О пролитом вине и кипящей крови

      Король Джоффри был сегодня в неплохом расположении духа. Даже слуги — эти неуклюжие, криворукие крысы — сегодня были на удивление ловки и быстры. Видимо, последняя порка принесла свои плоды.       Юный король стоял напротив огромного волантийского зеркала и горделиво разглядывал новый сюртук, пока одна из служанок застегивала ему запонки на груди. Запонки эти были вылиты из добротной стали и густо позолочены, поэтому на солнце сверкали подобно кудрям Джоффри. Это доставляло королю нескончаемое удовольствие. Золотом отливали не только запонки — на груди у юноши висела увесистая цепь, звенья которой были в форме львиных и оленьих голов, поочередно скреплённых рубинами. Украшение это сделали как цепь десницы, только больше, богаче и к тому же эта цепь была совершенно новая и принадлежала исключительно королю, а не сотням предшественникам до него, из-за шей которых злато бы потеряло блеск, а хрупкие камни потрескались.       Новый наряд был весьма неплох, и уж точно получше старого — белоснежный, как снег за Стеной, шелковый кафтан, обшитый серебряными цветами, лозами и сцепившимся львом и оленем на груди, изрядно наскучил юноше спустя какую-то неделю. Тем более, что вся эта белизна резала глаз и нервы королю. Червонный же сюртук, под цвет материнского герба, из дорогого тирошийского броката, был сшит всего за одну ночь. Паук сам распорядился, чтобы ткань доставили в Королевскую Гавань в целости и сохранности в самые короткие сроки. Король уж понадеялся, что придётся казнить очередную пару портных, и даже заранее предупредил об этом Пейна, дабы он распорядился виселицами, однако, на его удивление, они справились с работой точно в срок и вот, сегодня утром, Джоффри уже мог щеголять по двору в новом платье. Кто бы мог подумать, что такое великолепие (прямо под стать королю) могли создать настолько быстро.       С упоением взглянув на себя в последний раз, король приказал принести ему корону. Непутевый паж, которого к нему приставили люди Тиррелов по уговорам леди Маргери, подал ее Джоффу на бархатной алой подушке с золотыми кисточками. Его корона всегда ему нравилась — это был золотой обруч с переплетенными на нем оленьими рогами, почти как отцова, усыпанная рубинами и черными алмазами. Юноша сам надел ее на свои кудри, снова мимолетом поглядел на свое отражение и, стуча каблуками сапогов, вышел из своих покой, сопровождаемый Трантом и Блаунтом по обе стороны.       На лестнице за ним увязалась леди-мать. Леди Серсея блистала в голубых шелках и с серебром на тонкой шее. Джофф не хотел бы её сейчас встречать — опять начнёт зубы заговаривать.        — Мой милый король, — королева-регент прильнула к сыну, взявшись с ним под локоть. Холод тонких пальцев юноша чувствовал даже из-под толстой ткани. — Как же прекрасен сегодня твой наряд!       Джоффри улыбнулся. Леди Серсея не была скудна на похвалу и эта как раз пришлась к месту. Она погладила его по плечу, рассматривая сюртук, а потом всю дорогу до Тронного Зала хвалебно кудахтала. Джоффри так привык к этой болтовне, что уже не обращал на неё никакого внимания.       Когда король, в сопровождении пары белых гвардейцев и леди Серсеи вошёл в тронный зал, леди Маргери уже стояла напротив прекрасного цветного витража и попивала что-то из золотого кубка. Утро было раннее, и алое зарево только-только заливало вином небосвод.       Заслышав стук открывшихся дверей, леди Маргери обернулась, расплылась в ласковой улыбке.       — Вы великолепно выглядите, Ваше Величество, — лукаво заметила она. Джоффри, выпятив грудь, гордо прощеголял до Железного трона, довольный собой.       Новая его невеста нравилась ему гораздо больше старой: Санса всегда казалась ему дурнушкой, а уж когда ее отец стал предателем — стала совсем скучной и надоедливой. Оставалось лишь одно веселье — унижать ее при дворе. До чего же ничтожно Санса выглядела, когда сир Меррин ударил ее! Жаль только, что чертов Бес остановил его забаву. Вздернуть бы его с женушкой перед замковыми стенами — вот челядь порадуется-то!       Леди Маргери же была старше и куда симпатичнее своей предшественницы, а уж как она его восхваляет — с ее милых уст будто мед льется, только она их откроет.       — Этот сюртук сшили лучшие мастера Королевской гавани за ночь. Красный южный брокат, хочу заметить, одна из ценнейших тканей в Вестеросе! — Сюртук и впрямь сидел на нем как влитой, а брокат, из которого он был сшит, златыми волнами переливался в лучах утреннего солнца. Джофф никак не мог ему нарадоваться, рассматривая при каждой свободной минутке расшитые золотой нитью рукава.       — Это поистине прелестно, милорд, но я бы, с Вашего позволения, хотела поговорить с Вами наедине, — на эти слова леди-мать в презрении сморщила нос. Король сразу заметил это, и толика злости блеснула в его изумрудных глазах. Она постоянно науськивала Джоффри, мол, леди Тиррел совсем ему не пара, чем бесила до упоения. Она сама устроила эту дурацкую помолвку, а теперь только и подстрекала, лишь бы расторгнуть ее. Ох уж эти бабы!       — Джоффри, милый, — леди Серсея хотела было возразить, но король, нахмурившись, рыкнул:       — Вон.       — Но… — мать всегда была упряма, как овца, но Джоффри - король и она должна ему подчинятся с первого же приказа!       — ВОН! — закричал Джоффри, вскочив с трона. Его грудь и ноздри вздымались от частого яростного дыхания. Он с силой впился ладонями в отполированные подлокотники трона. Упертая мать приняла суровый вид и не сдвинулась с места ни на дюйм.       — Вы, матушка, видимо стали глуха? — съязвила Леди Маргери, позабавив и немного успокоив тем самым юношу. — Кажется, король отдал Вам приказ.       — Я прекрасно слышала его слова, — изрекла Серсея, даже не взглянув в сторону девушки, — но десница вызывает короля на Малый совет, — Джоффри чуть заметно вздрогнул при упоминании своего деда. Лорда Тайвина он, пожалуй, побаивался. Отец не часто ходил на Малые советы, так почему он должен подчинятся какому-то лорду, возомнившему себя «большой шишкой»? Наверное потому, что этот лорд был родным дедом короля, да к тому же имел золота и воинов раз в пять больше королевских запасов. — Только что по Черноводной, в сторону стен Королевской гавани прошли корабли под знаменами Тартов. Лорд Сельвин изъявляет желание пришвартоваться.       Джоффри брезгливо фыркнул. «Делать нечего, не иначе как старик с меня шкуру сдерет», — подумал он, поднявшись с трона. Напоследок король, как и подобает, поцеловал руку Леди Маргери со словами: «Я скоро вернусь, миледи» и, взяв под руку королеву-регент, отправился в башню десницы, где проходили все совещания Малого совета. По дороге их опять сопровожали рыцари Белой гвардии, а леди Серсея молчала, поджав губы. Злиться на Маргери, смекнул Джофф и уголки его губ поддернулись злорадной улыбкой.       В башне уже собрались все члены совета: начиная от Великого Мейстера Пицеля и заканчивая самим десницей — Тайвином Ланнистером. Мастера сидели поодаль от правой руки короля и лишь одно место рядом с ним пустовало — на него, горделиво вздернув нос, уселась леди Серсея.       — Ты звал меня? — обратился Джоффри к деду, садясь за стол, прямо напротив десницы.       — Да, Ваше Высочество. Лорд Тарт прибыл в Королевскую гавань.       — Это мне известно, — юный король беспечно валял дурака, качаясь на стуле, ковыряя ногтем столешницу из красного дерева и самодовольно засматриваясь на свой новый кафтан. Его не сильно интересовал какой-то там мелкий Штормовой лордишка.       — Но он был верен Ренли Баратеону до его неожиданной и очень выгодной для нас кончины. Вам не кажется это подозрительным и опасным визитом? Лорд Сельвин даже не соизволил отправить ворона до своего прибытия, — лорд Тайвин серьёзным взглядом прожигал внука насквозь, ожидая от него хоть какой-то приемлемой реакции. Джоффри не хотел отвечать на высокомерный, по его мнению, тон. Не дождавшись от короля ответа, десница обратился к другому члену Совета. — Лорд Варис!       — Да, милорд? — евнух смазливо улыбнулся и кивнул.       — Твоим пташкам что-нибудь известно?       — О да, милорд, — его речь отличалась особенной мягкостью и самодовольством. Варис потирал ладони под тканью своего шелкового кафтана, отчего рукава шли волнами. — Лорд Тарт совсем недавно собрал войско и флот, сотрудничая с ещё одним вассалом Штормового предела — Лордом Такером.       — Кто это ещё такой? Я никогда не слышал о Лорде Такере! — «Что это ещё за крыса такая?!» — хотел было добавить Джоффри, но грозный взгляд деда остановил его. Кто бы мог подумать, что против властителя Семи Королевств пойдут какие-то мелкие лорды, имеющие под собой лишь пару деревень, да аршин земли.       — Лорд Дуглас из рода Такеров — некогда очень почитаемый Лорд из древнейшего рода Вестероса, переживающего на данное время своё угасание, — дрожащим голосом прокряхтел Пицель, тряся своей обвисшей, покрытой пятнами, шеей. После того, как Бес его побрил, на месте длиннющей никчемной бороды не выросло ничего, кроме жиденького пушка. Да у Джоффа в свои 15 усы растут похлеще, чем у этого скупердяя. — Его отец, Лорд Мальком, даже участвовал в Войне Пятигрошевых королей на стороне Таргариенов. А сам Лорд Дуглас проявил себя в Восстании Роберта Баратеона, сражаясь на Тризубце наравне с самим королём Робертом. Однако его подвиг не был запечатлен мейстерами в исторических книгах, отчего сам лорд Дуглас желает иметь к своей персоне как можно меньше внимания на данный момент. Скорее всего он держит на историков некую обиду, милорд.       — Видимо, Лисица решил каким-то образом вернуть своему роду величие, объединившись с Вечерней Звездой, ведь прошлые попытки его и его предков не дали значительных результатов, — с лёгкой задумчивостью пробормотал Лорд Бейлиш, который сидел в самом углу стола и до сего времени не участвовал в разговоре, отстаивая позицию молчаливого слушателя. Он изложил свою мысль с тихой, но достаточно звучной интонацией для того, чтобы его услышали. Мизинец постукивал одной рукой по столу, а другой лобзал брошь в виде пересмешника у себя на груди. — Но даже Ренли Баратеон не дал ему той славы, которую он желал.       — Как по мне, Тарт и Такер — предатели короны! В конце концов, они присягнули этому самозванцу Ренли! — нахмурив брови, прожестикулировал Джоффри. Если бы эти лорды и вправду хотели бы присягнуть истинному королю, они бы не полезли узурпатору в штаны!       — Ренли Баратеон был бывшим лордом Штормового предела и правителем Штормовых земель. У них не было выбора — он был лордом по праву рождения. Хотя, истинным лордом должен был быть Станнис, но он стал лордом Драконьего камня по велению вашего покойного отца, — заметил Варис. По его щеке прошлась скупая слеза, показушная скорбь по Роберту Баратеону. Он с пафосом вытер ее рукавом. — Теперь Ренли мертв, но далеко не все лорды Штормового предела присягнули на верность Станнису, — смазливый евнух так и не поднял взгляда на короля.       — Но они и не присягнули короне, — режущим, словно хорошо наточенное лезвие, голосом возразил лорд Тайвин. Метнув испепеляющий взгляд на внука, десница взял первый же попавшийся под руку клочок пергамента и приказал пажу зажечь свечу. Пока мальчишка выполнил его приказ, он уже что-то написал, быстрыми движениями пера вырисовывая буквы.       Все, включая короля, молча смотрели на это зрелище. Закончив, десница скрутил пергамент, налил на стык воску и, отпечатав на нем герб Джоффри, протянул свиток Пицелю: «Отправьте это смотровщику порта, Великий Мейстер, ведь вы отвечаете за воронов». Старик перевёл взгляд с Лорда Ланнистера на клочок бумаги у него в руках, прокряхтел что-то невнятное, взял послание и, с наигранным трудом встав из-за стола, удалился. Лжец, подумал про себя юноша, провожая его взглядом, мелкий симулянт.       — Что там было? — насторожился юный правитель, хмуро посмотрев вслед мейстеру. — Ты приказал прогнать этих предателей?       — Я дал разрешение на вхождение в порт кораблей Лорда Тарта, — опустив перо в позолоченную чернильницу с изображением рычащего льва, спокойно ответил лорд Тайвин.       — ЧТО?! — Джоффри вскочил со стула и с силой ударил кулаком об стол. — Да как ты смеешь впускать в столицу изменников?!       — Не думаю, что лорды прибыли завоевывать Королевскую гавань на трёх лёгких суденышках, — десница нервно стучал пальцами по столу. Собравшиеся в напряжении наблюдали за немой сценой, что возникла на мгновение. Юный король, пыша гневом, прожигал взглядом деда, на что он лишь по привычке приподнял седую бровь. — Возможно, они хотят начать сотрудничество с короной, пока Станнис зализывает раны, прячась в развалинах таргариенского замка. В конце концов, те, что еще не перебежали к нему просто боятся кары за неверный выбор, — лорд Тайвин взглянул Джоффри прямо в глаза — властно, невозмутимо. Юноша тут же потерял свою уверенность и снова сел, недовольно скрестив руки на груди. — Все свободны, — спустя минуту молчанья объявил десница, встав из-за стола. Лорд Ланнистер взял необходимые ему свитки и ушёл в свои покои.       Советники тут же начали расходится. Король самым первым выскочил на винтовую лестницу и побежал в Тронный зал, где его должна была ждать невеста.       Леди Маргери стояла рядом с Железным троном, мечтательно смотря в огромное витражное окно, когда Джоффри вошёл в зал.       — Надеюсь все прошло хорошо? — с озабоченностью в голосе спросила королевна, обернувшись. Ее невинные глазки захлопали, будто она была глупой потаскушкой.       — Более чем! — буркнул король, завалившись на трон. Джоффри не был доволен исходом совета, тем более, что он потерял столько драгоценного времени впустую. Идиотские лорды! — Мне с минуты на минуту придётся принять визит предателей короны!       — О, благослови Вас Мать, мой король, — проведя ладонью по плечу жениха, жалостливо проворковала Маргери. Король поежился от её прикосновения. Оно было ему приятно, однако доставляло и беспокойство.       — Вы, кажется, что-то хотели со мной обсудить, до того, как меня бесцеремонно увела мать, миледи? —вдруг вспомнив, приподнял взгляд Джоффри.       — Ох, это уже неважно, ведь Вас уже ждут гости, — не успела она договорить, как двери в Тронный зал распахнулись и, в сопровождении гвардейцев, в сторону трона направились лорды. Тарт со своим спутником был окружен королевской свитой и лишь где-то сзади мелькали пара рыцарей с гербами на доспехах: один четвертичный с золотыми солнцами на розовом и с серебряными полумесяцами на голубом — герб Такера, а второй с изумрудным фоном и с бегущей красной лисой в середине. Он, видимо, принадлежал Такеру. Взор короля был полностью прикован ко второму лорду, ведь Вечернюю Звезду он уже видел не раз.       Такер был грузным мужчиной лет сорока, широкогрудый, но, однако, невысокого роста. Лорд не отличался стройностью — круглый живот свисал ниже пояса, но было видно, что человек этот был очень могуч и силён, ибо плечи его были вдвое шире Тартовых. Лицо лорда обрамляла густая, ярко-рыжая борода с проблесками седины, весь нос был усеян веснушками, но голова его была совершенно лыса и блестела, как начищенный половник. Он был одет в зелёный дуплет, поверх него — стальной панцирь с серебряными заклепками, короткую толстую шею украшал белый шелковый шарф, на тугом поясе висели до убожества простые ножны из которых выглядывала потертая кожаная рукоять меча, кое-где украшенная серебряными вставками. Широкую грудь лорда украшала брошь из розового золота в виде коронованной лисьей головы, глаза которой горели изумрудами.       — Доброе утро, Ваше Высочество! — поклонившись, любезно поприветствовал Лорд Тарт. Такер с невозмутимым видом кивнул. Джоффри слегка раздражала его гордость, но он всё-таки не стал об этом говорить. Ещё, чего доброго, дед услышит.       — Доброе, Лорд Селвин, — с лёгким отвращением промямлил король. Он подпирал щеку ладонью, густо украшенную перстнями. Кого-кого, а Тарта он точно не хотел бы здесь видеть.       — Я и Лорд Дуглас прибыли в Королевскую гавань, дабы заручиться помощью короны в захвате Штормового предела и отвоевывания его у Станниса Баратеона, — Вечерняя Звезда говорил настолько уверенно и непринужденно, будто бы захват одной из самых неприступных крепостей в Вестеросе, а также, возможно, и в Эссосе было для него делом житейским. Видно было, что он долго репетировал, обдумывая каждое слово, отчеканивая каждую фразу до совершенства. Дуглас Такер же безмолвно стоял сзади, заправив большие пальцы рук за пояс. Он надвинул густые рыжие брови на глаза так, что их было почти не видно. Своим хмурым видом он раздражал короля не меньше, чем болтливый лорд Тарт своей лестью.       — Я очень удовлетворен Вашими целями, милорд, — вымолвил юноша, — но вы не верны короне, поэтому я не могу протянуть Вам свою руку, — в этот момент в зале появился лорд Тайвин, ведущий под руку дочь. Он, будто бы не заметив прибывших гостей, спокойно прошёл к помосту у Железного трона, где стояли его с Серсеей кресла.       — Лорд-десница, миледи, — услужливо поклонился Тарт господам. Лорд Лисица уважительно кивнул, на что Тайвин ответил взаимностью. — Мы прибыли за помощью в отвоевывании Штормового предела.       — Но зачем? — Лорд Тайвин снова саркастически приподнял бровь, как делал всегда при мнимом удивлении или раздражении. Сельвин Тарт был немного удивлен его вопросом.       — Ч-что, простите?       — В Штормовом пределе не больше двух сотен человек охраны. Станнис сейчас на Драконьем камне, разгромленный в битве на Черноводной. Думаете, ему сейчас есть дело до Штормового предела, притом что там засел какой-то мелкий лорд с ничтожным стрелковым авангардом и мальчишкой-бастардом? А вас, милорд, сопровождает один из лучших воинов Вестероса, да и армия, я полагаю, имеется, — десница прошёл вперёд, оставив королеву рядом с Джоффри. Рядом с матерью юноша чувствовал себя слегка неловко, будто что-то мешало ему делать то, что он хочет, а рядом с дедом — и вовсе закованным в цепи. Королю с каждым днем все больше не нравилась затея назначить его десницей, но своего решения уже изменить было нельзя, особенно, когда каждый узурпатор и предатель короны пытается оторвать кусок от его государства.       — Я польщен, Лорд Тайвин, — грубым, грудным голосом буркнул Такер, перебив Лорда Сельвина. — Но хватит ли нам четырёх тысяч и двадцати пяти кораблей, чтобы захватить такую неприступную крепость? Поговаривают, что за всю историю её существования лишь одна засада закончилась успешна — та, после которой лордами Штормовых земель стали Баратеоны. Тем более, начался Штормовой сезон, как бы нам не попасть в бурю…       — Хорошо. Я дам вам еще тысячу воинов пехоты и десяток двухмачтовых быстроходных фрегатов, оснащенных гребцами, — Тайвин не обращал никакого внимания на протестующий взгляд внука, чем очень его злил, — но только если Вы присягнете перед королем. И, если Вам удастся стать Лордом Штормового предела, — он особенно ярко выделил слово «если», — Вы обязаны будете править от имени короны.       — Но мы не можем, — возразил Тарт, нахмурив брови. Да как он смеет перечить королевскому деснице?! Экий нахал! — Мы есть лорды Штормовых земель, а они не принадлежат королю на данный момент.       — Вы присягнули когда-то Хайгардену, милорды, а сейчас называете себя свободными лордами Штормовых земель, идя войной на своего законного сюзерена? Полагаю, вы вдвоём прекрасно справитесь и без помощи короны, — в разговор вмешалась Леди Серсея. Она положила руку по плечо сына. По коже Джоффри пробежались мурашки. Его гнев все больше и больше закипал и грозился вскоре выплеснуться наружу.— И посему, вам, милорды, нечего здесь делать,  — но не успела она закончить, как с места, словно ужаленный, вскочил разъяренный король. Его терпение всё-таки лопнуло.       — ВЫ ОБА — ПРЕДАТЕЛИ КОРОНЫ! ВАШИ ГОЛОВЫ ДОЛЖНЫ ГНИТЬ НА ПИКАХ! — Серсея и Тайвин укоризненно покосились на юного правителя, который пылал внезапным порывом гнева. Сельвин Тарт удивлённо вытаращил глаза, как рыба, но второй лорд лишь чуть заметно покачал головой.       — Н-но, Ваше Высочество… — Вечерняя Звезда смущённо заикался, не зная что сказать. Его рожа стала красной, как помидор, а седые усы и вовсе побелели, словно первый снег.       — Вы слышали нашу позицию, милорд, — лаконично отрезал Лорд Тайвин. Он метнул грозный взгляд на внука и Джоффу пришлось сесть. Тарт, после минутного обдумывания, повернулся к Такеру и они, словно два престарелых ежа, шушукались, обсуждая свою точку зрения.       Наконец, спустя какое-то время, за которое юный правитель слегка заскучал и его терпение снова начало быстро утекать, Сельвин Тарт гордо повернулся и, не дожидаясь, сел на одно колено. За ним последовал и Лорд Дуглас. Юноша видел, как Тайвин искоса посмотрел на довольного Джоффри, но тот лишь расплылся в злорадной ухмылке.       — Вот и отлично! Эй ты! А ну меч мне сюда, да поживее, безмозглый ты чурбан! — чуть ли не взвизгнул юноша, вскакивая с трона. Паж тут же подскочил на помост, подавая своему повелителю меч. Король торжественно выхватил его из ножен и поднял над собой сверкающую валирийскую сталь. — Клянетесь ли вы, милорды, служить короне верой и правдой?       — Клянемся, — в один голос ответили мужи, приложив ладони к сердцу. Они были ниже короля и это ему нравилось. Снести бы им головы прямо здесь и сейчас…       — Тогда я, Джоффри Баратеон, первый своего имени, король андалов, ройнаров и первых людей, правитель Семи Королевств и хранитель сего государства, провозглашаю Лорда Селвина из рода Тарт и Лорда Дугласа из рода Такер верными королевству, короне и своему королю отныне и навсегда. Нарушив эту клятву, вы нарушите клятву, данную Семи Ликам Великого Бога, — юный король горделиво провёл клинком меча по плечам и затылкам преклонившим перед ним колено лордам. — Да милосердно благословит вас Мать, и справедливо рассудит Отец.        — Да благословит нас Мать и рассудит Отец, — эхом отдались два мужских голоса.       Поцеловав по очереди перстень с огромных размеров гранатом на правой руке правителя, лорды Штормовых земель наконец встали.       — И запомните, — Джоффри отдал меч мальчику-оруженосцу и с пафосом одернул рукава своего кафтана. — Корона видит всех и вся насквозь, а Боги и подавно, — король усмехнулся. Последние его слова позиционировались как угроза, но почему-то старики закрыли на это глаза. Корабельные крысы!       — Корабли и авангард прибудут к Лисьему Усу через два дня, милорды, — Тайвин кивнул в знак прощания.       Лорды тоже не стали тянуть время зря. Низко поклонившись и выказав свою благодарность королю, они удалились.       — Мерзкие старикашки, — насупив нос, проворчал Джоффри, как только один из гвардейцев донес об отплытии кораблей лордов.        — Эти старикашки имеют ума поболее твоего, — резко бросил Тайвин. Он смотрел в окно и наблюдал за Черноводной и удаляющимися кораблями. Своими словами Лорд-десница изрядно потрепал нервишки внуку, который ерзал на троне от злости, как на иглах. — Хотя, признаю, идти тараном на Предел слегка безрассудная идея.       — Это твой король, ты не имеешь права так с ним разговаривать, — возразила Серсея отцу. Мать стояла рядом с сыном гордо и невозмутимо. Хоть кто-то его поддерживает. Джоффри почувствовал прилив уверенности.       — Да, не имеешь права! — поддакнул матери Джофф, нахально улыбнувшись. Он надеялся задеть хотя бы толику существа Тайвина, но разочаровался, не увидев никакой реакции с его стороны.       — Я — десница короля, а также его дед, я имею право разговаривать с ним так, как посчитаю нужным. Тем более мальчишке всего шестнадцать, он слишком глуп и неопытен, — наконец он повернулся.       — В этом же возрасте ты уже был почитаемым лордом в Семи Королевствах. Тебя боялись и уважали, — заметила Серсея. Тайвин искоса, с раздражением посмотрел в ее сторону, потом перевел взгляд на Джоффри. Юноша хмыкнул с завистью в глазах.       — Ты, дед, уничтожил предателей Рейнов и Тарбеков тогда, не так ли? Именно за это страх перед тобой так быстро распространился по Вестеросу? Может быть мне тоже стереть с земли какой-нибудь никчемный род? Такеров, например? — Джоффри всегда получал нескончаемое удовольствие, говоря об ужасных вещах. Десница не обратил на его слова ни малейшего внимания. Он сложил руки за спиной и по-привычке приподнял бровь.       — Мне было девятнадцать в те времена и мозгов в моей голове было побольше. Наши сегодняшние гости совсем не такие, какими кажутся. Не даром одного из них за глаза зовут Лисицой. Они явно что-то задумали. Я считаю, что клятву, данную оборванцу, они не считают действительной. Если им удастся захватить Штормовой предел, один из них станет очень влиятельным лордом с огромной армией вассалов. Не думаю, что обретя такое могущество, победитель захочет частично, а то и полностью, передать его короне.       — Пф, — небрежно фыркнул юноша. Нашёл кого боятся. — Тогда их будет ждать неминуемая смерть.       — Да, если только за них не сплотится половина Вестероса. Мы не знаем, на чьей они стороне на самом деле. На данный момент у нас не так много влияния в Семи Королевствах. Север и запад, несмотря на то, что мы имеем там союзников и крыс, по большей части принадлежат мальчишке Старку, восток — Станнису Баратеону, одна половина моря — Грейджоям, а другая — не присягнувшим ни одной из сторон лордам Штормовых земель, то есть нашим недавним гостям. Каждый хочет оторвать свой кусок в этой войне и у нас нет времени и сил на ещё одну параллельную. Нам нужны союзники на море. Мы не можем рисковать, так что нам необходимо иметь в друзьях «штормовиков», — Джоффри был недоволен таким раскладом событий. После коротких размышлений он злостно буркнул:       — Вы мне надоели. Прочь, — всем присутствующим пришлось удалиться. — Ох нет-нет, Леди Маргери. Я бы хотел, чтобы Вы остались, — Маргери лукаво улыбнулась и развернулась, стоя уже у самой двери. — Вы хотели что-то обсудить. Наши непрошеные гости ушли, — к тому моменту в тронном зале и впрямь не было ни души, — здесь ни моей матушки, ни десницы, ни тем более кого-либо из Малого совета и прислуги. Считайте это за приватную беседу или приём.       — Благодарю Вас, Ваше Высочество! — барышня грациозной походкой подошла к королю, — Я бы хотела поговорить с Вами о том, что Вам, конечно же, известно.        — И что это? — юноша таращился на девушку с вопросом во взгляде. Красавица, нечего сказать, но как же она близко — того и гляди на него накинется Сансу Джоффри не боялся — она была слабая и мелочная, но Маргери совсем другое дело. За этой очаровательной улыбкой и глупенькими глазками пряталось что-то, что пугало юношу.        — Понятие для Вас до боли знакомое и родное, милорд! Это власть.       — Власть? — не понял Джоффри. Он никогда не понимал намеков и считал их для себя оскорбительными. Что она хочет этим сказать, чёрт побери?!       — Вам, безусловно, о власти известно все, ведь вы король, но как Вам, а в дальнейшем — Нам, удержать её в своих руках и остаться на престоле? — леди Маргери спустилась с помоста и налила из хрустального штоффа в золотой кубок вина. Алый напиток сверкал в лучах солнца. Она отпила и снова поднялась к трону.       — Силой? — после недолгого раздумья, с слегка непонимающим взглядом уточнил король.       — Народом, — не оправдав его догадки, ответила Маргери. — Нам обоим нужна любовь и признание, — юноша недовольно фыркнул и закатил глаза. — Как известно, прутик переломить легко, а попробуй сломать связку хвороста…       — Гора может голыми руками разорвать напополам человека и вырвать у быка на ходу рога! — перебил её юный правитель, махнув рукой. Все всегда хотят дать ему бесполезные советы и эта не лучше. — Не говоря уже о каких-то ветках! Тем более какой толк? Челядь должна подчиняться мне, а не любить! А для этого нужен страх. Боясь меня, они не посмеют мне перечить.       — Что ж, в таком случае ждите удара вилами в спину, — вздохнула Маргери, от чего Джоффри вздрогнул и по его спине пробежались судорожные мурашки. — Ведь не один нищий захочет поскорее прикончить Вас.       — Да как Вы смеете?! — юный правитель даже вскочил с трона от злости.       — Нет-нет, милорд, это совсем не угроза, и я не пытаюсь Вас запугать, — девушка поспешила успокоить просыпающегося «льва» в груди у короля и усадила его обратно на холодную сидушку. — Я лишь констатирую факты. Зачем людям нужен король, которого они боятся и… — она нарочно осеклась. Джоффри тут же с опаской навострил уши. — Ненавидят?       — И что же Вы предлагаете, миледи? — король нахмурился, подперев щеку ладонью.       — Я думаю, нужно пойти на встречу своим подданным. Можно начать с малого: с приёма жалоб, которые Ваш великий батюшка отменил за неимением времени. У Вас же, мой король, поболе свободных минуток.       — Что бы я, король Вестероса, стал выслушивать лживых грязных отбросов?! — с брезгливостью взвизгнул юноша. — Да ни за что!       — Но я не хочу стать вдовой во второй раз, — выдохнула Леди Маргери, стараясь задеть чувства, а точнее, страхи своего женишка. Джоффри насупил нос и прикусил щеку. Его совершенно не устраивали пугающие пророчества девушки. Он нервно потер пальцами камешки перстней на руках.       — Хорошо, — неохотно согласился юноша. — Я думаю, это хорошее предложение. Тем более, я смогу узнать все проблемы Королевской гавани ещё до собраний в Малом совете, выслушивая этих… кхм… выродков.       — Тогда приступим завтра, с рассветом, мой король. У нас как раз будет пару часов до завтрака, — Леди Маргери ухмыльнулась, довольная проделанной работе. Она присела в реверансе и непринужденно упархала из зала, оставив короля в полном одиночестве, наедине лишь со своими мыслями. Какая же она красивая, умная и… коварная.