыбаться и свалить к чертовой матери. И одновременно не понимал, почему я так лоялен был к клиентам и терпел их даже с риском для жизни и здоровья, а с этим во мне просыпается столько негодования, праведного гнева и строптивости. А потом резко понял вместе с ощущением холодной смазки полившейся на мои онемевшие от ударов по ним ягодицы. Потому что этот человек открыл мне путь к моему полному нравственному и моральному падению, путь в бездну, в пустоту и саморазрушение. Путь в никуда... И все мое отвращение к этому человеку сразу утихло. Краем глаза я видел, как хозяин берет что-то наподобие длинной черной резиновой палки с ручкой. Как дубинка или что-то такое. Увесистой такой. Что я даже голову повернул посмотреть что за херня. И посмотрел. Новый вид самотыка, кажется. Ну конечно! Иначе зачем смазка то? И я снова уткнулся в пол лицом. Хорошо, что смазка. Еще лучше, что он перешел от ремня к более интересным для меня развлечениям - уже давно тот старик не появлялся в моей жизни и не радовал мою жопу. Обычный член был прикольным, но это было совершенно не то. Я даже пытался сам использовать различные игрушки, чтобы удовлетвориться. Но это было не так... Не было того кайфа. Не было тех эмоций, боли, унижения, удовольствия, как если бы в тебя вставлял кто-то другой, иногда насильно, такие предметы, которые ты выдержать еле способен не падая в обморок. И одновременно я чувствовал, как хозяин борделя вставляет мне в зад эту толстую резиновую палку. О да... Это как раз было то, что в этот момент так нужно, когда тебя заполняет изнутри огромный член, раздвигая твои кишки и растягивая дырку. Входит так глубоко, что перестаешь дышать. А мне и этого мало - нет той боли и заполненности к которой я привык. Я начинаю подмахивать бедрами члену, пока хозяин им трахает меня. Разгоняется и уже начинает с остервенением долбить мою задницу. Я хриплю и прошу о большем, забывая о своей побитой жопе и унижении. Да это все вообще не важно, когда тебя заполняет огромный резиновый член, еще и покрытый большими шипами. А они знатно так массируют мою дырку изнутри. - Тебя хорошо растянули. Как я и хотел, - произносит он, освобождая мою задницу от резиновой игрушки. И тянет меня за бедра, я поддаюсь, раскрываюсь еще больше. Я прижимаюсь щекой к ковру и охотно выставляю свой мокрый зад, чувствуя, что будет продолжение. И хочу этого продолжения. И смазка стекает уже в мою растянутую открытую дырку, заполняя меня изнутри. Люблю, когда так много смазки, когда ее льют в мою задницу струей. Клиенты редко так делают, и сейчас я откровенно кайфую, начиная хрипло постанывать. Руками развожу свои ягодицы шире, растягиваю и открываю анус еще больше. Всем своим видом показывая, что готов принимать хозяина. И мои глаза распахиваются от удивления, когда он вставляет в мой зад собственный сжатый кулак. Я замираю и от неожиданности сжимаюсь, чувствуя острые костяшки пальцев своей кишкой. - Что? Тебя никогда рукой не трахали? - смеется хозяин. Я лишь сглатываю и думаю, что рука в моей заднице - это лучше, чем член. - Ну так я сейчас это исправлю. Кому, как не начальнику исправлять твои косяки, - он снова смеется, и я уже чувствую, как его кулак долбит мои кишки, мою простату, приводя меня в дикий восторг. Давит внутри и поворачивается просто в бешеном темпе. О да, да, да! Рукой ведь можно разъебать все мои внутренности. Это сводит меня с ума, слюни текут на ковер, я и сам цепляюсь за ковер зубами. Не помню, что я выкрикиваю, но точно прошу разъебать меня, как следует. Не чувствую даже собственный член, а только огромную чужую руку в своей жопе, которая из бездны возносит меня к небесам. Он долго меня ебал - это я знаю точно. Мой зад болел, кишки ныли, а он вставлял в меня руку по локоть, сжимал и разжимал кулак, бесконечно растягивал, давил и вертел рукой, заставляя меня биться на ковре в агонии и обещал, что вывернет мою кишку наружу. Он сдержал свое обещание. Через несколько часов глубокой долбежки рукой, кода он выдернул из меня кулак, и моя прямая кишка просто выпала через раскрытый анус. Я видел такое на картинках когда-то. А теперь и у самого в жопе появилась эта красная мокрая розочка. Я это чувствовал, как она пульсирует, а меня трясет от ощущений и страха, что моя дырка такой и останется навсегда. И я обоссался, даже не заметив, как у меня потекло по ляжкам, сделал целую теплую лужу на ковре под собой, вслед кончая туда же. И завалился на пол, уже не в состоянии стоять на коленях. Похуй. Мокрая теплая лужа подо мной. Похуй.