Хроники замка Хандерлейн 4. Начало

-Никакой от вас пользы, проклятый помёт!!!-срывал голос зрелый мужчина лет сорока, одетый в достаточно дорогой теплый кафтан, обшитый золотыми нитями на трёх шестилетних оборванцев-ежат,перекрикивая свист летящей на одного из них кожаной плети, которую он держал в запотевшей под перчаткой руке. Изуродованный синий ежонок в очередной раз принимал на себя удар, изо всех сил стискивая зубы и зажмуривая веки. На его спине, истерзанной до мяса, почти не осталось живого места от жестоких истязаний и порок, но за все время еж уже успел с этим смириться. Грязный снег в очередной раз окрасился алой кровью под ногами ежонка. Они с братом и сестрой с трех лет прибывали в рабстве и давно свыклись с неизбежностью ежечасных порок, унижений и криков. Они больше не кричали, не плакали и не умоляли себя пощадить.-Сил моих больше нет... Мужик выдохнул,взял ежа за локоть и изо всех сил швырнул его к двум другим ежатам, опрокинув всех троих, как кегли в современном боулинге. -Фаррис! Уведи их с глаз моих долой, не хочу их видеть! Поди, удуши всех троих, что ли, не могу я больше!!!-не успокаивался мужчина, обращаясь к дряхлому пожилому мужичонке с густой полуседой бородой и пышными бровями в потертой шубейке. -Чего..Прямо вот-таки удушить?..Не вели брать грех на душу, господин! Вели продать их. Ей богу, ни монетки от прибыли не возьму, принесу все до последнего. Хозяин, снимая с грубых запотевших рук перчатки, снова оглядел трёх маленьких рабов, стоящих в одних только грязных холщовых изорванных рубашонках, которые в принципе ничего собой не прикрывали и состояли из сплошных огромных дыр. Те потеснились, плотнее прижавшись друг к другу. Мальчики спрятали за своими ободранными спинами сестру, дабы уберечь ее от колко и гневно глядящих на них холодно-голубых глаз. -Да что с них получить-то можно?..Они и деревянной корки не стоят.Ну раз удумал, продай как-нибудь. Хоть за одного денег бери, хоть за всех сразу, плевать, но чтобы деньги мне все отдал! А теперь скройтесь с моих глаз, прочь! Фаррис связал запястья всем троим ежатам одной крепкой веревкой и грубо повел их куда-то за собой. Девочка оглянулась, понимая, что они с братьями больше никогда не увидят этот двор. С одной стороны она была рада, что наконец распрощалась со своим теперь уже прежним хозяином, но было страшно думать о новом. Что ждет их теперь? Раздвинув в разные стороны острые маленькие фиолетовые ушки, роняя грязную челку себе на лоб, она скромно прильнула к впереди идущему брату и ткнулась черным сухим носиком ему между лопаток. Однако тут же отпрянула, когда тот слабо зашипел от боли. Спина горела как нечистая душа в Геенне Огненной. Соне, так звали юную ежиху, несказанно повезло с родственниками. Оба души в ней не чаяли, и всегда защищали от ударов кнута и плети, каждый раз брали порки на себя, и выдавали все неудачи и промахи Сони в работе за свои. Соник и Маник были замечательными братьями. Не смотря на то, что все трое не знали ни родителей, ни родного дома, не помнили чему их учили и как воспитывали, в свои совсем-совсем юные годы они всегда были дружны, и вместе противостояли всем трудностям и страхам, с которыми сталкивались за три года рабства. -Не жмись ко мне, Соня...-прошептал Маник, обернувшись. Одна пара небесно-голубых глаз встретилась с другими такими же чудесными глазками девочки. Маник был на пару миллиметров выше сестры, имел светло-зеленый окрас,бледно-желтую мордочку, такие же руки и брюшко. На шее нес круглый серебряный медальон, доставшийся явно как напоминание для всех троих ребят. Сколько раз этот медальон пытались сорвать с его шеи, но вынося яростные побои и ужасные муки, он ни за что не отдавал его. Соник, молча переставлял то одну ногу, до другую впереди всех, прислушиваясь к шептанию позади идущих. У него было почти все то же самое, что и у брата, вот только окрас шерсти и цвет глаз были полностью противоположными. Единственное,чем были похожи сразу все трое, так это светло-желтыми мордашками. Фаррис вел детей по скользкой длинной дороге, по которой неслись как угорелые кони, запряженные в хлипкие деревянные повозки со всяким разным товаром, едва не падая и не сбивая обычных прохожих. День был пасмурный и серый, все небо заволокло серыми противными тучами, моросил мелкий дождик вперемешку со снегом. Уже совсем близко был слышен массовый шум народа, его крики, смех и ругательства. Базар. Здесь всегда можно было найти множество различных диковинок и интересных вещей. Порой здесь торговали и рабами, и симпатичными заморскими девицами, годившимися исключительно для того, чтобы полюбоваться их красотой. Поскольку теплых одежд им не выдавали, а было здесь настолько холодно, что бедняжки все себе отмораживали, для плотских утех они больше не годились. Мужичок опрокинул детишек на жесткий холодный снег и принялся голосить во все горло: -Купи одного раба, двоих в подарок отдам!!! Ну же, кому нужны!? Юные, выносливые! Купи, да не жмотничай!!! Соник усадил сестру к себе на колени, сняв с себя рубашку и обернув ей вокруг бедер, чтобы она ничего себе не отморозила. Ежата покрепче прижались друг к другу, чтобы не умереть от холода в ожидании.